Главная
страница 1страница 2страница 3
[неофициальный перевод] <*>
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА
ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ
ДЕЛО "ШАРКУНОВ И МЕЗЕНЦЕВ (SHARKUNOV AND MEZENTSEV)

ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"

(Жалоба N 75330/01)
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
(Страсбург, 10 июня 2010 года)
--------------------------------

<*> Перевод на русский язык Николаева Г.А.
По делу "Шаркунов и Мезенцев против Российской Федерации" Европейский Суд по правам человека (Первая Секция), заседая Палатой в составе:

Христоса Розакиса, Председателя Палаты,

Нины Ваич,

Анатолия Ковлера,

Ханлара Гаджиева,

Сверре-Эрика Йебенса,

Джорджио Малинверни,

Георга Николау, судей,

а также при участии Серена Нильсена, Секретаря Секции Суда,

заседая за закрытыми дверями 20 мая 2010 г.,

вынес в указанный день следующее Постановление:
Процедура
1. Дело было инициировано жалобой N 75330/01, поданной против Российской Федерации в Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) в соответствии со статьей 34 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) двумя гражданами Российской Федерации, Вячеславом Викторовичем Шаркуновым и Алексеем Александровичем Мезенцевым (далее - заявители), 20 августа 2001 г.

2. Интересы заявителей представляли И. Тимофеев и А. Деменева, юристы, практикующие в г. Екатеринбурге. Власти Российской Федерации были представлены П.А. Лаптевым и Г.О. Матюшкиным, бывшим и действующим Уполномоченным Российской Федерации при Европейском Суде по правам человека, соответственно.

3. Решением от 2 июля 2009 г. Европейский Суд признал жалобу частично приемлемой.
Факты
I. Обстоятельства дела
4. Заявители родились в 1969 и 1971 год, соответственно. В настоящее время они отбывают срок лишения свободы в Курганской области.
A. Задержание первого заявителя

и его содержание под стражей


1. Предполагаемое жестокое обращение
5. 5 мая 1999 г. первый заявитель (Шаркунов) был доставлен в отдел по борьбе с организованной преступностью управления внутренних дел Курганской области в г. Шадринске. Он подозревался в убийстве М. Как видно из протокола задержания, составленного в 2.25 6 мая 1999 г., семья и родственники заявителя не были уведомлены. Как утверждает заявитель, сотрудники милиции надели брезентовый мешок на его голову, били его и воздействовали на него электрическим током с целью получения признания. Заявитель не признался.

6. В ту же ночь, с 2.35 до 3.15, первый заявитель был доставлен к следователю П. Протокол допроса содержит следующую заранее впечатанную стандартную формулировку:

"Мне разъяснено, что, согласно статье 51 Конституции России, никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников... Я также уведомлен о правах подозреваемого в ходе предварительного следствия, в соответствии со статьями 52 и 64 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР:

Подозреваемый имеет следующие права на защиту: знать, в чем он подозревается; давать объяснения; представлять доказательства; заявлять ходатайства; знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием, а также с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности применения к нему заключения под стражу в качестве меры пресечения; заявлять отводы; приносить жалобы на действия и решения лица, производящего дознание, следователя; знакомиться с протоколом допроса, требовать внесения изменений в протокол, делать замечания, которые должны быть включены в протокол.

Мне также разъяснено, что, в соответствии со статьями 47 - 52 РСФСР Уголовно-процессуального кодекса, подозреваемый имеет право на защиту.

Для этих следственных действий мне требуется защитник (назначенный коллегией адвокатов; если защитник не требуется - указать причину...)".

Заявитель сделал письменное заявление о том, что он не требует адвоката и что он будет защищать себя сам. Это заявление подтверждено его подписью.

Протокол допроса также содержит другую рукописную пометку заявителя следующего содержания:

"Я ознакомлен с содержанием статьи 51 Конституции. В настоящее время я отказываюсь давать показания".

Эта пометка заверена подписью заявителя.

7. В ту же ночь фельдшер местного вытрезвителя провел медосмотр верхней части его тела; травмы зафиксированы не были. После этого заявитель был водворен в Шадринский изолятор временного содержания. Заявитель был осмотрен фельдшером и жаловался на "боль во всем теле". Были зафиксированы голубые кровоподтеки на бедре и голубые следы от инъекций на его руках. Фельдшер объяснил эти следы наркотической зависимостью и абстинентными симптомами. Как следует из письменных показаний заявителя, датированных тем же днем, за день до этого он ездил верхом и не имел жалоб на должностных лиц.

8. По распоряжению следователя, 7 мая 1999 г. заявитель был осмотрен медицинским экспертом. Обследование проводилось в присутствии двоих конвойных. Заключение, составленное 7 мая 1999 г., указывало, что первый заявитель не имеет физических повреждений.

9. 8 мая 1999 г. заявитель был осмотрен медицинскими работниками, которые заключили, что он страдает от абстинентного синдрома. 15 мая 1999 г. заявитель был осмотрен в связи с болями в области живота и болью в шее и грудном отделе позвоночника. Представляется, что он получал неустановленные лекарства.

10. Как утверждают власти Российской Федерации, заявитель имел свидание с защитником Т. 12 мая 1999 г. и 14 мая 1999 г. он был допрошен в присутствии защитника и пользовался юридической помощью во время предварительного следствия и суда.

11. 17 мая 1999 г. заявитель был переведен из изолятора временного содержания в следственный изолятор.
2. Проверка утверждений о жестоком обращении
12. 17 мая 1999 г. мать заявителя подала жалобу в прокуратуру Курганской области и Шадринскую городскую прокуратуру, ссылаясь на то, что ее сын подвергся жестокому обращению в милиции:

"5 мая 1999 г. мой сын был задержан... Позже я узнала, что 6 мая 1999 г. он был доставлен в 6-й отдел городского отдела внутренних дел, был сильно избит и подвергся пытке электрическим током с целью принуждения к признанию... Позднее жестокое обращение продолжалось... Вышеизложенное подтвердил бывший защитник моего сына Д., который сообщил мне 7 мая, что мой сын подвергся жестокому обращению. Д. видел моего сына 11 мая и позвонил мне, просил принести чистую одежду моего сына. 12 мая адвокат сообщил, что мой сын вновь подвергся побоям и воздействию электрического тока... В тот же день я безуспешно просила следователя П. о свидании с моим сыном... 14 мая следователь сообщил мне, что он передаст чистую одежду моему сыну, если я откажусь от старых вещей, которые могут потребоваться для экспертизы... После задержания мой сын назвал адвокатов, которым он хотел дать поручение; поскольку связаться с ними не удалось, следователь должен был назначить защитника вместо них... Меня ввела в заблуждение администрация изолятора временного содержания относительно абстинентных болей, от которых якобы страдал мой сын... Мне это было непонятно... 8 мая я принесла некоторые болеутоляющие средства и просила - безрезультатно - вызвать бригаду скорой помощи для моего сына... Мой сын страдает от грыжи спинного мозга, которая периодически причиняет ему боли..."

13. Жалоба была направлена на рассмотрение в Шадринскую межрайонную прокуратуру. Была назначена предварительная проверка.

14. В рамках проверки фельдшер вытрезвителя подтвердил, что травмы не были зафиксированы и что заявитель не жаловался 6 мая 1999 г. в 4.00 или примерно в это время. Однако, по сведениям дежурного по изолятору временного содержания, 6 мая 1999 г. в 4.00 заявитель был доставлен в изолятор временного содержания; на его теле наблюдались голубые синяки и следы от инъекций; заявитель пояснил, что синяки были причинены во время верховой езды и что он страдал от наркозависимости. Как следует из показаний, данных 20 мая 1999 г. фельдшером изолятора временного содержания, 6 мая 1999 г. заявитель жаловался на боль в теле; обследование в 8.00 выявило голубые синяки на бедре и голубые следы от инъекций на руках; фельдшер приписала их наркозависимости и абстинентным симптомам. Согласно ее показаниям заявитель осматривался также 8 мая 1999 г. по неустановленным причинам и 15 мая 1999 г. в связи с его жалобами на боль в шее и грудной области позвоночника; он не жаловался на проблемы со здоровьем при переводе в следственный изолятор 17 мая 1999 г.

15. Ряд сотрудников дали письменные показания. Сотрудник Е. показал, что он доставил заявителя в отдел 6 мая 1999 г. в 16.00 или около этого времени; следственные действия проводились примерно до 2.00 в присутствии следователя П.; после этого заявитель был доставлен в вытрезвитель для обследования, а затем в изолятор временного содержания; он не был свидетелем жестокого обращения с заявителем (см. также § 52 настоящего Постановления).

Сотрудник Ба. показал, что заявитель был доставлен в отдел 5 мая 1999 г.; следователь П. также присутствовал при совершении некоторых действий; заявитель не подвергался жестокому обращению в отделе, и признаки жестокого обращения на его теле заметны не были.

Старший сотрудник Я. дал аналогичные показания (см. также § 51 настоящего Постановления), сообщив, что заявитель был доставлен в отдел 5 или 6 мая 1999 г. днем.

Сотрудник К. показал, что заявитель находился в помещении 6 мая 1999 г. днем и что он видел следователя П. и сотрудников Е. и Я. с заявителем примерно в 21.00 того же дня. Сотрудник К. не наблюдал жестокого обращения с заявителем.

Наконец, следователь П. показал, что он вынес постановление о задержании заявителя и допросил его; жестокому обращению заявитель не подвергался; медицинский эксперт осмотрел его 7 мая 1999 г. и не обнаружил травм.

16. Постановлением от 1 июня 1999 г. Шадринская межрайонная прокуратура отказала в возбуждении уголовного дела против сотрудников, предположительно несущих ответственность за жестокое обращение с первым заявителем. Было установлено, что заявитель был задержан 5 мая 1999 г. и затем доставлен в Отдел по борьбе с организованной преступностью для следственных действий. Затем он был осмотрен фельдшером вытрезвителя; травмы обнаружены не были. Заявитель был доставлен в изолятор временного содержания и был осмотрен "дежурным" сотрудником; заявитель пояснил, что синяки на его бедре были причинены до задержания (возможно, во время верховой езды); при его доставке в следственный изолятор 17 мая 1999 г. травмы не были обнаружены. В мае 1999 г. заявитель не жаловался на состояние здоровья и не обвинял должностных лиц. Во время проверки он не выдвигал доводов, содержащихся в жалобе его матери.

17. Как видно из постановления от 1 июня 1999 г., "заинтересованные лица подлежат ознакомлению с постановлением и порядком его обжалования". Письмом от той же даты мать заявителя была уведомлена о постановлении и возможности его обжалования вышестоящему прокурору.
3. Сопутствующие разбирательства
18. В неустановленную дату Т. был назначен защитником заявителя. 15 июня 1999 г. он просил выдать копию постановления об обыске квартиры заявителя; он также просил следователя разрешить заявителю свидания с семьей.

19. Медицинская справка от 17 сентября 1999 г., выданная местной наркологической больницей, указывает, что первый заявитель не страдал алкогольной или наркотической зависимостью, и ему не требовалось связанное с этим лечение в период содержания под стражей.

20. 21 февраля 2000 г. первый заявитель жаловался в Курганскую прокуратуру, осуществляющую надзор за исправительными учреждениями, на события 5 и 6 мая 1999 г. и расследование. Заявитель утверждал следующее:

"5 мая 1999 г... я подвергся допросу особой интенсивности, который могу при необходимости описать. Сотрудники пытались принудить меня к признанию в совершении преступления, к которому я не был причастен и о котором мне ничего не известно. Ночью появился следователь П. Физическое насилие временно прекратилось, и мешок с моей головы сняли, следователь П. принуждал меня дать письменные показания... Он сообщил, что у него есть свидетельские показания против меня... В течение 12 дней в изоляторе временного содержания я давал показания о наличии у меня алиби в день убийства М. и предполагаемых враждебных отношениях между мной и вышеупомянутым свидетелем..."

21. Письмом от 28 февраля 2000 г. заявитель был уведомлен о том, что его повторная жалоба отклонена Курганской областной прокуратурой, поскольку по результатам проверки было принято постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с предполагаемым жестоким обращением.

22. 6 мая 2000 г. заявитель был допрошен в присутствии защитника, не признал себя виновным, потребовал очной ставки со вторым заявителем, а затем отказался от показаний.

23. С мая по сентябрь 2000 г. заявитель направил несколько неуказанных жалоб из следственного изолятора в Курганский городской суд. В апреле 2000 г. мать заявителя жаловалась областному прокурору в связи с проверкой утверждений о жестоком обращении.
B. Задержание второго заявителя и заключение под стражу
1. Предполагаемое жестокое обращение
24. 9 декабря 1999 г. второй заявитель (Мезенцев) был доставлен в вышеупомянутый Отдел по борьбе с организованной преступностью в Шадринске из следственного изолятора г. Кургана.

25. Как утверждает заявитель, он находился в милицейском автомобиле с брезентовым мешком на голове и получил несколько ударов от конвойных сотрудников. В отделе сотрудники соединили провода с его мизинцами и подвергли воздействию электрического тока. Когда он терял сознание, они били его по голове, чтобы привести в чувство. Брезентовый мешок на его голове препятствовал доступу воздуха. Он не мог выносить боль и признался в причастности к убийству К.

26. В тот же день с 19.00 до полуночи второй заявитель был допрошен следователем П. Протокол допроса содержит следующую заранее впечатанную стандартную формулировку:

"Мне разъяснено, что, согласно статье 51 Конституции России, никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников... Я также уведомлен о правах подозреваемого в ходе предварительного следствия, в соответствии со статьями 52 и 64 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР:

Подозреваемый имеет следующие права на защиту: знать, в чем он обвиняется; давать объяснения; представлять доказательства; заявлять ходатайства; знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием, а также с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности применения к нему заключения под стражу в качестве меры пресечения; заявлять отводы; приносить жалобы на действия и решения следователя; знакомиться с протоколом допроса, требовать внесения изменений в протокол, делать замечания, которые должны быть включены в протокол.

Мне также разъяснено, что в соответствии со статьями 47 - 52 РСФСР Уголовно-процессуального кодекса подозреваемый имеет право на защиту. Для этих следственных действий мне требуется защитник (назначенный коллегией адвокатов; если защитник не требуется - указать причину...)".

Заявитель сделал письменное заявление о том, что он не требует адвоката и что отказ от защитника не вызван отсутствием средств. Это заявление подтверждено его подписью.

Протокол допроса также содержит другую рукописную пометку заявителя следующего содержания:

"Я ознакомлен с содержанием статьи 51 Конституции. Я согласен давать показания по существу подозрений против меня".

Эта пометка заверена подписью заявителя. Во время допроса заявитель признался в пособничестве убийству К., совершенному, как утверждал второй заявитель, первым заявителем (Шаркуновым). Протокол заканчивался рукописной пометкой, свидетельствующей о том, что второй заявитель прочел протокол, что он составлен правильно, что заявитель не имел замечаний или возражений, что он уведомлен о ведении видеозаписи и не имеет замечаний по этому поводу. Видеозапись допроса осуществлял сотрудник Ба.

27. 15 декабря 1999 г. заявитель вновь был доставлен в Отдел по борьбе с организованной преступностью, где жестокое обращение, а именно побои по голове, предположительно возобновилось. Как утверждает заявитель, находясь в камере, он перерезал вены на обеих руках, предположительно в знак протест против побоев и оказания на него давления. Как утверждали власти Российской Федерации, второй заявитель причинил себе травмы, поскольку первый заявитель оказывал на него давление во время пребывания в Шадринском следственном изоляторе N 2.

28. После предоставления второму заявителю медицинской помощи в тот же день на допросе он был уведомлен о его правах и не признал себя виновным; он отказался от юридической помощи "на данном допросе" и отказался давать показания.


2. Проверка утверждений о жестоком обращении
29. 17 декабря 1999 г. второй заявитель подал жалобу в областную прокуратуру, в которой утверждал, что он был вынужден признаться в убийстве и оговорить других лиц:

"Требую провести проверку и пресечь незаконные методы следствия, использованные против меня сотрудниками Отдела по борьбе с организованной преступностью. Вследствие этого я был вынужден дать признательные показания 9 декабря 1999 г. Я жаловался в областную прокуратуру, но впоследствии узнал, что жалоба не была передана... 15 мая 1999 г. я был доставлен в отдел повторно и был вынужден оговорить себя и других в совершении различных преступлений. Чтобы преодолеть мое сопротивление, сотрудники пообещали мне свидание с семьей в обмен на признание, что являлось формой психологического давления... Поскольку я не мог выдерживать давление, я вскрыл себе вены с помощью лезвия бритвы, найденного мной в камере..."

30. 19 января 2000 г. заявитель изменил свои показания, указав, что воздействие электрическим током применялось к нему 9 декабря 1999 г.; что он был принужден к отказу от юридической помощи; что от него требовали выглядеть естественно во время видеозаписи и отвечать в соответствии с обсужденной ранее версией событий.

31. В связи с утверждениями второго заявителя о жестоком обращении была проведена проверка. Сотрудник Е. показал, что заявитель был доставлен в Отдел по борьбе с организованной преступностью для допроса следователем П.; осуществлялась видеозапись допроса; жестокое обращение или давление к заявителю не применялись (см. также § 52 настоящего Постановления). Аналогичные показания дал старший сотрудник Я. (см. также § 51 настоящего Постановления). К аналогичным объяснениям следователь П. добавил, что, хотя заявитель не требовал защитника на допросе 15 декабря 1999 г., он выразил пожелание посоветоваться с адвокатом позднее в следственном изоляторе. Сотрудник Ба. подтвердил, что он осуществлял видеозапись допроса 9 декабря 1999 г., и что он не видел побоев.

32. Прокурор также получил письменные показания заявителя, который утверждал, что во время его доставки в отдел 9 декабря 1999 г., на его голову был надет брезентовый мешок; в отделе к его пальцам были присоединены провода, и применялось воздействие электрическим током. Заявитель утверждал, что 15 декабря 1999 г. он получил несколько ударов от сотрудников отдела; что он не мог опознать их, поскольку на его голове был надет брезентовый мешок; и что в ответ на его требование о предоставлении защитника следователь П. предложил ему написать в местную коллегию адвокатов.

33. 27 января 2000 г. заявитель был осмотрен медицинским экспертом, который обнаружил шрамы на его руках и заключил, что эти шрамы могли быть причинены им самим 15 декабря 1999 г. Эксперт не выявил никаких следов пытки электротоком или ударов по голове второго заявителя.

34. 28 января 2000 г. Шадринская районная прокуратура отказала в возбуждении уголовного дела в связи с предполагаемым жестоким обращением. Прокурор сослался на вышеупомянутые объяснения и экспертное заключение. Он также отметил, что заявитель не предъявлял жалоб в следственном изоляторе и что травмы там выявлены не были. В постановлении указывалось, что "заинтересованные лица подлежат ознакомлению с постановлением и порядком его обжалования".
3. Сопутствующие разбирательства
35. 31 января 2000 г. второй заявитель просил назначить ему защитника, ссылаясь на отсутствие средств для его привлечения. Заявитель был допрошен в присутствии защитника 4 февраля 2000 г. и отказался от показаний, данных 9 декабря 1999 г. под давлением.

36. 5 мая 2000 г. следователь М., который также являлся ответственным за уголовное дело заявителя, отказал в возбуждении уголовного дела, отклонив повторную жалобу второго заявителя на жестокое обращение как необоснованную.

37. 10 мая 2000 г. второй заявитель был допрошен в присутствии защитника и, будучи уведомлен о праве не свидетельствовать против себя, не признал себя виновным и отказался от показаний.

38. 5 июня 2000 г. следователь отклонил ряд ходатайств защиты, в частности, указав, что утверждение о жестоком обращении ранее было отклонено после проверок, и что в деле имеются соответствующие решения об отказе в возбуждении уголовного дела.

39. Заявитель направлял неуказанные жалобы в Шадринский городской суд из следственного изолятора в марте 2000 г. и в Курганский городской суд в июне - декабря 2000 г.
C. Иные события и судебное разбирательство
1. Предварительное следствие
40. В ноябре 1999 г. и феврале 2000 г. милиция допросила В. в рамках несвязанного уголовного разбирательства. Представляется, что он был уведомлен о его правах и отказался от предложенной ему юридической помощи. По существу он показал, что перевозил заявителей в день совершения убийства К. и что он слышал о другом убийстве, предположительно совершенном первым заявителем. В. также показал, что "зимой 1998 - 1999 годов" второй заявитель поджег автомобиль по поручению первого заявителя; последний безуспешно вымогал денежную сумму у собственника автомобиля; первый заявитель предположительно сообщил В., что второй заявитель разбил окно автомобиля, бросил туда бутылку бензина и поджег. В. подтвердил свои показания на очной ставке со вторым заявителем. Однако 19 апреля 2000 г. В. отказался от своих показаний, сославшись на жестокое обращение в ноябре 1999 г. и феврале 2000 г. Представляется, что власти отказали в возбуждении уголовного дела против сотрудников.

41. На предварительном следствии С. была допрошена в качестве свидетеля в связи с обвинениями в поджоге против заявителей. Она опознала второго заявителя по общим внешним признакам среди трех человек как лицо, которое она впервые видела "в марте 1998 г. или примерно в это время", когда он пытался поджечь автомобиль во дворе многоквартирного дома, где она проживала; во второй раз, когда он разбил окно автомобиля и разлил там бензин. При опознании присутствовали защитник и двое понятых.

42. Заявители и В. были обвинены в совершении ряда преступлений, включая убийство и поджог. Первый заявитель обвинялся в двух эпизодах убийства, двух эпизодах подстрекательства к уничтожению имущества путем поджога, незаконном хранении огнестрельного оружия и вымогательстве. Второй заявитель обвинялся в убийстве и двух эпизодах уничтожения имущества путем поджога. Первый эпизод уничтожения имущества путем поджога был основан на показаниях потерпевшего от поджога, который утверждал, что имел "трения" с первым заявителем. Это показание частично подтвердил свидетель Ч. Второй эпизод был основан, в частности, на показаниях С., очевидца, опознавшей второго заявителя в качестве поджигателя.
2. Судебное разбирательство
43. 19 июля 2000 г. Курганский областной суд провел первое заседание. Заявители не признали себя виновными по обвинениям в убийстве и поджоге. Второй заявитель утверждал, что к признанию 9 декабря 1999 г. он был принужден под давлением после многочасовых пыток. Сообвиняемый заявителей В. также заявил, что он был сильно избит сотрудниками и вследствие этого оговорил заявителей. Он утверждал, что сотрудники били его по верхней части тела, но что удары не оставляли следов.

44. С. была вызвана в суд в качестве свидетеля по делу о втором поджоге (в связи с событиями февраля 1998 г.). Согласно рапорту, датированному 21 июля 2000 г., судебный пристав посетил ее дом, но она отказалась явиться в суд первой инстанции, ссылаясь на то, что она должна ухаживать за малолетним ребенком.


следующая страница >>
Смотрите также:
Постановление Страсбург, 10 июня 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
446.34kb.
3 стр.
Постановление Страсбург, 3 июня 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
136.95kb.
1 стр.
Постановление Страсбург, 12 мая 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
186.33kb.
1 стр.
Постановление Страсбург, 14 января 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
578.53kb.
3 стр.
Постановление Страсбург, 18 февраля 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
402.66kb.
3 стр.
Постановление Страсбург, 1 апреля 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
367.71kb.
2 стр.
Постановление Страсбург, 18 марта 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
443.08kb.
1 стр.
Постановление Страсбург, 1 апреля 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
752.22kb.
6 стр.
Постановление Страсбург, 9 апреля 2009 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
489.56kb.
2 стр.
Постановление Страсбург, 9 октября 2008 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
1161.71kb.
8 стр.
Постановление Страсбург, 20 мая 2010 года Перевод на русский язык Николаева Г. А
577.77kb.
4 стр.
Постановление Страсбург, 22 декабря 2008 года Перевод с английского Д. В. Юзвикова
1060.25kb.
7 стр.