Главная
страница 1страница 2 ... страница 12страница 13
Здесь книга приводится без фотографий
СЕМИРА

ПОТОКИ ИНДИИ


ВЗГЛЯД НА ИНДИЮ ГЛАЗАМИ АСТРОМИФОЛОГА

Эта книга неопубликована в печати и ждет своего издателя


(12 печ. листов, около 300 с. с фотографиями)

Заинтересованные в публикации этой книги или в предложении стать их гидом в поездке по Индии

могут обратится к автору по тел. (812) 245-07-28 или по еm: Semira@zmail.ru

АННОТАЦИЯ:

Это рассказ об Индии и ее богах — где информация изложена живым языком и иллюстрируется картинками быта. Он будет полезен тем, кто интересуется духовной культурой Индии или хотел бы туда поехать.

Кто такая Мать-Дурга, на каждой горе носящая разные имена? Почему "продвинутые" йоги до сих пор разгуливают по улицам с трезубцем Шивы в руках, а современные граждане не перестают молиться богу-обезьяне совершенно так же, как христиане — своим святым? Очевидно, настолько глубок символический смысл этих образов, что не исчерпан до конца рациональными веяниями современности, и носителю иной культуры, который не чувствует его от рождения, следует отнестись к нему с философским вниманием.

СОДЕРЖАНИЕ

ЖИВЫЕ ПОТОКИ ИНДИИ (первая поездка).. . . .

По Ганге на Восток. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Мать-Ганга. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Чудотворец-Шива. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Воительница-Дурга. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Старые и новые храмы Индии. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Бенгальский залив. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Джаганатх и воплощения Вишну. . . . . . . . . . . . . . . . .

Солнце-Сурья и боги-планеты. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

О Кама-сутре. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Кришнаизм — религия любви. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Храмы Бубанешвара. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Буддийские места Индии. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Через Агру на Запад. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Ашрамная жизнь. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Кума Мела в Хардваре. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Храм Синей Шеи: амрита и яд. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

О Раме и его помощнике Ханумане. . . . . . . . . . . . . . .

Омовение. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

День интернациональной дружбы. . . . . . . . . . . . . . .

Гималаи . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .


ЮГ ИНДИИ (вторая поезка)

Курорты океана: Тривандрум. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Железная дорога. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Керала. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Коваламский пляж. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Город Тривандрум и его храмы. . . . . . . . . . . . . . . . .

Каньякумари: самая южная точка Индустана. . . . . . . . . .

Храм девы-богини и острова южного мыса. . . . . . . . .

Сучиндрум — храм Ханумана. Свадьба Шивы и Каньякумари. . . . . . .

Католичество на юге Индии. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Водопад Тыр-Пыр-Арви. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Мадурай: медовый город индуизма. Южные невесты Шивы.

Ещё раз о гостиницах, автобусах и общем вагоне. . . .

Храм Минакши — восьмое чудо света. . . . . . . . . . . . .

Храм-мантра. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Горные окрестности Мадурая. . . . . . . . . . . . . . . . . .

Пять течений индуизма. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Рамешварам: оживающая история. . . . . . . . . . . . . . . . .

Мост на Шри Ланку. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

"Южное Варанаси". . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Морские заводи Рамешварама. . . . . . . . . . . . . . . . .

Французский город Пондичерри и интернациональная колония — Ауровиль. . .. .

Матри Мандир. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

"Самадхи плэйс: место освобождения". . . . . . . . . . . .

Махаблипурам — город каменотесов. . . . . . . . . . . . . .

Береговые храмы. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Легенда о спящем Вишну. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Канчипурам: древо знаний. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Путтапарти: индия для индусов. . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Интеллигентная Индия: из Бангалора в Дели. . . . . . . .

Отдых на севере. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

Возвращение. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .



ЖИВЫЕ ПОТОКИ ИНДИИ

-- первое путешествие —

Я путешествовала по Индии как мифолог и астролог — и нашла там больше, чем ожидала. Я увидела то, о чём не пишут журналы и что не успевают раскрыть телепередачи: в жизни ощутив её мифологию — и через быт восприняв её религиозную духовность, которая у нас — удел искателей.

Жизнь в Индии похожа на праздник — особенно по вечерам, когда открываются храмы, проводятся церемонии разных религиозных течений и концерты. Там действительно много праздников — и куда бы вы ни поехали, в любое время года вы встретите их. Индия — страна, где можно отдохнуть: особенно измученному жителю нашей страны, привыкшему каждый день, с утра до вечера, сталкиваться с препятствиями.

Мы уже не замечаем этого, но когда возвращаешься в Россию, возникает впечатление, что все постоянно сражаются друг с другом: каждой фразой, каждым жестом мобилизуя соседа на борьбу. Конечно, таков наш климат: люди будоражат друг друга, чтобы не впасть в спячку посреди снегов (как это делали зимой древние угро-финны, жившие на нашей территории). Мы словно нарочно перед каждым действием воздвигаем себе барьер, чтобы потом с размаху его преодолеть. Мы ходим по улице в броне, потому что ждем психологического удара от первого встречного. Мы и дома не снимаем её. Мы так привыкли — но когда борьбы нет, какое же это блаженство!

Индия — страна культуры ненасилия, что очень заметно в бытовом общении. Её образ жизни ярко отражает древнеиндийский миф об освобождении потоков, скованных змеем Вритрой. Змей — главное воплощение мирового зла — создал запруды, ставшие преградой на пути рек. Чтобы освободить воды жизни, родился сильнейший из богов: громовержец Индра. В мировой битве грозы он разрубил змея на части, вернув земле плавное течение вод, а вместе с ним — процветание.

В Индии реки обожествляются как матери, и люди поклоняются им: может быть, для того, чтобы они не забыли о своей хранящей роли, и змей Вритра никогда не смог овладеть течением жизни. Реки, текущие к океану с Гималаев,— важные артерии индийского региона. А если на пути горной реки: как и всякого жизненного потока — образуется запруда, это приведет к катаклизмам. Накопившиеся воды хлынут бурной лавиной, смывая всё на своем пути. И Инд, и Ганг неоднократно меняли русло, предавая запустению прежде цветущие города. И этот миф имеет исторические корни — но его символический смысл актуален и поныне.

Индия — страна, где поток жизни течет свободно. Он спокоен и нетороплив, его почти не затрагивает бешенная гонка современной цивилизации. От этого плавного ритма у европейца порой возникает завистливое ощущение, что индусы отдыхают, вместо того, чтобы работать (мы как нарочно все время что-то "делаем"! а они — просто живут. Их праздник жизни — для них самих, а не для иностранцев: в этом мы на них тоже непохожи. Хотя в целом Индия для России — куда более родственная душа, чем Европа.)

Если специально не ездить в многоэтажные кварталы больших городов (Бомбея и Калькутты): чтобы "полюбоваться" американизацией, заполонившей наш земной шар,— то кажется, что жизнь в Индии мало изменилась за последние две-три тысячи лет. По улицам ходят типажи, жившие в Европе разве что в эпоху Христа. Народу в Индии много — почти миллиард, и старые улицы такие тесные, что машина там не проедет — только рикша (велосипед с прицепом или крытый мотоцикл с кабинкой). Попадаешь в толпу — но это не вызывает неприязни: столь экологичны люди, с мягкой психикой, лишенной острых углов, о которые мы боимся пораниться. Так нас не разражает, что в лесу много деревьев: пусть их будет больше! В Индии возникает удивительное чувство комфорта и безопасности: отчего многие, побывавшие там, воспринимают еёе как родину.

В этом есть истина: ведь это одна из древнейших цивилизаций, где люди жили с незапамятных времен (и уже 7 000 лет назад там существовала так называемая культура Джармо). Наше тело и душа не столь привычны к жизни на уровне полярного круга. Древние люди не случайно селились в таких местах: В Индии очень ровный климат, и организм адаптируется к нему мгновенно. 5-6 часов на сон с лихвой хватает, возникает естественная привычка вставать с восходом солнца. Приезжающим туда почти не требуется аклиматизации (и напротив, вернувшись в Россию, люди нередко болеют). Может, вся причина нашего неумения жить, резкости преобразований и узости идеологического формализма — в нехватке энергии, хотя это не оправдание, конечно...

Солнце делает свое дело: я чувствовала, что мой энергетический уровень подпрыгнул как никогда — и в первые дни спала по нескольку часов, заставляя себя спать. Именно солнце — причина яркой красочности Индии: другой угол преломления лучей света (и когда я вернулась, то видела всё как будто бы в дымке: и казалось, что кроме серого и голубого у нас другие цвета отсутствуют). Солнечный ультрафиолет убивает микробы: через полчаса даже коровья лепешка, оставленная священным животным, становится сухой и стерильной (и индусы из них строят хижины). Так что слухи о "грязной Индии" сильно преувеличены. Меня поразило, сколько грязи я по приезде увидела и ощутила в Ленинграде: в одной нашей пыли 80% свинца! В Индии же загрязняющих производств почти нет, и воздух чистый, как и земля — и конечно же, артерии рек. Наиболее уникальна Ганга из-за большого содержания серебра. В предгорьях она светло-изумрудная и производит впечатление кристальной чистоты.

Следуя предупреждениям, я поначалу покупала воду в бутылках (mineral water) — но потом поняла, что точно такая же вода течет из-под крана в гостинице и её же дают в столовой. И в конечном итоге, когда я ездила на велосипеде в сельской местности, я пила воду даже из колодцев — как в России. Может, американец, привыкший к пятизвездочным отелям, и заразился бы на моем месте всевозможными болезнями — но не русский, привычный к бытовым условиям нашей, теперь уже не такой необъятной, родины. Недаром говорят: что для русского хорошо, для немца смерть.

Пища у индусов очень острая — без воды не съешь, приходится запивать каждую ложку, но специи тоже дезинфицируют. Расстройство желудка вызывали только экзотические фрукты: лучше есть привычное. Например, самуса — пирожки с картошкой или "milk cake" — сладкие творожные шарики разных цветов. И конечно, чай: в Индии его варят всегда с молоком и специями, наливают обычно в одноразовый глиняный горшочек, а пирожки кладут на тарелочку из листьев. Эту природную посуду потом бросают прямо на землю, и коровы подъедают остатки вместе с тарелками. В результате все чисто — и если посмотреть на вещи непредвзято, нам останется лишь позавидовать индийской экологической ситуации.


Для тех, кто хотел бы поехать в Индию, несколько слов о городах. Железнодорожный вокзал в Дели — и улица Main bazar, куда прежде всего едет наш человек из Аэропорта, чтобы переночевать и купить билет на поезд — это, пожалуй, одно из худших мест в Индии — впрочем, как и наши вокзалы. Здесь и вправду возникает ощущение базара: скученности народа и хаоса, в котором ничего не понять, в первый момент вызывающего шок у всякого, кто не был на Востоке. Лучше там не задерживаться: подолгу там живут лишь наркоманы.

В Дели можно пешком догулять до площади Конат Плейс (Cognat Place), Индийских ворот (Indian Gate) и Обсерватории 18 века. У индийских ворот показывают ручных змей, выманивая у иностранцев рупии. Можно поехать на экскурсию по городу или делать покупки, но не на центральной площади, а лучше там, где написано "Sale" ("Распродажа"). В магазинах, где не написаны фиксированные цены, стоит торговаться: тем более что от общения с продавцами получала удовольствие. Не нужно чувствовать себя выше: совсем не обязательно быть "мистером" и "мадам" — хотя бы потому, что за это придется выложить лишние деньги.

Отношение индусов к иностранцам напоминает наше: для своих цены одни, для чужих — другие. Индусы убеждены, что у иностранцев много долларов. И они правы, если сравнить минимальную зарплату американца (тысячи полторы долларов в месяц) с доходом среднего индуса (50-100 долларов в месяц). Положение среднего жителя нашей страны не лучше, если учесть наши цены, налоги, плату за квартиру и необходимость иметь теплую одежду. Цены на транспорт, питание и одежду в Индии значительно ниже наших. Индусы не верят в нашу необходимость экономить и жалуются, что мы не даем им, бедным, заработать. Но продавцы блюдут свою выгоду, и если вы не захотите платить в десять раз дороже, вам в конце концов предложат то же самое по местной цене.

Отчаянно желая заработать, любой рикша вызовется вас подвезти, хотя может не знать, куда ехать, и высадить не в том месте. Полезно, не стесняясь, предупреждать: если довезете не туда, я не заплачу,— тогда, покатав вас по городу, он будет считать своим долгом хотя бы потом найти того, кто довезет, куда нужно. В целом же манера пообещать и не сделать (так же как посмотреть и не купить) более присуща русским, чем индусам: и если продавец долго демострирует вам товар, то будет обижен, если вы ничего не купите.



ПО ГАНГЕ НА ВОСТОК

\фото 1: девочка на берегу Ганги\


Наш маршрут был из Дели на восток: вдоль Ганги к океану, на бенгальский залив; а потом на север — в ашрам в предгорьях Гималаев. Посещением ашрамов лучше заканчивать поездку: отчасти потому что любой гость там расслабляется настолько, что никуда более ему ехать не хочется. А ещё потому, что невозможно понять духовную жизнь Индии без понимания самой страны.

Если привычное нам христианство опирается на догмы, и его монументальные храмы нередко подобны навеки застывшим египетским пирамидам, в Индии духовность растворена в самой жизни. Святы реки, на всем протяжении которых каждый день совершаются службы. Святы горы и пещеры, где, как и тысячу лет назад, живут отшельники. Святы деревья, отмеченные особой милостью Шивы, оставившего под ними свой лингам в виде круглого камня. И вправду река будет святой, если тысячелетия называть её Матерью — в ежедневном ритуале пуджи сохраняя древнее осознание важной роли водных артерий в жизни человека! А мало ли гор и деревьев с круглыми камнями, где природа дает повод основать храм? Не стоит торопиться называть это язычеством: такое восприятие поддерживает не только экологию страны и бережное отношение к жизни, но душевную непосредственность и чистоту отражения настоящего момента, дающую возможность постоянного рождения чего-то нового.

Индуизм можно назвать самой живой религией человечества. Это религия, в которой самые древние формы веры сосуществуют с неизменной нацеленностью в будущее, отчего на его почве легко возникают не отрицающие его сути и его корней новые религиозно-философские направления, которые и открывают европейцам индийские монастыри — ашрамы.

МАТЬ-ГАНГА
Мы посетили сначала Варанаси/Бенарес — старинный культурный центр, протянувшийся вдоль высокого берега Ганги крутыми ступенями домов и храмов. Здания пирамидально уходят ввысь: летом, в сезон дождей, Ганга разливается, и вода поднимается на несколько метров. Низменный берег пустынный.

На восходе солнце освещает высокий берег, и город особенно красив с реки (а владельцы лодок всегда к услугам туристов). В дневную жару берег пустеет, а на закате вновь становится центром культурной жизни. В близлежащих улицах допоздна работают лавки (Варанаси — центр шёлковой и хлопчатобумажной продукции, и индийскую одежду стоит покупать здесь, где она дешевле). Тут же рядом открываются храмы, на берегу проводятся концерты и всевозможные церемонии разнообразных религиозных направлений. Бенарес — родина ситара и Рави Шанкара, и там проходят фестивали ситарной музыки. Индусы неизменно называют Бенарес святым городом, и с этим трудно не согласиться.

Дважды в день здесь проходит пуджа Ганге. Священнослужитель внизу у воды, окружающие отвечают ему со спускающихся сверху амфитеатром ступеней. Потом они нисходят к матери-Ганге и опускают в темную воду зажжённые свечки на тарелочках из листьев, украшенных цветами: за души своих родных — совсем так же, как мы ставим свечки в церкви. Детишки подрабатывают, предлагая тарелочки иностранцам, и просто пускают их плыть в своё удовольствие. Чтобы отдохнуть, я присела на камень, свесив ноги в воду,— тут ко мне подошла девочка лет семи с тарелочками и, хоть я начала отказываться, спросила: а кто у меня есть из родственников. "Родители, брат..."— отвечала я, застигнутая врасплох: как долго я не думала о них,— и три свечки поплыли по воде. Девочка была вполне убеждена, что мама-Ганга заботится обо всех: об иностранцах тоже. Её, казалось, не беспокоило, что мои деньги остались у моих спутниц наверху. "Вы такая красивая",— сказала она, разглядывая меня с любопытством, которое больше походило на любовь. "Ты тоже,"— улыбнулась я и почувствовала, как слёзы навертываются на глаза.— "Ты похожа на мою дочь..."

В чём загадка того, что это священнодействие на реке так трогает сердце любого, кто его видит? Может, в том, что из-за отсутствия столкновений чувства раскрываются, и душа снимает свой бронежилет? Или в изначальной естественности этой забытой нами древней церемонии? Когда в белые ночи в Ленинград приезжал руководитель ашрама, где мы были потом, он поклонился Неве, коснувшись её воды: и сделал это так естественно, что гуляющие жители нашего города рядом с ним показались иностранцами. Они словно не знали, зачем они тут: что им делать и как относиться к Неве, любоваться которой они пришли. Глядя на это, сопровождающая нашего индуса колумбийка сочла, что в белые ночи по городу ходят в основном туристы. Мы не стали их переубеждать...


Ганга является средоточием и других церемонией. Наиболее известен Бенарес ритуалом сжигания умерших: души которых мать-река потом уносит к океану, принимая под своё покровительство мертвых, как и живых. Недаром она течёт с высочайших гор мира — согласно мифологии, с небес — к океану: где возникла жизнь и который объединяет своими водами всю землю, сливая души людей в космическое единство. Символически, Ганга — река жизни, совершающая мировой круговорот. В специально отведённом месте близ храмов сложены поленницы хвороста; покойников обмывают в воде, сжигают, и пепел уносит вода. (Мы видели это с лодки, проплывая мимо: это столь по-бытовому просто, что не вызывает никаких особых чувств; а что меня поразило, так это чистота и свежесть воды даже вблизи места этой церемонии.)

К Ганге выходят праздничные процессии. В первый же вечер нас удивило великолепие семи повозок: на одной из них возвышались куклы в человеческий рост, на других ехали люди в красочных нарядах. Мне объяснили, что это одно из вишнуитских течений проводит праздник. Девушка, одетая Ситой, ехала рядом с колоритным стариком, который изображал царя Даширатху: они иллюстрировали эпос о герое Раме, спасшем свою супругу Ситу — а вместе с нею и весь мир — от демона Раваны. На слоне восседал руководитель. Рядом шли молодые люди в оранжевом и раздавали рисовый прасад. Колонна трижды описала круг у реки.


ЧУДОТВОРЕЦ-ШИВА
Плотно застроенный домами берег в Варанаси чередуется с широкими проходами к реке: они называются гхат'ы, и главный из них, Кедар гхат (Main ghat для иностранцев) — назван по имени Кедарнатха: великой формы творца Шивы, ко храму которого подводят высокие ступени от реки. Другим концом он выходит на обычную узкую улицу: его даже можно не заметить. В центре его алтаря стоит шивалингам — самый частый атрибут индуистских храмов. Священнослужитель поливает его водой матери-Ганги ("оплодотворяет"!) и краской ставит на лбу прихожан точку-тику. Она различается в разных храмах — и по её виду понятно, кого из богов сегодня почтил человек. Когда, посетив этот храм, я потом выясняла дорогу, какой-то индус, раздаваший рекламу ситарных концертов на реке, спросил меня: "Вы любите Шиву?"

Шиву нельзя не любить: он — тот, кто сочетает древность индуизма с его современностью. Повсюду можно встретить повященные ему деревья с ленточками и лежащие под ними раскрашенные камни-шивалингамы. Вроде бы ничего особенного, если не знать, что поклонение камням и деревьям — форма религии, присущая первобытному миру. Она напоминает о тех незапамятных временах, когда человек стал использовать камень как первый инструмент — а булыжники, покрашенные красной охрой и имитировавшие убитых зверей, помогали ему в репетиции охоты: древнейшей религиозной церемонии людей. От этой древней веры в волшебство камней идёт современная любовь к талисманам и легенды о сокровищах, приносящих их владельцам удачу и власть над миром — которую первобытному человеку дал взятый в руку кремень.

А дерево — давало кров и согревало. Оно хранило огонь, разгоревшись от молнии, а потом — от разведенного костра. Огонь, некогда воссылавший жертву к небесам, и ныне играет роль в ритуалах индусов. На другой вечер, когда мы шли по берегу Ганги, мы увидели в темноте большой костер, вокруг которого проходила какая-то церемония: мне не удалось её толком рассмотреть, так как мои спутницы заметили, что в этой толпе женщин нет, и решительно повернули обратно. Вероятно, это была шиваитская церемония. Потом, в Пури, я видела костры по четырем сторонам храма Кали.

Почитанию камней и деревьев — сотни тысяч лет. Покинув деревья джунглей ради простора саванн и освоив землю, люди обожествили небо, заранее предупреждавшее их о завтрашней погоде — но это не уменьшило их пиетета к деревьям. По древним поверьям, боги спускались к человеку с неба по деревьям, когда-то бывшим его домом (о чём напоминают папиллярные узоры: линии судьбы на наших ладонях, присущие лишь древесным животным — и человеку). Потому мы и сегодня не можем лишить себя подсознательной надежды, что если завяжем ленточку на дереве близ какого-нибудь святого места, нисходящее туда божество исполнит нашу просьбу. Такие деревья есть по всему миру, в том числе и христианскому — но, быть может, только в Индии их можно видеть прямо на улицах городов или тропинках деревень: и камни подчеркивают их святость. Такое дерево может прорасти сквозь крышу храма или теснить ближайшие постройки — и никто не подумает его срубать.

Почему в Индии эти волшебные деревья посвящены Шиве, и камень стал его фаллическим символом? История такова: после того, как человек осознал и стал почитать природу вокруг себя — гром, ветер, солнце — и наделил природные силы символическим смыслом, обожествив их, он захотел возыметь над ними власть. Шива — аскет, помогающий людям овладеть силами природы. Эта идея объединяет главную триаду индуизма: творца-Брахму, созидателя-Вишну и разрушителя-Шиву.

Появление Брахмы — бога закона — связано с развитием брахманизма: ритуальной стороны религии, как метода возобладать над невидимыми силами, и наладить с ними взаимодействие. Ритуалы заставили богов уступить человеку, они стали выше богов: так над ними возвысился Брахма, олицетворивший сами обряды и воплощенное в них знание, и оформилась каста брахманов. Женой Брахмы стала Сарасвати — богиня речи, азбуки деванагари и Вед. Его символ — белый лебедь: птица, зимой летящая на юг, а летом — на север, обозначая закон чередования времен и равновесие жизни и смерти. Брахме принадлежит все знание о мире, а потому и наша сознательность. В мифе о сотворении он рождается из лотоса, вырастающего из пупа спящего Вишну, плавающего в вечности по мировому океану на спине змея Шешы (образ змея — ипостась Шивы). Так просыпается из небытия разум. Неслучайно Брахме сопоставляется гуна саттва: ясность — название которой родственно нашему слову свет.

В образе Брахмы культура оградила людей от произвола стихийных сил: древнейших "языческих" богов индуизма. Но сама внутренняя энергия, дающая возможность человеку быть независимым от качественности мира, оставалась древней, природной, магической. Ею продолжал владеть самый могучий из богов — Рудра, яростный бог весенних гроз, сексуальных игрищ диких зверей и плодородия. И хоть был он демоном-асуром, но силой доказал свое право участвовать в жертвоприношении светлых богов, разметав их жертву и угрожая уничтожить все на свете, если они вздумают обходиться без него. Поскольку его энергия становилась отчасти управляемой и в лоне цивизизации приносила пользу человеку, он получил эпитет Шива — "благой, приносящий счастье". Шиве стали поклоняться те, кто взращивал в себе силу: йоги, пытавшиеся установить контроль над жизнью не извне, а изнутри, не с помощью культурных средств, а прямым путем, физически.

Так Шива дополнил Брахму, воплотив внутреннюю способность человека к трансформации. Шиве условно сопоставляется гуна раджас, неслучайно созвучная нашему слову "страсть". Исполняя аскетические обеты, герои получают от него силу, дающую им власть даже над дэвами-богами. Сопутствующий Шиве бык Нандин олицетворяет могучий потенциал его энергии из глубины веков, а традиционно обвивающие шивалингам змеи, меняющие свою кожу, символизируют вечное обновление жизни. На берегу Ганги обращает на себя внимание открытое святилище Шивы, где в окружении множества лингамов стоит его раскрашенный бык — Нандин. И тут же на пристани, среди лодок, бродят похожие на него коровы...

На новых храмах символ Шивы — ом, звук постоянного творения, всегда присутствующий во всем. Танцем на груди убитого асура, который также часто живописуют скульптуры храмов, Шива разрушает и строит миры, и с силой его не может тягаться никто. Однажды Брахма и Вишну заспорили, кто сильнее, тогда перед ними возник огромный пылающий шивалингам. Лебедь-Брахма пытался взлететь до его вершины, Вишну, обернувшийся вепрем (одно из его воплощений), чтобы достать до основания — но цели они не достигли. Энергия Творца бесконечна, она исходит из бесконечности и устремляется в нее.

Ом замещает более древний атрибут Шивы — трезубец. Это неизменный атрибут йогов, и в Варанаси я видела даже, как йог ехал на велосипеде, держа в руке трезубец: в сутолоке индийской рыночной улицы ему это не мешало.

Для западного взгляда трезубец Шивы делает его похожим на Нептуна. В верховьях Ганги — в Ришикеше — статуя Шивы даже сидит на помосте над рекой, держа в руке трезубец. В ипостаси змея Шеши Шива плавает по пустынным водам мирового океана до начала творения мира. Однако сексуальная символика сближает его не с морскими, а с подземными водами и энергией недр Плутона. В любом случае древняя символика трезубца напоминает о третьей, невидимой власти за гранью этого мира, за пределами Неба и Земли, которая вызывает к жизни даже то, чего еще не было и быть не может. Способность к регенерации делает Шиву целителем и чудотворцем — что и подтверждают его волшебные деревья с ленточками.

Хорошей иллюстрацией этих его качеств на уровне современного бытового восприятия служит индийский фильм, сделанный в западном ключе фантастического боевика (его показывали у нас по телевизору). У девушки убивают жениха в день её свадьбы. Обезумев, она бросается в храм Шивы и в экстатическом танце, с трезубцем в руках упрекает творца в несправедливости. Желая слиться с любимым, она разбивает голову о камни храма. Но у молодого человека есть друг — врач-экспериментатор: он тщательно сохранил его тело и мозг, в надежде узнать имя убийцы. Подобрав девушку и убедившись, что её сознание восстановить уже нельзя, он решается пересадить в её голову мозг её жениха. Операция проходит успешно. И заново рожденное существо с удесятеренной силой расправляется со своими врагами: которые в свой предсмертный час с ужасом узнают убитого в его очаровательной невесте. Что и говорить, без Шивы тут не обошлось!


следующая страница >>
Смотрите также:
Книга приводится без фотографий семира потоки индии
3004.6kb.
13 стр.
Урока: Пословицы: «Книга твой друг, без нее как без рук.» «Книга в счастье украшает, а в несчастье утешает.»
52.91kb.
1 стр.
Посольство Индии в Республике Беларусь при поддержке Национального художественного музея
18.09kb.
1 стр.
Книга «Шаймиев без цензуры»
109.42kb.
1 стр.
Гольф в индии
77.88kb.
1 стр.
21. Скульптура Индии I-VII вв
118.35kb.
1 стр.
Книга для практического применения! Криодинамика это
2083.15kb.
20 стр.
Поэма Александра Твардовского "Василий Теркин"
44.01kb.
1 стр.
Государственный строй индии 3 демографический взрыв и демографическая политика в индии 7
793.83kb.
9 стр.
Короткие экскурсионные туры в городах индии
132.85kb.
1 стр.
Конкурсе фотографий «Faces / Лица»
35.57kb.
1 стр.
Конкурсе фотографий «Объектив на позитив»
29.63kb.
1 стр.