Главная
страница 1
Дистанционная олимпиада по литературе для учащихся 11 классов

Задание 1

Выполните комплексный анализ прозаического текста.


А. Платонов

«Мать»

«Из бездны взываю».



Слова мертвых

Мать вернулась в свой дом. Она скиталась, убежав от немцев, но она нигде не могла жить, кроме родного места, и вернулась домой.

Она два раза прошла промежуточными полями мимо немецких укреплений, потому что фронт здесь был с перерывами, а она шла прямой дорогой. Она не имела страха и не остерегалась никого, и враги ее не повредили. Она шла по полям, тоскующая, простоволосая, со смутным точно ослепшим, лицом. И ей было все равно, что сейчас есть на свете и что совершается в нем, и ничто в мире не могло ее ни потревожить, ни обрадовать, потому что горе ее было вечным и печаль неутолимой: мать утратила мертвыми всех своих детей. Она была теперь столь слаба и равнодушна ко всему на свете, что шла по дороге подобно усохшей былинке, несомой ветром, и казалось – ее влечет вперед лишь ветер, уныло бредущий по дороге ей вслед. Ей было необходимо увидеть свой дом, где она прожила жизнь, и место, где в битве и казни скончались ее дети.

На своем пути она встречала врагов, но они не тронули эту старую женщину; им было странно видеть столь горестную старуху, они ужаснулись вида человечности на ее лице, и они оставили ее без внимания, чтобы она умерла сама по себе. В жизни бывает этот смутный отчужденный свет на лицах людей, пугающий зверя и враждебного человека, и таких людей никому непосильно погубить, и к ним невозможно приблизиться. Зверь и человек охотнее сражается с подобными себе, но неподобных он оставляет в стороне, боясь испугаться их и быть побежденным неизвестной силой.

Пройдя сквозь войну, старая мать вернулась домой. Но родное место ее теперь было пустым. Маленький бедный дом на одно семейство, обмазанный глиной, выкрашенный желтой краской, с кирпичною печной трубой, похожей на задумавшуюся голову человека, давно погорел от вражьего огня и оставил после себя угли, уже порастающие травой. И все соседние жилые места, весь этот старый город тоже умер, и стало вокруг светло и грустно, и видно далеко окрест по умолкшей земле. Еще пройдет немного времени, и место жизни людей зарастет свободной травой, его задуют ветры, сравняют дождевые потоки, и тогда не останется и следа человека, а все мученье его существованья на земле некому будет понять и унаследовать в добро и поучение на будущее время, потому что не станет в живых никого. И мать вздохнула от этой последней своей думы и от боли в сердце за беспамятную погибающую жизнь. Но сердце ее было добрым, и от любви к погибшим оно захотело жить за всех умерших, чтобы исполнить их волю, которую они унесли с собой в могилу.

Мать села посреди остывшего пожарища и стала перебирать руками прах своего жилища. Она знала свою долю, знала, что ей пора умирать, но душа ее не смирялась с этой долей, потому что, если она умрет, то где сохранится память о ее детях и кто их сбережет в своей любви, когда ее сердце тоже перестанет дышать?

Мать того не знала, и она думала одна. К ней подошла соседка, Евдокия Петровна, молодая женщина, миловидная и полная прежде, а теперь ослабевшая, тихая и равнодушная; двоих малолетних детей ее убило бомбой, когда она уходила с ними из города, а муж пропал без вести на земляных работах, и она вернулась обратно, чтобы схоронить детей и дожить свое время на мертвом месте.

- Здравствуйте, Мария Васильевна, - произнесла Евдокия Петровна.

- Это ты, Дуня, - сказала ей Мария Васильевна. – Садись со мной, давай с тобой разговор разговаривать. Поищи у меня в голове, я давно не мылась.

Дуня с покорностью села рядом; Мария Васильевна положила ей голову на колени, и соседка стала искать у нее в голове. Обеим теперь было легче за этим занятием; одна старательно работала, а другая прильнула к ней и задремала в покое от близости знакомого человека.

- Твои-то все померли? – спросила Мария Васильевна.

- Все! – ответила Дуня. – И твои все?

- Все, никого нету, - сказала Мария Васильевна.

- У нас с тобой поровну никого нету, - произнесла Дуня, удовлетворенная, что ее горе не самое большое на свете: у других такое же.

- У меня-то горя побольше твоего будет: я и прежде вдовая жила, - проговорила Мария Васильевна. – А двое-то моих сыновей здесь у посада легли. Они в рабочий батальон поступили, когда фашисты из Петропавловки на Митрофаньевский тракт вышли… А дочка моя повела меня отсюда, куда глаза глядят, она любили меня, она дочь моя была; потом она отошла от меня, она полюбила других, она полюбила всех, она пожалела одного – она была добрая девочка, она наклонилась к нему, он был больной, раненый, он стал как неживой, и ее тоже тогда убили, убили сверху из аэроплана… А я вернулась. Мне-то что же терпеть! Я сама теперь как мертвая…

- А что ж тебе делать-то! Я тоже так живу, - сказала Дуня, - Мои лежат, и твои легли… Я-то знаю, где твои лежат – они там, куда всех сволокли и схоронили, я тут была, я глазами своими видела. Сперва они всех убитых покойников сосчитали, бумагу составили, своих отдельно положили, а наших прочь отволокли подалее. Потом наших раздели наголо и в бумагу весь прибыток от вещей записали. Они долго таково заботились, а потом уж хоронить таскать начали…

- А могилу-то кто вырыл? – обеспокоилась Мария Васильевна. – Глубоко отрыли-то? Ведь голых, зябких хоронили, глубокая могила была бы потеплее!

- Нет, какое там глубоко! – сообщила Дуня. – Яма от снаряда, вот тебе и могила. Навалили туда дополна, а другим места не хватило. Тогда они танком проехали через могилу по мертвым, и еще туда положили, кто остался. Им копать желания нету, они силу свою берегут. А сверху забросали чуть-чуть землей, покойники лежат там стынут теперь; только мертвые и стерпят такую муку – лежать век нагими на холоде…

- А моих-то тоже танком увечили, или их сверху цельными положили? – спросила Мария Васильевна.

- Твоих-то? – отозвалась Дуня. – Да, я того не углядела… там за посадом, у самой дороги все лежат, пойдем – увидишь. Я им крест из двух веток связала и поставила, да это ни чему: крест повалился, хоть ты его железный сделай, а люди забудут мертвых…

Потом, когда уже свечерело, Мария Васильевна поднялась; она была старая женщина, она теперь устала; она попрощалась с Дуней и пошла в сумрак, где лежали ее дети – два сына в ближней земле и дочь в отдалении.

Мария Васильевна вышла к посаду, что прилегал к городу. В посаде жили в деревянных домиках садоводы и огородники; они кормились с угодой, прилегающих к их жилищам, и тем существовали здесь спокон века. Ныне тут ничего уже не осталось, и земля поверху спеклась от огня, а жители либо умерли, либо ушли в скитание, либо их взяли в плен и увели на работу и в смерть.

Из посада уходил в равнину Митрофаньевский тракт. По обочине тракта в прежнее время росли ветлы, теперь их война обглодала до самых пней, и скучна была сейчас безлюдная дорога, словно уже близко находился конец света и редко кто доходил сюда.

Мария Васильевна пришла на место могилы, где стоял крест, сделанный из двух связанных поперек жалобных, дрожащих ветвей. Мать села у этого креста; под ним лежали ее нагие дети, умерщвленные, поруганные и брошенные в прах чужими руками.

Наступил вечер и обратился в ночь. Осенние звезды засветились на небе, точно выплакавшись, там открылись удивленные и добрые глаза, неподвижно всматривающиеся в темную землю, столь горестную и влекущую, что из жалости и мучительной привязанности никому нельзя отвести от нее взоры.

- Были бы вы живы, - прошептала мать в землю своим мертвым сыновьям, - были бы вы живы, сколько работы поделали, сколько судьбы испытали! А теперь, что ж, теперь вы умерли, - где ваша жизнь, какую вы не прожили, кто проживет ее за вас? Матвею – то сколько ж было? – двадцать третий шел, а Василию двадцать восьмой. А дочке было восемнадцать, теперь уж девятнадцатый шел бы, вчера она именинница была… Сколько я сердца своего истратила на вас, сколько крови моей ушло, но, значит, мало, мало было одного сердца моего и крови моей, раз вы умерли, раз я детей своих живыми не удержала и от смерти их не спасла… Они, что же они дети мои, они жить на свет не просились. Я их родила, пускай сами живут. А жить на земле, видно, нельзя еще, тут ничего не готово для детей: готовили только, да не управились!.. Тут жить им нельзя, а больше им негде было, - что ж нам, матерям, делать-то? Одной-то, жить, небось, и не к чему.

Она потрогала могильную землю и прилегла к ней лицом. В земле было тихо, ничего не слышно.

- Спят, - прошептала мать, - никто и не пошевельнется, - умирать было трудно, и они уморились. Пусть спят, я обожду – я не могу жить без детей, я не хочу жить без мертвых…

Мария Васильевна отняла лицо от земли; ей послышалось, что ее позвала дочь Наташа; она позвала ее, не промолвив не слова, будто произнесла что-то одним своим слабым вздохом. Мать огляделась вокруг, желая увидеть, откуда взывает к ней дочь, откуда прозвучал ее кроткий голос – из тихого поля, из земной глубины или с высоты неба, с той ясной звезды? Где она сейчас, ее погибшая дочь? – или нет ее больше нигде, и матери лишь чудится голос Наташи, который звучит воспоминанием в ее собственном сердце?

Потом мать задремала и уснула на могиле.

Полночная заря войны взошла вдалеке, и гул пушек раздался оттуда, там началась битва. Мария Васильевна проснулась, и посмотрела в сторону огня на небе, и прислушалась к частому дыханию пушек. «Это наши идут, - подумала она. – Пусть скорее приходят».

Мать снова припала к могильной земле, чтобы ближе быть к своим умолкшим сыновьям. И молчание их было осуждением злодеям, убившим их, и горем для матери, помнящей запах их детского тела и цвет их живых глаз…

К полудню русские танки вышли на Митрофаньевскую дорогу и остановились возле посада на осмотр и заправку.

Один красноармеец с танка отошел от машины и пошел походить по земле, над которой сейчас светило мирное солнце.

Возле креста, связанного из двух ветвей, красноармеец увидел старуху, приникшую к земле лицом. Он склонился к ней и послушал ее дыхание, а потом повернул тело женщины навзничь и для правильности приложился ухом к ее груди. «Ее сердце ушло», - понял красноармеец и покрыл утихшее лицо покойной чистой холстинкой.

- Спи с миром, - сказал красноармеец на прощанье.– Чьей бы ты матерью ни была, а я без тебя тоже остался сиротой.


Примерный план литературоведческого анализа прозаического текста.

  1. Определить тему, проблематику произведения, идейную позицию автора.

  2. Определить художественный метод (литературное направление).

  3. Определить жанровую специфику произведения.

  4. Дать характеристику главному герою произведения.

  5. Охарактеризовать систему образов произведения.

  6. Определить особенности композиции и сюжета произведения.

  7. Определить особенности стиля автора.

Задание 2

Выполните сопоставительный анализ лирических текстов.


Красная осень

Внезапно в зелень вкрался красный лист,

Как будто сердце леса обнажилось,

Готовое на муку и на риск.

Внезапно в чаще вспыхнул красный куст,

Как будто бы на нем расположилось

Две тысячи полураскрытых уст.

Внезапно красным стал окрестный лес

И облако впитало красный отсвет.

Светился праздник листьев и небес

В своем спокойном благородстве.

И это был такой большой закат,

Какого видеть мне не доводилось.

Как будто вся земля переродилась –

И я по ней шагаю наугад.

(Д.С. Самойлов)



Осень

По мокрым скверам проходит осень,

Лицо нахмуря!

На громких скрипках дремучих сосен

Играет буря!

В обнимку с ветром иду по скверу.

В потемках ночи.

Ищу под крышей свою пещеру, -

В ней тихо очень.

Горит пустынный электропламень.

На прежнем месте,

Как драгоценный какой-то камень,

Сверкает перстень, -

И мысль, летая, кого-то ищет

По белу свету…

Кто там стучится в мое жилище?

Покоя нету!

Ах, это злая старуха осень,

Лицо нахмуря,

Ко мне стучится, и в хвое сосен

Не молкнет буря!

Куда от бури, от непогоды,

Себя я спрячу?

(Н. Рубцов)



Примерный план

сравнительного анализа

лирических произведений.
1. Определите тему каждого из стихотворений.

  1. Определите настроение лирического героя.

  2. Прокомментируйте образный строй стихотворений.

  3. Какие стилистические приемы используют авторы для усиления выразительности поэтической речи?

  4. Охарактеризуйте организацию поэтического синтаксиса, которая служит для усиления внутреннего смысла лирического высказывания.

  5. Определите ритм, рифму, размер стихотворений. Как они соответствуют содержанию?

  6. Что придает данным стихам философское звучание?


Смотрите также:
Дистанционная олимпиада по литературе для учащихся 11 классов Задание 1 Выполните комплексный анализ прозаического текста. А. Платонов «Мать» «Из бездны взываю»
79.1kb.
1 стр.
10 класс Вариант 2 Комплексный анализ художественного текста. Напишите рецензию на произведение М. Е. Салтыкова-Щедрина «Баран-непомнящий»
74.9kb.
1 стр.
Школьная олимпиада по литературе 11 класс Задание 1
98.73kb.
1 стр.
Комплексный анализ текста Вариант 1 Часть 2
153.92kb.
1 стр.
Дистанционная олимпиада по истории для 8 – 9 классов Задание №1
29.94kb.
1 стр.
X международная дистанционная олимпиада «Эрудит» История 9 класс I тур Задания Задание №1 (20 баллов)
38.22kb.
1 стр.
М. П. Драгоманова Стилистический анализ художественного текста и его роль в формировании коммуникативной компетенции учащихся
108.07kb.
1 стр.
Платонов а п. Роман-антиутопия в русской литературе
64.44kb.
1 стр.
Самостоятельная работа Комплексный анализ лексического состава текста
50.43kb.
1 стр.
X международная дистанционная олимпиада «Эрудит» История 5 класс I тур Задания Задание №1 (20 баллов)
29.57kb.
1 стр.
Дистанционная олимпиада для 8-11 классов Самарская область в годы Великой Отечественной войны
19.35kb.
1 стр.
Дистанционная олимпиада для 5-7 классов Самарская область в годы Великой Отечественной войны
17.3kb.
1 стр.