Главная
страница 1 ... страница 10страница 11страница 12страница 13
Заключение.

РАЗДЕЛЕНИЕ ОБЩЕСТВА И ГОСУДАРСТВА
Государство существует как изготовитель и администратор законов, а также для того, чтобы удерживать граждан общества от насилия между собой, со стороны иностранных государств, группировок других граждан. Государство обеспечивает уровень экономического взаимодействия и общественной безопасности для обеспечения деятельности человека. Общество, с другой стороны, определяет приемлемое и неприемлемое поведение. Общество начинает влиять на человека в столь его юном возрасте, что он представляет собой совершенно беспомощное существо против давления правил и принципов общества: делать эти вещи и не делать другие веди. Желательно, чтобы человек делал: а) вещи, которые он знает; б) вещи, которые приятны для нас; в) вещи, которые должны делать во имя общественных интересов. В последнем случае сказывается общественная культура, в атмосфере которой действуют люди. Никто не может существовать в обществе без каких-либо предписаний или соглашений, как он должен действовать. Свобода человека существует в рамках этих конвенций, часто не осознаваемых. Чем дальше человек пытается уйти от господствующих в обществе норм, тем дальше общество от самого человека. Вполне легально существуя, человек становится отступником, не переходя при том черты закона. В этом пограничном состоянии наиболее часто возникают мысли о деятельности вне закона, вне рамок существующей этики. Только при весьма отклоняющемся поведении человека общество прибегает к исполнению всей жесткости закона к эксцентричному поведению. Большое количество административно-исполнительных работников государства удерживают это поведение людей на линии уголовного фола. Небольшое число людей старались выработать такую этику, которая позволяла бы действия, обеспечивающие личную свободу действия и гарантировавшие личность от столкновения с законом.

Большинство из людей не желает выходить за рамки господствующей этики общества. Они не хотят этого из-за боязни потерять имеющуюся у них комфортность существования в этом обществе. Существует даже определенная категория людей возмутителей спокойствия, которые пытаются своими действиями увеличить степень комфортности общества, совершенно не имея в своих целях сотрясение его базовые принципы.

Очевидно, что изменение господствующей этики происходит в этом слое жизни общества: люди пытаются изменять стандарты работы, жизненного существования, любви, оставаясь в рамках комфортности своей жизни и не вступая в противоречие с нормами закона.

Само общество может изменить эти стандарты, не прибегая к изменению конкретного гражданского закона. Например, двадцать лет назад в России с серьгой в ухе могли ходить: гомосексуал или лесбиянка; бандит; маргинальные люди из сект, неформальных сообществ и т.п. Сегодня серьга в ухе – символ человека с модернистским восприятием общества, т.н. бизнесмены, звезды шоу-бизнеса и их фанаты. Не существует закона, который содержал в себе предмет, функции и санкции, описывающие это социальное явление.

Каждый человек воспринимает мир многократно, когда сталкивается с его реалиями. Это изменяет его сознание, передавая уникальный опыт каждого человека другому, реализуя сетевой принцип организации современной жизни, а также воспринимая продукты медиа-среды через информационные сети и СМИ.

Усиление общественных правил ведет к общественному требованию исполнения закона. Многие из законов не только не нужны, но и пережили свое время, что ведет к человеческим трагедиям. Более того, некоторые законы просто не усиливают исполнения главных этических принципов, оставаясь вредной фикцией.

Религия обладает абсолютным этическим авторитетом, общество учит людей относительности и взаимоприемлемости. Побеждает общество, укрепляя свою этическую самостоятельность множеством социальных группировок, ведущих автономное существование. Государство готово регулировать те общественные нормы, которые имеют экономический эффект. Все остальное остается в зоне темы законодательной деятельности. Общество идет к изменениям в этике небольшими шагами. Государство готово к действиям, когда понимает, что регулирование оборота наркотиков или преференции в сексуальной сфере для взрослых людей будет иметь для него большие последствия, в первую очередь, в финансовой сфере. Именно с этих позиций государство совершает интервенции в частную жизни людей с помощью законодательства.

Экономическую интервенцию государство осуществляет с помощью социальной политики; этическую интервенцию согласует с религиозными конфессиями. Однако, общество и церкви в своем воздействии на человека идут глубже, чем действие правительственных инструментов. Соответственно, возникает этическая дилемма: должно ли государство ограждать человека от воздействия общества и церкви или остаться на прежних, консервативных позициях, когда государство было гарантом свободы каждого человека от воздействия на нее других людей. Источником прав человека является не сам человек, но общество и религия – таков традиционный взгляд на вещи, из которого следует система традиционной этики. Много людей поддерживают эту точку зрения, когда религиозные или культурные убеждения доминируют над личностными. В этом случае правительство легитимно использует свою власть для сохранения положения вещей в консервативном состоянии. Соответственно, альтернативная точка зрения состоит в том, чтобы государство равным образом относилось к нормам религии, культуры и общества, а также тем этическим новациям, которые формируются в сфере различных общественных группировок, включающих этнические или сексуальные меньшинства.

Очевидно, что интеллигентный выбор поведения, отличного от традиционного, человек может сделать только при условии высокого культурного уровня, которое сопровождается достаточным объемом информации. Вместе с тем, все эти факторы хорошо работают, когда человек имеет необходимое образование, которое способно максимизировать положительные стороны и минимизировать отрицательные.

Общество получило за последние полвека инновационные информационные коммуникации, которые готовы к предоставлению потребителям через сети огромных массивов информации и медийных продуктов. Можно сказать, что основным конфликтом современной цивилизации будет коллизии наследственной (ДНК) информации и внешней информации, которая поступает к человеку извне. В США после Второй мировой войны общественное мнение склонялось к тому, что большее влияние имеет внешняя среда. «Бэби бум дженерейшн», т.е. поколение детей 50-х годов прошлого века, не дало сомневаться в том, что подведя могущество США к наивысшей точке в ее истории, среда давала им, а они – среде, т.е. обществу рыночной системы и основанному на его принципах государству.

Медиа-среда (СМИ, неформальные источники информации в обществе, система клубов и интересов) как будто подтверждала мысль о том, что генная программа, заложенная в каждом человеке, срабатывала уже после того, как общественная информация и окружение определили жизненный путь человека. Информационная среда создает новую, динамичную генерацию (поколение) людей, которая далеко опережает по своей специализации и социализации своих родителей. Этот информационный барьер образует разрывы в связях поколений, которые еще более увеличиваются вследствие автономности и самодостаточности новых молодых людей. Соответственно, действительность общества состоит из наличной реальности, которая воссоздается сразу же по поступлению информационного продукта. Оказалось, что информация является созидающей реальность силой, которая в качестве организационного принципа применяет сетевой фактор для распространения медийных продуктов, услуг, образа мыслей и поведения. Таким образом, современное общество является не только информационным по своей природе, но и сетевым по своей организации.

Вне информационно-сетевой жизни в современном обществе никто не имеет возможности существования. Даже домохозяйки из среднего класса, погруженные в организацию стабильного домашнего комфорта, находятся под давлением электронных СМИ (ТВ, радио) и гламурных журналов, которые влияют на их эмоциональное состояние, оказывающего сильнейшее влияние на разумные действия людей. Фактически, различие жизненных сценариев в настоящее время зависит в отличиях тех или иных информационных источников. При этом, конечно, сохраняется некоторая зависимость начальной точки от социальных условий человека, в которых он «стартует» в реальную жизнь.

Согласно современным психологическим тестам люди различаются более чем по ста (наследственным) факторам, определяющих их личность. Вместе с тем социальная и милицейская статистика достаточно ясно указывает, что эти различия начинают серьезно определять жизнь человека, когда он выходит за рамки главного течения общественной жизни, т.е. переходит к асоциальному (преступному или маргинальному) образу жизни и поведению. Зависимость человека от базовой социальной информации остается определяющей при его социализации или втягиванию в реальную жизнь.

Расшифровка генома человека в 2000 году дает мало шансов сегодня, чтобы использовать ее результат в повышении эффективности общественной жизни или жизненных успехов отдельного человека. Скорее всего, эта научная победа пойдет во вред человечеству, поскольку открывает блестящие пути ее военного приложения, когда зависимость того или иного этноса от структуры адекватной ему ДНК будет использована для выращивания вирулентных только для его представителей вирусов или синтеза летальных только для них химических веществ. Великие религии мира не смогли воспрепятствовать такому развитию человеческой деятельности, современный принцип осуществления которой состоит в использовании сетевой информации. Будущие поколения войн, очевидно, возьмут его в качестве стратегического принципа: вместо оружия массового поражения (ОМП) на первый план выйдет оружие тотально-сетевого уничтожения (ОТСУ), поражающее всех, кто обладает данной генетической меткой. Технологизация общества сделает эту арену вооружений не только уделом государства, но и всякого предприимчивого человека, склонного к власти, но не имеющего ее, а потому чрезвычайно агрессивного и готового на массовые насильственные действия. Примеры нацизма в Германии и режима «красных кхмеров» в Камбодже показали, что великие этические системы католицизма и буддизма оказались не в состоянии преградить путь во власть людям, единственным принципом которых было стремление уничтожать всех, кто не подчинялся их власти.

В сложное положение в информационно-сетевом обществе попала обычная ядерная (традиционная) семья: мама – папа – дети. Разрывы традиционных семейных связей происходят между всеми ее элементами: мужа и жены, детей с отцом или матерью, между детьми. Все члены современных семей более всего зависят от сетевой информации, которая поступает через источники масс-медиа. Именно эта информационная среда формирует передовые стереотипы поведения, общения, моды и рода занятий людей. За последние тридцать лет число католиков в Германии, посещающих церковную службу, сократилось с 15 миллионов человек до четырех. Вместе с тем растет число мусульман в этой стране, которые, например, в Кельне составляют 16% населения и имеют свою мечеть, которая по высоте немного уступает знаменитому Кельнскому собору и находится всего в 800 метрах от него.

Цена изменения жизни, ее этических принципов дается человечеству дорогой ценой. Например, в США было легально продано транквилизаторов в: 1958 г. – 230 тонн; 1990 г – 650 тонн; 2000 году – около 1000 тонн. Президент Клинтон в 1999 году признал, что в Америке не существует никаких способов оградить семью от нищеты и социальной маргинализации, поскольку не существует работоспособной модели организовать семейные отношения в современном информационном обществе на основе принципов традиционной этики. Согласно американской статистике в 2000 году настоящая «ядерная» семья составляла всего от 6 до 20% (по различным данным) от всего количества семей в стране.

Относительно задач членов семьи происходит их изменение, когда, например, основным «добытчиком» денег становится жена, тогда как муж переходит на роль домохозяйки. Снижение эффективности экономики страны и увеличение численности населения ведет к отказу семей от отдельного дома и получение жилой площади в многоквартирных домах. Повышение стоимости жизни и цен на бензин также снизило в среднем классе число современных автомобилей до одного, тогда как в эпоху процветания Америки в 50-х годах прошлого века оно не могло быть меньше двух. Проблемы коснулись даже такого теоретического вопроса, как следует рассматривать бездетную женатую пару, является ли она семьей по определению или нет.

Это означает только одно: семья перестала быть основным структурным блоком в информационном обществе. Данное свойство семьи сделалось партикулярным, т.е. имеющим значение только для людей, объединяющихся в семью. Мощное американское общественное мнение не определилось в первенстве, что должно быть главным: много детей в семье или мощное домохозяйство с малым их количеством; поскольку даже экономика США не может обеспечить существование обоих этих факторов вместе взятых. Весь комплекс этих параметров обеспечивает кризис традиционной семьи в современном (информационном) обществе. Ее образец, ассоциирующийся с белой гетеросексуальной семьей 50-х годов прошлого века, ориентировался на христианские ценности. Вместе с тем, тот период времени был сложным временем для одиноких женщин, гомосексуалистов, различных меньшинств и всех тех групп, которые общественное мнение считало «отличными» от американского идеала жизни. Развитие информационного общества поколебало значение традиционной семьи. Сегодня брак в Америке имеет, в среднем, длительность не более пяти лет. Стороны распавшихся браков воссоединяются в других браках, и общественная система продолжает свое существование, изобретая новые этические правила в оправдание сложившегося положения.

Работа, дети, налоги могут быть связаны для пользы и стабильности общества не только с традиционной семьей. Информационное общество способно дать экономический и правовой фундамент для их существования в других типах семьи, которые не связаны с христианской традицией, например, мусульманские семьи и др. Изменение этических стандартов делает возможным появление гомосексуальных браков (Голландия, Англия), в рамках которых воспитываются и растут дети. Неполные семьи, экономически вполне самодостаточные, стали реальностью, которая по своей множественности случаев превзошла традиционную. Оказывается, что традиционные семейные ценности – любовь, поддержка, забота, терпимость, воспитание – становятся достоянием многих людей и даже групп людей одного пола или гетеросексуалов, но одиноких.

В информационном обществе с его сотово-сетевой структурой, заменяющей традиционную семью, не праздным становится вопрос о возрастном пороге для человека, после достижения которого общество заявляет о том, что он полностью ответственен перед ним и самим собой за совершенные поступки.

Возраст в восемнадцать лет является юридически установленным порогом для участия в политической жизни многих стран, а также самостоятельно вступать в брачные, экономические и иные отношения. В США вопросы совершеннолетия тесно связаны с экономическими аспектами жизни. Так, например, чтобы получить средства для строительства автодорог, штаты должны ввести на своей территории закон о запрещении потребления пива, вина и виски всеми лицами, кому не исполнилось 21 год. Соответственно, участие в президентских или местных выборах, возможность жениться и создать семью имеют место для тинэйджеров в различном возрасте: с 13 до 19 лет в зависимости от штата. Наконец, имеет место естественное взросление, когда подросток или девушка становятся зрелыми за несколько лет до «официального» возрастного порога. Возраст «взросления» имеет существенное значение для процессов ускорения социально-этических изменений в обществе. В Древней Греции избирательный возраст был установлен в 32 года, а женщины были лишены избирательных прав. В том числе и по этой причине эллинистическое общество изменялось крайне медленно, что было характерно и для других древних сообществ, связанным с Грецией культурными связями, как-то Рим и другие.

В отсутствие изменений заинтересованы правящий политический класс, религия, доминирующие экономические группы и составляющие их инфраструктурную сферу организации (армия, милиция, правоохранительные органы, иные социальные организации, поддерживающие существующий правящий порядок).

Государство и правительство употребляют свой авторитет для контроля действий людей и их возможностей в отношении их собственных целей и целей общества, т.е. чтобы сохранить стабильность существующего порядка. Как правило, и этот авторитет и существующий порядок основаны на началах консервативной этики, в которой нет места моральным новациям. Церковь, религиозные конфессии в этом пункте полностью солидарны с правительством. Вместе с тем религиозный человек и его религиозная свобода не могут быть тормозом развития самого общества. Религиозный человек и его этика направлены только на достижение личного совершенства и не имеют своей целью совершенствование всего общества и оптимизацию его структуру. В практическом плане само общество есть сложная система организаций различных конфессий, обладающих каждая сама по себе собственной традиционной этикой.

Законодатели также мало заинтересованы в этических переменах. Они ориентированы на совершенствование экономического законодательства и тех отраслей права, которые делают экономику эффективной. Задумываться над вопросам встраивания проституции в экономику страны или экономических аспектов гомосексуальных отношений им не позволяет та этико-политическая платформа, позволившая пройти в соответствующее законодательное собрание. Как правило, это люди с декларируемой традиционной этикой. Реально законодатель должен проникнуться интересами и потребностями любых социальных, экономических, этнических, расовых и сексуальных групп. В этом случае количество законодателей должно существенно увеличиться. В США, стране с наибольшим темпом перемен, мы имеем адекватное соответствие числа законодателей населению страны: на 299 человек населения один законодатель (1997 г.). К примеру, в таких странах, как: Япония было на 9000 человек один законодатель, Англия – 1200; Россия – на 4500 человек – 1 законодатель (с учетом федерального, субъектов федерации и районных представительных органов).

Правозащитники и либералы удерживают свою деятельность в тех рамках, которые требуют ограничения всех проявлений демонстративного человеческого страдания, причиненного действиями властей. Задачи этики находятся вне их понимания и поля деятельности.

Категория консерваторов в нежелании перемен ссылается на Конституцию РФ. Они не хотят признавать того факта, что любая конституциональная норма – есть отправной пункт всякой организованной жизни, которая движется далее, реализуя все большую степень свободы. Если дальнейшее развитие не ограничено соответствующей статьей конституции, но увеличивает личную свободу человека и толерантность в обществе, то такие перемены не могут ей противоречить.

Профессиональные политики также не испытывают особой склонности выступать зачинщиками этических нововведений. Напротив, они ориентируются на наиболее популярные взгляды и идеи и поддерживают эти взгляды, наиболее распространенные среди населения. Это называется демократией. В действительности, это – ограниченность, если не политическая трусость. Любой выборный представитель прекрасно оперирует наличными фактами действительности, хорошо ориентируется во внутриполитической ситуации, имеет прекрасное образование и род занятий до занятия выборной должности, но он всегда докажет, что любая этическая ревизия существующей морали вредна для общества и, особенно, для конституции. Он искренне убежден и будет учить избирателя, что основной закон государства говорит только о правах большинства страны и что учет прав меньшинств может вести к нарушению первых. Это называется работой политика, поскольку его выбор – это выбор большинства (избирателей). Мнение политика всегда ориентировано на голоса гражданского большинства. Сам политик внутренне может быть гораздо свободнее, чем та публичная форма, которую он демонстрирует в парламенте, выступая с обличением и ужесточением законов против проституции, порнографии, наркотических лекарственных средств, гомосексуалистов и др. Такая этико-политическая амбивалентность приносит голоса избирателей. Стать самим собой прирожденный политик не может: им руководит политическая целесообразность данного момента времени. Однако, истинная демократия не в первенстве мнения большинства, но учет, наравне с ним, множества мнений множества различных меньшинств.

Медиа-среда выполняет роль сетевого посредника в передаче населению информационных продукта и услуг: пилотных идей, стереотипов, моды и др., т.е. информации, которая способна изменять этику граждан. Представители этого сообщества, если и морализуют, то делают это своими действиями, поведением.

Наиболее эффективная форма изменений – есть межличностное влияние людей друг на друга в ежедневных контактах изо дня в день. В этом взаимодействии возникают пограничные этические состояния, которые прямо не противоречат закону. Накопление такого пограничного этического опыта ведет к стойким формам поведения и отношений между людьми, т.е. возникают новые этические нормы. У каждого человека в стране есть такой опыт, и информационное давление на человека ведет к соприкосновению различных этических опытов, когда более или менее сходные образуют этику, управляющую многими людьми.

Изменения начинаются с отдельных людей, затем люди взаимодействуют между собой, образуя среду общения, где вращаются различные этические оценки. Не следует забывать о мощном поле идей и норм, которым является масс-медиа, куда мы должны отнести контакты людей в их социальной среде-группах, клубах, движениях. ТВ, радио, интернет, шоу-индустрия, СМИ являются эффективными коммуникационными каналами, которые адресуются прямо к человеку, минуя общность или группу. Люди, подобные Владимиру Путину, Алле Пугачевой, Филиппу Киркорову, «Тату» и другим политикам или звездам шоу-бизнеса, являются лучшими посредниками идей, мыслей, стереотипов, потому что они адресуются непосредственно к людям, а не к массе. Изменения этики привносятся тогда, когда некоторый сильный человек производит это в мыслях другого человека. Подобные изменения в этике могут формировать яркие людей в политике, искусстве, шоу-индустрии, поскольку все их слова воспринимаются множеством людей, как личное обращение.

Личное обращение существует в политике не только как сакральное обаяние (харизма) популярного политика; она имеет также традиционные формы. Так, государственная вертикаль власти организована на трех уровнях: местном, субъекта федерации и федеральном. Каждый человек ассоциирует себя с любым из этих уровней, в том числе он принимает участие в голосовании за ярких, импонирующих ему политиков или находит другие формы участия, как, например, членство в политической партии и пр. Простейшим действием является телефонный звонок или обращение к политикам и должностным лицам любого уровня; соответственно, когда речь идет об этических новациях, в этом случае необходим диалог политика с избирателем или обратившимся гражданином.

Однако все эти примеры свидетельствуют в пользу того, что именно жизненная деятельность выдвигает новое на первый план общественной деятельности, что вызывает жестокие коллизии между зернами новой этики и старой моральной системой. Закон вмешивается в это противостояние, стоя на стороне традиционных ценностей, оставляя новаторов и эпигонов либо в ярости, либо в покорности судьбе. Могучий средний класс западных государств канализирует эту ярость, вызванную запретом этических новаций (не следует забывать события западноевропейской Реформации и Контрреформации, которые продолжают свое реальное существование в латентном состоянии), в конструктивное действие не только эффективными мерами публичных актов против запрещения планов (посредством демонстраций, парадов, митингов, пикетов), но и ежедневным удовлетворением собственных морально-этических наклонностей и требований в среде своих единомышленников. Все эти реальные практические меры, создают перманентную базу противодействия несправедливой доминирующей этике, управляющей сознанием и действиями должностных лиц в государстве.

Настоящее время является политически важным периодом российской истории, когда люди и их политические и общественные организации могут творить бытие социальных групп и общностей на легальной основе. Этот гражданский процесс происходит во имя умножения свободы для каждого человека во всех измерениях его деятельности. Правительство должно оставить человека наедине с его интересами, потребностями и наклонностями, жестко контролируя административно и политически те его действия, которые могут нанести физический и душевный (психологический) вред окружающим этого человека людям. Гражданская составляющая этого процесса заключается в выработке основ новой этики, этики гуманистического эгоизма, которая позволяет осуществить всеобъемлющую свободу личности, не ограничивая ее политическую, экономическую, научную, эстетическую и иную легальную, точнее, безопасную для окружающих активность. На этой основе естественным образом вырастут цветы и плоды толерантности, и не будет места организованной преступности, террористической деятельности. Очевидно, что силы, которые хотят большего внедрения государства и правительства в личную жизнь граждан, также консолидируют и укрепляют свои ряды, используя текущий политический момент.

Провести воображаемую границу между традиционной и новой этикой не представляется возможным. Также как время есть деньги, так и этика есть время: уходит время – становятся отжившими многие положения этики, старое переходит в новое так же, как прошлое переходит в будущее через мельчайший миг настоящего. Этот миг стремителен, но именно он является источником новой этики.


СОДЕРЖАНИЕ

Предисловие редакторов ................................................................... 3



Введение.

Информационное общество и этическое поведение ...................... 5



Глава I.

Падение деревенской этики и крах традиционного общества ..... 15



Глава II.

Идеология военно-промышленного лагеря и

барачно-казарменная этика .......................................................... 37

Глава III.

Триумф городской цивилизации и этика перемен ...................... 65



Глава IV.

Американский путь к медийному обществу и изгибы его этики ... 103



Глава V.

Сетевая организация города и медийный человек ...................... 119



Глава VI.

Пенсионеры, этнические группировки, спортивные фанаты и

другие активисты современного города ..................................... 157

Глава VII.

Московский гей-прайд-2007 - новое измерение свободы

в России ......................................................................................... 165

Глава VIII.

Гомомедиа России: реальность и реакция общества .................. 183



Глава IX.

Виртуальная жизнь нового общества и наркомания ................. 211



Глава X.

Государство и новая этика .......................................................... 247



Глава XI.

Развитие общества и эволюция этики ........................................ 265



Глава XII.

Брак и семья как зеркало перемен в обществе и этике ............ 283



Заключение.

Разделение общества и государства .............................................. 318

<< предыдущая страница  
Смотрите также:
Посвящается Зое, которая через десять лет это прочтет и скажет
4692.1kb.
13 стр.
Ровно 55 лет назад на футбольном небосклоне вспыхнула новая «звезда» — Эдуард Стрельцов
144.22kb.
1 стр.
Арсеньев «город у синих сопок»
26.29kb.
1 стр.
За этанолом будуще !!!
809.89kb.
3 стр.
22 июня 1941 года фашистская Германия напала на Советский Союз. Это была смертельная схватка (Великая Отечественная война). Весь народ поднялся на борьбу с врагом. Сегодня, через 65 лет
135.95kb.
1 стр.
Текст 64 Эволюционные цветные расы
233.28kb.
1 стр.
Оскар и розовая дама посвящается Даниель Дарьё
472.6kb.
1 стр.
Шерил Луиза Моллер скачать книги Предисловие Что это за книга
4839kb.
27 стр.
Интервью с председателем Парламента рм м. Лупу, 21. 07. 05
58.36kb.
1 стр.
Сценарий классного часа «Эхо Бесланской печали»
154.6kb.
1 стр.
Книга, один Чикаго» и«Если весь Сиэтл прочтет одну книгу»
19.14kb.
1 стр.
Жизнь победы Посвящение
2093.45kb.
10 стр.