Главная
страница 1страница 2страница 3

Действие 2
На сцене ТЕТКА, АРСЕНИЙ, МИТЯ, КОТЯ, МАЛЬЧИК, АНША. Все, кроме КОТИ в черном. КОТЯ в своей повседневной одежде. АНША то появляется, то уходит, накрывая на стол. Стол кофейный круглый, небольшой. АНША сначала приносит бокалы – красного стекла на высоких ножках, потом высокий металлический графин с вином, и, наконец, блюдо с фруктами, которое ставит в центр стола. Этот натюрморт, окруженный несколькими стульями, смещенный к одной из кулис, будет служить одним центром действия, вторым будет пустое пространство около другой кулисы. И центр сцены. Вот три опорные для действия точки.
ТЕТКА – Хорошие были похороны. Я всегда боялась, что Суслик, как и его отец сгинет где-нибудь в чужих краях, и никто не будет навещать его могилу.

АРСЕНИЙ – Да, тут ему повезло.

МИТЯ – А чья это была затея с музыкой? Вот уж некстати, так некстати.

ТЕТКА – Затея была моя. И музыка была прекрасная, и не было слышно, как эти… (запинается, подбирая нужное слово)

МИТЯ – (подсказывает) Жлобы.

ТЕТКА – Эти люди.

МИТЯ – Жлобы они и есть жлобы. Вещи надо называть своими именами.

АРСЕНИЙ – Этак можно далеко зайти. Но только все равно все слышали, как они ругались, когда закапывали могилу. Но с музыкой было так… несколько даже торжественно. Суслику бы понравилось.

МИТЯ - Суслику понравилось бы, если бы мы сплясали на его костях. А музыка один лишь шум, и ничего больше. За редким исключением. (Коте) А с чего это ты вдруг рыдать начал? Да еще под эту музыку. Уж слишком театрально все получилось.

КОТЯ – Не по себе мне как-то. Я еще никогда никого не хоронил.


КОТЯ неожиданно для себя шмыгает носом.
КОТЯ – Это я виноват.

АРСЕНИЙ – Суслик всегда нарывался.

МИТЯ – А так и надо жить. Как еще? Только не у каждого получается.

КОТЯ – Он из-за меня полез наверх. Если бы ни я, ничего не случилось бы.

ТЕТКА – Не мучай себя, милый. Суслик всегда был немножко без царя в голове. Это рано или поздно случилось бы.

КОТЯ – (поднимает голову наверх) А там все тихо. Как Суслик погиб, так и тихо. \

ТЕТКА – По-моему, мы нашли удачное место для могилы. Оттуда прекрасный вид. Меня там тоже похороните.

МИТЯ – У Суслика были хорошие ботинки. Я их, наверное, возьму.

ТЕТКА – Митя, мы купим вам ботинки.

МИТЯ – Крепкие такие. У Суслика все вещи были удобные. Я, наверное, и свитера возьму.

ТЕТКА – Помянем его. Славный был мальчик. Каждую неделю присылал мне открытку. Анша, где Роза?

АНША – Я ее не видела.

ТЕТКА – Так сходи за ней. (Мальчику) Милый, возьми яблоко.
Не успевает АНША отойти от стола, как появляется РОЗА в дорожном костюме и с чемоданом в руках.
РОЗА – Я пришла попрощаться.

АРСЕНИЙ – Роза, оставьте пока свой чемодан. Помянем Суслика.

ТЕТКА – Не надо, Арсений. Человек в кои-то веки принял самостоятельное решение. Пусть едет, куда хочет.

МИТЯ – Или вы прекратите, или я забуду замечательную речь.


РОЗА ставит чемодан на пол, подходит к остальным. Все поднимают бокалы.
МИТЯ – Вот что я вам скажу. Суслик был бунтарь. Не с большой буквы, но все-таки. Не умел терпеть. Терпение вытягивает из тебя все силы, саму жизнь. Терпение это тупик, но и бунт тоже. Как быть? Суслик нашел наиболее правильный выход: сиганул вниз головой и свернул себе шею. Аминь. Хотя нет, самый правильный выход, совсем не рождаться. Вот теперь точно, аминь.

АРСЕНИЙ – Браво, Митя! Нет, мы с вами все-таки напишем манифест.


Выпивают, не чокаясь.
МИТЯ – Манифеста не получится. Сегодня я настроен на балладу. Балладу о барной стойке. У меня даже есть несколько первых строк…
МИТЯ ставит бокал, откашливается, чтобы начать читать, но вдруг хватается за горло, ему трудно дышать. Митя падает. И так как это для семейства это дело привычное, далее все происходит деловито и без суеты.
АНШЕ – (подходит к Мите, сгребает его и переносит подальше от стола на открытое пространство сцены) Целых две недели держался.

ТЕТКА – Не надо было ему пить.

АНША – Стул!
РОЗА берется за стул, но КОТЯ забирает его и относит АНШЕ. РОЗА плетется за ним. АНША уже уложила МИТЮ на пол, ставит стул и укладывает ноги МИТИ на стул. РОЗА садится и кладет голову МИТИ к себе на колени. КОТЯ устраивается рядом. АНША уходит.
КОТЯ – Что с ним?

РОЗА – Кто же знает? Ничего, сейчас немого полежит, придет в себя.

КОТЯ – Я хочу уехать с тобой. Я не хочу здесь оставаться.

РОЗА – Нет, с Сусликом бы я поехала, а с тобой – нет.

КОТЯ – Почему? Ну, почему?

РОЗА – Ты не сердись. Просто Суслик был другой.

КОТЯ – Какой?

РОЗА – Щедрый сердцем.

КОТЯ – Не понимаю.

РОЗА – Ну, щедрый сердцем. Что тут непонятного?

КОТЯ – А я? Я ведь для тебя…

РОЗА – Не-ет, это ты ни для меня, ни для себя…

КОТЯ – Нет, для тебя.

РОЗА - Котя ты и есть Котя.

КОТЯ – Мне нравился Суслик. Жалко, мы не успели подружиться.

РОЗА – Ничего не вышло бы. Суслик ни с кем не дружил.

КОТЯ – А ты?

РОЗА – Он забывал обо мне, как только выходил в другую комнату.

КОТЯ – Но он обещал тебе…

РОЗА – Ну, и что?

КОТЯ – Ты собиралась уехать с ним.

РОЗА – Ну, и что? Он сказал то, что я хотела услышать.

КОТЯ – И это ты называешь – «щедрый сердцем»?

РОЗА – Да, это я называю – «щедрый сердцем». Потому что, когда он был рядом, он принадлежал тебе весь, весь без остатка. Суслик всегда был таким. Он никогда ни к кому не привязывался. Даже тетушка не смогла ничего с ним сделать, а она тот еще крокодил.


Возвращается АНША. У нее в руках подушка и плед. Подушку она кладет под голову МИТИ, освобождая РОЗУ, пледом укрывает МИТЮ. РОЗА встает, разминая ноги.
АНША – Может, на него водой побрызгать?

РОЗА – Не надо. Сейчас придет в себя.


АНША идет к столику, где сидят ТЕТКА и АРСЕНИЙ. МАЛЬЧИК болтается рядом, жует яблоко.
РОЗА – Только зря Суслик все это. Я же все равно уеду.
АНША подходит к столику, хочет забрать графин с вином.
ТЕТКА – Оставь пока.
АНША отходит в сторону, стоит, готовая исполнить любое желание ТЕТКИ.
ТЕТКА – Арсений, поговорите с ней.

АРСЕНИЙ – Что я ей скажу?

ТЕТКА – Расскажите, что произошло в тот вечер.

АРСЕНИЙ - Я же все знаю только с ваших слов. Расскажите ей сами.

ТЕТКА - От меня она не захочет этого слышать.

АРСЕНИЙ – Я могу рассказать только то, что я сам видел в тот вечер. Как вы ссорились со своим мужем.

ТЕТКА – Но вы же знает, почему.

АРСЕНИЙ – С ваших слов. Только с ваших слов. И это не потому, что я вам не верю. Я просто не имею права говорить о том, чего не видел.

ТЕТКА – Я тоже не видела, но я знаю, что это было. И все-таки поговорите. Не хотите рассказывать, не рассказывайте, а только намекните. Пусть у нее хотя бы сомнение будет. Ведь мой муж и ее мать…

АРСЕНИЙ – Нет, нет, увольте. Вот об этом я совсем не могу говорить. Может быть и лучше, если она уедет.

ТЕТКА – Я сегодня сон видела. Как будто умер не Суслик, а он. Я приезжаю в этот его фонд, там все как положено: фотография, цветы, все заплаканы. Мне показывают фотографии: вот юбилей фонда, вот приезд какой-то делегации, вот он на рабочем месте… И знаете, кем он там работал? Гардеробщиком! Нет, не главой этого знаменитого фонда, а гардеробщиком! Но во фраке и цилиндре. Представляете, во фраке и цилиндре! Вот весь он в этом!

АРСЕНИЙ – Просто вы устали. Я попрошу Розу остаться, но больше ничего.


АРСЕНИЙ направляется к лежащему МИТЕ. ТЕТКА поворачивается к МАЛЬЧИКУ, о котором, казалось, все забыли.
ТЕТКА – Как ты милый? Нам всем сейчас тяжело. А хочешь, мы поедем куда-нибудь? К морю, в горы? Куда хочешь?

МАЛЬЧИК – Не знаю.

ТЕТКА – Ну, что ж мы об этом подумаем. Я поговорю с твоей мамой. А хочешь, оставайся у меня насовсем, пока твоя мама устроит свои дела.

МАЛЬЧИК – Она опять выйдет замуж?

ТЕТКА – Но вот это я не знаю. Не хочешь пожить у меня? Найдем тебе хороших учителей. У тебя будут лучшие учителя. Не придется каждый день ходить в школу. Это ты Анше на кухне помогал?

МАЛЬЧИК – Да.

ТЕТКА – И фрукты мыл?

МАЛЬЧИК – Да.

ТЕТКА – И Аншу в кладовке запер?

МАЛЬЧИК – (по инерции) Да.


МАЛЬЧИК спохватывается, испуганно оглядывается на ТЕТКУ.
ТЕТКА – Я не буду тебя ругать. Я даже рада, что ты проказничаешь. Для твоего возраста это так нормально. Только немного жестоко. Совсем чуть-чуть. Скажи, зачем ты это сделал?

МАЛЬЧИК – Арсений сказал, что Анша может быть во всех местах сразу. Что она демон.

ТЕТКА – И ты решил проверить? Не надо понимать слова Арсения вот так уж буквально. Арсений живет в каком-то своем мире.
АРСЕНИЙ - Роза, уберите, ради Бога, свой чемодан. Не вовремя вы все это затеяли.

РОЗА - Тогда я вообще никуда не уеду. А пока я злая.

АРСЕНИЙ - Ну, если это вам так надо, мы натравим на вас Митю. Вот придет в себя, и натравим.

РОЗА - Да его только Анша и боится.

АНША - Как же!

АРСЕНИЙ – Не уезжайте пока. Я прошу вас.


Появляется СУСЛИК. Все, кроме КОТИ, относятся к этому совершенно спокойно. Тот же так удивлен, что за все время пребывания СУСЛИКА на сцене не в состоянии сказать ни слова.
СУСЛИК – Не могу я больше на это смотреть. Вы думаете, ему поможет, вот так, ноги вверх? Еще воспаление легких схлопочет на этом сквозняке.

АНША – Всегда так делали.

АРСЕНИЙ – А что вы предлагаете?

СУСЛИК – (достает из кармана пузырек) Есть у меня одна дрянь, мертвого поднимет. Во всяком случая, пьяного быстро в чувство приводит. Давайте-ка посадим его.


АРСЕНИЙ и АНША поднимают МИТЮ и усаживают на стул. СУСЛИК подносит пузырек к носу МИТИ. Тот сначала морщится, потом чихает.
МИТЯ – А? Что?

СУЛИТ – Ну, вот. Порядок.


ТЕТКА с другого конца сцены замечает СУСЛИКА и спешит, оставив МАЛЬЧИКА, к остальным.
ТЕТКА – Ты опять за свое? Это уже слишком!

СУСЛИК – Все, все, ухожу. (Розе) И что ты с этим чемоданом таскаешься? Смешно уже, ей Богу.


СУСЛИК забирает чемодан РОЗЫ и уходит.
АНША идет к МАЛЬЧИКУ, берет за руку и уводит.
АНША – Сейчас тут такое начнется. Лучше этого не видеть.
МИТЯ крутит головой, опять чихает.
РОЗА – Митя, как ты?

МИТЯ – А? А что? Что такое?

КОТЯ – Что это было?

АРСЕНИЙ – Обморок. С Митей это бывает.

КОТЯ – Нет, я про Суслика. Вы что, не видели?

АРСЕНИЙ – А что? Все как всегда. Суслик опять нарушил. Тут уж ничего не сделаешь.

РОЗА – Опять штрафных огребет.

КОТЯ – Я же видел, как заколачивали гроб. Его похоронили. Я сам это видел. Это что, розыгрыш? Зачем? Зачем все это?

ТЕТКА – А ты у него спроси. Нет, что он себе позволяет! И так почти каждый раз! Опять вся моя история насмарку. Столько труда! Столько труда!

РОЗА – Арсений, объясните вы. У вас это не так резко получится.

АРСЕНИЙ – Странно, меня все всегда назначают послом. А ведь я в этих делах совершенно ничего не понимаю. Я не умею ничего улаживать.

ТЕТКА – Зато вы хоть сможете сформулировать.

МИТЯ – (он уже окончательно пришел в себя) Я что, опять хлопнулся?

ТЕТКА – Да. Головой не ударился? Ничего не болит.

МИТЯ - Вроде нет. Двое похорон подряд это было бы слишком.

РОЗА - Митя, все. Отбой.

МИТЯ - Опять Суслик?

АРСЕНИЙ - Да.

МИТЯ – (встает, потирая затылок) Его можно понять. С каждым разом становится все фальшивее и фальшивее. Меня самого уже тошнит, до того скучно.

КОТЯ – Мне кто-нибудь объяснит или нет? Что тут происходит? Предупреждаю заранее – в призраков я не верю.

РОЗА – Да скажите же, Арсений.

АРСЕНИЙ – Дело в том… О Господи! Это вообще не моя обязанность. У меня совсем другая роль.

ТЕТКА – Столько труда, столько труда, и какой-то мальчишка… Суслик стал совсем неуправляемый.

КОТЯ – (опускается на стул) Скверная и нелепая шутка очень жестоких людей. Вот, что это все такое. А ведь я винил себя в смерти Суслика.

АРСЕНИЙ – Он и умер, если вас это утешит. Для вас умер. Вспомните, как вы плакали. Так, а с чего я начал?

МИТЯ – Подождите, Арсений, пока вы тут деликатничаете, он с ума сойдет.

ТЕТКА – Суслик совсем распоясался. Разве можно вот так неподготовленного человека…

КОТЯ – У меня и правда голова кружится. Я схожу с ума?

РОЗА – Хватит притворяться.

АРСЕНИЙ – Это всего лишь рефлексия. Чуть-чуть рефлексии.

МИТЯ - Надо же, даже от этого отвыкли.

КОТЯ – Чего вы хотите?

МИТЯ – Так, коротко и ясно: мы часть тебя.

КОТЯ – Что?

РОЗА – Лучшая твоя часть.

КОТЯ – (зажимает уши руками) Все, я больше не слушаю.

РОЗА – С каждым разом все хуже и хуже. Скоро нам будут предъявлять счет за то, что побеспокоили. С меня хватит, разбирайтесь сами.
РОЗА уходит.
АРСЕНИЙ – Послушайте… Как-то вы ехали на машине.

КОТЯ – Когда?

МИТЯ – Это не важно. Не важно, когда и где. Вдоль дороги росли такие большие деревья.

КОТЯ – Липы?

МИТЯ – Не разбираюсь я в деревьях. Ты должен вспомнить, с тобой это всего один раз было. День был такой светлый, и как-то все сложилось так. И внутри у тебя стало так светло-светло и ясно. И все вокруг стало понятно. То есть на одно мгновение ты как бы стал часть этого мира, слился с ним. Помнишь?

КОТЯ – Не очень.

АРСЕНИЙ – Но вы испугались.

КОТЯ – Чего?

МИТЯ – Да света этого ты испугался. С непривычки, видимо.

ТЕТКА – Если бы дали мне довести всю историю до конца, не было бы этой неразберихи. А Суслик… Если он еще раз…

АРСЕНИЙ – Он экспериментирует. Это пройдет.

МИТЯ – (кивает на Котю) Да и материал какой пошел. Тяжелый материал.

КОТЯ – Нет вы мне скажите, чего я там испугался!

МИТЯ – Свободы ты своей испугался, идиот. Помнишь, даже пришлось остановиться, так руки тряслись?

ТЕТКА – А мне особенно понравились листья земляники. Ни ягод, ни цветов еще не было. Ты подумал об этом и забыл про свой страх.

МИТЯ – Сидел на обочине, пялился на листочки и улыбался.

КОТЯ – (несколько смущенно) Тогда у меня сердце почему-то забилось как ненормальное. И я остановился, чтобы отдохнуть. Откуда вы все это знаете?

АРСЕНИЙ – Такие вещи мы всегда знаем.

КОТЯ – Кто это – мы? (обводит рукой героев) Вот это что все? Мистика?

МИТЯ – Да? Аншу видел? Ну, и какая тут мистика?

КОТЯ – А еще? Что еще вы знаете?

ТЕТКА – А больше, милый, в твоей жизни ничего хорошего не было. Ничего не было, о чем можно было бы говорить.

КОТЯ – Неправда! В моей жизни много всего хорошего. У меня есть друзья, работа. У меня очень интересная жизнь.
Между тем МАЛЬЧИК уже давно развлекает себя, отрабатывая «хромую» походку, как будто одна нога у него не сгибается. ТЕТКА, наконец, замечает это.
ТЕТКА – (Мальчику) Милый, не надо так. А то кривым и останешься.
МАЛЬЧИК останавливается, чешет за ухом.
ТЕТКА – (Мальчику) Может, тебе лучше пойти в свою комнату?

МАЛЬЧИК – Я хочу посмотреть, чем все закончится.

МИТЯ – Уже закончилось. (Арсению) Ну, что, продолжим? (встряхивает кости) А?

АРСЕНИЙ – Безвольное я существо. Давайте.

КОТЯ – Постойте, постойте! А я?

ТЕТКА – Пойдем на кухню, Анша нам чаю сделает.

КОТЯ – Я не хочу чаю! Наговорили мне тут, Бог знает чего, и умыли руки? Ну, уж нет! Откуда вы про листочки знаете? Я тогда один был, и никому никогда этого не рассказывал.

ТЕТКА – Я знала, милый, что ты будешь разочарован.

КОТЯ – Разочарован? Ну, и словечко! Очень к месту! Разочарован. Да я просто раздавлен. Я уничтожен. Откуда вы узнали про листочки?

МИТЯ – Не проси объяснять. Этого даже Арсений не понимает. Просто прими это, и все. Мы то, что ты есть на самом деле. А уж, зачем мы тебе понадобились, это ты у себя спроси.

КОТЯ – Не-ет. Нет!

АРСЕНИЙ – Видимо, вы себе все это не так представляли? Не вы первый.

КОТЯ – Пусть все придут.

ТЕТКА – Зачем?

КОТЯ – Не знаю. Но мне так будет спокойнее, когда все перед глазами.

АРСЕНИЙ – Действительно. Лучше нам всем собраться.

КОТЯ – Позовите всех!

МИТЯ – Да идут, идут уже.


Появляются РОЗА, АНША, МАЛЬЧИК.
КОТЯ - Но вы же не все! Где... этот?

РОЗА - Он подойдет позже.

КОТЯ - Что значит позже? У него что - дела? Если вы все – часть меня… Хотя это бред какой-то! Ну, хорошо. Пусть так. Тогда какие у него могут быть дела, кроме меня? Сходите за ним.

МИТЯ - Сейчас это не имеет смысла.

КОТЯ - Что значит «не имеет смысла»? А что здесь вообще имеет этот самый смысл?

РОЗА - Ну... Сейчас это никак нельзя сделать.

КОТЯ - Почему? Что это еще за тайна такая? Я вообще не понимаю, как это часть меня может так вот запросто взять и уйти?

АРСЕНИЙ - Нет, нет. Вы нас не так поняли. Мы же не механическая ваша часть. Вот, например, ваша рука не может от вас уйти, по крайней мере, по своей собственной воле...

КОТЯ - Оставь мои руки в покое! Этого только не хватало! Я же и хочу понять, что это все значит? Мне не по себе как-то. Пусть он придет.

РОЗА - Он не может.

КОТЯ - Почему? Неужели трудно объяснить? Вам всем, наверно, просто удовольствие доставляет морочить мне голову.

МИТЯ – Что ты прицепился? Он пьян. Расстроился очень. Ну и…

КОТЯ - Как это - пьян?

МИТЯ - Очень просто. Ты что не знаешь?

КОТЯ - Я-то прекрасно это знаю. Но я не понимаю...

АРСЕНИЙ - А что тут понимать? Пьян - и все тут. Это же очень просто.

КОТЯ - Я бы сейчас тоже с удовольствием напился. Это, в конце концов, нечестно! Вы знаете обо мне все. Я же голенький перед вами. А если я напьюсь, вы исчезнете?

АРСЕНИЙ - Не знаю.

КОТЯ - Ну да, конечно. Как это я сам для себя могу исчезнуть? А это точно, что вы все…

МИТЯ – Про листочки помнишь? Такие маленькие земляничные листочки.

АРСЕНИЙ - Я - вы! Зачем противопоставлять? Считайте нас просто друзьями.

КОТЯ - Ну да. Вы - друзья, она - подруга. А на самом деле - одна гадость.

РОЗА - Это я гадость?

КОТЯ – Нет, не ты. Ну что ты! Ты совсем не гадость. Это ситуация - гадость. Мне неприятно, что кто-то вот так запросто может залезть в мой мир.

РОЗА – Так это я гадость или мы все?

КОТЯ - Да нет же, нет. Это я - гадость. О, Господи! Ну, хорошо, раз этот алкоголик не может прийти, то давайте начнем без него. Что вы хотите мне сказать?

МИТЯ - Он не алкоголик. Это с каждым может случиться.

КОТЯ - Это мы уже выяснили. Давайте же, наконец, поговорим о нас с вами. Что вы хотели мне сказать?

АРСЕНИЙ - Ничего.

КОТЯ - Как это - ничего? А зачем же мы здесь все собрались?

МИТЯ - Ты попросил - вот и собрались.

КОТЯ - Разве я? По-моему, это было наше общее желание!

МИТЯ - Ну, раз ты так хочешь...

КОТЯ - Мне не нравится, когда со мной разговаривают как с больным.

РОЗА - Нет, ты все-таки примитивный.

КОТЯ – И это мягко сказано. Я не примитивный, я законченный идиот. Так меня разыграть. Семейная драма, видите у них…

ТЕТКА - А чего же ты ждал? Что мы будем плоскими как бумажный лист, плоскими, как эти ваши передовые идеи?

КОТЯ – А я ведь сразу почувствовал, что что-то тут не так. Сразу подумал: какая-то странная семейка.

МИТЯ – А я тебя предупреждал: беги отсюда.

РОЗА – Что ж ты не ушел?

КОТЯ – Ты знаешь, почему.

РОЗА – Вы, люди всегда на какой-то ерунде попадаетесь.

КОТЯ – Это не ерунда!

РОЗА – Да? (указывает на всех собравшихся) А в сравнении с этим? А?


КОТЯ молчит.
АНША – (делает шаг вперед) Я тоже хочу сказать…

МИТЯ – Ну, куда? Куда ты лезешь?

МАЛЬЧИК – И я хочу сказать.

ТЕТКА – Подожди, милый. (кивает на Котю) Пусть он сначала выговорится.

МИТЯ – А ему нечего сказать. Что он может предъявить, кроме этих листочков? Для него это была постыдная слабость и больше ничего. Это все, что он из всего этого вынес. Вот раньше люди приходили… Им было, с чем прийти, им было, чем мучиться, в чем сомневаться. А сейчас, так, разве что от скуки забредут. Помните того, что любил костры жечь?

АРСЕНИЙ – Я тогда на другом проекте был занят. Но слышал, слышал.

КОТЯ - Значит, я проект?

МИТЯ - Ты мелочь пузатая. Тут не разгуляешься. А тогда - да, это было настоящее приключение. После этого со мной припадки и начались.

ТЕТКА – Ты тогда галантерейщиком был?

МИТЯ – Нет, галантерейщиком я был позже. Тогда у меня была ферма.

КОТЯ – Вы отвлеклись. По-моему, вы все должны заниматься мной. И только мной.

ТЕТКА – Милый, ты славный юноша, но такой скучный с этой своей телефонной компанией. Ты слишком хорошо защищен от жизни, так хорошо, что заодно защитился и от самого себя. На самом деле настоящая героиня это я. Моя история, вот что достойно внимания. Арсений, не морщитесь. Вы заняты только самим собой. Что вы знаете о других? И не перебивайте меня, я и так слишком долго молчала. Знаете ли вы, что такое нелюбовь? Нет, это не отсутствие любви, это тоже чувство, чувство, противоположное любви, чувство, которое убивает все вокруг. Внешне все то же: внимание, нежные слова, а за этим – пустота и холод. Это и есть нелюбовь. Это то чувство, которым так щедро поделился со мной мой муж. Даже когда мы с ним были вдвоем, мне казалось, что если я оглянусь, то увижу за своей спиной битком набитый зрительный зал, для которого он распинается.

РОЗА – Неправда! Вы не можете простить ему, что он вас бросил!

ТЕТКА – Бросил? Это не самое плохое, что могло случиться со мной. Но прежде, чем он ушел из этого дома, он отравил меня, навсегда отравил своей нелюбовью. Я до сих пор не понимаю, как я попала в полную и добровольную зависимость от этого человека. Боже, как он умеет это делать! Влюблять в себя. Всех: и мужчин и женщин. О нем рассказывают легенды, даже его недостатки оправдываются и превращаются в милые особенности, так отличающие его от серой массы всех остальных. Вы заметили, что мужчины говорят о нем, как о женщине? Его улыбка, его походка, его смех – все вызывает умиление, как будто он барышня. Все они ходят за ним, глядя на него преданными и влюбленными глазами. Совсем как эта дурочка.

РОЗА – Все, что вы говорите – неправда.

ТЕТКА – Нет, милая моя, правда, очень страшная правда. Только обнаруживаешь это, когда он опустошит тебя, когда заберет всю твою любовь, не оставив ничего взамен. Кто я теперь? Сумасшедшая старуха, которая застряла в своей молодости? Сумасшедшая старуха, переполненная нелюбовью, которую пытается заглушить, принимая всех, кто нуждается в помощи? Только это не очень помогает. Простите, дорогие мои, это совсем не помогает.

РОЗА – Не удивительно, что он сбежал отсюда. Вы действительно сумасшедшая. Я тоже уезжаю. С меня хватит.

ТЕТКА – Нет, подожди. Ты еще не знаешь самого главного.

АРСЕНИЙ – Алиса, не надо. В конце концов, никто не знает, что там было на самом деле.

АНША – Так уж и никто? Все яснее ясного было.

ТЕТКА – Тогда я уже все поняла, тогда уже я все про него поняла, но я не могла без него. Он забрал мою душу, и живой я себя чувствовала только рядом с ним. И он это знал. Нет, он не терпел разоблачений. Он отворачивался от всех, кто не хотел служить ему. Но тогда это все только начиналось. Он уже забросил практику, потому что больные – это ответственность. Нет, он не умел и хотел затрачиваться. Он уже занимался общественной работой. Обольщать людей это его призвание. А твои родители… Они приехали сюда, когда тебе был год. Они были так молоды и так счастливы. И так неосторожны. А он уже расставил сети.

МИТЯ – Лучше я расскажу свою историю. Она ничем не хуже.

ТЕТКА – Нет, Митя, я еще не закончила. Не бойся за нее, она выдержит, она все выдержит. (Розе) Бедная твоя мать, она была так счастлива, она искренне считала, что все вокруг разделят ее счастье. Она заполнила своим счастьем все комнаты, весь дом. Он не мог упустить такой возможности. Он говорил и говорил, он все время говорил. Я только не понимаю, как это все не замечают, что говорит он только о себе? Твой отец тоже был заворожен им. Впрочем, твой отец был лопух. Он не представлял интереса, любви в нем было немного. Но твоя мать… Со временем она стала меньше улыбаться, побледнела, осунулась. И глаза… В них появилась боль. Это были самые страшные и самые прекрасные глаза, которые я только видела. Она уже целыми днями не возилась с тобой, она слушала его. А я не знала, что мне делать. Как мне все это было знакомо! Эта страшная зависимость. Твоя мать погибала у меня на глазах, сама жизнь уходила из нее. Зато он преобразился. Он становился все интереснее и говорил все лучше, а она только бледнела. Я не хотела, чтобы он разрушил и ее жизнь. И я все рассказала ее мужу.


<< предыдущая страница   следующая страница >>
Смотрите также:
М. Крымова приключение пьеса Москва, 2010 г. Действующие лица котя – двадцать пять лет. Тетка
981.78kb.
3 стр.
Действующие лица: алиса, она же Драга, девушка лет двадцати
1447.51kb.
7 стр.
Пьеса в двух действиях
515.55kb.
3 стр.
Трава у дома или Где-то в космосе. Пьеса в 6-ти действиях Действующие лица
217.4kb.
1 стр.
Сказка в 2-х действиях на основе мифов древних славян действующие лица
483.68kb.
3 стр.
26 апреля 2011 г. Чернобыль. 25 лет спустя… москва. Чернобыль…
59.47kb.
1 стр.
Интервью пьеса в одном акте Действующие лица : Владимир Иванович Запуста, писатель, 45 лет
458.23kb.
3 стр.
Праздник урожая Действующие лица
49.1kb.
1 стр.
В гостях у принцессы кассиопеи Действующие лица
83.82kb.
1 стр.
Остров рикоту /пьеса/ Действующие лица
368.33kb.
1 стр.
Пьеса в одном действии Действующие лица
256.63kb.
1 стр.
«Коктебель- 21». Александр Каштанов. Пьеса в 5-ти картинах (в пьесе использованы стихи М. Волошина, З. Гиппиус, И. Савина). Действующие лица: Максимилиан Волошин, поэт. Бела Кун, председатель Крымревкома
191.1kb.
1 стр.