Главная
страница 1
  Линдон Ларуш — кто он такой? Американский экономист, политолог, миллионер, профессор, “крестный отец” СОИ, неоднократный кандидат в президенты США, которого всякий раз "зарубали" в предвыборной гонке из-за его кардинальных мировоззренческих отличий от всех прочих кандидатов. А если поглубже? Непримиримый борец с господствующей сегодня монетаристской, либеральной иерархией ценностей в политике и экономике трех четвертей планеты и связанной с ней системой "промывания мозгов" в западной системе образования. Специалист по философии и истории науки, знаток Платона, Лейбница, Римана, Вернадского, создатель оригинальных концепций развития математики, термодинамики, музыки.
     А есть ли что-то еще более глубокое в Ларуше? Есть. Обобщая в своих работах движение человеческой мысли от неандертальца к Египту, Греции и Риму, через Возрождение к Новому времени, воссоздавая ход истории за последние шесть тысяч лет, Ларуш всю свою жизнь творит, по сути, некую новую теодицею, оправдание Бога. В антиэнтропийном развитии цивилизации на планете Земля и в творческом, позитивном, приумножающем земные богатства людском труде он видит доказательство непрерывного Божественного присутствия в мире, Его бесконечного, неостановимого творения, Его Воли, составляющей смысл развития всей Вселенной. Именно эти теологические категории являются стержнем эмпирических экономических, финансовых или политологических воззрений Линдона Ларуша, которые неминуемо восстают против того искаженного, "богоотступного" понимания роли человека в космосе, которое господствует на планете Земля последние несколько десятков лет, воплощенное в политико-экономические модели развития человечества под гегемонией англосаксонской цивилизации.
     Попытаемся теперь более подробно разобрать экономические и философские взгляды Линдона Ларуша на примере его, пожалуй, важнейшего труда "Физического экономика", написанного в 1994 году.
     Начинает Ларуш с доказательства того, что в течение последних сорока лет в мировом хозяйстве, включая "передовую" американскую экономику, наблюдается спад, который приобрел настолько системный характер, что в скором времени грозит обернуться глобальной катастрофой человечества и новыми "темными веками".
     Ларуш предлагает непредвзято оценить состояние экономики того или иного государства на основе подсчета типичной потребительской корзины домохозяйства в физических объемах производимых сельскохозяйственных и промышленных товаров. Сюда включены все основные статьи физического потребления плюс две основные категории услуг: здравоохранение и образование.
     Если мы вслед за Ларушем рассмотрим изменение потребительской корзины в расчете на душу населения, домохозяйство или квадратный километр на протяжении последних сорока лет, то придем к неумолимому выводу: выработка продукции материального производства все это время неуклонно снижалась практически повсеместно в мире. Сначала это было лишь замедление темпов экономического роста, а затем обернулось "абсолютным упадком".
     "С 1967 по 1990 гг., — пишет Ларуш, — уровни производства в расчете на 1 домохозяйство большинства предметов наполнения как производственной, так и потребительской рыночных корзин, упали от 7 до 90%, причем для большинства товаров коллапс составил 40% и больше. Это демонстрирует спад и в производственной, и в потребительской рыночных корзинах в целом и показывает неспособность США обеспечивать воспроизводство".
     Ларуш называет три принципиальные причины, которые до сих пор заставляют население развитых стран, и в первую очередь США, закрывать глаза на эту проблему и верить утверждениям политиков об "экономическом процветании". Прежде всего, это нынешняя доверчивость большинства населения Земли, оболваненного массовой культурой и принужденного к "политкорректным" формам изъявления общественного мнения.
     Вторая причина заключается в элементарной лжи официальной статистики, которая отказывается, например, вычитать из валового национального дохода стоимость невыполненных работ в производственной инфраструктуре.
     И третья причина всеобщей уверенности в процветании кроется в господствующей практике счета национального дохода, когда правительства, подсчитывая "прибыль", не желают различать собственно полезное производство и потребление благ, и ненужное расширение номинального дохода. С появлением в 1964 году лживой, но влиятельной доктрины "постиндустриальной утопии" огромная масса рабочей силы США и других развитых стран оказалась занятой в различных видах "услуг" типа распределителей "быстрой пищи", игорного бизнеса или финансовых операторов, которые не добавляют ничего к выпуску физического объема чистого продукта, но чья прибыль официально вносится в общую копилку "экономического роста ВНП".
     Но в чем же причина того, что ведущие экономисты и политики планеты, обманывая людей, ведут свои народы к катастрофе? На взгляд Ларуша, она состоит в том, что "коллапс был определен главным образом общими дефектами мышления, формирующего политику. Необходимо признать, что этот коллапс был порожден исключительно воздействием тех идей нулевого роста экономики, которые были внедрены в качестве аксиом в мышление Адама Смита и Карла Маркса, а совсем недавно — в системный анализ, введенный в экономику после 1938 г. радикальным позитивистом Джоном фон Нейманом".
     Ларуш переходит к анализу того, в чем заключается принципиальная ошибочность идей "нулевого роста" экономики. Дело в том, что системы и Смита, и Маркса, и Неймана, и Дж. М. Кейнса, и Дж. С. Милля — вся британская политэкономия — описывают исключительно энтропийные процессы. "Когда же физическим процессом, таким, как экономический, управляют идеи, математическое представление которых является энтропийным, тогда результатом будет развал любого процесса, который регулируется таким способом".
     "Для Смита, Риккардо, Маркса, Милля и фон Неймана прибыль есть нечто, взятое одной личностью из кармана другой в форме, например, торговой прибыли, ростовщичества или некоторого отъявленного спекулятивного обмана типа сегодняшних "бросовых" облигаций", — пишет Ларуш. "На языке фон Неймана для них, как и для сегодняшних мальтузианцев, экономика — это лишь гигантское круглогодичное казино или игра с n-игроками и нулевой суммой". Попутно им французские физиократы доказывали, например, что весь чистый рост богатства общества на душу населения представляет собой "дар природы", а не результат производительного труда человека. "Любимая физиократами Земля-Гея производила все увеличения богатства, а трудящиеся были просто "щиплющим травку скотом” на полях Геи, пережевывающим ее щедрый дар".
     Ключом к пониманию экономических догм Смита, Мальтуса, Маркса, Рикардо и прочих Ларуш называет общественную доктрину Джона Локка. Согласно ей, общество людей — это не более чем скопление отдельных единиц, которые движутся хаотично под воздействием лишь трех основополагающих импульсов: "оставаться в живых (жизнь), стремиться к чувственному удовольствию (свобода) и удовлетворять жадность (собственность)". Индивидуум рождается как "чистый лист" без каких-либо врожденных идей и подвластен всем ветрам этого мира. Современный человек — это своего рода животное, с животными инстинктами и животной же жизнедеятельностью, который мало чем отличается от бабуинов, живших 10 миллионов лет назад.
     Однако, замечает Ларуш, в подобных рассуждениях что-то не вяжется. "Мы поднялись над теми существами, которые были от природы наделены культурным потенциалом на уровне бабуинов, над тем периодом, когда население Земли составляло не более 10 млн. человек с непродолжительным сроком жизни. Мы вышли на современный глобальный потенциал, когда при достигнутом уровне технологий на Земле могут проживать около 25 млрд. человек и даже больше. Мы сделали первые шаги на пути создания возможностей не только для исследования, но и для освоения космического пространства". На протяжении всей своей истории, и чем ближе к нам, тем больше, человечество непрерывно совершало гигантские революционные открытия, а вовсе не "щипало травку" или "перекладывало прибыль из одного кармана в другой". Антиэнтропийный прогресс человечества сравним, по убеждению Ларуша, разве что с "развитием нашей биосферы или порождением вселенной упорядоченной совокупности элементов и изотопов, представленных в Периодической таблице". Следовательно, простые энтропийные политэкономические системы не в состоянии так просто брать и описывать всю историю человечества и тем более диктовать ему, как жить дальше.
     Отвечая на вопрос, чья же политэкономия могла бы более правильно описать прогресс человечества, Ларуш называет имя Лейбница — противника Локка, Смита и Маркса. Именно Лейбницу принадлежит заслуга в разработке идеи тепловых машин и понятия технологии, которые увеличивают общую физическую, а не "ростовщическую", производительность общества на душу населения. Из философии Лейбница вытекает, что от животного мира человека отличает рост плотности населения благодаря росту производительности труда, который “ставит его над другими живыми существами во временной вечности и характеризует отдельного индивидуума как неполный образ Творца”. И сам труд, физическое воспроизводство богатств этого прекрасного мира есть не что иное, как подвизание в делах Бога, сотрудничество с Богом, уподобление Богу в Его вечном антиэнтропийном "подкручивании мировых часов", чтобы те не остановились. Как же чужды были эти идеи разуму теоретика "животного человечества" Джона Локка или Адаму Смиту, состоявшему на службе у британской Ост-Индской компании, занимавшейся опиумной контрабандой и торговлей рабами, или французским физиократам — феодальным землевладельцам и ростовщикам!
     Лейбницевские идеи, нашедшие отклик у Римана и Вернадского, у Листа и Менделеева, у Витте и Гамильтона, у де Голля и Аденауэра, оказались чуждыми современным "мозгоправам" из мировой политико-экономической элиты. "В результате любая национальная и даже мировая экономика, — утверждает Ларуш, — если управление ею основано на современных "неоконсервативных" идеях "демократии и свободной торговли" или на так называемых "обусловленностях" Международного валютного фонда, обречена на скатывание к хозяйственной и политической разрухе, к хаосу и гибели".
     Выявить и решить эту глобальную проблему и призвана, по мысли Ларуша, его физическая экономика как наука, способная описать и предсказать фактическое неэнтропийное развитие человечества.
     Дальнейшие свои построения Ларуш возводит на фундаменте двух взаимосвязанных категорий. Во-первых, это "потенциальная плотность населения", которая является истинным показателем развития производительных сил общества и вмещает в себя физические процессы производства, потребления и воспроизводства человечества, а также необходимые услуги вроде образования, здравоохранения и искусства, в стоимостных показателях в расчете на душу населения, на домохозяйство и на квадратный километр.
     Рост потенциальной плотности населения обеспечивает возникновение "революционно-аксиоматических открытий", второй важнейшей категории в системе Ларуша. Эти открытия являются продуктом творческого ума человека и непрерывно влекут человечество по пути прогресса, служа в свою очередь источниками роста физической производительности труда. "Не пустое математическое пространство-время, а именно мы благодаря творческой силе ума создаем неэнтропийные формы экономического роста", — пишет Ларуш.
     Прозреть и отказаться от гибельных догм и отчетов "энтропийных учений", преодолеть власть мировых олигархов, тормозящих технологический прогресс и превращающих большинство народа в оглупленное стадо, впрячься в благородный производственный труд и дать простор революционной силе нашего ума, чтобы преодолеть угасание в тепловой смерти, — такова, по мысли Линдона Ларуша, стоит сегодня задача перед человечеством. И лишь выполнив ее, каждый из нас до конца постигнет, что он есть образ и подобие Бога.

Линдон Ларуш и Россия
Ларуш — искренний друг России. После освобождения из тюрьмы он несколько раз побывал в Москве, выступал в Госдуме, академических НИИ, московских вузах, на предприятиях, встречался с крупными учеными, политиками и государственными деятелями. Специально для научно-практической конференции «О защите внутреннего рынка России» и к парламентским слушаниям по этой теме Ларуш подготовил большой меморандум «Перспективы возрождения народного хозяйства России», который был переведен и издан на русском языке. Кроме того, широкое распространение в России и других странах СНГ получили русские переводы двух его монографий - «Вы на самом деле хотели бы знать все об экономике?» (1992) и «Физическая экономика» (1997), а также целого ряда научных статей и докладов, опубликованных в «Бюллетене Шиллеровского института науки и культуры».
Линдон Ларуш представляет для нас интерес как экономист, идеи и взгляды которого диаметрально противоположны монетаристским принципам, взятым на вооружение российским правительством и приведшим страну к беспрецедентной для мирного времени экономической разрухе. Поэтому Ларуш призывает открыто признать, что теория Адама Смита и ее нынешних монетаристских почитателей неприемлема для восстановления экономики России. Вслед за известным российским экономистом и государственным деятелем конца ХIХ — начала ХХ столетия С.Ю. Витте он подчеркивает, что «свободная торговля» всегда была «политикой, навязываемой Британией тем странам, которые были ее жертвами».
Принципиальный порок современных экономических теорий, которые преподают в университетах США (а в последнее время — и в России) в курсах «Экономикс», состоит в том, что они «предписывают» регулирование производственных и социальных процессов через обращение. При таком подходе причина и следствие меняются местами, т.к. хорошо известно, что производство — первично, а обращение — вторично. Поэтому предпринимаемые попытки, в частности в России превратить экономический спад в подъем через обращение оказались тщетными. Отсюда понятно, насколько эфемерным является лозунг «рыночной экономики». Торговля и рынок — неотъемлемые атрибуты здоровой экономики, но они всегда были и остаются в арсенале ее важных инструментов, а не самоцелью.
Но примат обращения над производством — это не главная беда нынешних проблем российской экономики. Линдон Ларуш в упомянутом выше меморандуме обращает внимание на то, что «Россия оказалась втянутой в новую фазу всемирной валютно-финансовой разрухи». Тут уже речь идет о волнах разрухи, вызванной спекуляцией на рынке вторичных ценных бумаг (так называемых дериватов). К сожалению, Россия , будучи в состоянии экономического кризиса, безоглядно помчалась во все мыслимые и немыслимые международные финансово-экономические институты и процессы. В результате, подобно многим другим странам, как справедливо отмечает Линдон Ларуш, она «разрушается тем же самым мировым финансовым круговоротом, который сейчас приводит к краху все большее число стран в различных регионах планеты».
Разразившийся в мае кризис на фондовых рынках России Ларуш предсказывал еще в январе. В феврале благодаря денежным впрыскиваниям МВФ и США кризис удалось отодвинуть, но теперь он проявился еще более масштабно. Потери от него поистине колоссальные. Потери фондового рынка составили 15%, а с начала года — 50%. В 1993 году в России начал функционировать рынок государственных ценных бумаг. За пять лет Минфин при помощи этих бумаг получил 32 млрд. руб. «живых» денег. Но при этом, по данным фонда «Реформа», ему пришлось выплатить в виде процентов 450 млрд. руб.
На этот раз ради спасения пирамиды ГКО, метко названной в печати «монетаристским ублюдком», Центробанк России прибегнул к повышению ставок рефинансирования и ломбардной до 150% годовых. А президент Борис Ельцин привлек в правительственную команду таких «пещерных» монетаристов, как Борис Федоров в качестве главы Госналогслужбы и Егора Гайдара как консультанта правительства Кириенко. Эти деятели вместе с главой Центробанка Дубининым на какое-то время погасят пожар на фондовом рынке, но на инвестиции в развитие экономики средств не останется.
Для вывода России из экономического кризиса все более актуальными становятся рекомендации Линдона Ларуша о реорганизации международной валютно-финансовой системы правительствами национальных государств через ее организованное банкротство.
Эти и другие рекомендации вытекают из принципов, заложенных Ларушем в основания разрабатываемой им научной дисциплины — «Физической экономики». Он рассматривает экономику не как отдельную, т.е. автономно функционирующую сферу жизнедеятельности человека, а глобально увязывает ее с универсальными принципами развития жизненного процесса на всех уровнях — от биологического до вселенского. Истоки такого подхода восходят к древности (Платон), эпохе Возрождения (Николай Кузанский, Леонардо да Винчи), новому времени (от Лейбница, М.В. Ломоносова, А.Гамильтона, Г.Кэрри, Ф.Листа, К.Гаусса, Н.И. Лобачевского, Б.Римана до Д.И. Менделеева, С.Ю. Витте, В.И. Вернадского и др.).
Основываясь на статистических данных ООН, Ларуш показал, что за период 1963 — 1993 гг. выработка продукции во всем мире снизилась в расчете на единицу рабочей силы. Однако общественное мнение в США да во всем мире верило официальным отчетам, утверждавшим об «экономическом выздоровлении» и даже «процветании».
Ларуш назвал причины, которые привели многих американцев к этой ошибке. Первая — это формирование доверчивости у населения при помощи «промывания мозгов» средствами массовой информации. Вторая причина связана с ошибочным доверием к отчетам, по которым финансовый прирост от обширных спекулятивных и других паразитических форм деятельности исчисляется как рост национального дохода на равных правах с производством пищи, одежды, оборудования или транспорта. Если не проводить различия между физически бесполезным расширением номинального дохода и полезным производством, то от одной легализации торговли наркотиками и проституции ВВП США увеличился бы примерно на 500 млрд. долл., причем без какого-либо прироста необходимой производственной продукции. Третий момент — это ложь американской статистики, когда прибавляют несуществующую «добавленную стоимость» с целью фабрикации фальшивых отчетов о ВВП. Наконец, появившаяся в середине 60-х гг. утопическая доктрина «постиндустриального общества» как бы узаконила злокачественный рост занятости в тех сферах «услуг», которые ничего не добавляют к производительности экономики. К наихудшим из них относятся легализованный игорный бизнес, финансовые операции и нелегальная торговля наркотиками.
На основе анализа официальной статистики Министерства торговли США методом физической экономики Ларуш получил следующие данные: усиленно подпитываемый спекуляцией ВВП США вырос с 603,1 млрд. долл. в 1963 г. до 6 374,0 млрд. долл. в 1993 г. Доля «услуг» в ВВП за этот период выросла с 39% дo 54%. По расчетам Ларуша, физические объемы реального производства в расчете на домохозяйство и на душу населения на самом деле сократились на 30-50% и более при десятикратном росте ВВП.
Применение этих методов к анализу российской экономики позволило бы нам дать объективную оценку места и роли реальной экономики и паразитирующих в ней антиобщественных и аморальных процессов (типа проституции) в социально-экономическом и нравственном развитии России.

Штрихи характера ученого и гражданина

C Линдоном Ларушем я познакомился в зале посетителей Рочестерской тюрьмы, штат Миннесота, 10 мая 1993 г. Задолго до этого я был знаком с его научными трудами.


Критическое осмысление научно-теоретических представлений Ларуша позволяет выявить в них нечто неожиданное по сравнению с некоторыми «бесспорными» истинами. В отличие от монетаристских, кейнсианских и иных экономических теорий, предметом исследования физической экономики является Человек Разумный с его здоровыми материальными, интеллектуальными и духовными потребностями, которые он удовлетворяет своим собственным производительным трудом. Показатель интенсивности производительной деятельности человека и общества в целом связан с понятием плотности потока энергии, поставляемой производству человеком в виде живой силы труда и/или соответствующих технических средств и машинных технологий. Повышение объема и плотности потока энергии в производстве достигается путем непрерывного совершенствования применяемой техники и технологии, что в свою очередь ведет к экономии труда человека. Замена живого труда машинным открывает человеку поистине безграничные возможности для повышения образования, занятий науками и искусством.
Но на путях реализации этих возможностей постоянно возникает немало проблем, которые не только не решаются, но все дальше загоняют в тупик как авторов общепризнанных официальных экономических «теорий», так и правительства, осуществляющие государственную экономическую политику. Среди этих проблем на переднем плане уже длительный период находится социальная проблема, т.е. проблема человека труда или проблема занятости.
Еще во времена промышленной революции на рубеже ХVIII— ХIХ вв. в европейском рабочем движении появились так называемые луддиты. Они считали, что виновниками нищенской жизни рабочих и растущей безработицы являются новые станки, которые капиталисты устанавливали на своих фабриках, а лишних рабочих увольняли. Ради своего спасения рабочие ломали оборудование, надеясь тем самым устранить нависшее над ними зло. По преданию, первым сломал свой станок английский подмастерье Лудда, отсюда и название движения — луддиты.
Ни экономическая наука, ни хозяйственная практика не нашли способы решения социальных проблем, возникающих в ходе естественного научно-технического прогресса. Понимая бесперспективность приостановки технического прогресса, ученые и правительства оказались заложниками стихийной инерции: под давлением рабочего движения правительства пошли на жертвы, взяв (за счет работающих налогоплательщиков) на бюджетное содержание «лишних людей» общества — безработных. Вместо того, чтобы объявить безработицу социальным злом и исследовать его природу в условиях научно-технологического прогресса, ее объявили чуть ли не естественной закономерностью экономического развития.
В последние десятилетия ХХ столетия эта социально-экономическая политика доведена до абсурда. Восторжествовала концепция монетаризма, согласно которой экономическая наука является лишь «наукой о том, как стать богатым». Она не только игнорирует главную цель экономического развития — рост производства на базе непрерывного научно-технологического прогресса, но практически не делает различия между производительной и спекулятивной деятельностью.
Апогеем абсурда конца ХХ столетия явилось оформление инстинктивно-стихийного поведения безграмотных рабочих-луддитов в «научную» теорию, известную под названием «пределы роста». Она имеет по крайней мере две цели: приостановку научно-технологического прогресса и реализацию неомальтузианской теории насильственного сокращения численности и роста народонаселения Земли. Замечу, что на изданную в 1971 году Римским клубом книгу профессоров Массачусетского технологического института Д.Медоуза и Д.Форрестера под названием «Пределы роста» Линдон Ларуш ответил острым памфлетом «Нет никаких пределов роста».
С позиций физической экономики проблема применения новых технологий и занятости рассматривается и решается иначе. Поскольку новая техника и технология способны обеспечить непрерывный рост количества и качества промышленной и сельскохозяйственной продукции (улучшение наполнения «рыночных корзин») при сокращающихся затратах живого труда, главными статьями расходов в бюджетах правительств и других работодателей неизбежно должны стать сферы занятости, в которые будут вовлекаться высвобождающиеся работники. По мнению Ларуша, государственная экономическая политика должна быть направлена на увеличение расходов на образование, НИОКР, здравоохранение, развитие инфраструктуры, повышение пенсионного обеспечения и т.п.
Тут возникает «любимый» вопрос государственных деятелей: «А где взять деньги?» Ответ на него следует искать лишь на путях непрерывного развития высокотехнологичного производства, а не в валютно-финансовых манипуляциях.
Более 150 лет назад французский экономист Жан-Батист Сэй, последователь Адама Смита, утверждал, что «законы не могут создавать богатства». На это крупнейший немецкий экономист и общественный деятель Фридрих Лист ответил: «Конечно, они не могут их создавать, но они создают производительные силы, которые куда важнее богатства или обладания меновыми ценностями». Он подчеркивал, что источником богатства являются не меновые ценности (стоимости), а духовный, образовательный, правовой, научный и иной потенциал и опыт общества, т.е. способность создавать богатства, что гораздо важнее, чем ими обладать. Взгляды Ф.Листа полностью разделяет и развивает Л.Ларуш.

Политическая и публицистическая деятельность команды Ларуша

В конце 40-х — начале 50-х гг. имя Ларуша появилось в научных кругах как непримиримого критика «теории информации» Виннера-Шеннона (не путать с компьютерной техникой и технологией), а также экономической «теории игр» Джона фон Неймана. (Примерно в это время острую критику Неймана начал французский экономист, впоследствии Нобелевский лауреат — Морис Аллэ, экономические взгляды которого разделяет Ларуш.)


Начало активной политической деятельности Ларуша можно отнести к рубежу 60-70-х гг. В 1968 г. он организует в США и затем распространяет на другие страны движение «Национальный (а позже — Международный) союз комитетов труда».
В 1974 г. Ларуш основал Международное агентство новостей ЭИРНС, основным изданием которого стал научно-политический еженедельный журнал «Экзэкютив Интеллидженс Ревью»(«ЭИР», отсюда ЭИРНС — ЭИР Ньюз Сервис), в котором публикуются экономические и политические прогнозы.
В 1977 г. Ларуш вступил в брак с гражданкой ФРГ Хельгой Цепп, журналисткой и активным политиком. Она оказалась не только сторонницей научных и политических взглядов Ларуша, но и сама стала организатором новых направлений его движения: в 1984 г. создала в Висбадене (ФРГ) Шиллеровский институт, сферой исследований которого стала мировая политика, экономика, наука, культура, литература и искусство. С тех пор все международные конференции проводятся под «шапкой» «Международный союз комитетов труда — Шиллеровский институт».
Независимые общественные организации под названием «Шиллеровский институт» были образованы сторонниками Ларуша в США, Франции, странах Латинской Америки, Бельгии, Швеции, Австралии, Италии, Индии и во многих других странах — всего свыше 50-ти.
Наряду с журналом «ЭИР» издаются на английском языке ежеквартальные журналы «Наука ХХI века», «Фиделио» (в основном по культуре и искусству), еженедельная газета «Нью Федералист», а также на немецком языке: культурнополитический ежеквартальный журнал «Ибикус» и еженедельная газета «Нойе Золидаритет». Выборочно материалы этих изданий публикуются в сборниках на французском и испанском языках, а сейчас — и на русском.
Информационная служба ЭИРНС совместно с Шиллеровским институтом в ФРГ и США публикуют и распространяют по Интернет оперативные выпуски: ежедневный «Брифинг» и еженедельный «Стратеджикл элерт».
Феномен Линдона Ларуша как творческой личности связан с его жесткой научно-этической позицией: для него как ученого высшей ценностью является научная истина.


Смотрите также:
Линдон Ларуш кто он такой
163.19kb.
1 стр.
Европейская культура на вашей стороне: победите общественное мнение и перестройте мир Линдон Ларуш 31 мая 2003 года Ларуш выступил на «педагогическом слете»
277.79kb.
1 стр.
Как действовать на новом витке обостряющегося кризиса? Линдон Ларуш
70.4kb.
1 стр.
Кто такой журналист? Мария Артемьева (современный журналист) «Кто такой журналист?»
44.63kb.
1 стр.
Кто такой религиовед: критерии определения
141.34kb.
1 стр.
Викторина «Сказочная классика»
85.78kb.
1 стр.
Конкурс: «Кто такой и что такое?»
32.04kb.
1 стр.
Сценарий «Любовь это самое ценное!»
30.99kb.
1 стр.
Кто такой Дед Мороз?
24.51kb.
1 стр.
Учитывая, что вряд ли кто-то знает о том, кто это такой и чем он знаменит, вначале рассказ о не техасском, но рейнджере, Уильяме не Чаке Норрисе Уокере
322.87kb.
1 стр.
Литература из серии «Детский детектив. Черный котенок»
16.56kb.
1 стр.
Памятка снайперу вступление. Кто такой снайпер раздел дальнобойное оружие снайпера
6079.35kb.
48 стр.