Главная
страница 1страница 2 ... страница 4страница 5

Семинар 31 октября 2012

Голубкова. Добрый вечер, сегодня 31 октября 2012 года, мы комментируем лекцию 8 ОРУ-1. Основной схолиаст сегодня Султан Аббасов. Султан, вам слово.

Аббасов. Я построю свой сегодняшний доклад или свое сообщение по 8-й лекции следующим образом: я пройдусь по тексту лекции, указывая на те вещи, которые меня наиболее заинтересовали, с какими-то незначительными комментариями или с какими-то иллюстрациями, которые мне пришли в голову, знакомясь с этим текстом, или, вернее, прорабатывая его. А затем я готов был бы с коллегами обсудить те моменты, которые для меня остались не до конца понятными, я их озвучу отдельно, и попытаться обсудить тот вопрос/запрос, который Людмила Георгиевна мне написала в письме, чтобы указать на то, каким образом то, что мы здесь прорабатываем, используемся или применимо, или полезно в той деятельности, которой я занимаюсь, как это у нас принято называть, за окном.

Голубкова. Да, я прокомментирую по поводу применимости, почему я такой вопрос задала именно вам. Из всех наших обычных участников только вы сейчас занимаете позицию руководителя в бизнесе. Потому что все остальные занимаются другими типами деятельности. Даже я, хотя я организую сейчас и занимаюсь деятельностью организации нескольких проектов, это другой тип деятельности, это не деятельность руководства и управления, которая есть у вас. Поэтому очень интересно, как в вашей жизни за окном вы в своей деятельности можете, хотите и у вас, может быть, даже получается использовать материал лекций ОРУ. Вот с этим был связан мой вопрос.

Аббасов. Я от себя сейчас добавлю следующее. Мало того, что деятельность по руководству и управлению, так еще очень много перекликается с тем, что в этом курсе лекционном все время рассматривается позиция управляющего строительством атомной станции, а я сегодня руководитель проекта строительного от начала до конца. И в этом смысле я не буду говорить, что атомная станция и жилой многофункциональный комплекс, это одно и тоже, но нечто общее у них, все-таки, есть. Если убрать ядерные технологии, которые, наверное, тоже не совсем строительные, то очень много чего перекликается. О том, что я хочу быть схолиастом касательно 8 лекции, я заявил давно, объясню, почему. Потому что, перечитывая 8 лекцию, меня еще сильно восхитило слово не совсем уместное здесь, но сама методика изложения материала, которую Георгий Петрович всегда использовал, для меня как-то прямо стала особенно явственной в 8 лекции. Все те как бы повторы, которые мы обсуждали неоднократно, как бы ответвления, как бы уход в другую тему. И для меня 8 лекция, не знаю, почему, но оказалась одной из самых ярких лекций, потому что она показывала эту структуру изложения сложного материала, материала нового для аудитории, более того, едва ли знакомого до этого. И те приемы, которые использует Георгий Петрович, они, на самом деле, замечательные во всех смыслах этого слова. Поэтому структурно мне хотелось очень поработать с этой лекцией. И не сам с собой, а обсудить еще это с коллегами.

А сейчас я хотел бы вернуться к содержанию этой лекции, попутно отмечая те, на мой взгляд, ходы, которые делает Георгий Петрович, излагая достаточно сложный и новый для аудитории материал. Начинает он лекцию с того, что дает краткое резюме. Но тоже дает его не просто так, а сразу с введением одного нового момента. Он фиксирует резюме предыдущей лекции, но внося новый элемент, пробрасывая этот мостик с прошлым, тем не менее, добавляя нечто новое. Он говорит следующее, что вот есть управляющий строительством атомной станцией со своим набором способностей, опыта. Он умеет пользоваться планшетом, рисовать схемы, это тоже было выяснено в предыдущей лекции, у него есть совокупность знаний, задающая действительность мышления, и вот он сталкивается с миром – социальным и природным – человеческой мыследеятельности. Но природный мир дан через социальный. В этом мире, по Марксу, нет объектов, так как материя не разрезана на части, не очерчена или не представлена как объект. Здесь он, понимая, что сложности есть у аудитории с пониманием, приводит аналогию леса, говоря о том, что когда мы смотрим на лес в целом, мы видим какое-то темное пятно с какими-то насаждениями внутри. И только попав в него, внутрь и проведя определенную аналитическую работу, мы можем выделить лужайки, полянки, деревья. И это точно результат отдельной познавательной работы. «Так и человечество,- говорит он, - исторически выделяло себя из мира природы и противопоставляло себя ему». Объекты всегда порождение нашей социально-культурно организованной деятельности, все нам дано в виде предметов человеческой чувственно-практической деятельности. По Марксу, и это важно, потому что постоянно идут отсылки на Макрса, поскольку, с одной стороны, как мы знаем, ММК развивался базово на «Капитале» Маркса, выстраивая логику его изложения, так это и немаловажно было для того времени, когда работы Маркса были своего рода пропускным билетом для того, чтобы те идеи, которые идут рядом, проходили без особых купюр. И он говорит, что по Марксу всякий объект, это предмет человеческой деятельности. И вот он подходит к отдельному моменту, который он выделяет в своем повествовании, он говорит, что этот предмет не столько вырезается, сколько порождается человеческой деятельностью, и в этом предмете, как и в заключенном в нем объекте, овеществлена человеческая деятельность. Сразу иллюстрируя это примером стула, когда рассматривается стул как овеществление конкретного и абстрактного человеческого труда. И это первая фаза, а потом включается деятельность уже по использованию или употреблению этого предмета, в частности, стула. Он фиксирует следующее, что в этот момент, когда мы получаем стул, деятельность как бы умирает в предмете и одновременно в нем воплощается. А дальше идет деятельность по использованию этого предмета. И подчеркивается важность неоднородности процесса, поскольку сначала процесс труда овеществляется в предмете, а затем в деятельности использования. «Предметы, - говорит Георгий Петрович, - это именно бытие или остановленная форма деятельности, которая живет по своим предметным законам. Процессы деятельности умирают в предметах и снова включаются в процессы новой деятельности, неотрывно от процессов коммуникации, то есть от речи. Поэтому предмет имеет или существует в двойной форме или имеет две формы – форму вещи или имеет форму природного материала с наложенной на него формой, и вторая форма, это форма слова или привязанное слово, его обозначающее и замещающее данный объект». Далее он переходит к тому, что существует две связи: замещение от объекта к слову и отнесение, наоборот, от слова к объекту. «Процессы мыследействия идут в двух параллельных плоскостях. В одной мы меняем материал, а в другой работаем со словами или знаками», - я обращу внимание, что здесь он уже начинает включать в свое повествование слово «знак», подготавливая публику к тому, что впоследствии он будет использовать именно этот термин, уже не примитивизируя, обозначая знак словом или как-то еще. Это, на мой взгляд, важный момент.

«Процесс мыследействия - несколько связанных разноплоскостных процессов и всегда этажерка». Важный момент для меня, который я для себя выделил в этом месте текста, это то, что Георгий Петрович отдельно отмечает следующее. Он говорит, что: «Отношение замещения и отнесения не формализуемо, это всегда делается по интуиции». Если бы это было в одной плоскости, то это можно было бы делать по формальным признакам, а вот если замещение и отнесение, то только по интуиции. Поэтому всегда нужен опыт работы. Здесь для меня очень важный момент, поскольку… здесь я, кстати, чуть приостановился бы, обсудить это, если возможно. Наверное, все помнят эту байку, не единожды рассказанную Петром Георгиевичем, она наверняка и в текстах Георгия Петровича встречалась, про Марлона Брандо про лассо, помните? Я ее перескажу, важная история. Когда Марлон Брандо должен был сниматься в роли ковбоя и был утвержден на роль, выяснилось, что он не умеет бросать лассо, что должен уметь делать любой маломальский ковбой. И за огромные деньги, в те времена пускай за 1000 долларов в день, ему наняли опытнейшего загонщика, опытнейшего ковбоя, который должен был научить главного героя будущего вестерна бросать лассо. Его привезли, гонорар 1000 долларов в день, он начинает учить, как он себе представляет, Марлона Брандо бросать лассо. И показывает ему на протяжении часа, второго, третьего, как бросается лассо. Марлон Брандо в это время сидит и курит на стульчике. Совесть ковбоя заставила через несколько часов подойти и сказать: «Слушайте, мне сказали вас учить, платят огромные деньги, а вы сидите, ни черта не делаете, курите сигару и только смотрите, как я делаю». На что тот ответил: «А я все понял». Берет лассо и бросает его с тем же успехом, надо отметить, что делал и ковбой до этого. Вот эта байка меня всегда очень сильно проблематизировала, потому что я слышал от своих коллег различных, что «понял значит сделал». А жизнь за окном, прежде всего, показывала мне, что как-то не все так просто получается, что даже если ты, вроде, и понял, как делается, то всегда есть некий разрыв между теоретической конструкцией, которую ты выстроил, и тем практическим, что ты реально получил, а в общем-то, по всей морде, как правило, со всей большевистской прямотой, выйдя за окно. И почему я в этом месте, потому что совсем недавно, неделю тому назад мне рассказали окончание этой байки про Марлона Брандо. Она сняла все вопросы. Этот ковбой, когда увидел, как Марлон Брандо, три часа сидя, куря сигару в этом кресле, наблюдал, как он бросает, потом встал и бросил лассо не хуже, чем сделал это ковбой, был настолько впечатлен, что он приехал к своим ребятам в Техас, рассказал об этом чудо-человеке, и они исходя из своих лучших побуждений не нашли ничего лучшего, как пригласить его на настоящее родео, такого архи-профессионала. Но тут есть маленькая интимная подробность. Дело в том, что когда ковбой тренировал Марлона Брандо, он лассо набрасывал на рога, которые были прибиты к забору или к дереву. И Марлон Брандо принял приглашение от ковбоев поучаствовать в родео. Ему дали лассо, пустили его в загон, но когда он увидел настоящего быка, он не то, что бросить, он вообще ничего сделать не смог. В общем, история очень, на мой взгляд, показательна. Пока это была учебная ситуация на кошках, как у нас в фильме говорится: «На кошках тренируйся», - это было понятно, нужно было просто повторить набор движений. Но как только ситуация перешла в режим реального времени, выяснилось, что очень много чего не учтено.

И это для меня сняло все проблемы, потому что когда мне до этого говорили «понял значит сделал», я все время обращался к себе, что-то со мной не так. Потому что у меня почему-то не всегда получается, что понял и сделал, и получил тот же результат. А история про лассо говорила, что так оно, вроде бы, и должно быть. Поэтому такая у меня история.



Голубкова. Почему вы вспомнили ее здесь?

Аббасов. Здесь я ее вспомнил благодаря фразе «поэтому всегда нужен опыт работы». Вот без опыта работы, без того, что вы руками, головой в реальной жизни за окном чего-то не сделали, построение теоретических конструкций, я скажу мягко, не всегда позволяет добиться того результата, который вы закладывали в теории. И здесь я вернусь к тому тезису, который я давно уже в этой аудитории озвучивал, что управленец, как игла в швейной машинке Зингера, должен все время двигаться по трем слоям схемы мыследеятельности: из слоя мышления через слой мыслекоммуникации в слой мыследействия, а значит и действия реального. И только тот может достичь реального результата, который может быть зафиксирован и быть результатам как достижение цели, если он все время все эти три слоя прошивает и достигает успеха в каждом из них. Потому что иначе получается, что либо это какая-то фиктивная конструкция теоретическая, которая не реализуема, либо это какая-то кондовая тупенькая деятельность, я не знаю, так нельзя говорить, наверное, но без высокого полета. И только двигаясь сверху вниз через три слоя, это может происходить.

Степанов. Это очень похоже на обучение в школе физике или чему-то. Теорию рассказывают, как чего, закон движения там, и потом задачу решить. Вот теорию, вроде, поняли, все ясно, дают задачу – не получается.

Аббасов. Потому что всегда это было, завод ВТУЗ у нас происходило, когда при заводе было Высшее техническое учебное заведение, опыт, полученный за партой ты должен был реализовать на практике, потому что процессы чуть другие начинаются.

Степанов. Ну да, одно дело показали когда…

Аббасов. Но я понимаю, что многие коллеги сейчас бы сказали мне, что, в общем, это натурализм.

Голубкова. Нет, я здесь как раз с вами согласна.

Аббасов. Я знаю тех, кто наверняка бы мне сказал: «Что это такое! Натурализм чистой воды». Но для меня здесь есть этот разрыв. И я, все-таки, закончу, чтобы вам дать слово, с чего начинал. Что до того, как я не знал концовки истории про Марлона Брандо, у меня был очень серьезный вопрос не снят: почему так не получается? Но когда я узнал, что у истории есть продолжение, стало понятно, что она есть, эта досказка того, что произошло на самом деле. Теперь я хотел бы услышать мнение коллег.

Голубкова. Здесь мы опять возвращаемся к тому, с чего начиналась эта часть семинара, связанная с ОРУ. Существует область, называемая методикой. Более того, Георгий Петрович ее достаточно часто упоминает, что методика – не в педагогических своих работах, там понятно, это могло быть притянуто из педагогики - это то, что позволяет формировать навыки, осваивать практическую деятельность. И опыт тоже дается ступенчато. Эта история про Марлона Брандо мне всегда казалась веселой байкой, но где-то внутри, не зная концовки, я понимала, что там Марлон Брандо освоил какой-то очень начальный навык. И освоил его, возможно, быстро и хорошо, но это начало, которое было необходимо режиссеру для решения задач съемки этого кино. А у любого человека, который учился в педагогическом ВУЗе и получил педагогическое образование, у него бы здесь вопрос не возник. Почему? Потому что всем понятно, что этих ступенек опыта практического может быть сколь угодно много. Более того, раньше, когда существовала традиция образования и воспитания классического, вообще считалось, что все повторяемо, и давая человеку образцы, в том числе образцы, отделенные от него столетиями, тысячелетиями, формируется по-настоящему воспитанный, образованный член общества. Потом наступила эра политехнического образования, которая очень нас, с одной стороны, продвинула и в техническом, и в естественнонаучном отношении, а, с другой стороны, испортила, потому что мы привыкли полагаться только на свой опыт. И вот очень интересно, что сейчас, когда встает вопрос о том, что инженерная парадигма меняется и меняется время, должно меняться мышление, способы мышления, начинают вспоминать о том, что то образование давало людям средства и силы, и душевные и мыслительные средства переживать очень тяжелые моменты, такие как полный слом всех устоев, общественных норм, революции, войны. Это классическое образование, основанное на предъявлении образцов. Почему, собственно, учили классические языки и учили историю? Причем, историю проходили очень вдумчиво, очень дотошно, с примерами. И проходили ее в гимназиях и университетах, которые были призваны давать именно классическое образование. Было образование естественнонаучное, инженерное в реальных училищах – я дореволюционную Россию имею в виду, - и кардинальная была разница, потому что классическое образование базировалось на предъявлении образцов, на которых в дальнейшем любой человек, занимавший государственный пост (а там, естественно, все было направлено на воспроизводство элиты, -либо в крупном бизнесе, который тогда уже в России в XIX-XX веке существовал, человек, который организовывал движение огромного количества людей, это были большие дворянские, помещичьи семьи), он имел набор образцов, который в любой момент мог становиться действующим образцом. Вот этого мы все, к сожалению, в связи с нашей полной необразованностью были в ходе нашего образования лишены.

Почему мне показалось уместным сделать здесь этот длинный комментарий? Потому что у нас опыт все время упоминается только как опыт личный, переведенный в план своей личной деятельности и отрефлектированный. Но есть и другой путь. Этот путь, возможно, сейчас очень сложно восстановить, однако, следует иметь в виду, что он был всегда, и он в истории встречается. Всегда элиту, особенно элиту управленческую готовили не только на предъявлении каких-то ситуаций и потом опробования этого в личном опыте, и рефлексию опыта, но и на том, что нанимали соответствующих учителей с соответствующим культурным и образовательным багажом, которые человека проводили через этот набор образцов, который давал ему силы, что он знал, что он не первый в истории, что до него случались подобные ситуации, что люди могли из этих ситуаций определенным образом выходить. И, собственно, его задача была потом эти ситуации, если он считал, что к ним надо отнестись в его реальной деятельности, и они применимы, он бы уже мог потом творчески заимствовать. Вот это творческое заимствование образцов, оно полностью из нашей культуры инженерной убрано. И мне кажется, в этом есть определенная проблема. Проблема не только ваша, но и многих руководителей: им приходится каждый раз изобретать велосипед. А если бы они знали, как устроена история древнего мира, история античности, даже если идти дальше, хотя у нас обычно не ходят, и преподавание истории все начиналось с греков, но и до этого были образцы, которые можно было бы применять.



Аббасов. Дефицит культуры не обсуждается.

Голубкова. Это не дефицит культуры.

Аббасов. А что это? Образцы же лежат в культурном слое (для меня), нет?

Голубкова. Нет, это не просто образцы, которые вам сообщают. Сейчас тоже нет того, что вы назвали… дефицит – это недостаток. Сейчас нет недостатка в том, чтобы эти образцы получить. Вся история.

Аббасов. Это надо вживить еще! Вы же говорите о воспитании, вы же говорите не о том, что во время процессы образования наговаривались просто образцы. Они же вживлялись в человека с тем, чтобы потом творчески использовать он мог эти наборы. А сейчас с точки зрения доступности мы все можем в интернете найти. Все, что вы рассказываете, всю человеческую историю можем найти в интернете, но это же будет знание бесполезное, оно просто на уровне…

Голубкова. Информации.

Аббасов. Да, колонки новостей. Случилось так-то, случилось эдак. а вы же специально говорите, что были преподаватели, которые могли провести, а это значит, что нужно было поставить определенные акценты.

Голубкова. Была методика. Методика переводит то, что вы называете «культурой», некоторый набор ценностно окрашенных знаний для данной цивилизации, для данного социума в такие пакеты знаний, которые, с одной стороны, являются знаниями теоретическими (все-таки, историю и древние языки надо было знать, прежде всего надо было выучить, и не обсуждалось, надо их учить или нет)…

Аббасов. Что, между прочим, вполне себе развивает голову. Механически.

Голубкова. Детям высшего сословия, что мы сейчас называем «элитами», особенно аристократические семьи, они до сих пор в Западной Европе получают классическое образование. Скажем, глава дома Ротшильдов закончил не бизнес-школу, он закончил Королевскую школу искусств в Оксфорде, где вообще не преподается никаких экономических дисциплин, потому что экономика считается «низкой наукой» и вообще не наукой. Потому что есть «science», дисциплина, а есть «art». И это не только искусство, это род занятий благородных, что раньше называлось, например, благородные девицы, благородные занятия, что в Китае называется благородный муж, правитель. То, что пристало аристократии, избранным, достойным. И дом Ротшильдов, надо сказать, входит в тройку самых богатых семейств мира до сих пор, что-то то ли 350, то ли 400 миллиардов.

Аббасов. Никто не знает.

Голубкова. Где-то было очень хорошо написано: там шли самые богатые люди мира, причем, разных эпох в пересчете на сегодняшние доллары. Про всех было сказано точно, про древних и про современных, про Ротшильдов было сказано так: «по крайней мере 350 миллиардов долларов». Это не случайно. Эта методика превращения исторических, абсолютно как бы оторванных от нас образцов в пакеты действенных знаний, это очень интересная и у нас забытая вещь. У нас она была. У нас было прекрасное классическое образование.

Аббасов. Но тоже для очень узкого слоя людей, вы назвали их аристократами. А вопрос происхождения, он будет дальше Георгием Петровичем в этой лекции акцентироваться, и для меня он очень важен в силу осознания проблемы в этой зоне. Не только моей личной, но и думаю, что стран на территории бывшего Советского союза тоже. Потому что у нас это, к сожалению, во многом было разрушено. Поэтому этот вопрос актуален.

Я продолжу. Здесь Георгий Петрович возвращается, сделав это отступление по поводу… вернее, я акцент поставил по поводу отношения замещения и отнесения к неформализуемости этих отношений. Он опять повторяет о связях, он говорит, что есть прямая от вещи к знаку, это связь замещения, и обратная. А от слова или знака к вещи, это отнесение. Само мышление развертывается как межплоскостное движение. Сначала движение в объекте, потом в замещающих словах, потом в словах, замещающих слова и т.д. В общем, я неспроста оговорился, потому что и в слоях замещение, тоже мы так говорим. Решение задач при натыкании на барьеры, - здесь он уже пробрасывает некую связку для аудитории, он говорит, что решение сложной задачи, это когда мы переходим на тот уровень замещающих слоев, который нам позволяет решить данную задачу или найти тот язык, в котором она имеет решение, а затем вернуться к объекту. И он неоднократно подчеркивает, что решить задачу, это значит найти такой язык, в котором решение очевидно. Он приводит два примера, один про поезда (по поводу задачки «из пункта А в пункт Б» и говорит о том, что только применив язык отрезков удалось решить эту задачу), и как пример еще приводит, каким образом Архимед, не владея ни интегральным, ни дифференциальным исчислением, работал с площадями фигур, очерченных кривыми. Просто используя эквивалент массы. Он вырезал телячью шкуру по форме этой фигуры и, взвешивая, получал соотношение, а потом с этим начинал работать. И еще раз он повторяет, что решить задачу – это найти язык. В небольшом фрагменте он три раза говорит одно и тоже, акцентируя внимание аудитории. Это, на мой взгляд, достаточно важный методический момент.



Дальше он спрашивает аудиторию: «Для чего это я все рассказываю?». Это момент проблематизации. Назначен начальник управления строительством, и у него должны быть личные цели. Дальше я всегда отмечал то, что Георгий Петрович стремился иллюстрировать свои размышления или то, что он хочет донести, с помощью примеров, которые публике точно знакомы, но не имеют столь сухого контекста, как то, о чем он говорит, потому что вещи это достаточно сложные. Здесь он обращается по поводу личных целей к мафиозной саге Марио Пьюзо «Крестный отец», где в одном из моментов отец, давая наставление сыну, говорит, что если то, что ты делаешь, не личное твое дело, то не стоит и браться. И после этого он возвращается к себе, акцентируя внимание на том, что: «Я все время стремлюсь провести две мысли. Первая, каждая позиция, место и положение требует своих представлений об объекте, который задается предметно через схему, которая вырезает из мира как целого объект с определенными границами. И в этом месте фиксация и вопрос: сумел ли я ясно это выразить?» Тоже важный момент, когда он организует обратную связь, которую надо строить, которая не дана управленцу по определению изначально, это было в 6 лекции или в пятой, он ее таким железобетонным способом устанавливает: «Сумел лия это ясно выразить?» И зал ему отвечает: «Да, эту мысль мы уяснили». И второе, он говорит, что: «Мы работаем на соединении трех позиций: первая из них, это внутренняя, и я как определенное место в структуре, например, как управляющий строительством, вторая, это внешняя, где я противопоставляю себя всему строительству, это все мой объект. И третья, рефлексивная». Если говорить о той возможности реализовывать что-либо из методологии в практической деятельности за окном, то, наверное, я бы сказал следующее. Конечно, это мне помогло структурировать мое движение в компании, потому что я всегда понимаю, что, с одной стороны, я являюсь винтиком этой структуры, потому что на мне, как на шестеренке, скорее, висит определенное количество зубчатых колес, которые я своим телом проворачиваю, и это тогда моя внутренняя позиция. А внешняя заключается в том, что я отношусь к тому делу и к той компании, в которой я работаю, как к объекту внешнему, и я могу влиять на то, каким образом она будет работать, каким образом будут развиваться те или иные события, используя те средства, которые мне даны в силу моего статуса или функционального места, или чего-то еще. Хуже всего, признаюсь, с рефлексивной позицией. Это не оправдание, но, к сожалению, наверное, точно оправдание – и оно есть у всех - понятно, это цейтнот на этот вид работы, потому что надо признаться, что в активной фазе проекта задачи валятся, как в тетрисе. Скорость растет, количество кубиков увеличивается, цена ошибки всегда возрастает. И все это на недостатке ресурса, поскольку предположить ситуацию, что у тебя есть сразу все необходимые позиции, и они все заняты людьми, которые будут их выполнять, эти функции – не получается такого. Большинство или часть позиций всегда вакантны, более того, заняты новые позиции людьми, функционально выполняются не до конца так, как тебе необходимо. То есть тебе нужно еще настройку произвести. Мало того, что надо вставить эту шестеренку в нужное место, так она должна еще работать начать так, как надо. А основная проблема в том, что эти прорехи существуют и эти дыры затыкаешь только собой. И вот отсюда эта измотанность и изможденность, поскольку, с одной стороны, как руководитель проекта ты отвечаешь за все, и ты никому не объяснишь, особенно акционерам или партнерам соизмеримым, потому что ты не сделал этого, потому что у тебя не было того-то, сего-то – этот лепет никого не интересует. Но ты должен это сделать, поэтому львиная доля энергии уходит на затыкание дыр. Конечно, потом когда-нибудь у меня будет структура, которая будет работать, но для этого надо пройти этот путь заполнения вакантных мест. В общем, технологию надо создать.

следующая страница >>
Смотрите также:
Голубкова. Добрый вечер, сегодня 31 октября 2012 года, мы комментируем лекцию 8 ору основной схолиаст сегодня Султан Аббасов. Султан, вам слово. Аббасов
699.28kb.
5 стр.
Выпускной вечер в 11 классе 2011г. Звучит музыка, песни о детстве, о школе
252.02kb.
1 стр.
Отчет о поездке в африку
490.77kb.
1 стр.
Под знаком зодиака Ведущий 1
159.02kb.
1 стр.
Сценарий вечера встречи выпускников Звучит фонограмма "Школьного вальса"
94.95kb.
1 стр.
Во-первых, добрый вечер
59.6kb.
1 стр.
Вопросы и ответы
642.14kb.
4 стр.
Мбоу сош №2 с. Средняя Елюзань Познавательно развлекательная викторина Провела: зав библиотекой
111.89kb.
1 стр.
Добрый вечер! Разрешите поблагодарить вас за то, что вы пришли, поскольку я рад вас видеть. Сегодня у нас будет очень интересная тема. Мы побеседуем о так называемых уровнях души
651.89kb.
5 стр.
-
655.79kb.
4 стр.
Все флаги будут в гости к нам
71.61kb.
1 стр.
Добрый вечер! Здравствуйте!
51.34kb.
1 стр.