Главная
страница 1 ... страница 3страница 4страница 5страница 6страница 7

Крушение Советской власти
От перестройки к революции. К середине 80-х гг. возможность постепенного, безболезненного перехода к но­вой системе общественных отношений в России была безна­дежно упущена. Стихийное перерождение системы изменило весь жизненный уклад советского общества: перераспреде­лялись права руководителей и предприятий, усилилась ве­домственность, социальное неравенство. Изменился харак­тер производственных отношений внутри предприятий, на­чала падать трудовая дисциплина, массовыми стали апатия и безразличие, воровство, неуважение к честному труду, за­висть к тем, кто больше зарабатывает. В то же время в стране сохранялось внеэкономическое принуждение к труду. Совет­ский человек, отчужденный от распределения произведенно­го продукта, превратился в исполнителя, работающего не по совести, а по принуждению. Выработанная в послереволю­ционные годы идейная мотивация труда слабела вместе с верой в близкое торжество коммунистических идеалов, па­раллельно этому сокращался поток нефтедолларов и рос внешний и внутренний долг государства.

В начале 80-х гг. все без исключения слои советского общества страдали от несвободы, испытывали психологиче­ский дискомфорт. Интеллигенция хотела подлинной демок­ратии и индивидуальной свободы.

Большинство рабочих и служащих необходимость пере­мен связывали с лучшей организацией и оплатой труда, бо­лее справедливым распределением общественного богатства. Часть крестьянства рассчитывала стать подлинными хозяе­вами своей земли и своего труда.

Однако, в конечном счете совсем другие силы определили направление и характер реформирования советской систе­мы. Этими силами была советская номенклатура, тяготившаяся коммунистическими условностями и зависимостью лич­ного благополучия от служебного положения.

Таким образом, к началу 80-х гг. советская тоталитарная система фактически лишается поддержки в обществе и пе­рестает быть легитимной. Ее крах становится вопросом вре­мени.

Смерть в ноябре 1982 г. Л.И. Брежнева и приход к власти более здравомыслящего политика Ю.В. Андропова пробуди­ли в обществе надежды на возможное изменение жизни к лучшему. Однако этим надеждам не суждено было сбыться.

Попытки Ю.В. Андропова придать эффективность бюрок­ратической системе без структурных изменений, усиление требовательности и контроля, борьба с отдельными порока­ми не вывели страну из кризисного состояния.

Избрание в марте 1985 г, М.С. Горбачева на пост Гене­рального секретаря ЦК КПСС вновь возродило надежду на возможности реальных перемен в жизни общества. Энергич­ные выступления нового Генерального секретаря показали его решимость приступить к обновлению страны.

В условиях монопольного господства в обществе одной партии — КПСС, наличия мощного репрессивного аппарата перемены не могли начаться «снизу», народ ждал изменений «сверху» и готов был их поддержать.

Горбачев был убежден, что после реформы, проведенной «сверху», страна обретет второе дыхание. Ядром экономиче­ских преобразований стала концепция ускорения социально-экономического развития страны на основе использования новейших достижений научно-технического прогресса. Про­возглашая курс на ускорение, М.С. Горбачев надеялся с ми­нимальными затратами за счет «скрытых резервов» в корот­кий срок добиться подъема экономики. Однако все попытки в рамках старой системы провести преобразование экономи­ки были обречены на провал. Первые три года перестройки, в течение которых были испробованы практически все изве­стные методы ускорения развития общества, показали, что тоталитарная система не поддается реформированию. Неу­дачи первого этапа перестройки заставили искать новые пу­ти. На фоне ухудшающейся с каждым днем экономической ситуации впервые был поставлен вопрос о политической ре­форме общества. Была провозглашена политика гласности — открытое обсуждение острых проблем экономики и поли­тики на страницах средств массовой информации. После де­сятилетий запретов и искажений информации «для народа» на страницы печати были буквально выплеснуты все нега- тивные факты и тенденции, накопившиеся за весь период развития социалистического общества. Эта лавина информа­ции привела в шок значительную часть населения страны. Результатом политики гласности было пробуждение обще­ственного сознания значительной части населения страны. Интерес людей к политике был настолько велик, что стал неотъемлемой частью жизни в тот период времени. За вы­ступлениями делегатов XIX партконференции КПСС, прохо­дившей летом 1988 г. и транслировавшейся по радио и теле­видению, следила буквально вся страна. В повестку дня этой конференции был поставлен вопрос об изменении политиче­ской структуры общества. Политической целью перестройки была провозглашена передача власти от КПСС Советам. Од­нако преобладание на конференции консервативно настроен­ных сил («агрессивно-послушного большинства») и стремле­ние сохранить контроль аппарата КПСС над развитием собы­тий не позволили принять исторических решений, которые изменили бы судьбу страны. Вместо этого была предложена, а затем внесена в Конституцию новая громоздкая, недемок­ратическая структура дублирующих друг друга высших орга­нов государственной власти — Съезда народных депутатов и Верховного Совета СССР.

Выборы народных депутатов в марте 1989 г. проводились по новому избирательному закону, чем вызвали к жизни беспрецедентную активность избирателей. Благодаря этому в депутатском корпусе были представлены практически все группы и слои населения. Первый съезд стал действительно историческим событием, свидетельствующим о нарождаю­щейся демократии. В адрес руководства страны впервые пуб­лично прозвучала острая и резкая критика, что само по себе было беспрецедентным явлением. На съезде был сформиро­ван первый в истории страны профессионально работающий парламент — Верховный Совет СССР, председателем Пре­зидиума которого был избран М.С. Горбачев.

Нарастание социальной напряженности. После ле­та 1989 г. реформаторское руководство страны столкнулось с кризисом доверия. Непосредственной причиной падения авторитета власти стали пустые прилавки магазинов, рост пре­ступности, политическая нестабильность. На многолюдных ми­тингах выражалось открытое недовольство ходом перестройки, подвергались критике действия как самого М.С. Горбачева, так и правительства СССР, возглавляемого Н.И. Рыжковым. В стране происходила поляризация политических сил. Выде­лилась группа сторонников реформ, проводимых Горбаче­вым, и группа консервативно настроенных лидеров партно­менклатуры, не хотевших никаких перемен в обществе. На повестку дня вновь был поставлен вопрос о власти. Созван­ный в марте 1990 г. внеочередной съезд народных депутатов СССР отменил шестую статью Конституции, законодательно закреплявшую монополию КПСС на власть в стране. Этот же съезд утвердил пост Президента СССР. М.С. Горбачев был выбран на съезде первым Президентом СССР.

1990 год ознаменовался также односторонним решением некоторых союзных республик (в первую очередь прибалтий­ских) о самоопределении и создании независимых нацио­нальных государств.

Попытки союзного центра экономическими мерами воз­действовать на эти решения, в конечном счете, не имели ус­пеха. По стране прокатилась волна провозглашения сувере­нитетов союзных республик, избрания в них своих президен­тов, введения новых названий. Республики стремились избавиться от диктата центра, объявив о своей независимо­сти.

Реальная опасность неуправляемого распада СССР, гро­зящая непредсказуемыми последствиями, заставляла центр и республики искать путь к компромиссам и соглашениям. Идея заключения нового союзного договора была выдвинута народными фронтами Прибалтики еще в 1988 г. Но до сере­дины 1989 г. она не находила поддержки ни у политического руководства страны, ни у народных депутатов, еще не осво­бодившихся от пережитков имперских настроений. В то вре­мя многим казалось, что договор — не главное. Окончатель­но центр «дозрел» до осознания важности Союзного договора лишь после того, как «парад суверенитетов» до неузнаваемо­сти изменил Союз, когда центробежные тенденции набрали силу.

Россия не могла оставаться в стороне от этого процесса.

Вопрос о российском суверенитете стал главным на пер­вом съезде народных депутатов республики. 12 июня 1990 г., выражая волю своих избирателей, делегаты съезда с ре­дким для этого съезда единодушием, большинством голосов приняли Декларацию о государственном суверенитете Рос­сийской Федерации. Ее принятие стало рубежом, как в раз­витии Российской Федерации, так и всего Советского Союза, который мог существовать только до тех пор, пока Россия служила объединяющим началом.

Выбор российских депутатов во многом был определен поведением других союзных республик, уже провозгласивших свою независимость. В то же время многие из них были убеждены, что пример независимой демократической России, будет способствовать победе демократических сил в других республиках.

Согласно Декларации, государственный суверенитет рас­пространялся на всю территорию республики. Органы вла­сти РСФСР имели право решать все вопросы государствен­ной и общественной жизни, за исключением тех, которые она добровольно передавала в ведение Союза ССР. Деклара­ция подтвердила необходимость существенного расширения прав автономных республик, краев и областей.

Формально Декларация лишь законодательно разграни­чивала полномочия центра и республики и в этом смысле не выходила за пределы союзной Конституции. Тем не менее, провозглашение государственной независимости Российской Федерацией означало на деле двоевластие в стране. Прого­лосовав за независимость, народные депутаты подтолкнули и без того сильные сепаратистские настроения на Украине и в Прибалтике.

Объявление суверенитета России было продиктовано и экономическими причинами. Неспособность центра вывести страну из кризиса, затягивание им проведения радикальных экономических реформ подтолкнули Россию к этому шагу. Россия решила первой начать движение к рыночным отно­шениям, не дожидаясь, когда такое решение будет принято Верховным Советом СССР. Отвергнутая центральным руко­водством, программа перехода к рынку (*500 дней»), пред­ложенная С. Шаталиным и Г. Явлинским, была взята рос­сийским руководством на вооружение.

Стремление Российской Федерации начать с 1 октября 1990 г. переход к рынку резко обострил противостояние цен­тра и республик, «война законов» переросла в новую стадию. Защищая свой суверенитет, РСФСР приняла ряд постанов­лений, ограничивающих действие союзных законов и союз­ной власти на территории республики.

1991 год оказался переломным в истории страны. За шесть лет перестройки ни одна из ее задач до конца не была решена. К лету ситуация, сложившаяся во всех областях жизни, характеризовалась как кризисная. Колебания и про­тиворечия Президента СССР М.С. Горбачева, его «цент­ризм», стремление встать над «схваткой» больше не страивали ни левых, ни правых, справедливо видевших в такой флюгерности слабость государственной власти, предательст­во национальных интересов. Каждая новая неделя противостояния «центра» и республик, «демократов» и «партократов» усиливала в обществе стихийные антиноменклатурные на­строения. Большинство населения на мартовском референ­думе 1991 г., сказав «да» сохранению единого отечества, высказалось против сохранения старой государственной вла­сти. Авторитет КПСС стремительно падал даже среди круп­ных хозяйственников. Весной 1990 г., как свидетельствуют социологические опросы, 23% из них еще полностью дове­ряли КПСС, к лету доля недоверявших поднялась до 72%.

Победа 12 июня 1991 г. в первом же туре президентских выборов в РСФСР Б.Н. Ельцина также свидетельствовала о расшатывании основ номенклатурного строя. Дело принима­ло оборот, смертельно опасный для тоталитарной системы и корпоративных интересов партноменклатуры. Экономиче­ская политика правительства В. Павлова была последней отчаянной попыткой консервативных сил спасти империю и самих себя легальным конституционным путем. Наименее гибкая и недальновидная часть правящего класса, сосредо­точенная главным образом в аппарате ЦК КПСС, других высших звеньях законодательной и исполнительной власти, силовых министерствах, не понявшая вовремя, что происхо­дит, и не успевшая занять выгодные позиции, видела един­ственный выход в том, чтобы ввести в стране чрезвычайное положение для наведения «порядка».

С другой стороны, и демократические силы не могли пас­сивно ожидать развития событий. Перестройка, основывав­шаяся на идеях демократического социализма, революция «сверху», потерпела крах. Страна разваливалась. Народ тре­бовал глубоких реформ. В сложившихся условиях силовое столкновение становилось неизбежным. Консерваторы попы­тались опередить демократов и «спасти» отечество. Уже к осени 1990 г. руководство госбезопасности приступило к детальной проработке плана введения чрезвычайного поло­жения в стране. Органы КГБ установили слежку за народ­ными депутатами, политическими партиями, независимыми профсоюзами, вели планомерную работу по дезинформации высших руководителей Союза с целью принятия жестких мер для наведения «порядка». М.С. Горбачев оказался заложни­ком формально подчиненных ему структур партии, госбезо­пасности и армии. В течение зимы и весны 1991 г. делалось несколько «примерок» силовой политики. В середине января прокоммунистический Комитет общественного спасения (прообраз ГКЧП) в Литве пытался отстранить от власти си­лой оружия правительство Народного фронта. В результате этой акции погибло 13 ни в чем не повинных людей. К этим событиям оказались непосредственно причастны министр обороны СССР Д. Язов, председатель КГБ В. Крючков, ми­нистр МВД Б. Пуго. Спустя неделю аналогичная попытка государственного переворота была предпринята в Латвии. В конце марта в день открытия внеочередного Съезда народных депутатов РСФСР в Москву были введены войска, взявшие в кольцо центр столицы. Только после решительного проте­ста депутатов, приостановивших из-за этого работу съезда, войска были выведены из города.

В феврале 1991 г. Президент М. Горбачев был по суще­ству поставлен перед выбором: или поддержать силы, ори­ентирующиеся на силовые методы сохранения старых струк­тур власти, или окончательно стать на сторону демократов. Президент выбрал путь политического наблюдателя и тем самым предрешил свою судьбу.

В апреле 1991 г. на Пленуме ЦК КПСС 45 первых сек­ретарей обкомов из 75 потребовали освобождения Горбачева от должности Генерального секретаря ЦК КПСС. М.С. Гор­бачев смог сохранить свой пост лишь благодаря достигнутой 23 апреля в Ново-Огареве договоренности с лидерами девяти республик о подписании в ближайшем будущем нового Со­юзного договора суверенных государств, который стал изве­стен как соглашение *9 + U (девять лидеров союзных ре­спублик + Президент СССР). В нем шла речь о новой кон­цепции Союза. Согласно этому документу, республики получали значительно больше прав, центр из управляющего превращался в координирующий. В результате многие союз­ные структуры, прежде всего министерства и ведомства, ка­бинет министров, претерпели бы серьезные изменения. В руках союзного руководства оставались лишь вопросы обо­роны, финансовой политики, внутренних дел, все остальные вопросы должны были решаться на республиканском уровне.



Провал августовского путча. Намеченное на 20 авгу­ста 1991 г. подписание нового Союзного договора подтолк­нуло консерваторов на решительные действия, так как со­глашение лишало верхушку КПСС реальной власти, постов и привилегий. Согласно секретной договоренности М. Гор­бачева с Б. Ельциным и Президентом Казахстана Н. Назар­баевым, о которой стало известно председателю КГБ В. Крючкову, после подписания договора предполагалось заме­нить премьер-министра СССР В. Павлова Н. Назарбаевым. Такая же судьба ожидала министра обороны, самого Крюч­кова, и ряд других высокопоставленных лиц.

Другим непосредственным поводом развития событий стал указ российского Президента от 20 июля 1991 г. о департизации в РСФСР госучреждений, нанесший по моно­полии КПСС сильный удар. На местах началось вытеснение партноменклатуры из областных структур и замена ее новы­ми людьми.

С 5 по 17 августа шла активная подготовка к введению в стране чрезвычайного положения. Идеологом введения ЧП являлся А.И. Тизяков, президент Ассоциации госпредприя­тий. Председатель Верховного Совета СССР А.И. Лукьянов должен был по плану заговорщиков обеспечить принятие Верховным Советом положения о введении ЧП в стране на законной основе.

Наконец, в ночь на 19 августа 1991 г. Президент СССР М.С. Горбачев, находившийся в это время на отдыхе в Форосе, в Крыму, был насильственно отстранен от власти. Груп­па высокопоставленных чиновников, в которую входили ви­це-президент Г. Янаев, председатель КГБ В. Крючков, ми­нистр обороны Д. Язов, премьер-министр В. Павлов образовали самозваный, неконституционный Государствен­ный комитет по чрезвычайному положению в СССР (ГКЧП).

Постановлениями ГКЧП в ряде регионов страны, глав­ным образом в РСФСР, вводился режим чрезвычайного по­ложения, запрещались митинги, манифестации, забастовки. Приостанавливалась деятельность демократических партий и организаций, газет, устанавливался контроль над средст­вами массовой информации. Введением чрезвычайного поло­жения «гэкачеписты» рассчитывали вернуть страну назад: ликвидировать гласность, многопартийность, коммерческие структуры. В обращении «К советскому народу* ГКЧП объ­являл себя истинным защитником демократии и реформ, щедро обещал в кратчайший срок облагодетельствовать все слои советского общества — от пенсионеров до предприни­мателей. В течение 1991 —1992 гг. всем желающим горожа­нам обещалось предоставить земельные участки.

Главные события этих дней развернулись в Москве. 19 августа в столицу были введены танки и бронетранспортеры, которые перекрыли основные магистрали города. Был объ­явлен комендантский час. Однако эти действия вызвали об­ратную реакцию. Путчисты просчитались в главном — за го­ды перестройки советское общество сильно изменилось. Сво­бода стала для людей высшей ценностью, окончательно исчез страх. Большая часть населения страны отказалась поддер­жать неконституционные методы выхода из кризиса. К вече- ру 19 августа десятки тысяч москвичей устремились к Дому Советов РСФСР («Белому дому»), где находились члены Вер­ховного Совета РСФСР во главе с Президентом Б. Ельциным, чтобы защитить и поддержать российское руководство, отка­завшееся признать самозваный ГКЧП.

Только три дня ГКЧП смог продержаться у власти, с первых дней натолкнувшись на активное сопротивление рос­сиян. В срыве заговора огромную роль сыграла мужествен­ная позиция руководства Российской Федерации, предпри­нявшего решительные шаги по защите Конституции и пре­сечению деятельности самозваного комитета на территории РСФСР. В своем обращении к гражданам России 19 августа 1991 г. Президент Б. Ельцин, Председатель Совмина РСФСР И. Силаев, Председатель Верховного Совета республики Р. Хасбулатов призвали население республики поддержать за­конно избранные органы власти и использовать в борьбе с заговорщиками различные формы гражданского протеста. Указом Президента РСФСР деятельность ГКЧП признава­лась незаконной, а его приказы на территории республики — не подлежащие выполнению. Все органы исполнительной власти Союза ССР, действовавшие на территории России, перешли в непосредственное подчинение российского Пре­зидента. Еще в дни путча президентским указом деятель­ность КПСС и РКП на территории России прекращалась. С 23 августа 1991 г. КПСС перестала существовать как правя­щая государственная структура. В итоге была ликвидирована сама основа старой системы. Путч, таким образом, закончил­ся не просто провалом, а по существу крушением тоталита­ризма.

События 19—21 августа 1991 г. изменили страну. Ушла в прошлое перестройка как «революция сверху» в рамках старой системы с ее ориентацией на раз и навсегда сделан­ный социалистический выбор.

Результатом августовских событий 1991 г. явился распад СССР. Все попытки М.С. Горбачева возобновить работу по подписанию нового Союзного договора оказались безуспеш­ными. Украина и Белоруссия проголосовали за независи­мость своих республик и отказались от подписания Союзного договора. В этой ситуации объединение с другими республи­ками теряло смысл. 8 декабря 1991 г. под Минском прези­дентами Украины, Белоруссии и России было подписано Бе­ловежское соглашение об образовании Содружества Незави­симых Государств. Позже к ним присоединились Казахстан и другие республики (кроме Прибалтики и Грузии). Подписанием этого договора заканчивалось существование Совет­ского Союза как единого государства. Президент СССР Гор­бачев был вынужден сложить свои полномочия.
Первые шаги новой российской государственности
Россия на пороге радикальной экономической ре­формы. В декабре 1991 г. Российская Федерация вместе с другими республиками бывшего Союза вступила на путь са­мостоятельного существования.

Падение союзного центра требовало от российского ру­ководства срочно определить цели внешней и внутренней политики России, отношение к наследию Союза, решить принципиальные вопросы социально-экономического и поли­тического выбора, а также государственного устройства. По­сле августовских событий по существу рухнула и советская система. Таким образом, во времени совпали две сложней­шие задачи: становление новой российской государственно­сти, социального и духовного возрождения России.

Россия сократилась в своих геополитических парамет­рах, она оказалась в принципиально новом окружении с за­пада и юга и потеряла ряд важных морских портов, военных баз, курортов. Появился анклав — Калининградская об­ласть, отделенная от России Белоруссией и Литвой. Россия как бы удалилась от Европы, стала еще более северной и континентальной страной.

В новых условиях перед Российской Федерацией откры­вались различные варианты развития. Однако при всем их многообразии основное направление было очевидно. Оно оп­ределялось общемировым движением к постиндустриально­му обществу, что на практике означало коренное технологи­ческое переоснащение экономики с одновременной пере­стройкой ее структур, переориентацию хозяйства на наукоемкие отрасли, демилитаризацию жизни страны.

Осенью 1991 г. для политического руководства России вопрос сводился к тому, чтобы, в полной мере учитывая культурно-историческое своеобразие России, в кратчайшие сроки и с минимальными потерями перейти к рыночному хозяйству. В мировой практике существовало два разных пути движения от командно-административной к рыночной экономике — медленно, шаг за шагом, либо через «шоковую терапию». Первый из них — постепенный — исходил из то­го, что созданные тоталитарной системой институты могут сосуществовать с новыми рыночными структурами, посте­пенно врастая в них. Второй — радикальный — предполагал максимально быстрое включение рыночных регуляторов (свободных цен, либерализацию условий деятельности пред­приятий на внутреннем и мировом рынке), решительную лом­ку многих государственных структур. Но и в первом и во втором вариантах для успеха реформ требовалась твердая политическая воля, широкая общественная поддержка.

Между тем у государственной власти и поддерживающих ее демократических сил не оказалось проработанной про­граммы конкретных экономических и политических преобра­зований.

Бездействие российского правительства в первое время после августовских событий негативно отразилось на тяже­лой социально-экономической ситуации. Неясность экономи­ческих перспектив, дискуссии о денежной реформе и повы­шении цен толкнули население России на скупку товаров, создание запасов предметов первой необходимости. Из ма­газинов исчезли практически все товары и продукты. Введе­ние принципа распределения товаров среди населения по талонам, организация распродаж на предприятиях не смогли улучшить ситуацию. Все это способствовало усилению про­тивостояния политических сил. Начали постепенно возвра­щаться к активной политической жизни коммунисты, создав­шие несколько партий, в итоге политическая опора прави­тельства резко сузилась.

Осенью 1991 г. существовал реальный шанс реорганиза­ции старой государственной машины на демократической основе, т.е. посредством перевыборов Советов всех ступе­ней, однако Б. Ельцин решил сохранить статус-кво в органи­зации государственной власти, чтобы сосредоточить все вни­мание на проведении реформ.

Между новым российским руководством и старой пар­тийно-хозяйственной элитой возникло не скрепленное ника­кими формальными договорами, но вполне определенное со­гласие, суть которого состояла в отказе от демонтажа совет­ской системы и реформировании ее лишь в ограниченных пределах. Союз двух политических элит, новой и старой, стал основой послеавгустовской российской государственно­сти. При этом система Советов сохранялась, выборы в новые структуры были отложены.

Как показало дальнейшее развитие событий, такое реше­ние было ошибочным. Старая номенклатура продолжала действовать в Советах и хозяйственных структурах и, начиная с весны 1992 г. стала оказывать серьезное противодействие проводимым экономическим реформам. Положение осложня­лось также нарастающей угрозой распада самой России, со­зданной в свое время на тех же принципах, что и Союз.



<< предыдущая страница   следующая страница >>
Смотрите также:
Для группы япп-09 Материал по Отечественной истории
1557.03kb.
7 стр.
Конспект урока-конкурса "По страницам Великой Отечественной войны"
459.94kb.
1 стр.
Тема. Коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны
52.07kb.
1 стр.
Словарь терминов по истории России. Здесь представлена вся терминология, которая понадобится при сдаче истории – вопросы по терминам есть в частях а и В. Материал большой
824.33kb.
6 стр.
Памятные места митрополита Филиппа (Колычева) в Москве
164.84kb.
1 стр.
Новый альбом группы nakа выйдет в январе
20.16kb.
1 стр.
Сельское хозяйство Краснодарского края и Адыгейской автономной области в годы Великой Отечественной войны
723.33kb.
4 стр.
Программа по истории Украины Билеты по истории Украины
238.35kb.
1 стр.
Приглашаем ваших учеников в вузы Екатеринбурга
12.08kb.
1 стр.
«Недаром помнит вся Россия»
125.5kb.
1 стр.
Методическая разработка по теме «Социально-экономическое развитие СССР в 1945-1953гг» предназначена для проведения урока по всемирной истории при изучении раздела
51.71kb.
1 стр.
Бородино битва гигантов. 1812-2012 памятники отечественной войны 1812 года
37.96kb.
1 стр.