Главная
страница 1

На правах рукописи



Виноградов Виктор Викторович


МИРОВОЙ СУД

В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ В 1864—1889 гг.

(НА ПРИМЕРЕ КАЛУЖСКОЙ ГУБЕРНИИ)

Специальность 12.00.01 — Теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата юридических наук


Москва


2010

Работа выполнена на кафедре теории и истории государства


и права Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Российская правовая академия Министерства юстиции Российской Федерации».


Научный руководитель: кандидат юридических наук, доцент

Аверин Михаил Борисович


Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

Сафонов Владимир Евгеньевич


кандидат юридических наук, доцент

Иванов Алексей Алексеевич




Ведущая организация —

Мордовский государственный университет им. Н. П. Огарева


Защита диссертации состоится 15 июня 2010 года в 1100 часов на заседании диссертационного совета Д 229.001.02 при Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации по адресу: 127051, г. Москва, Б. Каретный пер., 10а, ауд. 301.


С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации.
Автореферат размещен на интернет-сайте Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации www.rpa-mu.ru «_____» мая 2010 года.
Автореферат разослан «_____» мая 2010 года.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат юридических наук Т. Е. Шингирей

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ
Актуальность темы диссертационного исследования. Российское государство за длительный период своего существования пережило немало преобразований, которые вызывали различное к ним отношение современников. Однако судебная реформа, важная составная часть буржуазных реформ 60—70-х гг. XIX в., в оценках современников и ученых конца XX — начала XXI в. получила практически единодушное положительное одобрение. Она стала одним из основных элементов всех предпринятых нововведений, неизбежным результатом процесса модернизации системы общественных отношений, следствием отмены крепостного права. Именно новые судебные учреждения воплощали в себе все передовые принципы буржуазного судоустройства и судопроизводства.

Ценный опыт, накопленный при проведении дореволюционной судебной реформы, в известной мере может быть востребован и на современном этапе. При проведении в Российской Федерации преобразований в судебной системе решались схожие задачи.

Необходимо отметить, что успех прежней реформы находился
в прямой зависимости от того массового воодушевления, которое она вызывала в различных слоях российской общественности. В значительной мере тому способствовали изменения местного суда и судоустройства. И поэтому обращение к изучению организации и функционирования мирового суда, созданного в ходе судебной реформы 1864 г., представляется вполне оправданным и закономерным.

Мировой суд стал судебным учреждением, основанным на новых буржуазных принципах организации и деятельности. Он находился ближе всего к населению, различным его слоям и сословиям, поскольку рассматривал «маловажные» уголовные и гражданские дела, осуществлял правосудие там, где ранее творилась «расправа».

Эффективность деятельности мирового суда находилась в зависимости от многих факторов: подготовительных работ до открытия новых судебных учреждений; особенностей организации самого суда, его вспомогательных структур; упрощенных процессуальных форм
и обрядов, применяемых в таком суде; отношений с иными судебными и административными учреждениями (установленных законом и фактических), местным самоуправлением; специфики местных условий. Поэтому необходимо изучение не только соответствующей нормативной базы, но прежде всего практики ее применения.

Российская империя с ее огромной территорией демонстрирует множество различий в социально-экономической и политической сферах. Эти отличия, а также некоторые иные факторы обусловили длительность реализации судебной реформы, привели


к появлению местных особенных черт, что относится в полной мере и к мировой юстиции. «Классический» вариант ее организации действовал только на территории губерний европейской части России. К таким губерниям относится и Калужская губерния. Сложившиеся здесь особенности требуют самого пристального изучения и анализа, без которых едва ли возможны выявление и правильная оценка общих и отличительных черт в организации и деятельности мирового суда, упрощенного порядка судопроизводства.

Произошедший еще в конце XX в. отход от прежнего, классового подхода к изучению государства и права, предполагавшего известную предопределенность выводов, позволяет на современном этапе исследования проблемы иметь более широкие взгляды и сделать выводы, сформированные в ходе изучения и обобщения конкретного материала отдельных регионов.



Цель диссертационной работы состоит в том, чтобы на основе изучения обширной нормативной правовой базы, опубликованных
и архивных материалов, литературы провести всесторонний анализ процессов создания, организации, деятельности и ликвидации мирового суда рассматриваемого периода в Калужской губернии, а также
в выявлении общих и частных черт, характерных для института мировой юстиции в данной губернии.

Для достижения вышеизложенной цели автором были поставлены следующие задачи:

- рассмотреть особенности воплощения   в жизнь принципов нового устройства местного уда и судопроизводства на примере отдельной губернии, осветив при этом вопрос ожиданий реформаторов в данной сфере и реальные региональные результаты;

- исследовать процесс подготовки введения мировых судебных учреждений в Калужской губернии, определить местные особенные черты и дать оценку результатам подготовительной деятельности;

- проанализировать порядок создания и организацию мирового суда, особенности его личного состава в данной губернии, выявить общие и частные моменты, проследить эволюцию его отдельных элементов (участковых и почетных мировых судей, съездов мировых судей и т. д.) и всей системы мировых судов в целом;

- проследить отношения мировых судебных учреждений с другими судами и административными органами, прежде всего с земским самоуправлением, определить социальную и иную значимость мирового суда для данной территории;

- выявить особенности рассмотрения в мировом суде данного региона гражданских и уголовных дел, применения судом норм гражданского и уголовного судопроизводства;

- определить основные результаты и последствия введения мировой юстиции в Калужской губернии, сравнив их с результатами


в других регионах.

Объектом исследования следует признать всю совокупность общественных отношений, связанных с оформлением, организацией
и функционированием мировой юстиции в Калужской губернии в рассматриваемый период.

В качестве предмета исследования выступают совокупность нормативных правовых актов, регулирующих организацию и функционирование мирового суда, а также практическая реализация данных актов на территории Калужской губернии.



Хронологические рамки. Работа охватывает период с 1864 по 1889 г. Начальная дата обусловлена тем, что необходимость более глубокого и детального изучения деятельности мировой юстиции в данном регионе требует освещения вопроса подготовки введения новых судов. При этом возникает потребность в том, чтобы привлекать материалы, которые относятся к более раннему периоду и позволяют уяснить вопрос, касающийся планов реформы местного суда и воззрений на него реформаторов и общественных деятелей. Конечная дата связана с упразднением мировой юстиции в данной губернии и ее заменой новыми административно-судебными учреждениями.

Территориальные рамки. Калужская губерния указанного периода представляла собой регион, имевший развитые традиции дворянского землевладения. Отмена крепостного права не могла не вызвать здесь особой потребности в реформировании местного суда. Эта потребность усугублялась и тем, что в губернии быстро развивались экономические отношения.

Калужская губерния являлась одной из внутренних губерний России, составляя один из округов, относящихся к ведомству Московской судебной палаты. Устройство мировой юстиции в этих губерниях носило характер обычной, предусмотренной законом организации мирового суда, тогда как на окраинах Российской империи и в некоторых других районах имелись те или иные отступления от этой модели. Поэтому изучение мировой юстиции в Калужской губернии позволяет выявить частные моменты в организации и деятельности данного института в одной из губерний интенсивно развивающегося района страны, а также более глубоко понять существовавшие здесь общие тенденции.



Методологической основой диссертационного исследования являются диалектический метод познания и принцип историзма. Институт мировой юстиции рассматривается в его развитии, во всей совокупности внешних и внутренних взаимосвязей, в зависимости от быстро изменяющихся социально-экономических, политических и иных исторически сложившихся условий. В диссертации широкое применение получили сравнительно-исторический и формально-юридический методы, позволяющие с большей глубиной проанализировать нормативную правовую базу мировой юстиции, выявить общие и частные моменты, характерные для данного института.

Теоретическую основу диссертационного исследования составили исследовательские подходы историков и теоретиков государства и права С. С. Алексеева, В. М. Баранова, В. Н. Бабенко, Б. В. Виленского, А. А. Демичева, В. В. Дорошкова, В. В. Ершова, Н. П. Ерошкина, Н. Н. Ефремовой, С. В. Кодана, М. Г. Коротких, Л. Е. Лаптевой, Г. В. Мальцева, А. Я. Малыгина, Б. Н. Миронова, Л. А. Морозовой,
Р. С. Мулукаева, М. В. Немытиной, В. С. Нерсесянца, Н. С. Нижник,
Т. Е. Новицкой, И. А. Покровского, Н. Н. Полянского, М. М. Рассолова, А. А. Сафонова, Е. А. Скрипилева, А. С. Смыкалина, А. С. Тумановой, М. А. Чельцова-Бебутова и др.

Источниковая база диссертационного исследования. Выбор объекта анализа, поставленные научно-познавательные задачи требуют привлечения широкого корпуса источников, которые можно разделить на следующие группы: нормативные правовые акты; справочные и статистические сведения; материалы официального делопроизводства; неофициальные документы (проекты, записки, комментарии, дневники, мемуары и материалы периодической печати). Часть из них находится в составе архивных фондов.

Наиболее важными нормативными правовыми актами следует признать Судебные уставы, принятые 20 ноября 1864 г.: Учреждение судебных установлений, Устав уголовного судопроизводства, Устав гражданского судопроизводства, Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями. Данные нормативные правовые акты были опубликованы в виде отдельных официальных изданий, а также в Полном собрании законов Российской империи. Неоценимую помощь при проведении работы оказали акты местных учреждений, относящиеся к деятельности мирового суда. Большую помощь в изучении темы оказали справочные материалы: адрес-календари, памятные и справочные книжки Калужской губернии, географические карты. В процессе работы над диссертационным исследованием широко привлекались материалы периодической печати.

Основу источниковой базы диссертационного исследования составляют материалы делопроизводства мировых и общих судебных учреждений Калужской губернии, а также иных административных органов и местного самоуправления, хранящиеся в Государственном архиве Калужской области (ГАКО)1.

Совокупность опубликованных и архивных материалов, имевших официальный и неофициальный характер, составляет источниковую базу данного исследования, которая позволяет решить поставленные в работе задачи.



Степень научной разработанности темы. Вопросы создания
и претворения в жизнь положений судебной реформы 1864 г., а также устройство и деятельность мирового суда вызывали публицистический и научный интерес еще с момента издания Судебных уставов и даже ранее.

В конце XIX — самом начале XX в. вышло значительное число общих исследований, которые имели в своей основе широкую источниковую базу, высокую степень теоретической обоснованности и аналитический характер. К таким работам можно отнести труды В. П. Безобразова, А. А. Головачева, Г. А. Джаншиева, В. Л. Исаченко, Н. Н.Розина, Е. Н. Тарановского, И. Я Фойницкого, В. Я. Фукса. Появились


и отдельные работы, специально посвященные организации и деятельности мирового суда. Особо здесь следует выделить исследование
С. П. Мокринского.

До начала 60-х гг. XX в. советские авторы сравнительно мало уделяли внимания судебной реформе 1864 г.

С начала 60-х гг. положение в изучении реализации Судебных уставов 1864 г. мировой юстиции изменилось. Вышло значительное число интересных и достаточно глубоких работ, носивших, однако, как правило, общий характер. Данные труды были основаны на широком круге источников, рассматривали отдельные аспекты создания, организации и деятельности мирового суда. Происходило постепенное изменение оценок результатов судебной реформы 1864 года.

Значительный вклад в изучение судебной реформы 1864 г.


в рассматриваемый период внесли Б. В. Велинский, Н. Н. Ефремова,
П. А. Зайончковский, Л. Г. Захарова, Ф. А. Ишкулова, М. Г. Коротких, А. Е. Скрипилев, Н. А. Троицкий и др. Но институт мировой юстиции продолжает оставаться недостаточно изученным, ощущается острая нехватка специальных исследований.

С начала 90-х гг. XX в. наступает современный этап в изучении Судебных уставов 1864 г. и мирового суда. При этом особо следует выделить носящие общий характер работы М. Г. Коротких и М. В. Немытиной. Выходят общие работы, касающиеся реализации положений Судебных уставов 1864 г., отдельных аспектов организации и деятельности мировой юстиции, а также исследования, направленные на изучение института мирового суда в конкретных регионах .

Таким образом, несмотря на существенные результаты, достигнутые дореволюционной, советской и современной наукой, судебная реформа, ее реализация на региональном уровне, отдельные институты и, в частности, мировая юстиция продолжают оставаться недостаточно изученными вопросами. Практически не исследованной в данном отношении остается и Калужская губерния.

Научная новизна диссертационной работы определяется тем, что она представляет собой первое комплексное исследование процесса создания, особенностей организации и функционирования мирового суда в Калужской губернии рассматриваемого периода.

Анализ института мировой юстиции на примере отдельно взятой губернии способствует более глубокому осмыслению всей картины реализации законодательных положений, регулирующих устройство и деятельность мировой юстиции в губерниях европейского центра России, выявлению общих и определению частных моментов. Определение последних — важная научная задача, стоящая на современном этапе изучения данной проблемы. Необходимость глубокого и всестороннего анализа вопросов отличительных особенностей формирования, организации и деятельности мирового суда, а также его отношений с органами местной государственной власти и самоуправлением предполагает изучение материалов конкретных регионов, в частности Калужской губернии.

Полнота изучения вопроса во многом зависит и от исследования отношений института мировой юстиции в Калужской губернии с местным населением, его реакции на деятельность нового суда, влияния последнего на социальный климат данной губернии.

Научная новизна диссертационного исследования заключается также в привлечении широкого комплекса различных источников, значительная часть которых впервые вводится в научный оборот. Все это способствует получению более целостной картины организации и деятельности мирового суда в Российской империи в рассматриваемый период.



На защиту выносятся следующие положения:

1.Созданная в ходе реформы организация местного суда имела несомненные преимущества перед прежней, дореформенной, имевшей многочисленные изъяны. Был изменен и порядок формирования состава мирового суда. Сам принцип выборности судебных учреждений не являлся новым для России, но выборы мировых судей производились вновь введенными органами местного самоуправления, носившими всесословный характер. Выборный порядок формирования суда, высокий имущественный ценз и процедура выборов подвергались справедливой критике, так как имели определенные недостатки. Однако такой порядок создавал и определенные преимущества для избранных мировых судей, которые должны были пользоваться «доверием местных обывателей», иметь в связи с наличием имущественного ценза дополнительную независимость, хорошо представлять себе особенности местных условий и иметь достаточный уровень образования. В данной губернии с преобладающим дворянским землевладением именно дворянство, чиновничество (гражданское и военное) в общем-то соответствовали вышеуказанным требованиям. Поэтому система цензов, принятых для мировых судей, оказалась в известной мере оправданной, хотя и вызывала определенные затруднения при избрании достойных кандидатов на должность мировых судей, которые не имели должного имущественного ценза. В диссертации обосновано, что Калужское губернское земское собрание, активно предпринимая попытки снизить высокий уровень имущественного ценза, установленного для мировых судей, ходатайствовало об изменении законодательства. Социальный состав, сословное происхождение суда, как свидетельствует местная практика, ни в коей мере не снижали доверия населения к мировому суду и в общем не отражались отрицательно на его работе.

2. Значительный объем подготовительных работ, проведенных
в Калужской губернии до открытия новых мировых судебных учреждений, в известной мере предопределил дальнейшую деятельность мировых судов в данном регионе. Количество участков участковых мировых судей и их границы, как правило, оставались неизменными на протяжении всего периода существования мировой юстиции в Калужской губернии. Однако географическое размещение камер (сельских) уездных участковых мировых судей оказалось в значительном числе случаев неудовлетворительным. Причиной тому были дополнительные финансовые расходы, которые требовались для открытия камер в крупных, хорошо доступных селениях. Участковые мировые судьи — местные некрупные землевладель-
цы — открывали камеры в своих отдаленных имениях.

3. Финансовое обеспечение мировой юстиции тем не менее находилось в прямой зависимости от местного самоуправления, земских учреждений и складывалось из местных сборов и доходов. Доказано, что расходы на мировую юстицию в Калужской губернии в начальный период существования составляли около четверти всех расходов, значительно превышая любую другую бюджетную статью. Впоследствии удельная доля расходов снижалась, хотя в абсолютных цифрах расходы оставались практически неизменными. Это положение еще раз подчеркивает крайне затратный характер судебной реформы и ограничения по финансам, которые не могли не накладывать отпечаток на ее проведение.

4. Отношения органов местного самоуправления и учреждений мировой юстиции в Калужской губернии носили деловой и конструктивный характер. Во многом это было вызвано тем, что многие участковые судьи в недалеком прошлом сами были гласными уездных земских собраний, а почетные мировые судьи таковыми и являлись. Поэтому нужды мировой юстиции, ее интересы были хорошо известны наиболее активной и влиятельной части местного населения, между последним и судебным корпусом существовала устойчивая двусторонняя связь. Мировые судьи в своей деятельности не оказались под давлением данных учреждений, как того опасались некоторые юристы.

5. Основная нагрузка по осуществлению правосудия, как и следовало ожидать, приходилась на участковых мировых судей. В Калужской губернии загруженность данной категории судей носила, как установлено в диссертационном исследовании, довольно неравномерный характер. Наибольшая нагрузка приходилась на судей Калуги и уездных городов,


а наименьшая — на сельские участки малонаселенного Малоярославецкого уезда, так как здесь необходимо было иметь достаточное количество участковых мировых судей в округе. Однако изучение калужской практики показывает важное значение института почетных мировых судей, которые часто занимали места председателей съезда мировых судей. Они являлись (хотя и значительно реже) непременными членами съездов, что значительно снижало загруженность отдельных участковых судей. Имелась практика избрания бывших участковых мировых судей почетными
и наоборот, когда почетные избирались участковыми. Подобные процессы повышали профессиональный уровень Калужского мирового суда, обеспечивали нормальное функционирование апелляционной и кассационной инстанции — съездов мировых судей.

6. Анализ работы калужских мировых судов по рассмотрению уголовных дел позволяет говорить о двух основных тенденциях. С одной стороны, калужская мировая юстиция представляла собой достаточно типичный образец с точки зрения функционирования мировых учреждений внутренних губерний России, с другой — местной практики были присущи некоторые особенности. В частности, не выделялась данная губерния по такому показателю, как соотношения оснований возбуждения уголовных дел, хотя, например, калужские мировые судьи крайне редко возбуждали дела по собственному усмотрению. В то же время в начальный период своего существования калужские мировые судьи значительно реже выносили оправдательные приговоры, что подтверждает их достаточно высокие профессиональные качества, если иметь в виду дальнейшую тенденцию к сокращению такой практики. В связи с тем что относительно малым был процент нерешенных уголовных дел, можно говорить об относительном успехе мировых судов в осуществлении уголовного судопроизводства.

7. В области осуществления гражданского судопроизводства калужская мировая юстиция достигла относительно меньших успехов. Последнее можно объяснить особенностями гражданского судопроизводства и сложностью рассмотрения гражданских дел, требовавших больших усилий, навыков и опыта. В целом калужские мировые суды успешно применяли упрощенный порядок судопроизводства, активно использовали примирительную процедуру, добившись здесь относительного успеха.

Теоретическая значимость диссертационного исследования определяется полученными в его ходе новыми данными, новизной его выводов, положений и конкретно-исторического материала, уровнем обобщения последнего. Результаты исследования позволяют глубже понять процессы, происходившие в сфере реализации Судебных уставов 1864 г., в ряде случаев вносят определенный вклад в науку истории отечественного государства и права. Они могут быть в дальнейшем использованы в разработке проблем, связанных с историей мировой юстиции и судебной власти в России.



Практическая значимость диссертации заключается в том, что материалы данного исследования, его теоретические выводы частично используются и могут быть применены в дальнейшем при подготовке обобщающих трудов по истории отечественного государства
и права, в процессе преподавания учебного курсов по истории отечественного государства и права, истории судебных учреждений России. Выводы диссертационного исследования представляют определенный интерес для органов государственной власти и судебных учреждений при выработке ориентиров и рекомендаций по совершенствованию судебной политики, а также при реализации ее положений на практике.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основное содержание и базовые положения диссертации получили освещение в двух публикациях в журналах, включенных Президиумом Высшей аттестационной комиссии Министерства образования и науки Российской Федерации в перечень ведущих научных журналов, в докладах и сообщениях на международных, общероссийских и региональных научных, научно-теоретических


и научно-практических конференциях: «Четвертые Всероссийские Державинские чтения» (Москва, 2008), «Пятые Державинские чтения в Республике Мордовия» (Саранск, 2009), «Тенденции развития государства, права
и политики в России и мире» (Калуга, 2009).

Результаты диссертационного исследования докладывались и обсуждались на заседаниях кафедры теории и истории государства и права Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации.

Полученные автором в ходе исследования результаты были использованы при разработке и чтении лекционного курса «История отечественного государства и права» для студентов Калужского филиала Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации, а также в ходе проведения занятий с сотрудниками Управления по обеспечению деятельности мировых судей Калужской области, что подтверждается соответствующими актами внедрения. Результаты диссертационного исследования используются в практической деятельности Управления судебного департамента по Калужской области.

Структура диссертационного исследования обусловлена степенью разработки темы исследования и решением поставленных задач. Диссертация состоит из введения, трех глав, включающих шесть параграфов, заключения, библиографического списка и приложений.

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ
Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяются цель и задачи, объект и предмет исследования, указываются хронологические и территориальные рамки, методологическая и теоретическая основы, источниковая база исследования, показываются степень научной разработанности темы, научная новизна работы, перечисляются основные положения, выносимые на защиту, раскрывается теоретическая и практическая значимость работы, приводятся сведения об апробации
и внедрении результатов, а также структуре исследования.

Первая глава «Введение института мирового суда в Российской империи» состоит из двух параграфов и посвящена обзору и анализу хода подготовительных работ, направленных на создание института мирового суда в России, непосредственного образования новых мировых судебных учреждений в Калужской губернии, а также дальнейшей их ликвидации в данном регионе.

В первом параграфе «Особенности создания мирового суда в процессе разработки судебной реформы» рассматриваются разработка проектов судебных преобразований относительно местного суда и судопроизводства, выбор их модели и отдельные аспекты устройства мировой юстиции. Дается характеристика российской судебной системы до судебной реформы 1864 г., исследуется борьба групп внутри правительственных верхов по поводу содержания намеченной реформы.

Суд и судоустройство Российской империи первой половины XIX в. имели множество недостатков. Так, существовало значительное число судебных инстанций, процесс был обставлен рядом различных тяжелых формальностей; суд находился в зависимости от администрации; рассмотрение дел, их пересмотр длились годами, сохранялся сословный характер суда. Многочисленные недостатки наиболее ярко проявлялась на примере низших местных судебных учреждений.

Решить важнейшие, принципиальные вопросы планируемой судебной реформы должны были Основные положения, составление которых было поручено комиссии из служащих Государственной канцелярии и Министерства юстиции. В сентябре 1862 г. вновь составленные Основные положения преобразования судебной части в России были одобрены монархом, а затем опубликованы.

Они предполагали наличие мирового суда, который должен был разрешать мелкие гражданские и уголовные дела. Мировой округ совпадал с уездом и делился на мировые участки. Мировые судьи могли быть участковыми и почетными. Они избирались теперь всеми сословиями сроком на три года.

Были закреплены основные принципы нового судоустройства


и судопроизводства. Решающими из них для мировой юстиции были отделение суда от администрации, принцип гласности судебного разбирательства, отмена теории формальных доказательств, учреждение кассационного суда, единоличность рассмотрения дел мировым судьей, выборность мировых судей в сочетании с несменяемостью, сочетание институтов почетных и участковых мировых судей, активная роль мирового судьи как примирителя сторон.

В ходе работы над Судебными уставами широко использовался опыт передовых западных государств.

Однако анализ российского законодательства позволяет сделать вывод о том, что многие элементы, присущие мировому суду и судопроизводству, не носили характера прямого заимствования, а опирались на уже существующие в России отдельные традиции, были вызваны определенными экономическими, социальными, политическими факторами и соображениями.

Идеи о внедрении мировой юстиции в отечественную судебную систему началось задолго до судебной реформы 1864 г. Подобные мысли возникали в России неоднократно. Они были реакцией на существование серьезных недостатков в организации и деятельности местного суда, но до поры до времени не вызывали должного внимания со стороны правительственной власти. И только после утверждения твердого желания освободить крепостных крестьян идея создания в России мирового суда стала не пустой теорией, а реальностью.

Второй параграф «Подготовка, образование и упразднение института мирового суда в Калужской губернии» раскрывает вопросы введения мирового суда в Калужской губернии и проблему его ликвидации.

Подготовка введения мирового суда в Калужской губернии проводилась на основе специально собранных статистических данных, которые, как показывает их изучение, проверялись на достоверность. И здесь необходимо отметить, что подготовительные работы, проведенные по Калужской губернии, в большинстве случаев себя оправдали. География участков, загруженность их судей в значительной мере оказались обоснованными положительными практическими результатами деятельности последних.

Документом, определяющим основы организации введения мирового суда в Калужской губернии, стало подписанное 19 октября 1865 г. Положение о введении в действие Судебных уставов 20 ноября 1864 г., оно законодательно определяло сроки проведения реформы. В десяти губерниях,
в том числе и Калужской, новые суды должны были открыться в течение 1866 г. Уже в октябре 1866 г. начали работать новые суды в Калужской губернии, вошедшей в состав округов Московской судебной палаты.

Организационно судебно-мировые учреждения Калужской губернии, созданные в 1866 г., представляли собой 11 судебных мировых округов, разделенных на 43 судебно-мировых участка.

Однако эффективность нового выборного мирового суда, хорошее отношение к нему населения Калужской губернии не предотвратили его ликвидации (как, впрочем, и на большей части России). Выборный мировой суд в условиях усиления консервативных тенденций в деятельности правительства становился объектом для критики. Эта критика, отчасти справедливая, имела целью заменить данный достаточно демократический институт новым административно-судебным учреждением — земскими участковыми начальниками, назначавшимся теперь из лиц дворянского сословия. С ликвидацией, по Положению о земских участковых начальниках от 12 июля 1889 г., выборного мирового суда российская судебная система потеряла один из важнейших своих элементов, нуждавшихся
в совершенствовании, но не в упразднении. В начале XX в. выборные мировые суды начали восстанавливаться по Закону от 15 июня 1912 г. «О преобразовании местного суда». Между тем на территории Калужской губернии мировой суд был введен только в 1917 г. — постановлением Временного правительства от 4 мая 1917 г. «О временном устройстве местного суда».

Во второй главе «Организация системы мировых судов в Калужской губернии в 1864—1889 годах», состоящей из двух параграфов, рассматриваются вопросы, касающиеся устройства всей системы мировых судов в Калужской губернии, их отношений с иными судебными и административными учреждениями, органами местного всесословного самоуправления.

Первый параграф «Реализация основных законодательных требований к организации мирового суда в Калужской губернии» посвящен анализу специфики претворения в жизнь важнейших норм и положений, предъявляемых законодательством к устройству мировой юстиции в данном регионе.

В Калужской губернии структура мировой юстиции находилась в полном соответствии с Учреждениями судебных установлений. Закон устанавливал гарантии независимости участковых мировых судей на уровне судей окружных судов и судебных палат. Калужский опыт являет собой успешный пример осуществления данного принципа.

Единоличные мировые судьи были первой инстанцией по уголовно наказуемым проступкам и мелким гражданским спорам. Апелляционной
и кассационной (по некоторым делам) инстанцией по отношению к ним был коллегиальный съезд мировых судей, состоявший из всех участковых и почетных мировых судей при участии товарища прокурора окружного суда. Но в то же время мировые и общие судебные установления имели общую кассационную инстанцию — уголовно-кассационный и гражданско-кассационный департаменты Правительствующего сената.

Участковые мировые судьи состояли по мировым участкам, которые располагались в уездах и по городам. В течение всего периода существования мировой юстиции в Калужской губернии не наблюдалось тенденции к сокращению количества судебно-мировых участков. Так, к 1889 г. в Калужской губернии также было 43 судебно-мировых участка. Неизменность числа участков, а значит, как правило, и количества участковых мировых судей говорит о высоком качестве проделанной подготовительной работы. Небольшое перераспределение числа участковых мировых судей по округам, которое имело место в начальный период работы мировых учреждений Калужской губернии, ни в коей мере не умаляет вышесказанного.

В калужских мировых округах имелось от трех до пяти участков. Исключение составлял Калужский округ, где число участков достигало шести. Количество участков определялось, помимо прочего,
и желанием иметь необходимый минимум «профессиональных» участковых мировых судей и в менее населенных округах.

Необходимо отметить, что значительная часть калужских участковых и почетных мировых судей служила несколько сроков подряд. На протяжении деятельности участковых и почетных мировых судей


в Калужской губернии почетных мировых судей в округе, как правило, было в три раза больше, чем участковых мировых судей.

Крайне важная роль в формировании и функционировании мировой юстиции Калужской губернии принадлежит земским учреждениям. Они активно участвовали не только в формировании состава мирового суда, но


и в определении границ мировых участков. Из земских сборов участковый мировой судья получал денежные средства на содержание, разъезды, наем письмоводителя, рассыльного, канцелярские и другие расходы.

Во втором параграфе «Участковые судьи, почетные мировые судьи


и съезды мировых судей как важнейшие элементы структуры мирового суда Калужской губернии» подробно анализируется устройство отдельных элементов системы мировых судов в Калужской губернии, выявляются их особенности и раскрываются направления и моменты взаимодействия.

Основной задачей, которую необходимо было решить при создании системы мировых судов в губернии, явилось обеспечение доступности мирового суда для населения. Наличие почти в каждом мировом судебном округе Калужской губернии от трех до пяти мировых судебных участков


в принципе обеспечивало для населения возможность обращения в мировой суд без серьезных затруднений. Рассматривая состав участковых мировых судей Калужской губернии первого трехлетия (по данным на
1868 г.), можно увидеть, что из 28 участковых мировых судей, численность населения селений мест нахождения которых удалось установить, 17 судей имели свои камеры в селениях с населением до 100 человек, хотя в их участках были крупные села с населением свыше 500 человек.

Однако большая численность населения некоторых мировых участков создавала угрозу того, что участковый мировой судья будет просто завален потоком дел. Особенно это проявилось в самой Калуге: на каждого участкового судью губернского города приходилось


в 1870 г. в среднем по 15,5 тыс. человек, причем дел в городе мировой судья всегда рассматривал больше, чем в уездах.

По первоначальному замыслу предполагалось ввести мировых судей в таком числе, чтобы на каждого приходилось не более десяти дел в неделю. Однако в действительности количество дел разбираемых одним мировым судьей оказалось намного больше. В Калужской же губернии в среднем участковый мировой судья в уезде на начало 1880-х гг. ежегодно разрешал около 1 тыс., а в губернском городе — около


1,3 тыс. гражданских и уголовных дел.

Количество жителей, приходившихся на одного участкового судью, довольно сильно разнилось по округам. Однако следует сказать, что наиболее загруженными являлись мировые судьи самого губернского города. Значительный удельный вес числа жителей в отдельных уездах в расчете на одного судью не означал автоматически большей его загруженности делами. Дополнительная нагрузка ложилась и на мировых судей, чей участок приходился на уездный город. Все это говорит об отсутствии равномерности в нагрузке участковых мировых судей, но не означает наличия особых просчетов в организации географии участков. Эффективность работы мирового судьи сельского участка зависела и от того, где географически находится его камера на территории соответствующего участка. Здесь проблема заключалась в том, что для получения и обустройства надлежащего помещения требовались значительные расходы. Менее состоятельные землевладельцы, являвшиеся участковыми мировыми судьями, старались по возможности иметь камеры в своих имениях, т. е. селах, принадлежащих им


и имевших малую численность населения. Это в полной мере подтверждается калужской практикой.

Порядок формирования состава мировых судей был, пожалуй, во время подготовки реформы одним из самых спорных вопросов. Для лиц, желающих быть избранными в мировые судьи и включенных в список, требовались два основных условия — образование и материальная независимость. Для мировых судей образовательный ценз разумно был ограничен требованием среднего образования. Калужская практика доказала верность данного решения. Так, в Калужской губернии в дореформенный период людей, обеспеченных и в то же время юридически образованных или имеющих высшее образование, было слишком мало.

Важным условием для занятия должности мирового судьи являлась материальная независимость. Это привело к законодательному закреплению серьезного имущественного ценза, предъявляемого к кандидатам на должность мирового судьи. Он, с одной стороны, должен был «возвысить звание мирового судьи» и сделать его более независимым, а с другой — препятствовать превращению мирового суда в «либеральный орган», обеспечить сильные позиции дворянства. Такой ценз определялся либо количеством земли, которой владели сам кандидат, его родители или жена (в разных губерниях, в том числе и Калужской, это количество было равно 400 десятинам), либо другим недвижимым имуществом ценою не ниже 15 тыс. руб.

Калужская практика позволяет получить более глубокое представление о том, насколько были оправданы мотивы реформаторов


в области создания модели выборного мирового суда с весьма высоким имущественным цензом. Действительность требовала снижения размеров имущественного ценза. Но нельзя забывать и о положительном моменте данного решения, о чем свидетельствует и калужский опыт. Дворянство составляло самую образованную часть российского общества, и эту часть надо было использовать в системе мировой юстиции при столь острой нехватке квалифицированных юридических кадров.

Следует отметить, что среди участковых мировых судей в данном регионе практически отсутствовали лица, достигшие высоких гражданских (например, в 1881 г. — один человек) и воинских чинов, а также имеющие дворянские титулы (в 1881 г. — два человека, в 1869 г. — один человек). Эти категории не были заинтересованы в отправлении весьма хлопотных функций участковых мировых судей, проживали, как правило, вне Калужской губернии, где находились их имения. И это говорит о том, что участковые мировые судьи формировались из элементов, близко знакомых с местной спецификой, местными условиями. Среди почетных мировых судей процент титулованного дворянства значительно выше, но особенно много здесь встречается выходцев из среды высших военных чинов. Лица, имеющие военные чины, вообще составляют значительную часть корпуса участковых (около половины всего состава) и почетных мировых судей (более половины в 1869 г. и около половины в 1881 г.). Относительно высокий процент лиц, имеющих военные чины, можно отнести к характерным особенностям Калужской губернии.

Огромное значение для организации мировой юстиции в Калужской губернии имел и институт почетных мировых судей. Он позволял решить проблему пополнения состава съезда мировых судей. Так, большая часть состава председателей съездов мировых судей избиралась именно из почетных мировых судей, они же бывали и непременными членами съездов (например, в 1881 г. из 11 членов трое являлись почетными мировыми судьями). Калужский опыт наглядно свидетельствует о том, что институт почетных мировых судей со всеми присущими ему недостатками является необходимым элементом мировой юстиции.

В Калужской губернии действовало 11 съездов мировых судей. Анализируя состав судей, избиравшихся непременными членами съездов, можно выделить следующую тенденцию: как правило, непременным членом съезда избирался участковый мировой судья, имевший участок в уездном городе и наибольшую нагрузку. Так, в Калужской губернии, из 11 непременных членов съездов первого трехлетия деятельности мировых судов шесть непременных членов были участковыми мировыми судьями, имевшими свои камеры в уездных городах, а в 1882 г. таких непременных членов съезда было пять. Это объясняется требованиями удобства рассмотрения: так как мировые съезды в уездах проходили в уездных городах, то, естественно, именно участковому мировому судье уездного города было легче вести всю подготовительную работу.

Съезды мировых судей, их организация и работа являются важным показателем значения для всей системы мировой юстиции не только института участковых, но и института почетных мировых судей. Доказательством же высокой степени доверия к составу участковых мировых судей Калужской губернии является весьма высокий процент неоднократности их переизбрания.

Необходимо сказать, что статья расходов, направленная на содержание мировых учреждений Калужской губернии, была самой затратной для местного самоуправления. В абсолютных цифрах она оставалась неизменной на всем протяжении существования мировой юстиции в Калужской губернии, но относительно общих расходов она сократилась примерно с 25 % от всех бюджетных расходов в начальный период до 14—15 % ко второй половине 80-х гг. XIX в.

В Калужской губернии сформировалась сложная система отношений между мировым судом и органами местного самоуправления. Они позволяли удовлетворять все необходимые потребности мировой юстиции, носили деловой и конструктивный характер. В губернии удалось создать весьма эффективный местный суд. Особенности социального происхождения большей части калужских мировых судей имели следствием их близость
к избирателям — органам местного самоуправления (земствам); последнее, однако, не ставили их в прямую зависимость от данных учреждений.

Третья глава «Деятельность мировых судов в Калужской губернии», состоящая их двух параграфов, раскрывает особенности судопроизводства по уголовным и гражданским делам в мировых судах названной губернии.

В первом параграфе «Производство в мировых судах по уголовным делам» анализируется практическая деятельность местной мировой юстиции в сфере осуществления функций по уголовному судопроизводству.

Устав о наказаниях, налагаемых мировыми судьями, содержал
в себе значительное число относившихся к ведомству мирового суда проступков, за которые следовали следующие виды наказаний: 1) выговоры, замечания и внушения; 2) денежные взыскания не свыше
300 руб.; 3) арест на срок не свыше трех месяцев; 4) заключение
в тюрьме сроком не свыше одного года. Кроме того, к данным наказаниям могло в означенных случаях присоединяется и отбирание орудий, употребляемых для совершения проступка, или принадлежащих виновному вещей (дополнительное наказание). Сюда относилось и запрещение заниматься определенным видом деятельности.

Важная категория проступков содержится в гл. 2 Устава о проступках против порядка управления. Ее ст. 31 вводила ответственность за оскорбление полицейских или других должностных лиц. Передача указанных проступков на рассмотрение мировых судей означала, что должностным лицам административной власти приходилось теперь доказывать в суде факт оскорбления. И эта статья, как свидетельствует местная практика, имела реальное применение.

В особую группу можно объединить статьи о проступках против общественного благоустройства и народного здравия, уставов строительного, путей сообщения, пожарного, врачебного и др. (ст. 52—58, 65—129). Прогрессирующее увеличение численности городского люда, главным образом за счет неимущего населения, обострило санитарно-эпидемиологическую ситуацию. Так, в Калужской губернии
в 1860—1864 гг. весьма высокой (55 на 1 тыс. человек) смертность была у мещан. Поэтому серьезное значение для данной губернии имела практика применения статей, содержащих наказание за проступки против общественного благоустройства и народного здоровья.

В дореволюционной России имелись разнообразные ограничения в выборе места проживания для различных категорий лиц, и передача дел о паспортах, о несоблюдении правил о месте проживания на рассмотрение мировым судьям ограничила произвол полицейских властей. Дела о нарушении паспортного режима, а также требования крестьян и рабочих о возврате им паспортов составляли в практике мировых судей довольно большую часть: так, из 766 сохранившихся в архиве мирового судьи 1-го участка Малоярославецкого округа за период


с 1866 по 1888 г. дел их было 125, что составило 16,3 %.

Используя материалы Государственного архива Калужской области по участковым мировым судьям Медынского округа, можно выделить некоторые тенденции, имевшие место при рассмотрении отдельных категорий дел.

Так, относительно малое количество (от 13 до 20 % от общего количества подсудимых) составляли лица, привлекаемые за проступки против собственности (кражи, мошенничества, обманы и присвоение чужого имущества). Объяснялось это тем, что по данной категории дел привлекались мировым судом к ответственности только непривилегированные сословия. Кроме того, значительное количество лиц привлекалось по делам об оскорблении чести, угрозах и насилии (от 11 до 51 % от общего количества подсудимых). Показательно по данной категории дел и количество оправданных лиц: их количество составляло от 11 до 50 % от числа привлеченных к суду по данной категории дел.

Количество оправданных и освобожденных от суда в Калужской губернии составляло 42 %. Для сравнения: в среднем по России процент оправданий колебался от 48 до 49 %. В старом же суде количество оправданных и освобожденных подсудимых составляло в целом по России 37,6 %. При этом более «мягкими» в отношении уголовной репрессии мировые судьи были в начале своей деятельности: так, в отдельных участках Калужской губернии процент оправданных в 1868—1869 гг. составлял 75 %, а к 1884 г. понизился до 17 %.

Деятельность калужских мировых судов по рассмотрению уголовных дел имела две основные тенденции. С одной стороны, Калужская губерния представляла собой достаточно типичный образец деятельности мировых установлений во внутренних губерниях России. Так, в вопросе наложения штрафных санкций на лиц, уклоняющихся от суда и затягивающих дело, калужская практика в целом сопоставима
с практикой других губерний указанного региона. Здесь, как и в целом, наложение штрафных санкций не приносило должного эффекта. Сравнивая статистику рассмотренных дел, можно сделать вывод о том, что не выделялись сильно калужские мировые суды и по основаниям возбуждения уголовных дел. Замечательно лишь то, что по собственному усмотрению судьи дела возбуждались крайне редко.

С другой стороны, изучение калужской практики позволяет говорить об отдельных специфических чертах местной уголовной юстиции в мировых судах. Например, в ранний период (1866—1869 гг.) своей деятельности, мировые суды Калужской губернии значительно реже выносили оправдательные приговоры и освобождали от суда. Отличием калужской практики стал высокий процент уголовных дел, закончившихся примирением сторон, — 15 %. Тем самым выполнялась одна из основных задач мирового правосудия — примирение сторон. Процент нерешенных дел у мировых судей Калужской губернии (1884 г.) в период окончательно сложившийся, отработанной мировой юстиции составил всего лишь 2 %. Этот показатель является одним из лучших по округам Московской судебной палаты. Низким был процент (8 %)


и дел, не решенных по причинам, не зависящим от мировых судей.
И здесь необходимо сделать вывод о том, что деятельность калужской мировой юстиции на поприще рассмотрения уголовных дел оказалась достаточно успешной.

Параграф второй «Особенности производства в мировых судах гражданских дел» раскрывает особенности местной практики рассмотрения гражданских дел.

Судебное разбирательство по гражданским делам после судебной реформы 1864 г. основывалось на Уставе гражданского судопроизводства, который, предусматривал для мировых судей особый порядок судопроизводства в мировых судебных установлениях.

В отличие от общего гражданского судопроизводства разбирательство в мировом суде проходило публично и на словах (могло быть и негласным, если об этом просили стороны), в упрощенном порядке, без разделения на стадии.

Решения мировых судей по гражданскому делу подразделялись на окончательные и неокончательные. Окончательные решения не подлежали апелляции, а могли быть обжалованы только в кассационном порядке мировому съезду. Неокончательные решения могли пройти весь путь по инстанциям: апелляция в мировой съезд, затем кассация.

Разбирательство дела в мировом съезде происходило лично, на словах и начиналось с чтения обжалованного решения мирового судьи и принесенной на него жалобы. Решение съезда мировых судей могло быть обжаловано в кассационный департамент Правительствующего сената в четырехмесячный срок со дня провозглашения решения.

Анализ архивных материалов показал, что из всей массы гражданских дел, рассматриваемых местными мировыми судьями, наиболее показательными следует признать дела о взыскании жалования и о принудительном возврате на работу рабочих и крестьян. Большой объем как непосредственно рассматриваемых участковыми мировыми судьями таких дел, так и апелляций в съезд мировых судей свидетельствует
о том, что разрешаемые ранее сугубо административными методами трудовые споры теперь можно было разрешить в судебном порядке
и межсословные, социальные противоречия рассматривались с применением правил состязательности и гласности. Так, из 766 дел, сохранившихся в архиве мирового судьи 1-го участка Малоярославецкого округа, дел «о возврате на работу» — 145, или 19 %. При этом мировой суд использовался для защиты прав как работодателей, так и работников.

Установлено, что гражданские дела, которые представляли собой споры между целыми крестьянскими общинами и крупными землевладельцами, обычно велись через представителей, включали в себя обращение в апелляционную инстанцию и свидетельствовали о высокой культуре ведения процесса со стороны крестьянских сообществ,


а также о том, что землевладельцы теперь вынуждены были предъявлять свои требования к общинам через суд, в котором они находились с ними в равном процессуальном положении. Крестьяне и землевладельцы, как свидетельствует местная практика, теперь активно использовали мировой суд для решения земельных споров.

Подтверждением доверия населения и успешности деятельности мировой юстиции явились многочисленные попытки добиться расширения юрисдикции мировых судей. В 1870 г., давая отзыв о степени удовлетворительности нового судопроизводства, почти каждый председатель съезда мировых судей Центральной России заявил о необходимости расширить юрисдикцию мировой юстиции. Многие председатели съездов Московского судебного округа, в том числе и Калужской губернии, предлагали волостные суды упразднить совсем, передав их функции мировым судьям.

В среднем процент гражданских дел, оконченных примирением, был тот же, что и по уголовным делам, однако если по уголовным делам он был сравнительно больше в Калужской губернии, то по гражданским, скорее, чуть меньше.

Одним из основных средств упрощения производства по гражданским делам в мировых судах Калужской губернии было вынесение заочных решений, хотя применялись и другие упрощения общей формы производства.

Согласно местным данным, процент не решенных в течение года гражданских дел был у мировых судей Калужской губернии невелик
и вдвое меньше, чем средний показатель по центральным губерниям, что позволяет сделать вывод о том, что калужским мировым судьям удалось действительно предоставить населению скорый суд по малозначительным гражданским делам. Однако в целом в области разрешения гражданских дел успехи калужской мировой юстиции относительно статистики по внутренним губерниям были несколько ниже. Последние можно объяснить спецификой гражданских дел и самого гражданского судопроизводства. Они имели более сложный характер и требовали от судей достаточно высокого уровня профессиональной подготовки и значительных усилий.

В заключении подведены итоги проведенной работы и обобщены важнейшие результаты, достигнутые в ходе диссертационного исследования.


По теме диссертационного исследования опубликованы следующие работы:
Статьи, опубликованные

в ведущих рецензируемых научных журналах,

рекомендованных Высшей аттестационной комиссией

1. Общие принципы организации мирового суда в Калужской губернии по реформе 1864 г. / В. В. Виноградов // Вестник Моск. гос. обл. ун-та. — Сер. «Юриспруденция». — 2009. — Вып. 3. — 0,3 п. л.

2. Уровень образования и имущественного ценза корпуса мировых судей Калужской губернии / В. В. Виноградов // Закон и право. — 2010. — Вып. 2. — 0,3 п. л.
Иные публикации

3. Подготовка проектов реформы местного суда / В. В. Виноградов // Четвертые Всероссийские Державинские чтения (Москва, 3—4 декабря 2008 года) : сб. ст. : в 7 кн. Кн. 1. Проблемы теории и истории государства и права, философии и социально-экономических дисциплин / отв. ред. М. М. Рассолов ; РПА Минюста России. — М. : РПА Минюста России, 2009. — 0,3 п. л.

4. Соотношение русского мирового суда с западноевропейскими судами / В. В. Виноградов // V Державинские чтения в Республике Мордовия : материалы Всерос. науч.-практ. конф. (Саранск, 23—24 апреля 2009 г.) / редкол.: В. А. Адушкин [и др.] ; РПА Минюста России, Средне-Волжский филиал. — Саранск : Изд-во ООО «Вектор-Принт», 2009. —
Т. 1. — 0,3 п. л.

5. Положение предреформенного местного суда / В. В. Виноградов // Тенденции развития государства, права и политики в России


и мире : материалы Второй Международной научно-практической конференции / отв. ред. В. М. Быченков ; КФ РПА Минюста России. — Калуга : Полиграф-Информ, 2009. — 0,6 п. л.

Подписано в печать 06.05.2010.

Формат 60х90 1/16. Усл. печ. л. 1,5. Тираж 100 экз.
Государственное образовательное учреждение
высшего профессионального образования
«Российская правовая академия
Министерства юстиции Российской Федерации».

117638, г. Москва, ул. Азовская, д. 2, корп. 1.



1 См.: Фонды Малоярославецкого, Калужского, Медынского, Мещовского съездов мировых судей Калужской губернии (Ф. 23, 90, 245, 323 ГАКО), а также участковых мировых судей Калужской губернии (Ф. 20—22, 101, 239, 327, 328, 393, 394, 530—543 ГАКО) и судебных приставов съездов мировых судей (Ф. 837, 883, 884, 886 ГАКО).

 См.: БуйскихО. В. Судебная реформа в Вятской губернии: 60—80-е годы XIX века : дис. … канд. ист. наук. Киров, 1999; Заводюк С. Ю. Судебная реформа 1864 года: (На материалах Среднего Поволжья) : дис. … канд. ист. наук. Самара, 1998; Савельев В. Г. Буржуазные реформы второй половины XIX века и их проведение в Южном Зауралье : дис. … канд. ист. наук. Курган, 1996; Дунаев И. И. Институт мировых судей Нижегородской губернии во второй половине XIX — начале XX века (по материалам Нижегородской губернии) : дис. … канд. юрид. наук. Н. Новгород, 2003; Трофимова Н. Н. Мировая юстиция Центрально-промышленного района России в 1864—1889 гг.: генезис, региональные особенности судоустройства и деятельности : дис. … канд. юрид. наук. Владимир, 2004; Пашкевич Л. В. Становление
и развитие института мировых судей на Дальнем Востоке России (1896—1917 гг.) : дис. … канд. ист. наук. Хабаровск, 2006; Вишневский В. Г. Особенности судебной реформы в Восточной Сибири (1864—1889 гг.) : дис. … канд. юрид. наук. М., 2008; Тетюхин И. Н. Становление и развитие мировой юстиции в Тамбовской губернии (вторая половина XIX — начало XX в.): Историко-правовое исследование : дис. … канд. юрид. наук. Тамбов, 2009; Волубеев Т. Е. Становление мировой юстиции Архангельской губернии (области) в конце XIX — начале XX века // Вестник Международного института управления. 2007. № 5. С. 35—39; Гибадатов У. И. Становление
и развитие мировой юстиции в Башкирском Крае (1878—1918): Историко-правовое исследование. Уфа, 2007; Батыев Г. Г. Становление института мировых судей в России // Рос. судья. 2007. № 11. С. 8—9; Горская Н. И. Земство и мировой суд в России: Законодательство и практика второй половины XIX века: конец 50-х — конец 80-х гг. : автореф. дис. … д-ра ист. наук. М., 2009.


Смотрите также:
Мировой суд в российской империи в 1864-1889 гг.
396.34kb.
1 стр.
А. Н. Медушевский
88.56kb.
1 стр.
Поиск Монголией нового места в международной экономике и мировой геополитике
104.36kb.
1 стр.
С. И. Цеменкова. Из истории спецхрана архивов рсфрср и СССР
80.69kb.
1 стр.
Финансовое право российской империи
3487.24kb.
14 стр.
О. В. Богунова Совершенствование системы государственного управления Российской империи во второй половине XIX в
175kb.
1 стр.
Два́дцать пять рубле́й (25 рубле́й),
10.68kb.
1 стр.
Библиографический обзор переводов библии на языки народов российской империи, СССР и СНГ
122.97kb.
1 стр.
Археологические организации и властные структуры российской империи
471.6kb.
1 стр.
Возникновение и развитие рынка ценных бумаг в Российской Империи
298.74kb.
1 стр.
Возникновение и развитие рынка ценных бумаг в Российской Империи
258.02kb.
1 стр.
Российской империи в 1858 1903 гг организация и функционирование
767.61kb.
4 стр.