Главная
страница 1страница 2страница 3 ... страница 12страница 13

Вопросы для обсуждения

  1. Какие процессы, явления служат объектом и предметом изучения в поли­тологии?

  2. Чем определяется необходимость выделения политологии как
    самостоятельной научной дисциплины?

  3. Какое место среди других социальных дисциплин занимает
    политология? В чем особенности политологии как науки?

  4. Каковы основные методы изучения политических явлений? Чем можно объяснить их многообразие?

  5. Какие функции выполняет политологии в обществе и в системе научного знания?


Литература

  1. Борисенков А.А. О предмете и содержании политологии. //Социально-гуманитарные знания. 2001, №4.

  2. Дегтярёв А.А. Политический анализ как прикладная дисциплина. //Полис. 2004, №1.

  3. Политология: курс лекций /под ред. М.Н.Марченко/ - М., «Юрист», 2003.

  4. Попов А.В., Зуева Л.А. Ценности в политике. //Вестник Московского Университета; Серия 12 Политические науки, 2000, №1.

  5. Титов К.А. Прагматизм в политике и перспективы развития политической науки. //Полис. 1999, №2.

.
ОСНОВНЫЕ ЭТАПЫ СТАНОВЛЕНИЯ ПОЛИТИЧЕСКОЙ МЫСЛИ.
В данном разделе речь пойдет о становлении социально-политического знания - от древности до первой половины XIX века, то есть, до возникновения социальных наук. Прежде чем приступить к изложению темы, необходимо сделать существенное замечание.

Следует отличать философское осмысление политики от собственно научного, политологического. До тех пор, пока политология не оформилась как научная дисциплина в ХХ веке, политическая мысль существовала либо в рамках других наук, прежде всего социологии, либо в пространстве социально-философского знания.

С другой стороны, даже сегодня строго научное понимание политики при всех своих очевидных достоинствах страдает весьма существенным недостатком: оно серьезно сужает сам предмет исследования, зачастую представляя политику, как нечто самостоятельное, независимое и суверенно-субстанциональное. Это неизбежная плата классической науки за строгую предметность, точность и определенность.

Достаточно часто в современной политической науке прикладной аспект заслоняет теоретический - и подменяет его собой. Более того, политология как строгая, позитивная наука (О.Конт), опирающаяся исключительно на эмпирические факты и ставящая своей целью выработку точных законов политического действия и взаимодействия, упускает из вида свои собственные предпосылки и основания, выводит за рамки эвристической деятельности самого познающего субъекта (ученого) - так или иначе ангажированного, включенного в то или иное социальное пространство, рассматривающего политику с той или иной позиции. Такой подход, конечно, обедняет реальное многообразие общественных отношений и связей. Поэтому строго научное рассмотрение политики практически всегда нуждается в дополнении политико-философским анализом.

Вкратце наметим основные черты рассматриваемых ниже политико-философских течений.

Во-первых, в рамках политической мысли прошлого политика никогда не выступала в качестве самостоятельной области мира, космоса, природы, бытия в целом.

Во-вторых, в различных текстах мыслителей прошлого постоянно присутствует рефлексия над основаниями, как политической сферы, так и общества в целом. Цель ученых-теоретиков - не столько описать, что и как есть, сколько рассмотреть - почему это существует именно так, и как же именно должно быть. В целом, перефразируя И.Канта, можно сформулировать общий для всех мыслителей вопрос: как возможна политика, как возможно государство, как возможно общество?

В-третьих, практически для всех рассматриваемых направлений политической мысли характерна специфическая терминология, часто не совпадающая с современной научной. Различные мыслители часто оперируют одними и теми же дефинициями, вкладывая в них различное значение.

Более-менее строгий терминологический аппарат появляется в рамках политического знания не так давно, однако и сегодня, следует отметить, что не существует четких, общепринятых определений даже таких понятий как "общество", "гражданское общество", "государство", "демократия".

Объясняется это, с одной стороны, сложностью и неоднозначностью тех явлений, которые данные понятия описывают. С другой стороны, сложность возникает из-за того, что целый ряд понятий и определений используется как в науке о политике, так и в повседневной жизни, наполняющей эти понятия совсем с другим содержанием.

В историческом плане имеется и еще одна сложность - это временнОй изменчивый характер любого понятийного аппарата в рамках той или иной политико-философской системы. Сама структура связей и взаимоопределений понятий и категорий изменяется от эпохи к эпохе.


1. Политические учения Античности:

политика как искусство уподобления Космосу.

На самых ранних этапах общественного развития понимание проблем власти, господства, подчинения, управления осуществлялась в мифологических и религиозных формах. Лишь в результате длительной социальной эволюции возникает философия как особый способ теоретического осмысления реальности и места человека в ней. Изначально философия включала в себя практически все области знания - от математики до биологии и космологии. Исследование политики, как особой сферы общественных отношений, происходило в рамках познания многообразия вселенной (Космоса) во всех его проявлениях. Политическое понималось как часть целого, как его элемент - своеобразный и специфический, но, тем не менее, тесно связанный с общими основаниями бытия.

Рассмотрение истории политической мысли целесообразнее начать с концепций и теорий, выработанных в рамках античной культуры, по праву считающейся колыбелью европейской цивилизации.

Известный философ А.Уайтхед как-то заметил, что вся европейская философия развивалась как один большой комментарий к произведениям Платона. Думается, то же самое можно было бы сказать и о политической теории. Действительно, последующие концепции и системы, описывающие сферу политики, так или иначе затрагивающие ее, либо прямо следовали в русле заявленных Платоном проблем, либо тем или иным образом принимали во внимание платоновские политико-философские построения. Объясняется это целым рядом причин, в том числе - шириной и всеохватностью платоновской мысли, глубиной анализа, тонкостью и точностью методологии, наконец - систематичностью и логичностью построения философской системы. Различны и оценки - вплоть до обвинений мыслителя в апологии тоталитаризма и "закрытого общества" (К.Поппер).



ПЛАТОН Афинский (428/427-348/347 г. до н. э.) стал свидетелем эпохи кризиса и заката классического античного города-государства (полиса). Эпоха "золотого века", восходящая к Периклу, к концу IV в. до н.э., ушла в прошлое - в настоящем же налицо были катастрофические последствия тяжелейшей и неудачной для Афин Пелопонесской войны, стремительное расслоения народа на сверх-богатых и нищих, государственные перевороты и сопровождающий их террор, как олигархов и тиранов, так и демократов. Знаменитая афинская демократия пришла в упадок. Наиболее ярко трагический смысл этих событий обнажила казнь учителя и наставника Платона – Сократа, приговоренного к смерти судом Афин. Это событие, безусловно, произвело на ученика неизгладимое впечатление и оказало влияние на формирование и эволюцию его политической концепции.

Итак, Платон свидетель хаоса, разлада и упадка. Главным для Платона и его философии становится вопрос - как возможен порядок, справедливость, добродетель? В этом же русле следует его политическая концепция - со всеми изменениями и неизбежными модификациями.

Вопросы политики очень интересовали Платона во все периоды его творчества. Главными его работами о политике стали диалоги "Государство", "Политик", "Законы" - написанные в разное время и различающиеся по ряду позиций. Тем не менее, вопросы политики, а в указанных произведениях они не стоят на первом плане - они лишь всплывают по ходу беседы, помогая разворачиваться особому содержанию. Так "Государство" начинается с постановки вопроса о справедливости. Заканчивается - рассуждениями о благе человека. Какое же отношение все это имеет к сфере политического?

Следует обратить внимание на одну очень тонкую деталь. Во времена Платона слово "политика" (politika) означало участите человека-гражданина в общественной жизни своего родного города и по значению напоминало современное понятие "гражданский долг". По своему изначальному содержанию оно восходит к слову "полис" (polis), что значит "город-государство", "самоуправляющаяся городская община" как особый тип социального устройства. Таким образом, слово "полис" означает и "город", и "общество (община)", и "государство". Очевидно, что сфера политического и общественного, государственного и социального Платоном - как и очень многими мыслителями после него - практически не разделяется. Диалог «Государство» посвящен не столько "правильному" устройству "идеального государства", сколько устройству общества как целого.

Итак, диалог начинается с рассмотрения проблемы справедливости. Достаточно быстро Платон подводит читателя к выводу, что рассмотрение вопроса о справедливости невозможно начинать с исследования феномена "справедливого человека". Справедливость можно познать только при рассмотрении устройства всего общества, всего полиса. По этой причине мыслитель начинает конструировать "идеальное государство", знаменитую, по мнению многих исследователей, "утопию". Исследование реально существующих социально-политических систем не находится на первом плане диалога - речь с самого начала идет именно о последовательном конструкте. Объяснить это можно достаточно просто - ведь анализировать реальные поступки реальных людей, также трудно (порой - невозможно), как увидеть в них справедливость и добродетель. Реальная жизнь не дает о справедливости никакого достоверного знания - глядя на нее, можно лишь составить мнение о справедливости, примерно как, глядя на красивую женщину, мы получаем мнение о красоте самой по себе.

С другой стороны, то, что мы привыкли называть реальным миром - это мир постоянного изменения и становления. В этом мире все относительно. Тот, чье тело сегодня здорово, завтра просыпается больным. То, что было справедливым вчера, перестает быть справедливым сегодня. Но, по мнению Платона, подлинный, настоящий, действительный мир не может содержать в себе самом относительно себя самого собственное отрицание. Очевидно, так называемый "реальный мир" есть лишь мир сопричастный подлинному, вечному и неизменному. Это относится и к общественному устройству. Таким образом, разговор из общефилософской сферы переходит в сферу политического, к которому справедливость имеет самое непосредственное отношение.



По мысли Платона, справедливость есть основа любого взаимодействия, любой совместной жизни людей. Несправедливость ведет к вражде, ссорам, раздору - и, тем самым, - к невозможности социального бытия как такового. Справедливость едина - как по отношению к государству-полису, так и к конкретному человеку. Тем не менее, в государстве ее изучать гораздо легче - ведь проще исследовать большее, нежели меньшее, целое, нежели часть. Но и часть также не существует вне целого. Более того, мыслитель последовательно - хотя и не всегда явно - проводит мысль об изоморфности целого и части, макро- и микрокосма. Платон приходит к весьма простому выводу - в несправедливом обществе нельзя быть справедливым (пример Сократа это показал), в больном обществе нельзя быть здоровым. Наоборот - в справедливом обществе справедливость эта распространяется на всех, иначе говоря, все граждане полиса становятся к ней так или иначе причастным. Справедливость заключается в том, что каждый выполняет свое собственное определенное дело в соответствии со своим способностям и не вмешивается в дела других людей. В этом состоит не только справедливость – но и то, что Сократ, а вслед за ним Платон, называли добродетелью или доблестью (arethe) конкретного человека.

Теперь попытаемся ответить на поставленный выше фундаментальный вопрос - как возможно государство как некая системность и определенность? Иначе говоря - каковы его основания? Платон начинает анализ с неопределенного, беспорядочного характера человеческих желаний, влечений и вожделений. Указанные телесные влечения не имеют пределов, в том числе и на этой идеи, в ХХ веке будет строиться концепция "общества потребления". Отсюда возникает необходимость в охране и управлении (направлении). Сам по себе человек представляет собой нечто ограниченное - во времени и пространстве. Он нуждается в других людях. Он не может самостоятельно удовлетворить свои потребности - ибо объективно нуждается во многом, а, значит, во многих. Таковы основания социальности (общежития) как такового.

С другой стороны, в этом непосредственном, естественном социальном взаимодействии нет естественных же ограничений и пределов, поскольку человек отличается наличием особой составляющей - души. Это ставит перед ним проблему самоопределения - в том числе и самоограничения по отношению к окружающему миру. Здесь возможно два варианта - либо душа устремляется к чему-то определенному, вечному, прекрасному, божественному, либо она погрязает в "дурной бесконечности телесных желаний", которые лишены каких-либо ограничений по своей природе. Благо же не может быть множественным, оно, как и справедливость, одно. Платон рассуждает следующим образом: каждый человек стремится к благу - ведь в здравом уме никто не желает себе зла. Но для того, чтобы достичь блага нужно знать, в чем именно оно заключается. Для того же, чтобы это знание получить, нужно направить душу на созерцание блага, "посмотреть на мир глазами души", сделать так, чтобы душа увидела, в чем именно благо заключается. В том, что душа на это способна, Платон не сомневается.

Здесь мы подошли к одному из важнейших моментов учения Платона. Согласно ему, подавляющее большинство граждан государства составляют ремесленники, земледельцы, купцы, то есть, люди занятые непосредственно в сфере материального производства и его обслуживания. Эти люди представляют первый социальный слой, фундаментальное отличие которого в том, что в их душе преобладает чувственное (вожделеющее) начало. Второй социальный слой составляют воины-стражи - в их душах преобладает яростное начало. Наконец, в государстве имеется еще и третий слой, совсем не большой по размерам - правители, в которые попадают особо одаренные стражи, те, в чьих душах преобладает начало разумное. Отсюда и функции, выполняемые тремя слоями государства - материальное производство; защита, понимаемая достаточно широко; и управление.

Понятно, что править (то есть - направлять - прежде всего, к благу) должны те, у кого преобладает разумное начало, а защищать те, у кого преобладает начало яростное. Задача всех остальных - подчиняться первым двум группам. Иллюстрируя эту картину, Платон приводит миф о меди, железе и золоте, подмешанных в людские души. Государство, которое охраняет медный сторож, считает философ, долго не устоит. Выпад против афинской демократии здесь очевиден: ведь не будем же мы, справедливо рассуждает Платон, выбирать голосованием (или по жребию) врача или кормчего на корабле!

Аналогичное строение, утверждает Платон, имеет и душа человека, в которой также присутствуют вожделеющее, яростное и разумное начала. Обратим внимание, что начала - это всего лишь внутренние свойства души, некие потенциальные возможности, скрытые качества, которые могут раскрываться в том или ином виде. В каждой конкретной душе эти начала представлены в неравных пропорциях - так у большинства приоритетным является вожделеющее начало, тогда как те, у кого преобладает начало разумное ("философская душа") всегда представляют меньшинство. Проблема заключается не только в том, какое начало господствует - хотя само по себе - это чрезвычайно важно не только для Платона, но практически для всей античной мысли ("разум - господин, чувства - его рабы, и негоже рабам приказывать господину"). Вопрос стоит и иначе: куда именно направлено то или иное начало, ко благу или ко злу? Ведь у каждого из трех начал есть как своя добродетель, так и нечто обратное ей: разум может обратиться к мудрости (sofia), а может - к невежеству и обману; ярость может реализоваться в мужестве, а может - в жестокости; вожделение может направиться как к умеренности, так и к беспорядочному наслаждению.

Таким образом, душа, направленная к благу становится добродетельной - она мудра, мужественна, умеренна. И как следствие - справедлива. То же самое следует сказать и о государстве, где справедливость достигается, напомним, деятельностью каждого сообразно своим собственным задаткам, когда человек не занимается делами, к которым он неспособен. Однако вновь подчеркнем, одних способностей мало - необходимо эти способности правильно использовать. Именно поэтому управлять должны не просто те, у кого преобладает в душе разумное начало, но те, кто устремляет его к добродетели, мудрости, то есть - философы. То же следует сказать и обо всех остальных.

Как же направить душу к благу? Ответ Платона вполне типичен для античной мысли: при помощи особой настроенности души, то есть, при помощи воспитания (paideia). Воспитание есть непосредственная функция идеального государства. Ведь юную душу воспитывают те, кто ее окружает. Душа воспитанная - это душа упорядоченная, душа направленная к благу и способная его воспринимать, видеть. Душа же невоспитанная не способна увидеть благо, даже глядя на него в упор, ведь для того, чтобы увидеть истину, нужно настроить себя на ее восприятие, нужно подготовить свою душу к этому. И будь человек даже с "золотой" душой (то есть, с преобладанием разумного начала) - без должного воспитания его способности не принесут счастья ни ему, ни другим. Гений и злодейство для Платона вполне совместимы.

Более того, именно те, у кого преобладает либо разумное, либо яростное начало нуждаются в особо тщательном воспитании, ибо их душа потенциально более восприимчивая, как к истине, так и к обману. Поэтому воспитанию правителей и стражей Платон уделяет столь пристальное внимания, вплоть до описания мельчайших деталей. Воспитание же работников-производителей, как и их быт, Платона особенно не интересует, что вполне понятно - ведь их души менее восприимчивы к добру и злу, менее чувствительны в интеллектуальном плане.

Часто в литературе три слоя граждан платоновского государства называют "сословиями". Это не совсем точно, поскольку принадлежность к тому или иному слою - и вытекающие отсюда различия в исполняемых функциях - определяется не фактом рождения, а тем, какое начало души у человека преобладает от природы. В этом смысле человек, родившийся в семье ремесленника, вполне может стать правителем, если, конечно, в душе его обнаружатся определенные качества.

Также не совсем верным представляется утверждение о "привилегированности" правителей и стражей.

Во-первых, Платон замечает, что правители правят не для собственного удовольствия, а по необходимости, поскольку того от них требует общество. Правитель-философ обязан править - как работник обязан производить.

Во-вторых, на стражей и правителей в идеальном государстве наложен ряд ограничений: им запрещено иметь частную собственность, им запрещено вступать в брак (любые отношения между мужчинами и женщинами здесь необходимы только для деторождения, которое также ограничено) и иметь семью, они не только лишены возможности воспитывать своих детей, но вообще не знают их, как не знают и своих родителей. Они не просто воспитываются государством - они обязаны быть воспитаны и всесторонне образованы. Ни один правитель или страж не может ни о чем сказать "это мое" - ни о доме, ни о женщине, ни о детях, ни даже об одежде. Таким образом, и правители, и стражи, как и работники, имеют определенные ограничения. Работникам нельзя заниматься военным делом и управлением, но у них есть семья и собственность. Правитель управляет государством, но ни семьи, ни собственности у него нет; отметим, справедливости ради, что правильно воспитанный философ (как и страж) к этому и не стремится.

По мнению Платона, стремление к обладанию конкретными чувственными вещами мешает душе устремиться к благу, сбивает ее с истинного пути, закрывает сам путь истины - как если бы человек стремился видеть лишь тени, но не интересовался ни тем, какие предметы ее отбрасывают, ни тем, почему они ее отбрасывают. Устремляя взор на тени и отражения, человек не способен увидеть что-либо за этими тенями и отражениями по той причине, что он не умеет отличить подлинное от неподлинного - настолько восприимчиво разумное начало к обману и заблуждению.



Устроенное таким образом государство дает возможность всем своим гражданам, независимо от положения, рода занятий и природных способностей, стать причастными к добродетели, справедливости и благу. Каждый слой понимает свое положение, знает в чем именно его благо, и не претендует на большее; ведь шаг от блага в любую сторону означает его умаление. Каждый имеет обязанности по отношению к остальным - но и остальные имеют обязанности по отношению к нему.

До наших дней дожил известный афоризм, с общим смыслом которого Платон наверняка бы согласился - "политика есть искусство возможного". Действительно - ведь основания государства находятся в самой человеческой природе, чье несовершенство проявляется хотя бы в невозможности человека самостоятельно, без помощи других людей удовлетворять свои многочисленные потребности. И с этим идеальному государству необходимо считаться. Поэтому идеальное государство для Платона это единственная возможность в изменяющемся несовершенном мире, так или иначе, достичь совершенства, счастья, блага - то есть, устроить жизнь наилучшим из всех возможных способов.



Политика для Платона становится не просто особым типом деятельности по устройству, упорядочиванию общественной жизни, но прежде всего, знанием о том, как эту жизнь (некую объективную данность, с которой нельзя не считаться) устроить наилучшим способом из всех возможных.

Для доказательства последнего тезиса Платон рассматривает возможные типы государственного устройства, которым соответствуют типы организации человеческой души - ведь, как было указано выше, человек и общество по своему устройству изоморфны.



Наилучшим государственным устройством Платон считает царскую власть (basileus) и аристократию, что, по его мнению, одно и то же. Дело не в том, сколько человек правит, дело в том - кто правит, то есть "наилучшие". Все остальные формы государства Платон считает в большей или меньшей степени извращенными, отступающими от справедливости. Так или иначе, не без иронии замечает Платон, нет ничего неизменного и вечного в этом несовершенном мире, ведь "всему, что возникло, бывает и конец". Точно также политическое устройство не может постоянно быть близким к идеальному. Это напоминает рассуждения известного философа и историка ХХ века А.Тойнби о "вызовах", которым подвергается общество, и "ответах", которые на эти вызовы должна давать правящая элита. Совершенная по той или иной причине ошибка влечет за собой начало распада. Платон рассуждает сходным образом - деградация и угасание начинаются с правителей и стражей, а не с работников.

Первой в списке неправильных форм правления находится тимократия, господство честолюбцев (timos - почести, слава, kratos - преобладание, господство, власть), общество, где "господствует яростный дух". Подобного рода устройство можно условно назвать "поврежденная аристократия", поскольку им уже правят не мудрые, а "яростные". Причина же подобных процессов - в смешении "золота, серебра и меди", то есть в проникновении по той или иной причине в правители и стражи людей к этому неспособных, в смешении различных слоев, следствие же этого - "зло смешалось с добром". Правитель уже не столько мудр, сколько разрывается между мудростью и "яростью", стражи не столько мужественны, сколько и вожделеющи - у них появляется частная собственность. Фактически, тимократия есть первый шаг в сторону от идеала - но этот первый шаг влечет за собой все последующие.

Тимократия лишь начало смешения. Она проецирует дух соперничества - неизбежный атрибут яростного начала как такового - на все общество. Постепенно это соперничество приобретает вполне конкретный предмет: борьбу за наживу и богатство. Так возникает второй тип неправильного политического устройства - олигархия (власть меньшинства). В государстве такого типа происходит расслоение на сверхбогатых и сверхбедных, чему неизбежно сопутствует появление трутней-тунеядцев, то есть людей ничего не делающих, бездеятельных. "Тунеядец в доме, - замечает Платон, - болезнь для государства". Часть людей вообще лишается имущества, которое переходит к богачам - вполне по законам рынка. С другой стороны, управление в государстве захватывают богатые, не допуская к нему бедных, "...как бы будут два государства: одно - бедняков, другое - богачей... они... станут вечно злоумышлять друг против друга". Таким образом, олигархия всегда раздирается внутренней борьбой - и в этом причина ее крушения, поскольку бедные, лишившиеся имущества, "полны ненависти к тем, кто владеет теперь их имуществом". Олигархию неизбежно сменяет демократия (дословно: господство народа, большинства).



<< предыдущая страница   следующая страница >>
Смотрите также:
Учебное пособие 28365942 Москва 2008 ббк 66. 0 П 50
2984.78kb.
13 стр.
Учебное пособие на английском языке Для студентов юридического факультета Москва
176.81kb.
1 стр.
Учебное пособие на английском языке Для студентов юридического факультета Москва
160.1kb.
1 стр.
Учебное пособие москва ● 2011 ббк 87. 7 Б 20 Л. Е. Балашов
4268.77kb.
44 стр.
Учебное пособие характеризует вклад в мировую культуру русских писателей XX века, который отличается своей трагичнос­тью. Литературный процесс минувшего века раскрывается во всем его многообразии и развитии
49.46kb.
1 стр.
А. А. Андреев Педагогика высшей школы (Прикладная педагогика) (Часть 2) Москва, 2000 ббк 74. 00 А 49 Андреев А. А. Педагогика высшей школы (прикладная педагогика). Учебное пособие
2244.66kb.
12 стр.
Учебное пособие Москва, 2008 Оглавление
6752.53kb.
119 стр.
Учебное пособие для студ пед вузов: в 2-х кн. /М. Р. Сапин, З. Г. Брыксина. 2-е изд., стер. Москва: Академия, 2008. Кн. 1-2
145.36kb.
1 стр.
Учебно-методическое пособие Под редакцией к ю. н профессора И. А. Горшеневой Москва Мосу мвд россии 2009 ббк кузнецова, Н. Н
1119.69kb.
10 стр.
Зло Пособие для учащихся общеобразовательных учреждений москва 2008 Терроризм – зло
904.72kb.
4 стр.
Учебное пособие (Краткий курс) Москва Издательство Российского университета дружбы народов 2003
2201.34kb.
16 стр.
Учебное пособие Москва • «Логос» • 2001 (091) ббк 87. 3 К19 Канке В. А
2922.03kb.
23 стр.