Главная
страница 1
Вече Твери, 10.03.10
В небе над Третьим рейхом
Приближается очередная, уже 65-я годовщина Великой Победы. В ее честь многим ветеранам вручены юбилейные медали. К сожалению, участников Великой Отечественной с каждым годом становится все меньше и меньше.

Что можно рассказать о ней? Начну с небольшого отступления.


НАЧАЛО ВОЙНЫ

Я часто встречался с фронтовиками. В откровенных беседах и рассуждениях у нас сложилось свое видение о начале войны, которое в дальнейшем нашло подтверждение при моем знакомстве с архивными материалами. В 1941 году сил для обороны было достаточно, но мы не были готовы ни к войне, ни к обороне. Победы достигались огромными потерями, в три-четыре раза превышающими потери немцев. Поэтому не случайно не указывались наши потери не только при поражениях, которые терпела Красная армия, но и в ходе успешных операций. Оправдания этому нет!

В своей книге член-корреспондент РАН Д.А. Волкогонов называет цифры погибших и соотношение потерь в годы Великой Отечественной войны в пределах 26 — 27 миллионов человек. Из них около десяти миллионов пали на полях сражений или погибли в плену. По подсчетам Волкогонова, соотношение безвозвратных потерь составляет 3,2 : 1 не в нашу пользу.

Кадровая проблема была одной из острейших для армии и флота. Она возникла в вооруженных силах задолго до войны. Из материалов проверки (справки) комиссии ЦК КПСС под предводительством А.Н. Яковлева видно, что самое активное участие в организации репрессий против комсостава принимал Ворошилов. С его санкции было организовано уничтожение кадров высших военачальников и политических работников Красной армии.

Здесь уместно, видимо, упомянуть о самом начале войны. Уже известно, что Сталин, от которого зависело принятие важнейших решений, с недоверием относился к информации о готовности гитлеровской Германии напасть на нашу страну. Многие сообщения о том, что война уже у порога, до Центра не доходили, так как не все жаждали превращаться в «лагерную пыль».

По мнению писателя Владимира Карпова, Сталину еще казалось — если он не поверит в очередное сообщение разведки, то нападение не состоится.

И все же, несмотря на катастрофическое начало войны, Германии не удалось сломить дух наших воинов. Не удалось верхушке Третьего рейха и разжечь международную рознь в стране, на что немцы очень рассчитывали. Также не удалось восстановить одни конфессии против других. Народ, увидев смертельную угрозу, сплотился.
АВИАПОЛК

Война прервала мирное течение жизни, молодость мою и моих сверстников. Когда она началась, я еще учился в школе. В сентябре 1944 года меня призвали в ряды вооруженных сил и направили на учебу в Челябинское военное авиационное училище штурманов и стрелков-радистов авиации дальнего действия. Там по ускоренной программе прошел подготовку и в качестве воздушного стрелка попал в 111-й бомбардировочный авиационный полк дальней авиации.

Материальная часть нашего полка состояла из американских двухмоторных самолетов Б-25 (B-25 «Митчелл»). В состав экипажа входило шесть человек (командир корабля, второй пилот, штурман, стрелок-радист и два воздушных стрелка — хвостовой и турельный). Эти самолеты доставлялись из США в СССР через аэропорт Нижний Сеймчан на Колыме.

По прибытии в полк вначале был мастером авиавооружения. Служба тяжелая и изнурительная. Днем и ночью подвешивали бомбы по 300 килограммов и тяжелее, чистили крупнокалиберные пулеметы, готовя самолеты к боевым действиям.

Затем летал с экипажем командира корабля Деренчуком на боевые задания, у меня шесть боевых вылетов. Тепло вспоминаю сослуживцев авиаполка — Перепелкина, Смолина, Рыкова, Кочеткова, Зорина и других товарищей, как говорят, братьев по оружию.

За ратный труд удостоен двадцати двух наград, в том числе ордена Отечественной войны II степени, медалей «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», «За взятие Берлина», «За победу над Германией» и ряда юбилейных медалей.


НАД КЕНИГСБЕРГОМ

В ходе войны наш авиаполк сделал много боевых вылетов на Кенигсберг и Берлин. Битвы за эти города разгорелись самые ожесточенные. Остановлюсь на этих военных операциях более подробно.

Кенигсберг (ныне Калининград) был столицей Восточной Пруссии, и немцы считали, что этот город абсолютно неприступная твердыня. «Русским его никогда не взять», — полагали немецкие генералы. Действительно, Кенигсберг был превращен в настоящую крепость.

Численность наших войск была примерно такая же, как и у немцев, но мы имели значительное преимущество: в артиллерии — в 1,3 раза, в танках — в 14 раз.

Штурм Кенигсберга начался 6 апреля 1944 года. А на другой день Кенигсберг подвергся массированному удару с воздуха силами бомбардировщиков и штурмовиков ВВС фронтов, а также соединений 18-й воздушной армии дальней авиации, в которую входил и наш 111-й авиаполк. Полку довелось бомбить также порт-крепость Пиллау (ныне Балтийск). Постоянным воздушным атакам подвергались аэродромы врага. Наше господство в воздухе было полное.

9 апреля Дальняя авиация и ВВС фронтов вновь нанесли массированный воздушный налет. В результате действий авиации и всех родов войск наземных сил в 9 часов вечера гарнизон крепости Кенигсберг капитулировал. В ходе Кенигсбергской операции было взято в плен 92 тысячи вражеских солдат и офицеров, в том числе 1800 офицеров и генералов. Сдавшийся в плен комендант города Ляш при допросе сказал: «Во взятии Кенигсберга русская авиация сыграла исключительную роль, солдаты были измучены, прижаты к земле, загнаны в блиндажи».

В послевоенные годы зарубежная пресса высказывала много упреков в адрес Советского Союза, обвиняя высшее военное руководство страны в том, что не надо было так сильно разрушать Кенигсберг, превращать древний красивый город в кучу мусора. Но война есть война. Хотя наше военное командование дважды предъявляло ультиматум гарнизону Кенигсберга о сдаче, на эти мирные инициативы не были получены даже ответы. Нужна была победа над жестоким противником — и противнику должна была противостоять мощь, превосходящая силу вражеских действий.
БЕРЛИН

Еще более ожесточенными были бои за Берлин. Наш авиаполк перебазировался в город Цеханув, откуда систематически, днем и ночью, но чаще ночью, производились боевые вылеты на бомбардировку столицы Третьего рейха. Многие наши самолеты возвращались с боевых заданий с пробоинами. К примеру, сильно была повреждена машина командира Сороки, но все обошлось, и он благополучно приземлился. Нашему полку за эти фронтовые подвиги было присвоено звание «Берлинский».

И вот долгожданная Победа! Не передать словами, какое было ликование. Словно с плеч свалилась огромная тяжесть. У всех сияющие лица, радостные улыбки, поздравления, объятия и сумасшедшая пальба из всех видов оружия — у кого что было на вооружении. У меня был автомат, и я разрядил из него целый рожок. Затем мы — воздушные стрелки и стрелки-радисты — побежали к своим самолетам и из пулеметов строчили в небо, выражая таким образом радость победы. А вечером в Москве был произведен настоящий салют Победы!

…Победа не пришла сама по себе — она была завоевана всем народом. В тылу женщины, старики и подростки делали снаряды, танки, пушки, минометы, винтовки, автоматы. А солдаты на фронте ничего не жалели ради Победы, даже собственной жизни.


ПОЛЬША

Вскоре наш полк перебазировался в Польшу, в город Кросно. Обстановка была тревожная, опасности подстерегали нас на каждом шагу. Особенно офицеров, которые свободно перемещались по городу и посещали рестораны с танцами, так называемые Забавы. Многие из них погибли от рук польской молодежи.

Ежесуточно наш аэродром, где базировались самолеты, экипажи и батальон аэродромного обслуживания (БАО), охранялся часовыми с оружием в руках и с пулеметами, особенно когда были ночные тренировочные полеты. Поляки и бандеровцы из лесов обстреливали наши самолеты из стрелкового оружия и пулеметов. Но аварий или катастроф, к счастью, не происходило.

НА РОДИНЕ

20 мая 1946 года наш полк вернулся на родину, в город Бобруйск, и с этого времени у меня началась мирная служба и жизнь. Первоначально меня привлекли к штабной работе в эскадрилье полка. Затем назначили начальником секретной части полка, в которой я проработал два года.

А в 1949 году меня направили на учебу, шла подготовка офицерского состава для штабной работы в органах прокуратуры и авиационных войсках. Учеба проходила в Смоленске при штабе 50-й воздушной армии дальней авиации.



По окончании военного училища мне присвоили воинское звание лейтенант, и я был направлен в распоряжение Главной военной прокуратуры Союза ССР. Судьба сложилась так, что в жизни нужно было проходить еще один невидимый фронт — это борьба с преступностью. Из ГВП в апреле 1951 года я был назначен в военную прокуратуру войск МГБ по Дальстрою в город Магадан. Но это уже другая история.
Гребнев И.А., ветеран Великой Отечественной войны и прокуратуры, старший советник юстиции, заслуженный юрист РФ, майор в отставке Вооруженных сил СССР


Смотрите также:
В небе над Третьим рейхом
57.08kb.
1 стр.
«звездочка»
102.75kb.
1 стр.
Над Хабаровском первый полет самолета "Блерио" состоялся 23 августа 1912 года.
16.76kb.
1 стр.
В небе над Луковниковом
212.7kb.
1 стр.
«Ночной охотник» встает в строй
24.95kb.
1 стр.
Правила фитнес клуба Общие положения
101.54kb.
1 стр.
Мхк 9 урок19 Мир византийской культуры.
96.97kb.
1 стр.
Влияние комет на вулканы (ержан орымбетов)
13.47kb.
1 стр.
Серая мышь виль Владимирович Липатов
1309.17kb.
8 стр.
Реферат «джордано бруно. Человек и философ»
143.26kb.
1 стр.
Планета Марина, сверкающая на небе и на земле
44.32kb.
1 стр.
Молодой человек смотрит вдаль. На море. Он чувствует свободу полета над морскими просторами, как те чайки, что кружат сейчас в небе. Он полон сил, радости и счастья
102.28kb.
1 стр.