Главная
страница 1
Портрет российской семьи XXI века в цифрах и тенденциях
Что такое настоящая семья в вашем представлении? Наверняка многие скажут, что настоящая счастливая семья – это улыбчивая пара красивых людей, где мужчина всегда с нежностью приобнимает супругу за талию, а она, в свою очередь, никогда не повышает голос на своего мужа, являясь самой понимающей женщиной на свете. В идеальной семье мужчина имеет хорошую работу, носит дорогой костюм и ездит на большом семейном минивене. Жена носит ситцевые платья, милый передник и часто печет пироги. Такая замечательная семья была бы не полной, если бы в ней не было двух умненьких детишек, начинающих свой день с неизменной фразы: «С добрым утром, мама и папа! Сегодня мы собираемся получить только хорошие оценки, чтобы потом поступить в институт на бюджет и чтобы вы гордились нами всегда, как мы гордимся вами!».
Такая идиллическая картина предстает в массовом сознании простых граждан. Часто, она бывает срисована с американских фильмов, с модели поведения собственных родителей или семьи родственников. Хотя, может быть, такая идиллия была характерна для них только на публике. Но, так или иначе, семьи, описанной выше, по крайней мере в России, не существует.

Семейная жизнь двух людей – это настоящее испытание не только для самих супругов, но и для их детей, на которых самым непосредственным образом сказывается влияние родитетелей и их проблемы.

В нашем распоряжении оказались результаты исследования «Семья и родительство в современной России», проводившегося в 2009 году по заказу Фонда поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации Институтом социологии РАН. Публикуем основные моменты, из которых складывается образ современной семьи в России, со всеми ее недостатками, отражающимися непосредственно на детях.
Образ современных родителей

Более 70 процентов респондентов, чьё детство пришлось на период с 60-х по начало 90-х, отметили, что воспитывались в полной семье с родными мамой и папой. Однако, пореформенное поколение – молодые люди, родившиеся в конце 80-х – начале 90-х прошлого столетия испытали стрессы периода социальных изменений – падение жизненного уровня, реформы вкупе с долговременными тенденциями – столкнулись с нарушенными стандартов семьи, где в прошлом ключевую роль играла фигура отца (этот показатель снизился на 10 процентов).

Между тем, чем слабее становилась фигура отца, тем более укреплялась в сознании молодежи фигура матери, всё больше влияющая на модель поведения своих детей. Авторитет отца в настоящий момент зависит в основном от того, насколько он успешно справляется с ролью кормильца семьи.

Что касается семейного статуса самих родителей, то сегодня широкое распространение получил так называемый незарегистрированный брак. Здесь мы сталкивается с разницей восприятия мужчин и женщин, потому что незарегистрированный брак воспринимается женщинами как брак реальный, со всеми вытекающими из этого обязательствами, а мужчины, состоящие во внебрачных отношениях, чаще считают, что не имеют формальных обязательств перед партёром. Такой перекос в сознании мужчин и женщин даже не позволил исследователям установить: сколько же респондентов действительно состоят в законном браке. Надо ли говорить, что неузаконенные отношения партнёров непосредственно влияют на судьбы их детей.


Современная супружеская пара в основном имеет одного ребёнка - 57,6 процентов, двоих имеют 35,9 процента, троих – 6,4 процента.
Развод и дети

Согласно данным исследования, более трети населения РФ в возрасте до 45 лет один или несколько раз прошли через процедуру развода. В большинстве случаев, после развода ребёнок или дети оставались с матерью.

Один из наиболее болезненных вопросов, встающих перед родителями ребёнка при разводе – это участие родителя, ушедшего из семьи (как правило, отца) в его воспитании. Что интересно, примерно половина отцов видится с ребенком 3-4 раза в неделю, а другая половина не видится с ним вообще соответственно. Примерно 45 процентов пап не могут себе позволить видеться с ребёнком ежедневно, встречаясь с ним не чаще 3 раз в месяц; 42 процента отцов ссылается на занятость, именно эта причина мешает частым встречам с ребёнком; у 45 процентов отцов ребёнок удален от них географически, что затрудняет частые встречи и 35 процентов мужчин утверждают, что неприязненные отношения между ними и бывшими супругами отражается на частоте встреч с детьми. Как показало исследование, после ухода из семьи, 75 процентов мужчин практически никак не поддерживают собственного ребёнка и только 25 процентов поддерживают его примерно наполовину.
Приоритеты в воспитании
Анализ полученных данных показал, что на первом месте, по мнению родителей, должны стоять задачи «охранительного плана», предполагающие заботу о жизни и здоровье ребёнка (следить за здоровьем, предупреждать развитие пагубных пристрастий, защищать в сложных ситуациях, обеспечить полноценным питанием, находить время для ребёнка и т.д.)

Второе место в системе приоритетов в воспитании делят между собой задачи экономические и нормативные (воспитание в ребёнке самостоятельности, независимости, учить думать, защищать от попадания в нехорошую компанию и т.д.). Задачи духовного плана стоят в системе родительских приоритетов на самом низком уровне.

В большинстве случаев, примером ответственного родительства и образцом семейной жизни является мать, так как именно она чаще всего занимается ребёнком, она уделяет ребёнку больше времени, оказывается рядом, когда это необходимо. Роль отца тоже является значимой. Именно образ ответственного отца помогает молодым девушкам определиться с мужчиной, с которым бы они, став взрослыми, хотели бы создать семью. Для мужчин отец – это образец мужественного поведения, умелого воспитателя, помогающего с честью преодолевать все жизненные трудности. Достоинства отца возрастают, если он заботится о ребёнке даже тогда, когда ребёнок стал взрослым.

Таким образом, ответственный родитель:

Во-первых, не должен бросать ребёнка, он должен нести за него отвественность даже в том случае, если обстоятельства этому не способствуют;

Во-вторых, должен избегать насилия. Действительно, ответственный родитель не станет бить ребенка, подвергать его унижению, физическому или психологическому;

В-третьих, подаёт ребёнку правильный пример, сознательно строит свой жизненный образ так, чтобы задать ребёнку правильные жизненные ориентиры.
Физическое наказание детей

Мнения экспертов в этом отношении неоднозначны. Есть специалисты, которые считают, что физические наказания недопустимы ни при каких обстоятельствах. Данная позиция обусловливается тем, что физические наказания унижают ребенка, наносят ему психологическую травму, снижают самооценку, обнажают отсутствие должного взаимопонимания между родителем и ребёнком. А в некоторых случаях просто неэффективны. Другие эксперты убеждены, что физические наказания в определённых ситуациях и в определённых пределах допустимы и могут быть полезны. Например, физическое страдание проецируется на тот предмет или событие из-за которого ребёнку пришлось испытать эту меру воспитания. Например, ребёнок покурил – получил ремнём – больше не берёт сигареты так как видит в нём определённое сосредоточение зла, вспоминается порка.

Таким образом – физическое воздействие – это крайний (последний) аргумент в аресенале родительской системы воспитания. Ребёнку должно быть разъяснено, за что он получил «по попе». К тому же, физические наказания можно использовать только до определённого возраста (примерно до 12 лет), так как с возрастом – родительские порки могут нанести психологическую травму.
Проблемы отказов от детей

В последнее время особенную остроту приобрела проблема отказов от детей сразу после рождения в роддомах. По данным Минздрава, каждый год 12-13 тысяч матерей оставляют своих детей. Причины этого явления самые разнообразные, начиная от самого популярного – пьянство, наркомания, биедность, невозможность содеражать ребёнка и заканчивая половой распущенностью и общим кризисом ценностей института семьи.

Нередки случаи, когда родителей лишают родительских прав. Эксперты также неоднозначны в этой позиции.
Государство как гарант сохранения семейных ценностей

Данные исследования позволяют предположить, что ущербная культура безответственного отношения к детям может воспроизводиться даже, как не странно, благодаря мерам государственной поддержки родительства. В «безответственных» семьях дети могут рождаться только потому, что каждому ребёнку полагается государственное пособие, а родителям новорождённого – материнский капитал, который родитель может потратить по своему усмотрению. Культура «обеспеченных» слоёв воспроизводит иные ценности. В этой группе чаще поощряется разумный рациональный подход к рождению детей: дети появляются только тогда, когда семья готова материально и психологически взять на себя подобную ответственность. Но и здесь есть свои минусы – это значительное увеличение среднего возраста «молодых» родителей к моменту рождения их первенца, а также уменьшение количества детей в семье.

Государству также необходимо пристально следить за мигрантами, приезжающими в большие города на заработки. Чаще всего, это женщины, которые не имеют возможности содержать ребёнка. В таком случае, государство может смягчить проблему созданием системы яслей и интернатов полного содержания, где мать могла бы навещать своего ребёнка и участвовать в его воспитании. По прошествии времени, укрепив свое материальное и жилищное положение, женщина могла бы забрать ребёнка себе.

Особое внимание необходимо уделить государственной политике в информационной сфере. Опыт исследования показал, что пропагандистская кампания, направленная на укрепление родительства, должна строиться на идее семьи как высшей формы эмоциональной самореализации и настоящего смысла жизни человека.


Послесловие

Проблемы стариков, инвалидов, детей, животных – одни из самых сложных, но от того всё более важных. Они наименее защищены социально, имеют минимум физических возможностей для самозащиты, а подчас и не имеют всего этого вовсе. Со всех уголков страны и мира мы можем слышать о бедственном положении брошенных на произвол судьбы младенцах. Практически ежедневно мы стыдливо отводим глаза, если видим как чьи-то бабушки или дедушки (подчас ветераны труда или Великой отечественной войны) перебирают что-то в мусорных бочках. Мы стараемся не замечать препорошенных снегом сидящих на канализационных люках котят, покупаем дорогие норковые шубы, заранее зная, что изготовлены они из более сотни красивейших животных, влачащих свое существование в подвесных клетках, доверху набитых своими собратьями. Они режут лапки о прутья клетки и ждут того момента, когда удар током прекратит биение их сердца…

Каждый для себя является палачом и судьёй. Мы сами в ответе за близких, особенно за тех, кто находится полностью под нашей опекой. Это наши родители, это наши дети, это наши домашние животные, безответственное отношение к которым может обернуться серьёзным чувством вины в тот момент, когда старость перестанет быть отдалённой и туманной перспективой.

По материалам Фонда поддержки детей


Социальный портрет российской семьи: кризисные тенденции

Материал для данного параграфа взят из кн. Антонов А.И., Сорокин С.А. Судьба семьи в России XXI века. М., 2000. С. 96-116. Знакомясь с этим материалом, важно помнить, что профессор А.И. Антонов является одним из ярких апологетов так называемого «кризисного» взгляда на семью и считает, что семья в России деградирует, и «подлинная семья» – только та, которая состоит из двух родителей и нескольких детей (3-4 детей).).

Социальный портрет российской семьи по имеющимся и часто несопоставимым статистическим данным следует начать с демографической характеристики. Семья в демографии определяется как группа людей, объединенных узами родства или свойства, совместным проживанием и бюджетом.
Численность семей и их структура.

Численность семей в России - по последней переписи 1989 года насчитывалось 40 млн. 246 тыс. семей. Полных семей с детьми было 45%, супружеских пар без детей - 22% (включая бездетных после свадьбы и в течение всей жизни, и оставшихся без несовершеннолетних детей после отделения совершеннолетних). В 5% микропереписи населения 1994 года, где изучались уже не семьи, а семейные домохозяйства (примерно 41-42 млн. из двух и более человек) и несемейные домохозяйства (примерно 10 млн. одиночных хозяйств), пар с детьми и без детей уже было меньше - 34% и 16%. Далее, семей состоящих из одной, двух и более брачных пар с детьми и без них, и с родственниками было 15%, а домохозяйств - 13%, матерей с детьми – 12в% и 9% соответственно (отцов-одиночек было по 1% в 1989 и 1994 гг.), и еще 2% и 3% родителей-одиночек с родственниками. К прочим семьям было отнесено 3% и 24% домохозяйств. На протяжении последних сорока лет сокращается размер семьи, а ее состав упрощается и сводится к одной брачной паре с детьми. Некоторое увеличение среднего размера семьи по мнению отдельных специалистов говорит о трудностях приобретения собственного жилья молодыми супругами, и о усложнении в связи с этим структуры семьи и домохозяйств.

Кризисные тенденции семьи видны по сокращению семей с «ядром» - полных брачных пар с детьми, а также по отсутствию «ядра» вообще у 22%, тогда как в Европе и США подобная «денуклеаризация» семьи выражена еще отчетливее (30.3% и 29.8%). Суммарная доля супружеских пар без детей у нас довольно высокая (33.3%), хотя и ниже, чем в США (41.0%). Здесь проявляется неустойчивость семьи, вклад в нее разводов, однако, нет данных, свидетельствующих об уровне и росте «добровольной бездетности» (этот феномен мог бы быть выявлен - если бы имел место на самом деле - лишь в социологических исследованиях при надежном контроле за первичным и вторичным бесплодием браков).

Показатели рождаемости. Сокращение семей с тремя и более детьми и рост семей с 1-2 детьми ярче всего говорит о невыполнении семьей репродуктивной функции. Так, с 1989 г. по 1994 г. суммарный коэффициент рождаемости сократился с 2.0 до 1.4, при этом по микропереписи 1994 г. среднее число рожденных детей у женщин 40-44 лет составило 1.85 (17.4% родили трех и более детей, 47.9% - двоих и 27.7% - одного, ни одного - 7%). В целом по стране за этот период доля семей с тремя и более детьми уменьшилась с 5.7% до 5.3%, с двумя детьми с 23% до 21.4 %, тогда как среди семей с детьми доля однодетных выросла с 29.7% до31%. По расчетам В.А. Борисова и А.Б. Синельникова для простого замещения поколений необходимо на одну супружескую пару в среднем к концу репродуктивного возраста жены примерно 2.6 детей, т.е. половина брачных пар должна иметь не менее трех детей в семье.

Происходит резкое изменение типов репродуктивного поведения российской семьи. До конца 20-х годов сохраняется традиционная потребность в 5 и более детях в семье и многодетный тип поведения, причем, в сравнении с концом XIX века заметно существенное сокращение смертности - в среднем на 0.65 ребенка увеличивается фактическое число детей в семьях. В конце 30-х годов фактическая средняя детность (среднедетность) закрепляется, и в новых поколениях брачных когорт постепенно начинает распространяться новый тип потребности в детях - в 3-4 детях. В 30-40-е годы осуществляется переход к массовой среднедетности, к такому типу репродуктивного поведения, когда число рожденных и число имеющихся детей сближается. Психологически, перестает ощущаться разница между ними - очевидно, в годы войны советское здравоохранение смогло сделать рывок в снижении детской смертности. В 50-е годы уже в полную силу действуют нормы среднедетности и послевоенный «бэби - бум» происходит на уровне средней, а не высокой рождаемости, которая наблюдалась бы в случае довоенного уровня потребности в детях.

В 60-е годы складывается современный малодетный тип репродуктивного поведения с преобладающей в населении потребностью в двух детях, реализуемой близко к этому уровню вплоть до второй половины 80-х годов, когда снижение репродуктивных установок в пределах малодетности приводит к возникновению массовой потребности в одном ребенке. Этот тип поведения в первой декаде нового века станет преобладающим, потребность в двух детях будет свойственна 30-40% семей.

Тенденции брачности. На этом фоне быстрой смены типов репродуктивного поведения изменения в брачности и разводимости оказываются второстепенными, хотя и влияющими на колебания пропорций брачных когорт, а через эти структурные подвижки - и на коэффициенты рождаемости. Динамика регистрируемой брачности выглядит следующим образом. Число браков на 1000 человек с 10.6 в 1881 г. сократилось до 8.6 в 1991 г. и продолжало снижаться до 5.9 в 1996 г., а в 1997 г. стало расти (6.3). Потенциал брачности в последние десятилетия неуклонно реализуется всё меньше. С 22.4% в 1958\59 гг. до 9.7% в 1993\94 гг., причем срок реализации этого потенциала за этот период вырос с 4.5 лет до 10.3 лет. Происходящее не случайно - уровни притязаний к брачным партнерам растут в плане взаимных претензий и под прямым влиянием внесемейных ориентации. В этом также проявляется снижение ценности легитимного брака, что в свою очередь связано с повышением нерегистрируемых сожительств и с наметившимся ростом среднего возраста вступления в брак, т.е. с кризисными тенденциями семьи.

По микро-переписи 1994 года 6.5% мужчин и 6.7% женщин во всех возрастных группах старше 20 лет отнесли себя к состоящим в нерегистрируемом браке (в предшествующих переписях не было подобных данных, хотя фактический брак учитывался в общем числе браков). По мнению демографа А.Б. Синельникова сожительства (в основном характерные для вступающих в брак повторно) способны компенсировать лишь одну треть ущерба, наносимого падением числа регистрируемых браков. Средний возраст первого брака у мужчин и женщин до 1993 года понизился ( по абсолютным числам браков), а по более точному методу расчета (по таблицам брачности) - повысился на 0.26 года у мужчин и 0.66 - у женщин.


Динамика разводов

Динамика разводов в 70-е годы оставалась неутешительной, однако, в 80-е годы стабилизировалась на уровне 40 разводов на 100 браков (40%), затем с 1991 г. кривая разводимости поползла вверх. Достигнув максимума в 1994 г. (51%) абсолютное число разводов (680494) стало уменьшаться и уже в 1997 г. составило 555160 (коэффициент разводимости уменьшился с 4.59 до 3.79). Уровень разводимости остается высоким, тем не менее, снижение доли разводов следует рассматривать в контексте снижения регистрируемой брачности и роста сожительств. За 1990-96 гг. 3.8 млн. детей до 18 лет остались без одного из родителей. В соответствии с тенденциями разводов меняется доля неполных семей с одним родителем с детьми до 18 лет - с 1989 г. по 1994 г. - она выросла в 1.14 раза с 14.1% до 16%. Уровень компенсации разводов повторными браками по статистике загсов в 1989 г. составил для разведенных мужчин 58 повторных браков на 100 разводов, для женщин - 54, тогда как в 1996 г. эти показатели составили 44% и 43% соответственно. По микропереписи 1994 года вступало повторно в брак примерно две трети мужчин и около половины женщин.

Приведенные статистические данные об изменениях интегральных показателей семейного образа жизни свидетельствуют в целом о совершившемся развале традиционной семьи (безразводной или «малоразводной» с несколькими детьми). Стало очевидным отсутствие в обществе спонтанных стимулов к семейности, к той модели семьи, которая сохраняла бы в основных чертах признаки традиционной - наличие 3-4 детей и за счет этого удлинение семейного цикла жизни, продление жизни родительской семьи с несовершеннолетними детьми после отделения взрослых детей, уменьшение частоты разводов в связи с пролонгацией социализационного периода семейного цикла. К сожалению, нет статистики о доле семей с матерью - домашней хозяйкой и воспитательницей, хотя известно что в наследство от советской индустриализации нам досталась «двухзарплатная семья» - с двумя работающими родителями. Нет также данных о потере семьей роли ведущей арены социализации, об ослаблении родительского, отцовского авторитета. Но здесь важно подчеркнуть, что внутренние ресурсы семьи не способны обеспечить эффективную реализацию социетальных функций по рождению, выхаживанию и воспитанию детей.

С другой стороны, разрушение норм многодетности устраняет прежнюю социокультурную соединенность всех видов семейного поведения и ведет к репродуктивной, сексуальной, контрацептивной, и бракоразводной «революциям». Отказ общества от социальной поддержки среднедетной модели семьи в условиях разъединения прежде жестко связанных типов семейного поведения создает иллюзию возникновения «новых» форм семьи. В парадигме радикалов и модернистов эти формы начинают именоваться альтернативными по отношению к традиционной семье формами брака, родительства и родства. Внимание сосредотачивается на признаке совместного проживания тех, кто хотя бы связан узами одного из трех перечисленных выше отношений. Одновременно, общественному мнению навязываются в качестве престижных образцы внесемейного поведения - холостячество (например, среди мужчин 40-44 лет в 1979 г. было 3.2% никогда не состоявших в браке, в 1994 г. - уже 7.1%, среди женщин эти цифры были 3.4% и 4.9%); сожительство, адюльтерный брак, серийный брак с серией браков-разводов, повторный брак, неполная семья с одним родителем, мать-одиночка, внебрачные рождения (в 1997 г. вне брака родилось 25.3%).


Материальное положение российских семей.

О содержании детей в семьях можно судить по выборочным обследованиям домохозяйств, проводимых Госкомстатом России, и другими специализирующимися на изучении уровня жизни организациями. За годы реформ, ориентированных не на семью в целом и не на семью вообще, материальное положение большинства семей с детьми ухудшилось (примерно у 60%). Около 25-30% россиян сохранили или незначительно изменили свое благосостояние, 15-20% улучшили свое положение, причем 3-5% весьма и весьма значительно. Калорийность питания снизилась на 10%, объем платных услуг упал на 75%, численность безработных составила 14% от экономически активного населения. В 1998 г. произошло дальнейшее кризисное снижение уровня жизни, дифференциация в доходах между 10% наиболее и наименее обеспеченного населения выросла и составила 12.8 раз; зарплату ниже прожиточного минимума стали иметь 42.5% работников (на 12% больше, чем в 1997 г.), а в первом полугодии 1999 г. - 59.6%. В 1998 г. 47.8% населения имели доходы ниже прожиточного минимума (ПМ), 30.1% - относились к низко обеспеченным (их доходы в промежутке между ПМ и МПБ - минимальным потребительским бюджетом). Обеспеченные слои - 17.7%, у них доходы выше МПБ, но ниже БВД - бюджета высокого достатка, который в 6 раз выше ПМ. Состоятельные слои населения -4.3% с доходами выше БВД. Специалисты обращают внимание на сильную дифференциацию названных групп, так например, в Москве в сравнении с Санкт-Петербургом в 2 с лишним раза меньше бедных, на 14% меньше малообеспеченных, на 11% больше обеспеченных, и в 9 раз больше состоятельных и богатых! Радикально изменилась структура бедности - к беднякам советского периода (одиночки-пенсионеры, инвалиды, многодетные и неполные семьи) добавились не только безработные, но и работающие неполный рабочий день и\или неделю, находящиеся в отпусках с частичным сохранением зарплаты, семьи с работающими родителями, но за низкую зарплату, а также работники предприятий с задержкой выплаты зарплаты. Свыше 4\5 семей с 3 и более детьми действительно бедные, хотя в среднем при двух работающих родителях в месяц выходит до 3500 руб. (1750 руб.), т.е. у родителей не самая низкая зарплата должна быть. В эту рубрику попадает также и более половины семей с двумя детьми и даже весомая часть однодетных, хотя их в сравнении с трехдетными в два раза меньше.


Установки и мотивы брачно-семейного поведения

Наиболее заметным оказывается ценностный упадок семьи, когда привлекаются данные социологических исследований об установках и мотивах брачно-семейного поведения. Строго говоря, потребность личности, а тем более потребность семьи в детях, непосредственно нельзя измерить. Невозможно в массовом выборочном или сплошном опросе сконструировать индикатор этой потребности, способный улавливать её ослабление, происходящее при смене поколений. Любые ориентации на число детей в семье, выражаемые средними величинами при одномоментном исследовании, условны. А прямое измерение интенсивности отношений людей к тому или иному числу детей по сложным методикам или тестам весьма трудоемко и стоит дорого.

В настоящее время в демографии семьи применяются так называемые показатели предпочитаемого числа детей - их около 20 и все они измеряют потребность в детях не в чистом виде, а при каких-либо условиях, формулируемых в вопросах адресуемых респонденту. Широкое распространение получили три показателя - идеальное, желаемое и ожидаемое число детей, которое лучше именовать репродуктивными ориентациями, а не установками как принято. Установка на число детей это готовность человека (семьи) к реальному воплощению в жизнь своих ориентации. Средние величины трех выше упомянутых показателей ничего не говорят о силе намерений или о силе мотивации. Другими словами, - о самой потребности в детях, которая остается латентной и проявляется в каждом показателе лишь какой-то одной своей стороной в зависимости от условий, сформулированных в вопросе. Тем не менее, при сопоставлении с фактическими числами детей эти индикаторы способны дать представление об уровне репродуктивных ожиданий и об их динамике за ряд лет, если учитывается возраст опрашиваемых, стаж брака и т.д.

В микропереписи 1994 года впервые в отечественной и мировой практике переписей населения респондентам были заданы два вопроса, сначала об ожидаемом числе: «Сколько всего детей собираетесь иметь (включая уже имеющихся)»? И вслед за ним – о желаемом числе: «Сколько всего детей хотели бы иметь?» В первом случае прямо не оговариваются условия, при которых собираются иметь то или иное число детей, но упоминание о включении в это итоговое число уже имеющихся детей, ориентирует респондента на существующие обстоятельства жизни. В этом контексте читается следующий вопрос о том, а сколько хотелось бы иметь, если бы...но это «если» не называется, респонденту дана возможность самому провести грань между тем, сколько всего собирается иметь детей на самом деле, и сколько хотелось бы иметь их при каких-то лишь ему известных условиях. Конечно, данное рассуждение является интерпретацией исследовательской, конвенциальной, допускающей различия в понимании респондентами смыслов между «собираетесь иметь» и «хотели бы иметь». При этом не имеет значения, что именно люди могут понимать под этими глаголами и какие именно конкретные условия жизни -и нынешние и будущие - могут иметь в виду. Если обнаружатся различия и «хотеть» будут больше, чем «собираются иметь», значит, «реальные» условия «срезают» и тормозят в какой-то мере желания, не позволяют полностью осуществить имеющуюся потребность в детях.

Неопределенность условий не страшна - это могут быть и какие-то «трудности» в сегодняшних условиях жизни, либо какие-то возможные изменения жизненной ситуации. Важна величина различий между ожиданиями и желаниями - чем она меньше, тем вероятнее можно судить о скрытой за ними, подспудной потребности в детях. Чем она больше - тем большее значение респонденты придают условиям жизни, какими бы они ни были конкретно. С другой стороны, отсутствие различий, полное сходство этих двух показателей не только приближает к представлению о полной реализации потребности в детях, но может свидетельствовать о сходстве самих показателей, о том, что они измеряют один и тот же аспект латентной потребности в детях, а не всю её в полном виде. В связи с этим, желаемое число детей иногда формулируется иначе, спрашивают, сколько хотелось бы иметь детей при всех необходимых для этого условиях жизни своей семьи. В этом случае желаемое число становится как бы идеальным для своей семьи, трудно достижимым, т.к. «все необходимые» условия могут быть лишь в идеале. Но здесь важен потенциал репродуктивных желаний, как бы независящий от условий жизни, тот уровень потребности в детях, который по замыслу ученых мог бы быть достигнут, не будь реальная семья далёкой от «всех необходимых» условий. Следует подчеркнуть, что демографы по-разному интерпретируют эти показатели. С социологической точки зрения, к этим трактовкам надо относиться осторожно, и совершенно недопустимо считать, что идеальное число отражает якобы социальные нормы рождаемости, желаемое число - потребность в детях, а ожидаемое число дает реальную готовность к рождениям на ближайшие несколько лет.

Вместе с тем, если вводить в одно и то же исследование целый ряд этих многозначных по своей сути показателей предпочитаемого числа детей, то можно при близости их значений точнее определить величину искомой потребности и степень её реализации. Однако, только сопоставление всех этих показателей с фактическим числом детей дает точное представление о полноте удовлетворения имеющейся потребности в детях. С учетом нынешней краткости (внутри семьи) репродуктивного цикла жизни - в среднем 3.5 года от момента заключения брака до рождения последнего ребенка, и 2.5 года между рождениями первого и последнего ребенка, а также с учетом незначительности вклада старших (св.35 лет) поколений в рождаемость можно считать, что примерно 3-5 лет требуется репродуктивным семьям для реализации их ожидаемых и желаемых ориентации.


Финансовый портрет молодой российской семьи

Банк "Хоум Кредит" подвел итоги исследования, посвященного финансовому портрету молодой семьи России. Проект основан на данных маркетинговых исследований Market, Brand & Advertising (MBA) и Usage & Attitude (U&A), проводившихся банком в декабре 2007 года и апреле 2008 года. Общее число опрошенных респондентов по всей России составило более 3 тыс. человек.

Цель исследования – получить финансовый портрет молодой семьи, выявить ее потребительские предпочтения, потребности в новых банковских услугах и продуктах.

В ходе исследования был получен следующий социальный портрет молодой семьи – это люди в возрасте до 30 лет, официально зарегистрировавшие брак либо живущие в гражданском браке (77%), большинство из них имеют детей (68%). Основной доход молодых семей – это заработная плата (для 90% опрошенных), а также пособие на ребенка, помощь родителей и близких, стипендия.

Молодые семьи – более активные потребители, чем обычные семьи. Они чаще покупают и больше тратят. Каждый месяц более 85% молодых семей покупают косметические товары, такие же покупки делают 75% обычных семей. Соотношение затрат "молодой семьи" и "обычной семьи" в различных сегментах выглядит следующим образом: одежда – 68% – 50%, обслуживание автомобилей – 30% – 18%, бытовая техника – 9% – 6%, мебель – 8% – 5%, аудиотехника – 6% – 5%. На продукты и ремонт молодые и обычные семьи тратят одинаково: 11% и 95% соответственно.

Исследование выявило, что молодые семьи являются также активными потребителями банковских услуг: 80% имеют опыт обращения в банки, 25% от респондентов хоть раз оформляли кредит, 13% открывали депозитный счет.

При этом исследование показало, что большинство молодых семей не имеет возможности делать накопления. 38,3% опрошенных молодых семей не имеют сбережений на банковских счетах, 25,7% откладывают очень редко, 11,3% откладывают не часто, но регулярно и только 7,4% пополняют свой банковский счет ежемесячно.

В результате интервью было выявлено 3 группы молодых семей России по стилю жизни и потребительскому поведению. "Активные, ориентированные на карьеру" (Целеустремленные, современные. Идут в ногу со временем. Следят за последними тенденциями в стиле, моде, за развитием технологий. Уверенные в себе. При любом выборе в жизни доверяют в большей степени только себе. Самостоятельны. Стараются постоянно быть в тонусе и подчеркивать свой статус и положение в обществе. Ориентированы на свое благополучное будущее) - 10% опрошенных, "Образцовая семья" (Семья для них жизненный приоритет. Они заботятся о сохранении и рациональном распределении семейного бюджета. Это лежит в основе их покупательского поведения. Нужна полная уверенность в качестве товаров, известности марок. Есть готовность переплачивать за эту уверенность и стабильность) - 34% и семьи, "Живущие сегодняшним днем" (Не готовы пробовать новые продукты, экспериментировать и искать лучшие альтернативы. Тем более не готовы платить за это. Они экономно тратят свои средства и покупают только самое необходимое. Люди с невысоким достатком и низким уровнем потребления) - 56%.

Среди пользователей банковскими услугами можно выделить следующие "типажи". "Продвинутые пользователи" - высокая текущая и потенциальная потребительская активность. Типичный продукт: дебетовая карта, кредитная карта, автокредит, ипотека. "Умеренные пользователи" - умеренная текущая и потенциальная потребительская активность. Типичный продукт: дебетовая карта, кредитная карта, автокредит. "Пассивные пользователи" - низкая текущая и потенциальная потребительская активность. Типичный продукт: POS-кредит, револьверная карта.

Самым популярным среди молодых семей остается POS-кредит, его предпочитают порядка 35% опрошенных, на втором месте – автокредит (18%), далее идут кредитная карта (15%), кредит наличными (10%) и ипотека (4%).



"В России 2008 год объявлен Годом Семьи, и мы не могли обойти стороной этот важный сегмент, составляющий сегодня 20% от населения России и являющийся одним из самых добросовестных в нашей клиентской базе, – отметил Игор Пржеровски, директор по прямым продажам, маркетингу и PR Банка "Хоум Кредит". – Сегодня банк уже предлагает ряд продуктов для молодых: кредиты наличными "Престиж", "Семейный комфорт" и POS-кредит "Новая семья". Молодые живут по принципу "здесь и сейчас" и наша задача предложить такие продукты, которые позволят им жить полноценной семейной жизнью уже сегодня".


Смотрите также:
Портрет российской семьи XXI века в цифрах и тенденциях
199.99kb.
1 стр.
История семьи на фоне российской истории XX века
68.23kb.
1 стр.
Исследование студента 4-го курса факультета мбда пархитько П. И. Москва, 2011 год
50.57kb.
1 стр.
Всероссийской научно-практической (заочной) конференции «Аспиранты для науки XXI века», посвященной 25-летию Кировской гма и проводимой в рамках Дня аспиранта 21 января и Дня российской науки 8 февраля
26.56kb.
1 стр.
Праздник «День семьи» в средней группе 21 мая 2008 года
172.09kb.
1 стр.
Спирулина – пища XXI века Москва 2006 ббк 53. 54 Х 03 спирулина – пища XXI века. – Москва «Фарма Центр»
2280.14kb.
9 стр.
Этнодемографические процессы в среде ненцев ямала в XX начале XXI века 07. 00. 07 этнография, этнология и антропология
354.11kb.
1 стр.
Программа «Начальная школа XXI века» Н. Ф. Виноградовой) Тема урока: «Сказка о царе Салтане…» (отрывок). Цели: Первая часть урока
49.05kb.
1 стр.
О программе «Начальная школа XXI века» умк «Начальная школа XXI века»
54.62kb.
1 стр.
Протоиерей Борис Даниленко Православная традиция и современные реалии в российской школе XXI века
126.62kb.
1 стр.
Конкурс исторических исследовательских работ старшеклассников
84.45kb.
1 стр.
Город на севере Мозамбика, на берегу Индийского океана Робинзоном, oкруженным комфортом XXI века может почувствовать себя каждый
112.83kb.
1 стр.