Главная
страница 1
«Россия и мусульманский мир».-2011.-№7(229).-С.71-78.
АЗЕРБАЙДЖАН: ПРОБКА В КАСПИЙСКОЙ БУТЫЛКЕ

Параг Ханна — политолог (США)

Кавказ является местом встречи Европы с Восточной и За­падной Азией. Надписи на латыни, оставленные римскими центу­рионами, свидетельствуют о том, что Азербайджан располагался на европейской границе с I в. н.э., но затем римляне повернули назад, заявив, что человек не может жить в адских условиях Гобустанского нагорья. После радующих глаз лесов, расположенных в южной части Кавказа около грузинской границы, нужно проехать еще полторы сотни километров по выжженной солнцем местно­сти, чтобы достичь столицы Азербайджана Баку, чье название в переводе означает «солнечные ветры». Азербайджан, зажатый ме­жду российским Кавказом и Талышскими горами Ирана, - послед­ний ингредиент в стратегической рецептуре по превращению Ев­ропы в альянс, основанный на общих ценностях, а не только культуре. Европа выполнит свою миссию на географической карте лишь в том случае, если сможет принять в свои ряды людей с ази­атской душой.

Представляя из себя ныне новый рубеж Запада, Азербай­джан все еще не желает быть им. Средневековые мечети, неуклю­жие многоквартирные дома советской эпохи, высотные стеклян­ные здания офисов - вот символы слияния Востока и Запада, прошлого и настоящего, которые можно видеть в Баку. Тут неко­гда проходили караваны с шелком и специями, соединяя тюрк­ский, арабский, индийский и китайский миры через Баку, Тебриз, Самарканд и Кабул. Талышские горы, подобные храмам, напоми­нают Кашмир. «По своим очертаниям и культуре наша страна по­добна птице, которой для полета необходимы крылья и Востока, и Запада», - размышлял азербайджанский историк. Зеленый цвет азербайджанского национального флага означает ислам, красный - свободу, голубой - принадлежность к тюркским племенам. В 1918г. Азербайджан стал первым мусульманским демократиче­ским государством, предоставившим женщинам право участвовать в выборах. И хотя 8 млн. граждан страны в основном являются му­сульманами-шиитами, тюркский национализм - да и советский атеизм - придали стране светский характер. Так, в азербайджан­ских школах учится больше девочек, чем мальчиков, а в центре Баку все еще стоит статуя советской эпохи — женщина, сбрасы­вающая чадру; причем эта скульптура возвышается прямо перед отделением Иранского национального банка.

Правда, если бакинские женщины носят мини-юбки, то в расположенном рядом со столицей городе Нардаране - чаще му­сульманские платки, а на многих стенах можно лицезреть араб­скую вязь. Как и в Турции, по всему Азербайджану можно заме­тить возвращение к исламу. Этот процесс начался в результате присутствия чеченских беженцев, а также финансирования Ира­ном строительства мечетей и средств массовой информации в бед­ных южных районах вдоль границы страны. Это, пожалуй, все признаки развития. «Противостоять радикальному исламизму - значит, как и в Турции, преподавать подлинный ислам в школах под контролем государства, — считает аспирант из Баку. — В про­тивном случае множество безработных молодых бедняков впервые познакомятся с исламом в радикальных мечетях, как это происхо­дит в арабских странах».

Зб. Бжезинский называл Азербайджан «пробкой в каспий­ской бутылке». Нефтяные и газовые месторождения - символ этих мест с далеких веков. Еще в V в. до н. э. огнепоклонники возводи­ли храмы близ побережья Каспийского моря. В начале XX столетия Баку стал крупнейшим в мире производителем и экс­портером нефти, причем уже тогда в дела Нобеля и Ротшильдов вмешивалась Россия. И в последующее время она контролировала азербайджанскую нефть, которая (в 1920-1935 гг.) составляла бо­лее 70% всей советской нефтедобычи. Вскоре после получения Азербайджаном независимости Россия вместе Арменией попыта­лась свергнуть националистического лидера Абульфаза Эльчибея. Единственное, что осталось хорошего после советского закабале­ния, так это бальнеологические курорты, на которых пациенты по-прежнему принимают ароматные ванны из лечебной нафталанской нефти для врачевания телесных недугов.

Азербайджан - одно из немногих мест в мире, где загрязне­ние может стать туристической достопримечательностью. Баку расположен на небольшом полуострове, вдающемся в Каспийское море и полностью опутанном ржавеющими трубопроводами. Они покрывают столь обширные пространства, что правительство до сих пор не знает, что с ними делать, если не считать того, что оно пытается свести к минимуму утечки нефти и организует вертолет­ные туры для туристов над заброшенными буровыми установками на шельфе Каспийского моря. Тем не менее Азербайджан в оче­редной раз в буквальном смысле молится энергетическим богам. Рядом с проржавелыми нефтяными вышками на Каспийском по­бережье возвышается мечеть Биби Хейбат - единственная, кото­рую возвели за счет азербайджанского правительства.

Некоторые азербайджанцы мечтают превратить свою страну в кавказский Кувейт. Источник возрастающих поставок нефти в Европу, Азербайджан уже является самой богатой страной Закав­казья. Министр по делам таможни, открывавший шестизвездочный отель «Эксельсиор», вполне мог назвать сие строение «Бурж-Баку» - по аналогии с парусоподобным небоскребом в Ду­бае. В конце XIX в. центр Баку выстроили нефтяные бароны, при­глашавшие лучших европейских архитекторов. Ныне сюда верну­лись их потомки, строящие дома на окружающих город отвесных скалах, превращенных в аккуратные пригороды.

К сожалению, Азербайджан одарен углеводородами, но не мудростью. Вопрос заключается в том, сможет ли страна накопить ее, прежде чем в течение ближайших нескольких десятилетий ис­сякнет вся нефть. Азербайджан все еще функционирует при поли­тическом порядке, который был создан для одного человека - Гей­дара Алиева. Алиев был лидером слишком большого масштаба для столь малой по размеру страны, а потому вполне естественно, что он не просто выразил национальный характер, а затмил его. В ус­ловиях Азербайджана наследование стало единственной парадиг­мой власти. После смерти Гейдара Алиева процедура ее передачи по наследству к его сыну Ильхаму была обставлена квазивыбора­ми, которые лишь подтвердили очевидное. «Если хотите узнать имя победителя на выборах 2003 года, то сначала поинтересуй­тесь, кто считает результаты», - заявляет один из представителей оппозиции, постоянно ищущей поддержки внутри страны и за ру­бежом. Повсюду плакаты отца и сына Алиевых: Гейдар воплощает собою независимость, суверенитет и героизм, Ильхам — процвета­ние и развитие, а оба вместе - стабильность государства. Однако все это лакировка действительности. Реакционная старая гвардия с изрядным скрипом сдает позиции, поскольку обладает опытом ру­ководства, которого так недостает молодым руководителям. Аэро­порту Баку присвоен код «GYD», сильно напоминающий имя Алиева-отца: Азербайджан во многом остается страной Гейдара Алиева даже после его смерти.

«Коррупция является моральным эквивалентом войны, она обескровливает Азербайджан», — жаловался мне возвратившийся на родину бизнесмен азербайджанского происхождения, вторя многим другим представителям азербайджанской диаспоры. Чув­ство повсеместной коррумпированности у них вызывает прекрас­ная организация работы бакинских турагентств и пунктов обмена валюты: раз все так хорошо, значит, за этим наверняка скрывается некая тайная рука. Большинство из 30 богатейших азербайджанцев занимают посты министров или являются членами парламента (который, как и в Иране, называется меджлисом). Единственная политическая конкуренция между ними происходит в форме по­пыток перещеголять друг друга - кто сколько заплатил за государ­ственную должность, сколько построил вилл, каков размер его особняка в Лондоне (причем туда деньги перетекают через вроде бы вполне приличные с виду компании). У каждого найдется объ­яснение тому факту, почему полиция вдруг пересела на новенькие «БМВ» (щедрые подношения Германии здесь ни причем). Дина­стия Алиевых прибегает к компромиссам с учетом момента. Офи­циально запрещена торговля икрой, чтобы защитить иссякающую популяцию осетров, однако для друзей Ильхама это делает ее кон­трабанду еще более выгодной.

В арабо-тюрко-восточном мире махровая клановость - дело естественное, а двойные стандарты - норма жизни. Коррупция за­ложена в культуре страны, отсюда ее глубокая укорененность. «Детей не готовят к самостоятельной жизни, - сетовал один азербайджанский дипломат, сидя за ужином в саду, заполненном представителями бакинской элиты. - Возможно, ваш дядя - нику­дышный человек, но ведь это брат вашей матери». В многонацио­нальном Баку семьи продолжают давать взятки должностным ли­цам, стремясь протащить в престижные школы своих отпрысков, которые, в свою очередь, дают взятки, чтобы окончить учебные заведения, не утруждая себя науками.

Способ, который азербайджанское правительство выберет для управления доходами от продажи энергетических ресурсов, в конечном итоге определит, куда пойдет страна: либо по пути их перераспределения в целях развития, как Норвегия, либо будет поражена «ресурсным проклятием», подобно Нигерии, и сохранит государство российского типа, где нефтяной и банковский секторы неразрывно переплетены, а деформирующая рынки смычка между правительством и олигархией приводит к их обогащению лишь за счет высоких цен на нефть и движения валютных курсов.

В Азербайджане предпринималось мало усилий по развитию каких-либо других отраслей помимо нефтянки и даже регионов за пределами Баку: во многих районах страны до сих пор отсутствует регулярное электроснабжение. «Нехватка энергии в стране, бога­той нефтью, - очевидный признак неважного управления эконо­микой, - отметил один европейский дипломат в ходе поездки по южным провинциям Азербайджана, расположенным вблизи гра­ницы с Ираном. Один миллион азербайджанцев - это перемещен­ные лица внутри Азербайджана, появившиеся в ходе конфликта в Нагорном Карабахе; многие из этих людей живут в Баку в битком набитых квартирах и даже университетских общежитиях, но пра­вительство, судя по всему, этого не замечает».

В Азербайджане нефть плохо сочетается с демократией именно потому, что ресурсы нефти ограничены, а барыши полу­чаются лишь благодаря высоким ценам на нее. Ильхам Алиев уво­лил нескольких министров из старой гвардии за финансирование оппозиции, а также предполагаемое участие в неудавшихся заго­ворах против него; других он арестовал якобы за неуплату нало­гов. Все это признаки того, что демократизации Ильхам предпочел контроль над государственной казной. Только у пропитанных па­ранойей режимов численность ОМОНа превосходит количество протестующих. Иногда Ильхам дозволяет митинги, а другой раз жестоко подавляет их, что свидетельствует о том, что перед нами игра с общественным мнением.

Коррупция, существующая при режиме Алиева, обременяет и Азербайджан, и Запад. В конце концов, перед нами все тот же режим, взращенный Россией и Ираном именно потому, что он им выгоден. Выдавив из контракта на модернизацию электросети страны турецкую компанию, азербайджанские власти раскрыли настежь двери перед Россией, поспособствовав установлению ее полной монополии над системой электроснабжения на Южном Кавказе. Из-за слабой диверсифицированности экономики вторым крупнейшим источником доходов для Азербайджана являются денежные переводы от 2 млн. азербайджанцев, проживающих в России. Преступные группировки, занимающиеся контрабандой наркотиков на российской и иранской границах, обладают полити­ческими связями. В результате Россия по-прежнему сохраняет сильные рычаги влияния на азербайджанскую внешнюю политику, а Иран - на проживающих в стране шиитов. НАТО продавливала идею устройства военной базы с целью контроля над Каспием и Ираном, а Россия предлагала Соединенным Штатам арендовать радиолокационную станцию в Габале. Однако, как заявил один азербайджанский аналитик, «нам не нужна помощь Америки, по­скольку она только усугубит наши трудности». Итак, симпатии Азербайджана столь же переменчивы, как и его письменность, ко­торая в течение одного только XX столетия металась между араб­ской вязью, кириллицей и латиницей.

В 1959 г. американский посол при ООН Генри Кэбот Лодж-мл. задался вопросом: «США могут победить в войне, но сможем ли мы подавить революции?» В 2005 г. Ильхам Алиев с пренебрежением отнесся к парламентским выборам, заметив, что они все равно «не повлияют на курс правительства». Хотя выборы не соответствовали стандартам ОБСЕ, Америка одобрила их ре­зультаты. Однако было бы лучше, если бы Соединенные Штаты и Европейский союз посодействовали появлению в Азербайджане более сильной оппозиции, а также поддержали парламентариев- реформаторов. Страны Восточной Европы, входящие в группу стран Второго мира, уже интенсивно работают в Азербайджане в надежде на то, что правительство страны - этот мятежный ребенок - все же станет больше прислушиваться к друзьям, нежели к опе­кающим его внешним силам. Каким бы путем в стране не случи­лись перемены - в результате переворота, вспышки недовольства низов, либо военного вторжения, становление подлинной демо­кратии произойдет тогда, когда у народа появятся средства для оказания давления на своих глубоко окопавшихся правителей, с тем чтобы сделать систему власти открытой. Если это произойдет, исчезнет необходимость в какой-то очередной «арбузной» или «икорной» революции, а страна встанет на путь построения поли­тической системы западного типа.

«Для нас приемлемо любое название, только не "бывший СССР"!» - заявил мне молодой сотрудник МИДа. Мало кто из азербайджанцев знает о том, что представляет собой Европейский союз, но они не хотят остаться за его рамками, поскольку уверены, что ЕС все же предпочтительнее СНГ, в котором доминирует Рос­сия. Фактически Азербайджан уже стал частью Европы. Он зави­сит от европейских инвестиций, направляемых в развитие неэнер­гетических секторов экономики - виноделия, выращивания цитру­совых и хлопка. Одновременно тысячи работников энергетическо­го сектора Европы - начиная от монтажников нефтяных платформ и кончая топ-менеджерами - зависят от создания высокооплачи­ваемых рабочих мест в Баку, откуда трубопроводы, идущие вдоль южного побережья Каспийского моря, накладываются на древние торговые пути. Кавказ может казаться наиболее отдаленным и проблемным уголком восточной части Запада, а может стать тем рубежом, от которого больше всего зависит будущее Европы как самодостаточной сверхдержавы.

Вывод из всего сказанного: Европа должна напрячься

«Общеевропейский дом» растет куда быстрее, чем ожидал историк Алан Тэйлор, и превращается в многоуровневое содруже­ство, объединяющее членов, партнеров и компаньонов, для кото­рых предусмотрены различные права, обязательства и субсидии. Былая история раздоров не вселяла оптимизма по поводу будуще­го Европы, но уже сегодня она процветает и обладает мощью сверхдержавы. Кроме того, ЕС демонстрирует растущее стремле­ние преобразовывать все страны, попадающие в орбиту его влия­ния, — и это удается ему лучше, чем любой другой сверхдержаве. В рамках Европы курдам обеспечена защита от турок, боснийцам и косоварам - от сербов, украинцам и грузинам - от русских. В то же время за счет использования набора институциональных под­ходов Евросоюзу удается подвигнуть их всех к плодотворному сотрудничеству. Союз применяет строгие критерии членства, больше не рассчитывая на то, что кто-то может научиться «европейскости», не прилагая никаких усилий, - хотя ее атрибуты легко усвоить, в особенности под опекой своих новых собратьев.

По мере того как европейские лидеры расширяют коллек­тивную империю на пространстве от Атлантического океана до Каспийского моря, им слышится мефистофелевское предупрежде­ние, слетающее с уст испанского вечного странника Мендосы в заключительной сцене пьесы Джорджа Бернарда Шоу «Человек и сверхчеловек»: «Сэр! Две трагедии возможны в человеческой жизни: одна - когда не исполняется заветное желание; другая - когда оно исполняется». Если интеллектуальный застой разрушит согласие более чем двух десятков столиц относительно содержа­ния и цели европейского проекта, а вместо оптимистических ам­биций возобладает страх перед перспективой установления границ непосредственно с некоторыми из самых нестабильных регионов, европейцы потеряют свой стратегический аппетит - причем имен­но тогда, когда добились наибольшего успеха. Пока на брюссель­ской кухне снует множество поваров, неясно, чей рецепт возобла­дает.

Издержки нерасширения намного превосходят цену, которая будет уплачена за продолжение нынешнего курса; европейская имперская экспансия таким образом иллюстрирует ньютоновский закон инерции: движущийся объект продолжает двигаться. Есте­ственный вывод: Европа должна опасаться покоя, который спосо­бен породить тенденции к самоуспокоенности и спровоцировать угрозы извне. Логика имперского перенапряжения сил в данном случае переворачивается с ног на голову, так как отказ от расши­рения - фактическое согласие на продолжительный застой. Если Евросоюз перестанет расширяться, то в западной зоне Евразии появятся четыре автономные силы, контролируемые из Лондона, Брюсселя, Анкары и Москвы, - а четыре колеса не всегда враща­ются с одинаковой скоростью. В то же время за пределами коллек­тивного Запада все эти четыре силы - а также Соединенные Штаты - столкнутся с еще большими вызовами в регионе, распо­ложенном за восточными границами Европы, а именно: в Центральной Азии.


П. Ханна, «Второй мир», М., 2010 г., с. 90-98.


Смотрите также:
Азербайджан: пробка в каспийской бутылке
106.46kb.
1 стр.
Азербайджан край памятников
49.46kb.
1 стр.
Азербайджан предотвращен ввоз в Азербайджан из Ирана большой партии наркотических средств
114.84kb.
1 стр.
İrs наследие. 2009.№5. С. 48-53. Азербайджан и Казахстан: близкие соседи, добрые друзья Рашад Ейнаддиноглы
124.55kb.
1 стр.
Незабываемый восторг от путешествия по Кавказу Грузия + Азербайджан ( 10дней и 9 ночей ) Тбилиси – Мцхета – Азербайджан (Баку, Ичери Шехаер, Янардаг, Гобустан), Тбилиси Батуми, горная Аджария
81.26kb.
1 стр.
«Нефть и капитал». 2011.№4(177). С. 20-22. Каспийский прилив Азербайджан теснит Россию на нефтяном рынке Украины и Белоруссии
82.03kb.
1 стр.
Соловецкая школа юнг
214.8kb.
1 стр.
Неповторимый отпуск 2013 Грузия + Азербайджан ( 11дней и 10 ночей ) Тбилиси – Кахетия: Сигнаги и Бодбе – Азербайджан (Баку, Ичери Шехаер, Янардаг, Гобустан), Тбилиси, Мцхета- тбилиси
81.33kb.
1 стр.
Азербайджан увеличил продажу бензина и дизельного топлива на внутреннем рынке
2633.63kb.
15 стр.
Под музыку The Offspring. Foster's запустила рекламу новой летней бутылки в России
12.87kb.
1 стр.
Древесина и изделия из нее; древесный уголь; пробка и изделия из нее; изделия из соломы, альфы или из прочих
430.05kb.
1 стр.
Йосеф Шагал: «Израиль и Азербайджан стремятся к формированию реального стратегического партнерства»
18.51kb.
1 стр.