Главная
страница 1
Владимир Горбань

Севастополь

2007
ШПИОНЫ Forever

Комедия


Пьеса в одном действии
Действующие лица:
Джеймс Бонд – 60- 65 лет, пенсионер
Майор Иван Пронин – 60-65 лет, пенсионер
Хельга – немка. Выглядит подтянуто и спортивно. Примерно за 50 лет.

Англия. Очень английский дом где-то на очень английской окраине. Тихо и уныло. Городского шума нет.

Большая гостиная, совмещенная с кухней. Все выдержано в классическом английском стиле. Очень чисто и аккуратно. Шикарный камин. Над камином висят скрещенные весла. Рядом на крючке висят десятки спортивных медалей. Посредине гостиной стоит журнальный столик. Вокруг него пара кресел и маленький диванчик. Молодящаяся женщина спортивного вида на кухне разговаривает по телефону. С улицы слышен звук подъезжающей машины.

Женщина. …найн, мистер, это есть ошибка. Я не продавать свой дом. Гроссе сорри…

Спустя минуту звонок в дверь. Одернув платье, женщина открывает дверь. На пороге стоит мужчина. В руках букет и бутылка виски.

Мужчина. Добрый вечер, мэм. Я по объявлению. Это вы продаете дом? Пауза. Женщина молчит.

Мужчина. Мэм?

Женщина. Пауза. Ой, я прошу меня очень извиняйт. Я не сразу ожидать ваш визит. В объявлении есть указано: смотреть после 19.00

Мужчина. Смотрит на часы. Да, вы правы, сейчас 18.45. Наша английская вежливость, мэм, иногда излишнее навязчива. Зато у нас никто и никуда не опаздывает. Ха-ха!

Женщина. О, я понимайт тонкий английский юмор. Прошу простить мой немецкий пунктуальность, я еще не могу найти привычка так торопиться.

Мужчина. Пардон… фрау. Это не проблема, я, пожалуй, прогуляюсь минут 15…

Женщина. Найн, найн! Прошу проходить, битте плиз! Мой английский… он весь плохой …

Мужчина. Протягивая букет. Бонд. Джеймс Бонд.

Женщина. Хельга… Данке шон. Проходите. Располагайтесь. Может мистер Джеймс желать что-то выпивать?

Бонд. Я бы не отказался от хорошего глотка “Бурбона”.

Хельга. Боюсь, у меня нет хороший “Бурбона” и даже плохой…может только морковный сок? Очень горячий и очень полезный.

Бонд. Не волнуйтесь, фрау Хельга. Все горячее и полезное у меня с собой. Ставит бутылку виски на столик. Опять звонит телефон.

Хельга. Плиз, айн момент, мне нужно уходить на кухня, отвечать на звонок. Уходит.

Мягко ступая, Бонд обходит гостиную, проверяя лампы, мебель на наличие подслушивающих устройств. Сделав круг, он подходит к креслу, садится. Неожиданно раздается звонок в дверь.

Бонд. Мисс Хельга, звонят! Она не слышит. Алло, фрау Хельга! Она продолжает разговаривать по телефону. Бонд, кряхтя, встает и идет открывать сам. В помещение входит мужчина с цветами и бутылкой водки.

Мужчина. Бонд? Ну, какого черта!!! Лондон такой огромный город…

Бонд. Пронин, как вы мне надоели… Сегодня выходной! У вас совесть есть? Если уж вышли на работу, так загримируйтесь нормально! Я вас сразу узнал… хоть бы усы приличные наклеили, а не этот жидкий мох!

Пронин. Это – свои. Вы, кстати, тоже не очень-то хорошо смотритесь. Вон - брюшко пивное, залысинки до мозжечка, это ведь не грим, правда, Джеймс?

Оба боком, в напряжении отступают вглубь гостиной, не сводя друг с друга глаз. Хельга на кухне роняет что-то железное на пол. Бонд и Пронин мгновенно выхватывают пистолеты и наводят их друг на друга. При этом Пронин автоматически роняет букет, выхватив пистолет, но водку из рук не отпускает.

Бонд. Майор, я здесь по абсолютно частному делу.

Пронин. Аналогично.

Бонд. Вы? И я должен поверить в эту чушь?

Пронин. Аналогично, Джеймс.

Входит Хельга.

Хельга. Вас ист дас, джентльмены? Кто вы такой вообще есть?!

Бонд. Я уже говорил, мэм. Я по объявлению.

Пронин. Аналогично.

Хельга. Пронину. Если вы тоже по объявлений, тогда почему вы грабить друг друга у меня в прихожей?

Пронин. Зажимая бутылку под мышкой, с трудом достает пальцами из кармана вырезанное газетное объявление. Я не грабитель…вот, мэм. Адрес ваш? Протягивает кусок газеты в сторону Хельги, не сводя глаз с Бонда.

Хельга. Да, это ист май адрес. Но тут указано приходить в 19.00, мистер…мистер…

Пронин. Иван Иванович Пронин, фрау. Поднимите, битте, букет. Это для вас.

Хельга. Данке шон. Скажите, господа, у вас часто такой странный манера покупки недвижимость. Приходить что-то смотреть и покупать с пистолет в руке - больше похоже на ограблений! Вы кто такой, господа? Бандиты?

Пронин. Мы не бандиты, уважаемая фрау…

Хельга. …Хельга. Хозяйка этот недвижимость.

Бонд. Мы не бандиты, фрау Хельга. Мы - простые пенсионеры.

Хельга. Обыкновенный и порядочный пенсионеры не ходить вооруженным до полных зубов!

Пронин. Да я даже в туалет без оружия не пойду.

Бонд. Аналогично.

Хельга. Тогда почему бы уважаемый господа не поболтать где-то на улице?

Пронин и Бонд. Поворачиваясь с пистолетами на мгновенье в сторону Хельги. Одновременно. Нет!

Хельга. Ну, если вы уже почти заходить, может господа присядут?

Бонд. С огромным удовольствием. А то у меня уже рука затекла.

Пронин. Аналогично.

Не убирая оружие, садятся друг против друга.

Хельга. Если господа не хотят грабить меня и друг друга, тогда зачем весь этот вооружений?

Бонд. Чтобы спокойно поговорить с милым, старым…врагом. Не правда ли, Пронин?

Пронин. Да, Джеймс. Иногда спокойно можно поговорить, имея при себе полный боекомплект.

Хельга. Можно ли мне в данной ситуации предложить вам поглотать…как это по-английски…выпить морковного сока? Горячий, господа.

Бонд. Я не оказался бы от хорошего глотка виски.

Пронин. Рюмку водочки, было бы неплохо…

Хельга. Но у меня нет ни виски, ни водочка, ни грамулька шнапс…

Пронин и Бонд хором. У нас с собой!

Бонд. Если вас не затруднит, налейте мне на один дриньк.

Пронин. И мне битте… водочки… 10 дриньков…

Хельга разливает спиртное. Беря бокалы, наощупь Бонд и Пронин медленно цедят, буравя друг друга взглядами.

Бонд. Я ведь просил виски, мэм. А это водка!

Пронин. А у меня – виски!

Хельга. О, я не разбираться в этих алкоголях…

Бонд. Не волнуйтесь, это не принципиально…просто вкус непривычный.

Пронин. Сойдет. И не такое приходилось пить.

Хельга. Я совсем заплуталась и жутко разволноваться. Мне надо закурить. Достает сигарету. Бонд и Пронин одновременно направляют на нее пистолеты. У Хельги округляются глаза.

Хельга. О-о-о!

Бонд. Прошу вас.

Пронин. Огоньку?

Бонд и Пронин нажимают на курки и из стволов появляются язычки пламени. Это пистолеты-зажигалки. Хельга прикуривает. Оба, сконфузившись, прячут зажигалки в карманы.

Бонд. Пронин, покупка недвижимости – серьезное дело, а вы мне мешаете! Не забудьте, я пришел сюда первым, так что извольте выйти вон!

Пронин. Через ваш труп!

Хельга. Господа, так мы окажемся в полный тупик. Вот, бите, морковный сок. Это очень успокаивать.

Бонд. Благодарю, но лучше чего-нибудь покрепче.

Пронин. Не откажусь.

Бонд наливает Пронину своего виски. Пронин – Бонду водки. Хельга наливает себе морковного сока.

Хельга. У меня тост! За знакомство и пониманий!

Бонд. Да я знаю этого мерзавца лет 30, и приятным такое знакомство не назовешь.

Пронин. За понимание я тоже пить не буду. Он мне противен.

Хельга. Но как же …такой прекрасный тост…

Пронин. Может лучше - за прекрасных дам!

Хельга. Очень кароший тост!

Все трое пьют, не сводя глаз друг с друга.

Бонд. Как самочувствие, майор? Исповедаться не тянет?

Пронин. Поперхнувшись рюмкой. А я ведь уже почти простил вас Джеймс. Мы же цивилизованные люди, а не “Якудза” какая-то. Ну кто травит под тост “За прекрасных дам!”, а? Есть же какие-то приличия…

Бонд. У вас все такое же прекрасное чувство юмора, майор.

Хельга. Мистер Бонд, для меня большой роскошь терпеть ваши разборки! Что могут плохо думать обо мне соседи?! Это позор!

Бонд. Ну я ведь не расстреливал его из базуки. Майор умрет тихо и не по-геройски. Как настоящий шпион. Тайно и незаметно. Ваше здоровье, Пронин. Допивает рюмку.

Пронин. Еще откашливаясь. Вам бы теперь тоже не помешало покаяться, Бонд. Горлышко не першит, мерзавец?

Бонд. Хороший ход, Пронин. Я вас недооценивал…

Пронин. Спасибо.

Бонд. А, может, вы все-таки блефуете?

Пронин. Так я вам и сказал! Расслабьтесь Джеймс… и на здоровье!

Бонд. Черта с два!

Хельга. Это отвратителен вдвойне! Я такого не могу позволять! Два пьяных трупа в моей гостиной! Убирайтесь умирать куда хотеть. Или я вызывать полицай! Шнель! Шнель!

Пронин. Я не пойду. На улице мерзкий английский дождь. Умирать там – противно!

Бонд. Аналогично. Если уж и помирать, то в комфортных условиях и со стаканом виски в руках…Фрау Хельга, не плеснете ли еще виски в стакан? Можно водки. Уже все равно. Количество яда сейчас значения не имеет, а там (Бонд кивает вверх) мне точно не нальют ничего стоящего.

Хельга. Ваше поведений - кошмар и гадость! Опять звонит телефон на кухне. Хельга опять подходит к телефону и долго объясняет очередному клиенту, что дом больше не продается.

Бонд. Как-то все глупо получилось. Чистый дурдом! Как на корпоративной вечеринке в Ми-6.

Пронин. У вас там что, тоже друг друга травят?

Бонд. Что вы, это главный номер пирушки. Никогда не знаешь в чем яд. А потом за 30 минут надо найти противоядие. И во что только его не прячут! Обхохочешься!

Пронин. Какой тонкий английский юмор. У нас даже в НКВД так не шутили. Хотя там - умели юморить…однако, портить даже ради шутки целую бутылку – никогда!

Бонд. А сами-то траванули водочку для меня!

Пронин. Ради дела ничего не жалко. Это необходимость. В остальных случаях – кощунство!

Бонд. Вы, русские, никогда не понимали, что смешное можно найти в любом. Это обычная релаксация.

Пронин. Черта с два! Я же не ищу что-то смешное в вашей королеве.

Бонд. Это не смешно, майор. Это святое.

Пронин. То же самое для нас водка.

Бонд. Пожимая недоуменно плечами. Кстати коллега, у нас осталось 5 минут 40 секунд. Может, договоримся? Я чувствую себя как-то неловко…

Пронин. Джеймс, у вас что, с возрастом кишка истончилась. Какой-то дерганный стали…

Бонд. Это глупо, Пронин. Мы же не на задании. Ради чего?!!

Пронин. Джеймс, не надо искать смысл во всем и вся? А если просто встретил закадычного врага? Или просто на “слабо”! У вас что, такого не бывает?

Бонд. Не бывает! Вы варвар и дурак Пронин! Я этого не понимаю и не хочу понимать!

Пронин. Я – русский, Джеймс! Мы сами себя понять не можем!

Бонд. Хорошо, хорошо я согласен с вашими доводами, но вы же не полный идиот. Инстинкт самосохранения у вас должен быть?

Пронин. Где-то был, но весь кончился! Смеется.

Бонд. Перестаньте паясничать! На чаше весов…

Пронин. …с одной стороны наши жалкие душонки, а с другой чувство невыполненного долга. 30 летнего, старого долга. И долг явно перевешивает…

Бонд. Какие долги, Пронин?! Мы давно на пенсии и это нам уже должны. Пусть наша смена оплачивает счета и соревнуется – кто кому больше должен! Пронин, я на пенсии только и начал жить по-человечески. Встаю когда хочу, ложусь с кем хочу, а не с кем НАДО! Ем и пью не то, что надо, а то, что хочется. Я с таким трудом перестал видеть в старушках, кормящих голубей у фонтана ликвидаторов СМЕРШа, в бомжах, выглядывающих из подвалов - ваших безжалостных снайперов, и вы хотите меня враз лишить спокойной старости?

Пронин. Закуривая беломорину. Удивленно с издевкой. Бонд, да вы испугались? Ай-яй-яй..

Бонд. Вы тоже на пенсии, а корчите из себя героя и, между прочим, нам дышать осталось 3 минуты! И никто не узнает о вашем подвиге, и не пришпилит очередной орден к мундиру. Вы дадите мне противоядие, черт вас побери?!

Пронин. Дам, я же не изверг. Только хамить не надо. В данной ситуации…

Бонд. Извините ради бога, вырвалось…Пронин, сейчас самое время обменяться противоядием? Зачем нам лихачить по-голливудски и в последние секунды спасать свои задницы, а?

Пронин. Лихачить не будем. Действительно пора. Возьмите …обмениваются какими-то таблетками… спасайте свою задницу, если это у вас самое ценное.

Бонд. Разгрызая таблетку, облегченно вздыхает. Фу-у-у! А вы, Пронин, слукавили. Самому помирать, тоже не захотелось?

Пронин. Бонд, вы играли когда-нибудь в русскую рулетку?

Бонд. Я похож на идиота?

Пронин. Когда взводишь курок, никогда не знаешь, будет в стволе патрон или нет. Вот тогда страшно, вот тогда кровь закипает! А у нас с вами было противоядие в карманах. Какой же тут страх и риск. Детский сад. Обменялись и все!

Бонд. Догрызая таблетку. Знакомый мятный вкус, как освежающая пастилка…

Пронин. А это и есть мятная пастилка. Я не бросал яда в водку, что я совсем…

Бонд. И я не совсем дурак, чтобы портить ядом виски 12-летней выдержки. Кстати, я тоже дал вам конфетку. Клубничную.

Пронин. Это я уже понял.

Бонд. Поздравляю, Пронин, блеф был разыгран идеально, я почти вам поверил.

Пронин. Я тоже.

Входит Хельга.

Хельга. Господа еще не забывать, зачем они здесь? Берет в руки бутылку водки и виски и выливает содержимое в вазу с цветами. У меня есть приличный дом! Нихт ваши глюпый опыты, кто кого лючше потравить!

Бонд. Что вы сделали, это был нормальный виски! 12 лет выдержки!

Пронин. Боже мой! Водку-то зачем так…

Хельга. Прекратить кривляться! Отвечайте, вас не устраивайт моя цена или не нравится дом? Решайте или быстро уходить!

Бонд. О нет, фрау Хельга. Дом – великолепен. Очень мило, надежно…

Пронин. …и недорого.

Хельга. Данке шон, но у меня только один дом, а вас уже двое…

Пронин. Устроим торги и пусть победит самый щедрый.

Бонд. Минуточку, я пришел первым и по правилам, майор, вы можете претендовать на дом, только если я откажусь. Первое слово за мной. Тут вам не Россия.

Пронин. Уж кто бы говорил о правилах игры, Джеймс. Когда на эти условности вы обращали внимание? Может в Каракасе, в 64-ом? Или в Стамбуле год спустя? Судя по разрушениям, тогда вам было глубоко наплевать на все правила. Ваш первый покупатель, фрау Хельга – вандал со стажем!

Хельга. Бонду. Вы хотеть покупать этот дом, чтобы взрывать?!

Бонд. При чем здесь моя работа и частная жизнь? Я что хожу у себя по району и беспорядочно разбрасываю гранаты?

Пронин. Ну не знаю. А с чего это вам понадобился новый дом?

Бонд. Пронин, вы клоун и дурак! А дуракам отдельный большой дом ни к чему. Ему нужна ма-а-аленькая белая палата, с мал-а-аленьким окошечком и толстыми решетками. И чтобы стены были обтянуты поролоном.

Хельга. Брэк, господа! Вам натюрлих… успокоиться и мирно все решать. Ферштейн? Похоже, вы уже не собираться умирать? Я хочу наливать вам, как это по-русски …- мировую. Мне случайно повезти обнаружить мой старый запас. Это не ваш отрава, а хороший старый коньяк. Я только жалеть, его очень-очень мало. Наливает в фужеры остатки коньяка из бутылки и подает им. Ну, давайте, давайте! На мировую и продолжим спокойный, цивилизованный торги.

Пронин. От мировой рюмки отказываться нельзя, Бонд. Надо обязательно выпить.

Бонд. Это у вас принято пить не когда хочется, а когда надо и не надо. Мы, пьем только по настроению. Есть желание – пьем, нет желания – не пьем.

Пронин. А нам всегда хочется. У нас поводов – вот столько и маленькая тележка! Жить по рефлексам, как собака Павлова, нам русским, унизительно.

Бонд. А мы, стало быть, примитивные жвачные твари?

Пронин. Вам всего лишь предложили выпить, чтобы прийти к компромиссу.

Бонд. У вас всегда путь к компромиссу лежит через пьянство.

Пронин. Зато, так короче и эффективней. Я уже не говорю о приятной стороне вопроса.

Хельга. Господа, когда вы перестать ссориться? Пусть уже каждый выпьет по свой личный методик. Лишь бы результат был карош.

Бонд. Я согласен, только не чокаясь.

Пронин. Аналогично. Выпивают.

Бонд. Отличный коньяк, фрау Хельга. Французский?

Пронин. Весьма изысканный букет. А что это за тонкий вишневый привкус?

Хельга. Отвечает без намека на свой сильный акцент. Коньяк французский, а привкус – спецсредства “Моссада”. Называется “Каменный гость”, не слышали? Очень хороший и надежный паралитик.

Бонд. Как банально и неожиданно. Вы нас отравили?

Пронин. Интересно, куда это вдруг пропал ваш чудный ломанный английский?

Бонд. И сколько нам осталось?

Хельга. Не волнуйтесь, это не смертельно. Временный паралич конечностей, не более. Честно говоря, я ожидала несколько другой реакции и совсем других вопросов. Ну, например: За что? Или хотя бы: Почему?

Бонд и Пронин постепенно застывают в неудобных позах с бокалами в руках.

Бонд. Ну, если вы нас отравили, значит, есть за что. Вопрос я бы поставил по-другому…

Пронин. …что вам от нас нужно?

Хельга. И я охотно вам отвечу на этот вопрос. Подходит к парализованным и укладывает их руки и ноги в непринужденные позы. Вот так лучше…Одергивает платье. Разрешите представиться – Анна Дизельмайер, полковник “Штази”. ГДР. Свободно владею шестью языками. Особенно хорошо – английским и русским.

Бонд. Тщетно пытаясь повернуться к ней лицом. Позвольте, но если я не ошибаюсь – ГДР больше нет!

Пронин. Между прочим, и немецкой “Штази” тоже нет. Это все в далеком прошлом, госпожа полковник…запаса. Не правда ли?

Анна. Правда в том, что мы все здесь на заслуженном отдыхе…господа майоры. Вижу, жизнь у вас не особо удалась, если вы до сих пор в поисках теплого домашнего угла.

Пронин. Не совсем… Квартира у меня хорошая, мне нравится. Соседям не нравится…

Анна. Ваша квартира?

Пронин. Я не нравлюсь.
Анна. С издевкой. Неужели так громко храпите?

Пронин. По луне стреляю. Ночью.

Анна. Зачем по луне?

Бонд. Видимо с перепоя, правда, Пронин?

Пронин. Нет, неправда. Ностальгия…

Анна. Чувство знакомое, но чтобы из табельного…по луне…

Ну да ладно, а вы, Джеймс?



Бонд. Просто хотел улучшить условия проживания. Комфорт люблю, большой метраж…

Пронин. Еще бы! В королевском офицерском пансионате у него всего лишь одна комнатенка и портье – цербер в юбке на входе. В 23.00 – она двери на замок и пошла вокруг пансионата патрулировать. До утра. Мимо нее даже комары в форточки не пролетают. Просто зашибись, да, Джеймс? И все эти удовольствия за счет государства, за долгую и безупречную службу!

Бонд. Да, за счет государства! Оно обо мне хотя бы так заботится, не то, что ваше! Кто о вас вспомнил после распада СССР? Вы же так и застряли в Лондоне, как осколок союза! Может вам особнячок на Рублевке дали?!!

Пронин. А может и дали! Откуда вам знать!

Бонд. Догадался! Вы же здесь сидите… с парализованной задницей!

Пронин. Я вижу, вы тоже сейчас танго не станцуете.

Анна. Да что с вами такое? Сидят, как два парализованных кролика и совсем не волнуются, что с ними будет дальше?! Мне хоть словечко можно вставить ?

Бонд. Да уж, пожалуйста, просветите.

Пронин. Закурить можно?

Анна. Это хорошая идея. По крайней мере, молчать будете. Вставляет им во рты сигареты и дает прикурить. Так вот господа, по отношению к произошедшему – ничего связанного с нашим шпионским прошлым. Это не спецзаказ, не особо важное задание центра…только личная месть!

Бонд. М-м-м…

Пронин. У-м-м-м…

Анна. Придется вспоминать, господа шпионы. 72 год, Мюнхен. Кто-то приехал посмотреть олимпийские игры, кто-то в них поучаствовать, а вы - шпионить и развлекаться. Напрягитесь, ну…фуршет в немецком посольстве…грудастая рыжая спортсменка с золотой медалью на шее.

Пронин. Э-э-э…

Бонд. Ну-у-у…

Оба роняют сигареты на пол.

Анна. Подходит к Бонду. С вами – в библиотеке. С вами (поворачивается к Пронину) – в бильярдной… Слушайте, а вы точно были первоклассными агентами? Я уже начинаю сомневаться.

Бонд. А вы уверены, что это были мы? Я так совсем…

Анна. Конечно! А кто всем подряд представлялся: Бонд. Джеймс Бонд!

Пронин. Вот! А у меня такого “бзика” на имя, фамилию – нет. Так откуда спрашивается, вы могли меня знать?

Анна. По вашим разбросанным вещам в бильярдной. После химчистки, бирки надо срезать, товарищ майор!

Пронин. Мда-а…

Анна. О, в тот вечер вы оба были на высоте. Уж вам-то не знать, что спортсменку напоить – раз плюнуть. После изнуряющих месяцев предолимпийских тренировок и самого выступления на играх, нас можно свалить одним бокалом шампанского! А если это усугубить ласковым словом, восхититься твоей красотой или банально пообещать вечной любви…этого уже более чем достаточно. Поднимает дымящиеся окурки и тушит их в бокалах Бонда и Пронина.

Бонд. Анна, дорогая, мы же цивилизованные люди. Ну, кто за такую малость, лишает жизни?

Пронин. Аннушка, это же право – сущий пустяк. Стоит ли брать грех на душу?

Анна. Ой, как вы запели, господа донжуаны! А то, что из-за подобной малости и сущего пустяка - дети рождаются, это как вам?! Ерунда?

Пронин. Беременная? Бормочет. Мюнхен…бильярдная…

Бонд. Гхм…это…и что, в смысле, кто …родилось?

Анна. Мальчик. 50 см, 3700. Здоровенький. Тьфу, тьфу, тьфу!

Пронин. А я девочку хотел…

Бонд. И кто отец?

Пронин. На кого похож?

Анна. Не знаю, представьте себе. Я после родов пошла служить в “Штази”, чтобы найти хоть кого-то из вас и установить отцовство. Но вы же такие неуловимые, мать вашу… супершпионы! Пока я за вами в Рим, вы уже спасаете мир в Париже, Белграде, Лиссабоне…

Бонд. Так на кого похож мальчик?

Анна. Мальчику уже за тридцать. Похож на обоих. Глаза твои, Джеймс. Нос и уши твои, Иван. Характер – мой.

Пронин. А имя у нашего сына есть?

Анна. Мойше.

Пронин. Мишка, сынок…

Бонд. Майкл…

Пронин. Стоп! А почему – Мойше? Я – русский, вы – немка, Джеймс чистокровный англичанин…это как же?!

Анна. По-вашему мальчик должен был расти незаконнорожденным? В позоре? Ну, уж нет! Через пару недель, после того вечера, я вышла замуж за тихого, порядочного дантиста - Изю Кацмана, своего давнего поклонника. Он был мне прекрасным мужем и отцом. У него был только один недостаток – он был бесплоден, но Мойшу любил, как родного и лишних вопросов не задавал.

Пронин. Значит вы – Аня Кацман?

Анна. Мой муж – Изя Кацман умер 15 лет назад, а фамилию я оставила свою. С еврейской фамилией в “Штази” не то, что до майора, до старлея не дослужишься.

Бонд. А мальчик значит…Мойше Дизельмайер? Оригинально.

Анна. Снова нет. Просто - Мойше Кацман.

Пронин. Боже мой, русскому парню…

Бонд. Это еще не факт, Пронин, может и английскому парню.

Пронин. А без разницы, Джеймс. После обрезания - он по любому только еврей.

Бонд. Так чей же мальчик?!

Анна. Именно для этого я вас и пригласила.

Пронин. Зачем тогда было выстраивать такую сложную схему с объявлением в газете, фиктивной продажей дома, отравлением?

Анна. Ой-ей-ей! Можно подумать, вы бы добровольно пришли замаливать грехи к какой-то сумасшедшей немке с претензией на ваше отцовство.

Бонд. Логично.

Пронин. Аналогично.

Анна. Вот видите, я выбрала единственно верное решение.

Бонд. Немного радикально, но я бы тоже так поступил. Правда в арсенале “МИ-6” нет такого интересного яда-паралитика. Это точно.

Пронин. Я тоже не знал, что немецкая “Штази” так тесно сотрудничает с израильским “Моссадом”.

Анна. Вы даже не представляете, насколько тесно. Почти родственные связи.

Пронин. И насколько родственные?

Анна. Самые родственные и самые близкие. Мой мальчик – офицер “Моссада”. Капитан спецподразделения “Кобра”. Оттуда и яд.

Бонд. А мальчик знает о нас?

Анна. Нет. Если бы узнал - убил обоих. Хотя мне кажется, он начал о чем-то догадываться.

Пронин. Чувствуется косточка “Смерша”! Значит все-таки мой!

Анна. Остается только выяснить, чей именно. Надеюсь, Мойше не будет убивать своего родного отца, когда узнает правду.

Бонд. Это правильно. Это справедливо. Но второго, который …не будет отец…я бы все-таки пощадил. Ну, с кем не бывает! Правда, Пронин?

Пронин. Джеймс, уже выторговываете для себя индульгенцию?

Бонд. Не скажите, Пронин, может, я для вас стараюсь. По старой дружбе. Вдруг, не вы отец!

Пронин. Когда это мы стали такими близкими, закадычными друзьями?! Час назад, когда целились друг в друга из пистолетов?

Бонд. Это были зажигалки…

Пронин. Не важно…

Анна. Перестаньте собачиться! Тоже мне - суперпапаши! Сейчас не дергайтесь, я буду брать образцы тканей на анализ. Достает из ящика журнального столика ножницы и десантный нож. Выбирает. Бонд и Пронин нервно задергались.

Бонд. Милая, а вы в курсе, что на анализ ДНК вполне достаточно одного волоска?

Пронин. Вот-вот, Аннушка, я лично давно хотел укоротить усы. На голове у меня сами видите – растительности небогато.

Анна. Здесь вам не парикмахерская!

Бонд. А что же еще резать? Только волосы, дорогая, только волосы!

Анна. Не волнуйся, дорогой, у вас мно-о-ого чего поотрастало. Не только волосы…найду что-нибудь ненужное, лишнее…

Пронин. Аня, посмотри, у меня не так уж и мало волос на голове. И вот…под мышками тоже есть…

Анна. Чего это вы так задергались? Сами же хотели узнать, кто из вас отец. Это дело серьезное и ответственное, поэтому на анализ будем сдавать что-то посущественней, чем драный волосок с лысины. Должна быть 100%-ая гарантия!

Бонд. А я почему-то, на 300% уверен, что отец малыша Мойше – Пронин! Да, да, у меня давно проблемы с потенцией. В Ми-6 все об этом знали. И справка есть. Принести?

Пронин. Не слушай его, Аннушка. Врет, собака! Он отец, точно он! Куда мне до него. А в бильярдной, тогда в Мюнхене, я притворялся…ты же знаешь нашу тяжелую шпионскую долю. У меня всегда так… как на задании – ничего не выходит. Хоть плачь.

Анна. О, как! Стало быть, я забеременела от святого духа, мерзавцы?!

Бонд. Аннет, я бы не отказывался от этой версии. В истории случаи были…один.

Пронин. Милая, я конечно атеист, но факты упрямая вещь. Верую! Вот те крест!

Анна. Замолчите оба! Походит к парализованным и четкими движениями начинает выхватывать ножницами у Бонда огромные пряди волос и складывать в пакетик. Потом наступает очередь Пронина. Анна заносит ножницы над головой Пронина, но, осмотрев его со всех сторон, тяжело вздыхает и, плюнув, начинает срезать у него усы. У Бонда оказывается изуродованная шевелюра, у Пронина – усы.

Бонд. Не устаю удивляться вашему потрясающему милосердию, Аннет.

Пронин. А у меня все равно усы были, как жидкий мох. Вот и Джеймс при встрече об этом говорил…

Анна. Глядя на часы. Можете вставать потихоньку. Размяться. Действие яда уже заканчивается. Только без фокусов. Я этого не люблю. Кому надо, туалет там. Пойду позвоню, вызову курьера и отдам образцы на анализ.

Бонд. Но это может занять много времени. Может, мы по домам пойдем ?

Анна. Перебьетесь. Придется подождать. Вы отстали от технического прогресса. Сейчас это делается в течение получаса. Я на кухню, кому кофе заварить?

Бонд. Нет, нет спасибо, дорогая, я пас.

Пронин. А я просто водички попью. В ванной.

Анна, усмехнувшись, уходит с образцами на кухню и звонит по телефону. Бонд и Пронин медленно встают и делают неуклюжие, деревянные шаги в направлении ванной комнаты. Видно, что их еще корежит после паралитика.

Затемнение.

Звонок в дверь. Анна открывает входную дверь и передает кому-то, видимо курьеру пакеты с образцами. Из ванной комнаты, как роботы-зомби выходят Бонд и Пронин.

Анна. Присаживайтесь, господа. Придется подождать.

Бонд. Благодарю. Насиделись уже.

Пронин и Бонд стоят и разминают затекшие тела.

Анна. Вы не представляете, скольким людям я отказала в покупке дома, пока именно вы не клюнули на мое объявление. Сущий дурдом! Моя супернизкая цена переполошила весь Лондон. Звонили даже из России!

Пронин. Поздравляю, вы провели блестящую операцию.

Бонд. Комбинация безупречна, но зачем было выливать столько спиртного в вазу? Мы же могли отреагировать на это не вполне адекватно.

Анна. А как бы я заставила вас выпить паралитический яд?

Пронин. Но он же был в коньяке! От чего же не выпить? Джеймс прав, тогда, поливая цветы водкой и виски, вы сильно рисковали.

Бонд. Да, Аннет, почему вы выбрали такой сложный план. Было бы гораздо проще…

Анна. Перебивает Бонда. Проще было взять и пристрелить вас, а уж потом спокойно выяснить, кто отец.

Пронин. С простреленной головой вести беседу очень проблематично.

Анна. Ерунда. Образцы на анализ можно взять и у трупа.

Бонд. А смысл? Один из наших трупов все равно оказался бы отцом…с дыркой во лбу и абсолютно непригодным к использованию.

Анна. Со временем градус моей мести понизился. Я передумала.

Пронин. И слава богу! Один из нас точно не виноват.

Анна. Сейчас я хочу только установить – кто отец моего Мойше? И все.

Бонд. И все?

Анна. А вы думали, что я буду требовать с вас алименты? Поздновато уже. Мальчик вырос, возмужал, завел семью, детей…

Пронин и Бонд. Одновременно. Детей?!!

Анна. А что тут удивительного? Мой мальчик – не урод, умен, здоров, как бык и не жалуется на импотенцию, как его хилосочные папаши.

Пронин. Аннушка, у нас что есть…

Бонд. …внуки?

Анна. Представьте себе, есть! Мальчик и девочка. 7 и 5 лет.

Бонд. Я, пожалуй, присяду.

Пронин. Мы к нашему сыну только-только привыкли, а тут еще и целая прорва внуков!

Анна. Морковного сока? Без яда, не волнуйтесь. Просто сок. Прошу…

Бонд. Давайте.

Пронин. Ага. Выпивают залпом.

Бонд. Ух ты!

Пронин. Ага!

Анна. Эй-ей! Щелкает пальцами перед их застывшими лицами. Старичье! Будете тормозить – правнуков прозеваете!

Бонд. А фотографии есть?

Пронин. Надевая очки с толстенными линзами. Любопытно, какие они…у нас?

Анна достает пачку фотографий из ящика стола и подает им.

Пронин. Вот, смотрите, Джеймс, какое у мальчика спокойное, розовое личико. На меня в детстве похож.

Бонд. Пронин, это попка годовалой девочки. Вы держите фото вверх ногами.

Пронин. Переворачивая фото. И так похожа. Посмотрите, совсем как у меня - немного оттопырены ушки и умное выражение лица.

Бонд. Вы у меня, гляньте. Вот. Точно так же и я в детстве сидел на горшке. Спина прямая, взгляд хитрый и сосредоточенный. Настоящий джентльмен.

Анна. Девочка похожа на отца, а мальчик – вылитая мать. Извините, но сходства с вами, вообще не просматривается.

Бонд. Кстати, а кто у нас невестка? Надеюсь, она с приличной семьи? Родословная достойная?

Пронин. Я могу “пробить“ ее по нашей базе данных. У нас здесь осталась очень обширная картотека…

Анна. Забирая у них фотографии. Оставьте свои шпионские замашки! Девушка то, что надо. Между прочим, тоже офицер “Моссада”, лейтенант. С подмоченной репутацией туда и на пушечный выстрел не подпустят. Все чисто, пристойно и очень порядочно. Я проверяла…по своим каналам…

Бонд. Аннет, вам я доверяю, как себе. У нас в роду никогда не было паршивой овцы.

Пронин. Бонд, ну что вы суетесь со своим хилым генеалогическим кустиком в приличную семью. Аннушка, вот у меня корни, так корни! Мой пра-пра-пра-пра…, между прочим, у самого Иоанна Грозного в тайной службе, не последним человеком был. Мы, аз есмь…

Бонд. Причем тут ваше корневище заплечных дел мастеров! В этой гостиной есть люди и по достойнее, чем какие-то аз и есмь!

Анна. Может, хватит трясти здесь своими пыльными родовыми скелетами. Аж в горле запершило!

Бонд. Да, милая, что-то перехватывает и сушит. Нет ли у нас хорошего виски в доме? Горлышко промочить.

Пронин. Заливайте горло у себя дома, Джеймс! Аннушка, у нас наверняка дома есть бутылочка хорошей водочки или шнапсика. Правда?

Анна. Язвительно. Как вы ловко делите шкурочку неубитого медведика, мальчики. Вы здесь еще ни кто! Вы только – кан-ди-да-ты! Скромнее надо быть, господа!

Бонд. Лично мне и морковный сок подойдет…

Пронин. А я с детства фрукты люблю, овощи всякие… Аннушка, плесни мне, пожалуйста, на пару глотков вкуснейшего морковного сока.

Анна. Клоуны.… Покачав головой, наливает им морковного сока.

Бонд. Допив стакан сока. Задумчиво. Господа, с вашего позволения, я отлучусь на пару минут в ванную комнату. Уходит.

Пронин. Азартно прихлебывая сок. Аннушка, результаты анализа не всегда совпадают с ожиданием…при тестировании могут быть и ошибки, и погрешности…

Анна. Пронин, на что вы намекаете? Скажите прямо, без загадок.

Пронин. Анна, анализ 100% гарантии не дает, а в результате малюсенькой неточности, место деда и отца может незаслуженно достаться совершенно чужому человеку. Ну их к черту, эти анализы! Выбирать нужно сердцем, а не доверять судьбу вонючим химическим реактивам.

Анна. И мое сердце должно мне сказать, что это вы майор.

Пронин. В возбуждении. Налейте мне еще глоток, милая. Отпивает из стакана. У вас очень умное, любящее и доброе сердце, Аня. Если оно шепчет: Пронин…Пронин… Зачем терзать его вредными и ненужными сомнениями. Прислушайтесь…мне кажется, я уже что-то слышу…

Анна. А Бонд, стало быть…

Пронин. …бездушный и черствый, как английский бифштекс. Он может и хороший, первоклассный агент, но для семейной жизни совсем негодный мужик. Мне даже кажется, что он и вовсе не любит детей. А эта его английская чопорность и несносная кичливость своим джентльменством! Не лучшие качества для подражания. А рядом – дети. Они ведь, как губка, тут же впитают этой ненужной, противной гадости. Потом намучаемся…

Анна. Ну вы–то совсем другое дело! Да?

Пронин. Да! Чего тут скрывать. Да! Мы – русские, мягкие, в меру сентиментальные, зла не держим. Хозяйственные – все в дом! И немцев любим…

Анна. Это в каком смысле?

Пронин. В прямом. У нас немка императрицей была. Екатерина. Мы с вами с давних пор, почти, как родные, не то, что…какие-то англичане. Чужие они нам, Аннушка! Чужие!

Из ванной комнаты выходит Бонд. Пронин со скучающим видом допивает стакан сока. Насвистывает. Бонд садится в кресло.

Пронин. Внезапно. Ой! Ой-ей-ей! Хватается за живот. Прошу прощения. Мне кажется, тоже необходимо удалиться на несколько минут. Быстрым шагом идет к ванной.

Бонд. В вдогонку. Бог в помощь!

Пронин. Ну вас к черту, Джеймс!

Анна. Еще глоточек сока, Джеймс?

Бонд. Нет, нет. Мне, пожалуй, хватит. Диета, режим…

Анна. Ну, как знаете, а Пронин еще один стакан выпил. Наверное, понравилось.

Бонд. Да, я вижу… Смотрит на дверь в ванную комнату. Аннет, я хотел бы с вами поговорить тет-а-тет.

Анна. Слушаю вас.

Бонд. Химия, как наука – непредсказуема. А эти анализы, 100%-ой гарантии не дают…

Анна. И чтобы сделать правильный выбор, надо прислушаться к своему сердцу. Да?

Бонд. Вот-вот! В таком щепетильном деле я бы полагался только на внутренний голос и интуицию.

Анна. И что этот внутренний голос вам говорит?

Бонд. Пронин никуда не годится! Я не доверил бы ему воспитывать даже лабораторных мышей, не то, что внуков. Он, конечно, неплохой спецагент, но этого явно недостаточно, для того, чтобы быть хорошим отцом и дедом. А его ужасные манеры, жуткий вкус к одежде и еде. Тянет в рот, что не попадя…Оборачивается на дверь ванной комнаты. Еще научит малышей всяким гадостям и мерзостям. Потом намучаемся…

Анна. Ну, вы то другое дело?

Бонд. Всенепременно, Аннет. Малыши должны быть воспитанными и благопристойными католиками. Образованными леди и джентльменом.

Анна. Джеймс, малыши наполовину иудеи и у них другое вероисповедание.

Бонд. Ерунда! Вера значения не имеет. Даже папуаса можно воспитать настоящим джентльменом. Смотря, кто будет воспитывать!

Анна. И этот человек – вы?

Бонд. А кто же еще? Пронин - не джентльмен. Он сразу отпадает. Остается только один вариант – Бонд. Джеймс Бонд.

Из ванной комнаты слышен звук сливаемой воды. Выходит Пронин.

Пронин. Джеймс, можно вас на минутку.

Бонд. Обращаясь к Анне. С вашего позволения.

Анна. Ради бога.

Пронин. Я там все обдумал, Джеймс, и принял единственно важное решение…

Бонд. Странное место для принятия решений.

Пронин. Не паясничайте, я решил сделать предложение фрау Дизельмайер. Принимаю огонь на себя, Джеймс, так что вы - свободны. И не благодарите…

Бонд. Позвольте! Я еще раньше вас, там…кивает на ванную…принял именно такое же решение. По собственной воле и из честных побуждений!

Пронин. Тогда пускай Анна сама и решит, кто из нас более достоин!

Анна. Что вы расшумелись? Что я опять должна за вас решать?

Бонд подходит к Анне и становится на колено. Рядом тут же становится на колено и Пронин.

Бонд. Дорогая Аннет! После всего произошедшего, я – Бонд, Джеймс Бонд, как честный человек и джентльмен, хочу предложить вам свою руку и сердце. И очень настоятельно прошу вас стать моей женой!

Пронин. Милая Аннушка! В свою очередь, я – Иван Иванович Пронин, как не менее честный человек, хоть и не джентльмен, хочу предложить вам свою руку и сердце. И еще более настоятельно прошу вас, станьте именно моей женой! Пожалуйста!

Оба берут ее за руки. Анна в оцепенении.

Анна. Иван Иванович! Джеймс! … Я…я …так неожиданно…я может… но…

Звенит дверной звонок. Все трое оборачиваются и смотрят на дверь.

Анна. Мне надо открыть…я сейчас… это наверное, посыльный. Идет к двери, открывает и получает пакет. Вот…пакет. Так быстро…Осторожно кладет пакет на стол. Пауза.

Пронин. А я никогда не любил вскрывать пакеты. Это 100%-ая гарантия неприятностей. Мда-а-а…

Бонд. Вот и у меня так, откроешь, прочитаешь и …едешь куда-нибудь к черту на кулички. Потом слежка, засады, стрельба…одна морока. Потом жалеешь, что брал в руки эти мерзкие кусочки целлюлозы.

Анна. А у меня даже давление подскакивает и тошнота…от пакетов.

Пронин. Осторожно берет пакет двумя пальцами. Может, выбросим его или сожжем? Тут же не секретное задание от центра. Мы все давно на пенсии. Имеем право выбора, черт побери! Пытается увидеть что-нибудь в запечатанном пакете на свет. И на свет ничего важного не просматривается. Гляньте, Джеймс!

Бонд. Берет пакет. Вертит его в руках. А чего на него смотреть. Пакет, как пакет. Абсолютно бесполезная вещь в хозяйстве. Даже марки нет…

Анна. Дайте мне. Пакет доставлен. Я расписалась в получении. Это официальный документ. Вздыхает. Придется вскрывать.

Бонд и Пронин напряженно садятся в одно кресло. Анна вскрывает пакет и достает бланк.

Анна. На ваш запрос по идентификации присланных образцов №1 и №2, было произведено лабораторное исследование по установлению соответствия ДНК вышеуказанных образцов с образцом ткани №3. Образец №3 – Мойше Кацман. В результате проведенных тестов было установлено с точностью 99,9%, что… Бонд и Пронин вытянули шеи…ДНК образца №3 вышеуказанного Мойше Кацмана… не совпадает с ДНК образцов №1 и №2.

Погрешность тестирования составляет 0,01%, что позволяет сделать вывод о кардинальном несовпадении образцов по всем позициям тестирования.



Начальник спецлаборатории №5 … майор Штольц. Подпись. Дата. Инвентарный номер…

Бонд. Э-э-э, так это значит…малыш Мойше и мои внуки…

Пронин. …совсем не ваши внуки и не мои…

Анна. Уставившись на бланк. Изя Кацман?!! Не может быть! Больше не кому!... Выходит у моего Изи, таки получилось…а я дура, 30 лет гонялась по всему миру за мифическим отцом своего ребенка! Он же был все время рядом! Черт тебя дери, Изя! …Прости господи! Царство ему небесное! Все крестятся, даже атеист Пронин.

Бонд. Странное ощущение, впервые в жизни я не знаю, что делать…Глупо, да?

Пронин. Я - знаю, но водки больше нет. И виски тоже…

Анна. Вы не нальете мне рюмку коньяка? Пожалуйста.

Пронин. Коньяк отравлен, фрау Дизельмайер, вы же знаете.

Анна. Знаю…

Бонд. Поднимая пустую бутылку коньяка. А коньяка вообще нет. Мы с Прониным тогда выпили…все. Вместе с ядом…

Анна. А жаль.

Пронин. Почему?

Анна. Потому, что я тоже не знаю, что сейчас делать.

Пронин. Мда-а-а…

Бонд. С вами все в порядке фрау Дизельмайер? Как вы себя чувствуете?

Анна. Как чувствую себя? Никак…ни как хотелось бы, господа. Я, наверное, должна принести вам, Джеймс, и вам, Иван Иванович, свои глубочайшие извинения за весь этот кошмарный цирк ужасов.

Бонд. Бросьте, фрау Анна, мы люди привычные к экстриму. Правда, Пронин?

Пронин. Да мы этого яду на своем веку столько выдули с Джеймсом – два полка хватит уложить в деревянные макинтоши, а нам хоть бы что!

Бонд. О, да! Вот бывало, в полнолуние сидишь один, как дурак у телевизора, одиноко, тоскливо…выть хочется. Дай думаешь, хлебну какой-нибудь отравы для разнообразия…и легче становится…

Анна. Перестаньте Джеймс, даже ваш чудный английский юмор не в силах сгладить моего постыдного положения.

Пронин. Лично я провел сегодня очень насыщенный, интересный денек. Стариковская жизнь на пенсии так пресна…

Анна. Не надо, Пронин, я действительно не знаю, что сделать, чтобы загладить перед вами свою вину. Полагаю, что у вас есть все основания уйти сейчас, не прощаясь и презирая меня.

Пронин. Это не та-а-ак, ну что вам в голову взбрело…

Анна. Я прошу вас, господа, не стоит…

Пауза.

Бонд. Фрау Дизельмайер…Аннет…я искренне сожалею и …храни вас бог!

Пронин. Фрау…Аннушка…спасибо!

Полупоклонившись, медленно выходят за дверь.

Анна. Ушли…Боже, какая я дура! Потерянно ходит по гостиной. Открывает дверь. Джеймс! Иван Иваныч! А дом? Вы же так и не посмотрели мой дом…совсем недорого… Никто не отвечает. Я же не успела тогда вам сказать – я согласна… принять и руку, и сердце…любого из вас… Анна закрывает дверь, садится в кресло. Ушли…

Осторожно открываются рамы окна. Появляются головы Бонда и Пронина.

Бонд. Не так уж и далеко мы ушли…

Пронин. Можно…Аннушка?

Анна. Заходите, заходите, господа! Я очень вам рада! Не желаете чего-нибудь выпить? …Правда, остался только морковный сок.

Бонд и Пронин. Хором. С удовольствием!
Занавес.

апрель 2007


Смотрите также:
Пьеса в одном действии Действующие лица
256.63kb.
1 стр.
Трагедия в одном действии Действующие лица
130.56kb.
1 стр.
Свет в конце туннеля случай из жизни в одном действии действующие лица
219.8kb.
1 стр.
Сказка в одном действии. Действующие лица: даша 20 лет
155.36kb.
1 стр.
Человеческий голос пьеса в одном действии
173.07kb.
1 стр.
Интервью пьеса в одном акте Действующие лица : Владимир Иванович Запуста, писатель, 45 лет
458.23kb.
3 стр.
М. Крымова приключение пьеса Москва, 2010 г. Действующие лица котя – двадцать пять лет. Тетка
981.78kb.
3 стр.
Праздник урожая Действующие лица
49.1kb.
1 стр.
В гостях у принцессы кассиопеи Действующие лица
83.82kb.
1 стр.
Остров рикоту /пьеса/ Действующие лица
368.33kb.
1 стр.
«Коктебель- 21». Александр Каштанов. Пьеса в 5-ти картинах (в пьесе использованы стихи М. Волошина, З. Гиппиус, И. Савина). Действующие лица: Максимилиан Волошин, поэт. Бела Кун, председатель Крымревкома
191.1kb.
1 стр.
Трава у дома или Где-то в космосе. Пьеса в 6-ти действиях Действующие лица
217.4kb.
1 стр.