Главная
страница 1страница 2 ... страница 35страница 36

Люди, нравы и обычаи Древней Греции и Рима

Лидия Винничук




л.аинничук

ДРЕВНЕЙ ГРЕЦИИ И РИМА



Книга состоит из серии очерков, посвященных опи­санию быта, нравов и материальной культуры Древ­ней Греции и Рима. Автор прослеживает все этапы развития Греции и Рима, их особенности, проводит сравнительный анализ. В результате возникает ре­альная и живая историческая картина. Книга снаб­жена иллюстрациями и списком источников



.Оглавление

ОТ ПЕРЕВОДЧИКА

Открывая эту книгу, мы как бы входим в пест­рый мир повседневности, быта, простых жизнен­ных проявлений античного человека. Мы не уви­дим в ней человека в водовороте политических событий, в минуты высочайших взлетов фило­софского или поэтического гения, но застанем его в его обыденности, в его делах и развлече­ниях, в разных фазах его жизненного цикла — от рождения и детских игр до смерти и погре­бения. Мы увидим его в школе и в театре, на брачном пиру и в библиотеке, на безмятежных веселых празднествах и в пору ужасающих сти­хийных бедствий. Мы узнаем, как он считал часы и как он считал деньги, как путешествовал, как лечился, как называл своих детей. Но — что, мо­жет быть, еще интереснее — мы немало узнаем и о его внутреннем мире, о нравах, об идеалах и предрассудках, об отношениях между людьми, тогда, как и сегодня, несовершенных. Книга эта — о реальностях человеческого бытия, на кото­рых зиждилось блестящее здание античной куль­туры, о «несовершенстве в совершенном», как объясняет автор в предисловии к польскому чи­тателю. Построенная по тематическому принци­пу, книга позволяет легко сопоставить обычаи и нравы древних эллинов с укладом повседневной жизни и духовными особенностями людей в аре­але римской цивилизации, проследить там, где это возможно, развитие античных культурных и бытовых традиций на протяжении полутора ты­сячелетий.

В море разноязычной научной литературы по истории античной цивилизации впадает и могу­чая река польской классической филологии. В своей популярной, обращенной к широкой ауди­тории книге Л. Винничук представляет эту дав­нюю и авторитетную научную традицию, вдох­новляется идеями своих учителей — Т. Зелинь- ского и других, опирается на сотни специальных работ своих коллег в Польше и за рубежом. Здесь сведен воедино и систематизирован, переплавлен в живую историческую картину огромный ма­териал письменных и археологических источни­ков, большая часть которого добыта автором «из первых рук» — профессор классической фило­логии Варшавского университета Лидия Винни- чук более полувека отдала изучению и препода­ванию древних языков, переводу греческих и ла­тинских литературных памятников. С начала 30-х годов и по сей день выходят ее книги по истории и истории культуры Древней Греции и Рима, о ремесленниках и мореплавателях, самосознании людей, о песнях и праздниках, театре и олимпий­ских играх, о положении женщины в античном обществе. Хорошо известна Л. Винничук и у нас: ее оригинальное, написанное ярко и живо учеб­ное пособие «Латинский язык. Самоучитель для студентов гуманитарных факультетов универси­тетов и педагогических вузов» было переведено и вышло двумя изданиями («Высшая школа», 1980 и 1985 гг.).

Перевод книги «Люди, нравы и обычаи Древ­ней Греции и Рима» публикуется с незначитель­ными сокращениями: в столь обширном (более 700 стр.) труде были неизбежны некоторые по­вторы, способные «утяжелить» живое и увле­кательное изложение. Нетрудно заметить, что книга изобилует цитатами из античных сочине­ний, — мы старались сохранить их, ибо, умело подобранные, они дают звучать голосам самих героев, доставляя нам то неповторимое очаро­вание документа, то «удовольствие от подлинно­сти», которое так ценят историки. Перевод цитат дан по наиболее авторитетным, по возможности новейшим изданиям греческих и латинских па­мятников на русском языке — список этих из­даний приведен в конце книги. Лишь цитаты из Плиния Старшего и Квинтилиана мы были вы­нуждены дать в собственном переводе. Наконец, в нескольких случаях, где глава не была снаб­жена эпиграфом, мы осмеливаемся предложить свой, взятый из тех же источников, какими поль­зовалась и Л. Винничук.

Книга о людях, нравах и обычаях Древней Греции и Рима, обобщающая результаты много­летних исследований одной из старейшин поль­ской классической филологии, книга, богатая материалом и к тому же обильно иллюстри­рованная, выдержала в ПНР не одно издание, необычайно популярна и расходится большими тиражами. Будем надеяться, что она найдет сво­его читателя и будет с интересом воспринята и



внашей стране.

ГЕОГРАФИЧЕСКАЯ И ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА ГРЕЦИИ

Более, чем дети о своей матери, должны граждане заботиться о родимой земле: ведь она богиня — владычица смертных созданий.

Платон. Законы, V, 740 а

Земля, говорит Платон в другом месте, прино­сит людям свои дары. Так, бог Дионис даровал смертным виноградную лозу и вино как «лекар­ство для того, чтобы душа приобретала совестли­вость, а тело — здоровье и силу» (Там же, II, 666 Ь, 672 d). Среди богов — благодетелей Греции следовало бы упомянуть и Афину, которой жите­ли города, названного ее именем, были обязаны, как они считали, подарком, составившим основу их экономики, — культурой оливкового дерева. Вот как говорит об этом хор в трагедии Софок­ла:

Есть тут дерево Несравненное, — Не слыхал о нем Я ни в Азии,

Ни на острове На Пелоповом, У дорян, — И не сажено, И не сеяно. (...) И цветет у нас В изобилии: Сизолистая маслина, Воскормительница детства. И никто — ни юный возрастом, Ни обремененный годами — Ствол ее рукой хозяйской Не осмелится срубить Око Зевса-Покровителя И Афина синевзорая Вечно дерево священное От погибели хранят.



Софокл. Эдип в Колоне, 701-724

Сбор оливок

Другим богом-дарителем всей Греции был По­сейдон — владыка моря, славный и своими коня­ми:

Ты, о Крона сын, Посейдон-отец, Край прославил! Здесь смирительницу пыла Для коня узду он создал. И корабль на мощных веслах Здесь впервые волей бога Дивно по морю помчался, Повинуясь силе рук. . .

Там же, 736-744

Не только маслины выделяли главный го­род Аттики на зависть другим, большим и ма­лым, государствам Греции: в каждом из них бы­ла особая, отличная от других структура почв, рельефа, хозяйственной деятельности. Потому- то и между гражданами отдельных городов- государств возникали и закреплялись различия в характерах и пристрастиях, ведь географическая среда, природные богатства края, его экономиче­ские особенности не могли не найти отражения и в формах культуры. За долгие века своего суще­ствования древнегреческое общество пережило немало превратностей судьбы и претерпело глу­бокие изменения. Уже в гомеровскую эпоху Гре­ция не представляла собой замкнутой политиче­ской или социальной общности и отнюдь не бы­ла единой. Каждое небольшое государство здесь имело свой диалект, свою политико-правовую ор­ганизацию, собственных богов и героев (впро­чем, их могли чтить и в соседних городах- государствах), собственный календарь, свою мо­нету, не говоря уж об особенностях, вызванных различием экономико-географических условий. И все же, несмотря на все эти различия, долгое время сохранялось не только сознание общности интересов во многих областях, но и чувство сов­местной принадлежности к некоему единству и взаимная лояльность. Это выразилось в участии царей со всей Греции в Троянской войне, где лич­но обиженным, оскорбленным в своей чести и до­стоинстве был только правитель Спарты Мене- лай. Впечатляющим и исторически зафиксиро­ванным свидетельством стали греко-персидские войны — совместное выступление греков против завоевателей. Чувство общности было живо и между греческими государствами, с одной сто­роны, и их колониями, разбросанными на плодо­родных, богатых урожаями землях вдали от ро­дины, — с другой.

Около VIII в. до н. э. на месте прежнего ро­дового строя утвердилась новая политическая структура — «город-государство», полис, охва­тывающий сам город и прилегающую к нему тер­риторию, населенную свободными гражданами. «Город — это люди, а не стены... » — писал Фукидид (История, VII, 77, 7). Полисное устрой­ство государства воплощалось в участии граждан в народных собраниях, в судах, в принятии ре­шений о делах государственной важности. Осно­вой гражданства была принадлежность человека к семье, к фратрии и к филе, и люди, связанные общественными и культовыми узами, составляли замкнутую общность. Центром государства был главный город; население его объединяли общие интересы и в сфере публичной, и в сфере част­ной.

Размеры городов-государств были весьма различны — от очень крупных до самых ма­леньких. Наибольшую площадь занимала Спар­та (Лакония и Мессения) — около 8400 км2, могущественная Аттика с Саламином и Оропом — 2650 км2. Все же остальные не превышали 1000. км2, а были и такие, которые располага­лись на площади еще меньшей: Коринф — 880 км2, Самос — 470 км2, Эгина — едва 85 км2. Некоторые государственные объединения, кото­рые как целое охватывали значительные терри­тории, включали в себя несколько отдельных по­лисов. Так, Беотия, занимавшая общую площадь в 2580 км2, состояла из 10, а позднее из 20 та­ких «мини-государств». В состав Фокиды (1650 км2) их входило 22. Известно, что первая вол­на колонизационного движения была вызвана ро­стом избыточного населения: в перенаселенных городах-государствах люди искали для себя луч­ших условий хозяйственной деятельности. Позд­нейшие колонизации явились следствием пересе­ления племен, вытесненных пришедшими дорий­цами, наконец, сами победившие дорийцы так­же начали мигрировать на колониальные земли. Количественные соотношения между свободны­ми гражданами и другими категориями жителей, в том числе рабов, в трех крупнейших государ­ственных образованиях Греции, равно как и из­менение этих соотношений в течение столетий, иллюстрирует таблица.

Политическое деление Греции совпадало в целом с физико-географическим: достаточно взглянуть на карту, чтобы заметить все разнообразие ланд­шафта, перерезанного горами, перевалами, до­линами. Вместе с тем количественные соотноше­ния между населением полиса и занимаемой им территорией не помогают при оценке экономиче­ских условий того или иного города-государства, ибо структура хозяйства повсюду была различ­ной. Общую основу его составляли зерновые, главным образом пшеница и ячмень, с VI в. до н. э. наиболее выгодным оказалось разведение винограда и маслин, хотя не везде существо­вали благоприятные условия для выращивания этих культур. В одних государствах не хватало хлеба, другие испытывали недостаток скота. Хо­рошие урожаи зерновых собирали на афинской, элевсинской и марафонской равнинах, а также на землях между Гиметтом, Восточным побере­жьем и Пентеликоном. Беотия славилась превос­ходной пшеницей, и она экономически поддер­живала себя также скотоводством и рыболовным промыслом. Однако с течением времени в север­ной части Беотии, в районе города Орхомена, ка­налы, ведущие к морю, стали зарастать илом, что привело к сильному заболачиванию местно­сти и хозяйственному упадку всего края. Весьма урожайными областями были Аркадия и Мессе- ния; в Фессалии также выращивали хлеб, зани­мались скотоводством; плодородные почвы бы­ли и в Этолии — к северу от Акрокоринфских гор. Кроме того, Аттика славилась гиметтским медом и особенно своими рощами фиговых де­ревьев: фиги были такой ценной статьей дохо­да, что вывозить их из Аттики было запреще­но, а тот, кто уличал какого-либо гражданина в нарушении этого запрета, оказывал, как счита­лось, важную услугу государству. По всей види­мости, именно таких доносителей называли по­началу сикофантами («сикон» — фига); со вре­менем так стали называть того, кто доносил о провозе товара, запрещенного к вывозу или вво­зу, а затем уже всякого доносчика и даже шанта­жиста начали именовать сикофантом.

Вероятно, греки рано познакомились с золо­том, рано осознали его ценность, ведь уже во многих мифах оно играет немалую роль. Одна­ко за золотом приходилось отправляться в дале­кий путь, за пределы Греции: в Лидию, где река Тмол несла «золотой песок», или в Колхиду — за «золотым руном». Уже древние греки пыта­лись разгадать тайну «золотого руна», о кото­ром рассказывала история о Ясоне и Медее, и, пожалуй, следует признать правильным объяс­нение географа Страбона, что понятие «золотое руно» связано с определенным способом добы­вания золота на некоторых территориях. Страбон сообщает, что люди, жившие вблизи реки Фасис в Колхиде (нынешняя Риони), добывали из во­ды золотой песок погружая в реку шкуру (руно) барана; крупинки золота оседали на шерсти, от­куда их и извлекали (Страбон. География, XI, 2,19). По мнению многих ученых, известие Стра- бона заслуживает доверия, поскольку подобные же способы «ловли» ценного металла в золото­носных реках встречались у некоторых, по боль­шей, части отсталых, народов и в новое время — у цыган в Семиградье, у туркменов и даже в Фин­ляндии, где вплоть до наших дней существовала профессия искателя золота.

Серебром Грецию снабжали острова Тасос и Сифнос (VII-VI вв. до н. э.). В VI. в. до н. э. при­обретают известность серебряные рудники в рай­оне Лаврия на юге Аттики, и, наконец, в V в. до н. э., в 483 г., были открыты новые залежи дра­гоценного металла в Маронеях. Этот новый ис­точник серебра укрепил финансовое положение Афин во время греко-персидских войн, позволил построить мощный флот и обеспечил преоблада­ние Афин над другими городами-государствами Греции.

Зато на нехватку меди греки не могли пожа­ловаться, хотя многим полисам также приходи­лось ввозить ее извне, особенно с острова Эвбея. Там же на Эвбее, как и в Беотии и Лаконии, до­бывали железо. Не менее важным сырьем была глина — из нее изготовляли посуду, которую и се­годня можно увидеть в десятках музеев, — а так­же известняк, используемый при строительстве, и мрамор. Залежи мрамора находились в самых разных областях Греции, особенно богатыми бы­ли пентеликонские — из добытого там мрамора в Афинах построили Парфенон и Пропилеи. Высо­ко ценился и мрамор с островов. Наксос и Парос, где в VI в. до н. э. развивались знаменитые шко­лы резьбы по камню. Из Лаконии и Фессалии, с островов Делос и Тинос привозили гранит.

Уже из этой краткой характеристики эко­номических основ античной Греции видно, как неравномерно были распространены жизненные блага в отдельных городах-государствах. Несо­мненно, должны были существовать широко раз­витые торговые связи: сначала, как и повсюду, простой натуральный обмен, затем купля и про­дажа за деньги, причем в каждом полисе че­канили собственную монету. Как же осуществ­лялась торговля между городами-государствами, как производились «валютные» расчеты, взима­лись ли таможенные пошлины? Работа в руднике

То что какие-то правила, регулирующие ввоз и вывоз товаров, считались необходимыми, под­тверждает хотя бы рассуждение Платона в «За­конах» о желательности некоторых достаточ­но суровых предписаний, которых следовало бы придерживаться в сношениях с заграницей: «. . . Обмен почти неизбежен для ремесленников и всех тех, кому надо выплачивать жалованье, — для наемников, рабов и чужеземных пришельцев. Ради этого надо иметь монету, но она будет цен­ной лишь внутри страны, для остальных же лю­дей не будет иметь никакого значения. Общей же эллинской монетой государство будет обладать лишь для оплаты военных походов или путеше­ствий в иные государства... Словом, всякий раз, как надо кого-то послать в чужие земли, госу­дарству необходимо для этой цели обладать дей­ствительной по всей Элладе монетой. Если част­ному лицу понадобится выехать за пределы ро­дины, оно может это сделать лишь с разреше­ния властей; по возвращении домой оно долж­но сдать государству имеющиеся у него чужезем­ные деньги, получив взамен местные деньги, со­гласно расчету. Если обнаружится, что кто-либо присвоил чужеземные деньги, они забираются в пользу казны; знавший же об этом и не сооб­щивший подвергается вместе с тем, кто ввез эти деньги, порицанию и проклятию, а также и пене в размере не менее количества ввезенных чуже­земных денег» (Платон. Законы, V, 742). Вве­дения же таможенных пошлин Платон отнюдь не предусматривает: «Никто в государстве не дол­жен платить никакой пошлины ни за ввозимые товары, ни за те, что вывозятся». Впрочем сво­бода торговли ограничивалась: «Не допускает­ся ввоз ладана и других чужеземных курений, употребляемых при богослужении, и ввоз пурпу­ра и окрашенных тканей... а также всего того, что нужно для ремесел, работающих на чуже­земных товарах, раз в этом нет никакой необ­ходимости. Точно так же не разрешается вывоз таких предметов, наличие которых необходимо в стране. Во всем этом должны разбираться стра­жи законов... » (Там же, VIII, 847).

Таковы проекты философа. Как обстояло де­ло в реальных греческих государствах, мы не зна­ем, — например, как решали проблему обмена платежных средств в портах или на таких обще­греческих встречах, какими были Олимпийские игры.

Не была чужда грекам и проблема приспо­собления окружающей среды к нуждам челове­ка. Осушение заболоченных земель и орошение засушливых, устройство каналов были распро­страненной практикой. Попытки поставить себе на службу силы природы влекли за собой об­щее упорядочение хозяйственной деятельности, все более рациональную организацию и разделе­ние труда, изобретение и совершенствование но­вых его орудий, развитие техники и т. п.

Напомним, что речь идет о периоде грече­ских полисов, ведь в эпоху Гомера не было стро­гого разделения труда между различными слоя­ми общества: там господин занимался физиче­ским трудом наравне со своим-рабом, и не толь­ко мужчины — царевна Навсикая в «Одиссее» стирает белье вместе со служанками. Подобное разделение труда становится нормой жизни лишь позднее, причем Платон стремится сделать его еще более явным, ограждая свободное население идеального полиса от всякой физической рабо­ты: «Какой же образ жизни станут вести люди, в должной мере снабженные всем необходимым? Ремесла там поручены чужеземцам; земледелие предоставлено рабам, собирающим с земли жат­ву достаточную, чтобы люди жили в доволь­стве. .. » (Платон. Законы, VII, 806 d, е).

Свободный гражданин обязан был всецело посвящать себя заботам о поддержании наилуч­шего равновесия тела и духа, а также делам госу­дарственным. «... Никакие побочные занятия не должны служить помехой для остальных дел, да­ющих телу закалку в трудах, душе же — знания и навыки. Кто станет осуществлять именно это и будет стремиться достичь достаточного совер­шенства души и тела, тому, пожалуй, не хватит для этого всех ночей и дней... Для всех свобод­норожденных надо установить распорядок на все время дня... Если хозяйка дома заставляет слу­жанок будить себя, а не сама будит всех осталь­ных, то раб, рабыня, слуга и... весь дом цели­ком должен говорить между собой об этом как о чем-то позорном. Всем надо пробуждаться но­чью и заниматься множеством государственных и домашних дел — правителям в государстве, хо­зяевам и хозяйкам — в собственных домах. Дол­гий сон по самой природе не подходит ни наше­му телу, ни нашей душе... » (Там же, VII, 807­808). Далее философ вновь обращается к этой теме, облекая свои мысли в форму категориче­ского предписания: «Прежде всего пусть никто из местных жителей не занимается ремеслом. Дело в том, что гражданину достаточно владеть тем искусством, которое одновременно нуждает­ся в упражнении и во многих познаниях: это — умение поддерживать и соблюдать общегосудар­ственное благоустройство. Гражданин не может этим заниматься так, между прочим» (Там же, VIII, 846 d, е).

В «Законах» — своем последнем, оставшем­ся неоконченным, произведении — Платон в се­редине IV в. до н. э. мечтал об идеальном госу­дарстве. Почти на сто лет раньше Перикл у Фу- кидида в своей речи в честь афинян, павших на первом году Пелопоннесской войны, рисует впе­чатляющий образ родного города, военной, поли­тической и экономической силы Афин, подчерки­вает преимущества демократического строя, вос­хваляет активность и предприимчивость афинян, разнообразие их занятий, среди которых приори­тет отдается общественной деятельности: «.. .со всего света в наш город, благодаря его величию и значению, стекается на рынок все необходимое, и мы пользуемся иноземными благами не ме­нее свободно, чем произведениями нашей стра­ны. (. . . )

Мы развиваем нашу склонность к прекрасно­му без расточительности и предаемся наукам не в ущерб силе духа. Богатство мы ценим лишь потому, что употребляем его с пользой, а не ра­ди пустой похвальбы. Признание в бедности у нас ни для кого не является позором, но боль­ший позор мы видим в том, что человек сам не стремится избавиться от нее трудом. Одни и те же люди у нас одновременно бывают заняты де­лами и частными, и общественными. Однако и остальные граждане, несмотря на то что каждый занят своим ремеслом, также хорошо разбира­ются в политике. Ведь только мы одни признаем человека, не занимающегося общественной дея­тельностью, не благонамеренным гражданином, а бесполезным обывателем» (Фукидид. История, II, 38, 40).

Стоит отметить, что, несмотря на крайнее разнообразие экономико-географической струк­туры Греции и на отрицательное в целом отноше­ние свободных греков к физическому труду, в ли­тературе того времени можно встретить немало похвал земледельцу. Ксенофонт Афинский, кото­рый в своих трактатах «Домострой» и «О дохо­дах» дает ряд советов, как пополнить государ­ственную казну и поднять благосостояние наро­да, рассматривает ремесло как занятие низшего порядка. Напротив, земледелие и сельское хозяй­ство вообще он оценивает чрезвычайно высоко.

«.. .Даже очень удачливые люди, — пишет он в "Домострое", — не могут обойтись без земледе­лия. Занятие им доставляет приятность, умно­жает дом и упражняет тело так, что оно делает­ся способным ко всему, что подобает свободно­му человеку. Во-первых, земля дает то, чем лю­ди живут, и вдобавок то, от чего они получают удовольствие... Во-вторых, множество съедоб­ных вещей она частью производит, частью пита­ет, ведь и скотоводство связано с земледелием... Но, доставляя всякие блага в изобилии, земля не позволяет брать их легко, а приучает переносить и зимний холод, и летний зной. Тем, кто рабо­тает своими руками, она дает упражнение, а тех, кто заботливо наблюдает за полевыми работа­ми, укрепляет тем, что заставляет рано вставать и быстро ходить, ибо в деревне, как и в городе, все хорошо делать в свое время...

Земледельческие работы в поместье (VI в. до н. э.)

Затем, если хочешь защищать свое отечество на коне, земледелие дает более всего возможности содержать и коня; если хочешь служить в пехоте — оно делает тело крепким. Земледелие побуж­дает предаваться трудам охоты, потому что легко доставляет корм собакам и вместе с тем растит диких зверей. Но получая пользу от земледелия, лошади и собаки, в свою очередь, приносят поль­зу хозяйству: лошадь рано утром вывозит хозя­ина на работы и дает ему возможность поздно вечером возвратиться, а собаки отгоняют зверей от посевов и стад и делают безопасным уедине­ние. . . Земля побуждает земледельцев также за­щищать страну с оружием в руках, потому что хлеб, производимый ею, легко может стать до­бычей победителя».

Обрабатывать землю, полагает Ксенофонт, необходимо и из соображений воспитательных: «Земля учит даже справедливости тех, кто мо­жет понимать ее уроки, потому что кто больше всего ухаживает за ней, тот больше всего от нее и получает...

Земледелие приучает также помогать друг другу. Как на войну надо идти с людьми, так с людьми же нужно идти и на полевые работы... Часто так же приходится хозяину поощрять ра­ботников, как командиру солдат...

Хорошо сказал тот, кто земледелие назвал матерью и кормилицей всех искусств. Действи­тельно, когда хорошо идет земледелие, тогда и все прочие занятия процветают; где же зем­ля принуждена оставаться невозделанною, там, можно сказать, все занятия приходят в упадок и на суше, и на море» (Ксенофонт. Домострой, V, 1—17).

Так высоко ценили греки земледелие — осно­ву их экономики



.РИМ — ИТАЛИЯ — РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ: ЭКОНОМИЧЕСКАЯ СТРУКТУРА

следующая страница >>
Смотрите также:
Древней греции и рима
7971.67kb.
36 стр.
Народный суд и афинская демократия
608.57kb.
4 стр.
Древнегреческая и древнеримская культура: сравнительный анализ
607.97kb.
8 стр.
История мебели Тема 1 Мебель Древнего мира. Конструктивные особенности, применяемые материалы. Мебель Древнего Египта, Древней Греции, Древнего Рима
135.96kb.
1 стр.
Вазопись Древней Греции
52.3kb.
1 стр.
Культура Древней Греции
301.52kb.
1 стр.
Перечень вопросов к экзамену
70.6kb.
1 стр.
История древней Греции и Рима
29.23kb.
1 стр.
Крылатые выражения Древней Греции и Рима Авгиевы конюшни
39.16kb.
1 стр.
Театр Древней Греции и Древнего Рима
229.31kb.
1 стр.
«Характер древнегреческой цивилизации и особенности античной философской традиции»
22.24kb.
1 стр.
1. Экономическая мысль древней Греции и древнего Рима
150.17kb.
1 стр.