Главная
страница 1

НП «СИБИРСКАЯ АССОЦИАЦИЯ КОНСУЛЬТАНТОВ»

http://sibac.info


ТРАДИЦИОННАЯ ИГРА, КАК ЭЛЕМЕНТ КУБАНСКОЙ КАЗАЧЬЕЙ ДЕТСКОЙ СУБКУЛЬТУРЫ И СРЕДСТВО СОЦИАЛИАЦИИ ПОДРАСТАЮЩЕГО ПОКОЛЕНИЯ (ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ)

Гомзякова Наталия Николаевна

к. п. н., зав. кафедрой АФ МГГУ им. М.А. Шолохова, г. Анапа

E-mail: Terpsikhora@yandex.ru
В развитии личности ребенка, интеграции его в общество и культуру особую роль играет субкультура детства.

Содержание понятия «детская субкультура» определим как систему способов деятельности и общения в детских сообществах.

Возникновение детской субкультуры как целостного историко-культурного феномена обусловлено половозрастной стратификацией общества, уходящей своими корнями в глубокую древность, когда не прошедшие инициацию (особый обряд посвящения во взрослость) члены общины объединялись для осуществления совместных форм жизнедеятельности, тождественной взрослым. С развитием человеческого общества эти формы все более автономизировались, делая переход от прямого подражания трудовым, бытовым и ритуальным действиям взрослых — к особым непродуктивным формам активности (играм), благодаря которым осуществляется управление собственным поведением ребенка, его ориентация в смыслах человеческой деятельности и отношений.

Для кубанской казачьей детской субкультуры конца XIX – начала XX вв., характерны ярко выраженные, общие для ее носителей увлечения, вкусы, способы свободного времяпрепровождения, стереотипы, представления, обряды, ритуалы, язык, мода, одежда, поведение, фольклор и т.д.

Одним из основных способов деятельности и общения кубанских казачат и важным средством их социализации являлась традиционная игра, чаще всего имеющая четко выраженную военно-профессиональную направленность.

Жизнь в традиционном казачьем обществе представляла собой постоянное повторение определенных видов деятельности, ранее совершенной отцами, дедами, прадедами. Для казака редко возникал вопрос о выборе будущей профессии, поскольку она была жестко детерминирована сословной принадлежностью, и приобщение к ней начиналось с детства.

Прислушиваясь к совету взрослых, дети должны были выработать у себя необходимые навыки и приемы военно-профессиональной деятельности.

Исследовательский интерес к кубанским казачьим традиционным играм объясняется молодостью кубанской казачьей традиционной культуры и ее части - детской субкультуры. Непосредственная история казачества сопоставима с периодом формирования государства Российского и активизации его геополитических интересов в южных регионах и охватывает короткий в историческом плане отрезок времени, начиная с XIX века. Это обстоятельство дает уникальную возможность проследить в рамках исторически обозримого времени условия происхождения, развития и бытования традиционной игровой культуры казачества и ее влияние на социализацию подрастающего поколения.

Формирование умений и навыков через игру шло двумя путями: индуктивно, от элементов к сложному действию (метание камешков в цель – обращение со стрелковым оружием), и дедуктивно, от целостного действия к совершенствованию деталей (рубка пламени свечи на подставке, струйки воды, соломенного чучела, навыков джигитовки: на ходу спрыгивать с коня и снова взлетать на седло или перепрыгивать через коня, держась за луку седла и отталкиваясь поочередно ногами справа и слева от скачущего коня; и т.д.).

Состязание, борьба, поединок являлись экстремальным выражением и проявлением физических и духовных сил, необходимых по причине всегдашней суровости русской истории и как военно-спортивная подготовка защитника и воина, и как способ проявления избытка сил – удали в народных гуляниях. Многие мальчишеские игры и забавы, вплоть до парубочьего возраста, способствовали их выработке, например, такие как: в «переездного коня», «царство», «вал» (игра с ножом), «чур», «коники», «на гурт», «деркач», «казаки» и др.

С пикой наперевес казачата «лавой» ходили в атаки, поражая камышовые чучела противников. Пикой же на скаку учились поражать врага с ходу, метнув ее как копье. Кубанские областные ведомости в 1893 году писали: «...Нельзя было не радоваться и не улыбаться, видя, как десяти- или одиннадцатилетний «джигит», весь раскрасневшись, направляет свою лошаденку как можно ближе к чучелу, чтобы ударить по нему плетью...» [2].

И когда наступал день сдачи экзаменов, то принимал их сам атаман и есаулы в присутствии стариков, а казачата демонстрировали им чудеса ловкости и бесстрашия. В этой связи примечателен следующий факт: в 1888 году в Новочеркасск приехал русский царь Александр III с семьей. На воинском казачьем смотре принимали участие детские сотни казачат от 12 до 14 лет. После парада и джигитовки взрослых казаков началась детская джигитовка, но вскоре она была остановлена – у государыни императрицы Марии Федоровны не выдержали нервы, настолько бесстрашно и лихо выполнялись сложнейшие трюки маленькими казачатами [5].

Малолетки во многих станицах принимали участие в «кулачках» в качестве зачинщиков на их самой начальной стадии. Последующий ход сражения они наблюдали со стороны. Однако это также являлось своеобразной «школой», упражнением в воинском мастерстве, так как «кулачки», по отзыву одного из корреспондентов газеты «Кубанские областные ведомости», «развивали смелость, отвагу идти в пешем строю на грудь неприятеля и быструю в казаке смекалку разбираться, кого выручить, кого смять в свалке...» [4].

В кубанских казачьих традиционных играх происходило испытание природных и новых приобретенных качеств – физических, моральных, волевых – а также их комплексное интенсивное развитие.

Предметное обеспечение кубанских казачьих традиционных игр отражало культовые предметы и символические атрибуты основных видов деятельности казаков. Так, например, лапта и городки имели явно выраженную военно-прикладную форму наработки специальных навыков метания в цель камней (чижа) и палок (биты). Бой на бревне мешками напоминал сшибку конницы и формировал ловкость и применение силы в определенных положениях, сидя на бревне (в седле).



Во время первопрестольных праздников и проводимых в казачьих станицах военных сборов «малолеток» перед казачатами открывались возможности помериться силами в разнообразных игровых поединках и игрищах. Игры в мяч, кости, шапки сопровождали все станичные праздники, были в большом почете среди казаков и способствовали приобретению навыка «быть шибким». Высочайшего мастерства требовали проводимые «скачки на мишень». На всем скаку надо было попасть копьем в кольцо или пучок камыша, подвешенные на веревке, натянутой между столбами [3].

По мере взросления, игры переходили в целенаправленные практические занятия, характер военных упражнений становился все более сложным. Казачата проходили обучение под руководством опытных казаков. На специально отведенном месте молодые казаки собирались каждый на своем коне и с оружием. Здесь они совершенствовали боевые приемы, стреляли в цель на полном скаку, рубили лозу шашкой, верхом преодолевали полосы препятствий, поднимали на скаку с коня предметы, скакали стоя на коне и зависая на стременах у самой земли. Распространенными были упражнения по обучению на ходу спрыгивать с коня и снова взлетать в седло или перепрыгивать через коня, держась за луку седла и отталкиваясь поочередно ногами справа и слева от скачущего коня; рубить пламя свечи на подставке и т.д. Упражняли казачью молодежь в умении вплавь преодолевать с конем реки, ползать по-пластунски, «скрадывать» часовых, по следам определять время и направление движения прошедшего по земле противника [1].

За лихость и смелость, проявленные в играх казачата удостаивались похвалы. При проведении казачьих смотров и соревнований самым лучшим из казачат атаман вручал богатое оружие, разукрашенные седла, нарядные уздечки.

Кубанские казачьи традиционные игры представляли собой сознательную инициативную деятельность, направленную на достижение некой цели, в них совмещались развлечение, тренировка, и сама уникальная казачья культура выявления и поощрения сильных духом и телом, воспитание готовности принять брошенный вызов, заступиться за слабого, преодолеть слабость в самом себе.



Традиционная игра, таким образом, являлась не просто воспроизведением детским сообществом исторически сложившихся отношений взрослых, а переосмысление им этих отношений и определения своего самобытного места в мире.
Список литературы:

  1. Детские игры и забавы в некоторых станицах Кубанской и Терской областей: сб. материалов для описания местностей и племен Кавказа. Тифлис, 1886. Вып. 5. С. 142-213.

  2. Кубанские областные ведомости. 1893. №55.

  3. Кубанские областные ведомости. 1909. №68

  4. Кубанские областные ведомости. 1911. №49.

  5. Сухарев Ю.Ф. Лазоревый цвет. Страницы казачьей истории. Новочеркасск: Астория, 1999. 14 с.




Материалы международной заочной научно-практической конференции

«АКТУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ ПЕДАГОГИКИ И ПСИХОЛОГИИ»

01 АВГУСТА 2011 Г.



Смотрите также:
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
62.02kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
51.91kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
60.52kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
62.45kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
86.54kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
60.16kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
67.16kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
93.42kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
69.3kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
151.75kb.
1 стр.
Нп «сибирская ассоциация консультантов»
65.49kb.
1 стр.
Департамент здравоохранения администрации томской области сибирская ассоциация интегративной психиатрии томская клиническая психиатрическая больница
2228.72kb.
12 стр.