Главная
страница 1страница 2 ... страница 5страница 6
Правительство Российской Федерации
Федеральное государственное автономное образовательное

учреждение высшего профессионального образования

«Национальный исследовательский университет

"Высшая школа экономики"»
Санкт-Петербургский филиал федерального государственного

автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования

«Национальный исследовательский университет "Высшая школа экономики"»

Отделение прикладной политологии Факультета менеджмента
Кафедра прикладной политологии


БАКАЛАВРСКАЯ РАБОТА
На тему: «Переход от электорального авторитаризма к демократии в гибридных режимах: случаи Мексики и России»

Направление 030200.62 Политология

Студент группы № 640

Блинов Иван Александрович

Руководитель ВКР

Кандидат физико-математических наук, доцент кафедры прикладной политологии НИУ ВШЭ – Санкт-Петербург Нездюров Александр Леонардович


Санкт-Петербург

2013
Аннотация:

Данная дипломная работа посвящена сравнительному исследованию особенностей перехода от электорального авторитаризма к демократии в странах с гибридным политическим режимом. Рассматриваются случаи Мексики и России. В первой части работы приводится теоретическая база работы, произведена операционализация ключевых понятий, приведена типология авторитарных и гибридных политических режимов, рассматривается концепт «электорального авторитаризма». Вторая часть работы посвящена сравнению случаев Мексики и России. Приводится обоснование допустимости сравнения. В конце работы приведены полученные выводы.

Abstract:

This paper is devoted to a comparative study of the features transition from electoral authoritarianism to democracy in countries with a hybrid political regime. Consider the cases of Mexico and Russia. The first part consist of the theoretical part of the paper and operationalization of key concepts. Also presented typology of authoritarian and hybrid political regimes and considered the concept of "electoral authoritarianism". The second part of the paper compared the cases of Mexico and Russia. At the end of the paper presented the findings.



Оглавление

Введение 3

Глава 1. Теоретические аспекты исследования 7


    1. Операционализация понятия демократия 7

    2. Типологизация авторитарных политических режимов 10

    3. Гибридные политические режимы. Электоральный авторитаризм. 18

    1. Основные модели перехода от авторитаризма к демократии 31

Глава 2 Сравнение случаев Мексики и России. 36

2.1 Основания для историко-компаративистского сравнения случаев Мексики и России. 36

2.1.1 Допустимость сравнения случаев Мексики и России. 36

2.1.2 Переход от коммунизма к электоральному авторитаризму в России. 38

2.1.3 Политические системы Мексики и России. 40

2.1.4 Структура экономики Мексики и России. 60

2.1.5 Федеративное государственное. Национальный состав. Сепаратизм. 63

2.2 Обоснование выбора критериев для сравнения Мексики и России. 66

2.3 Сравнение Мексики и России 71

Выводы. 71

Библиография. 78

Приложения. 85

Приложение А. 85

Приложение Б. 92



Введение.

Сегодня политическая система России похожа на мексиканскую в 1930-х – 1990-х годах. Политические режимы в России сегодня и в Мексике в указанный выше период можно охарактеризовать как электоральный авторитаризм. В 1997 году Институционально-революционная партия(PRI) Мексики являющаяся на протяжении более 70 лет бессменной «партией власти» проигрывает выборы в парламент. Спустя три года на выборах президента побеждает кандидат от оппозиции. Так закончился самый долгий в мировой истории период господства не коммунистической «партии власти». Вместе с этим Мексика совершила переход от электорального авторитаризма к демократии. Как уже было сказано выше, сегодня политический режим в России имеет много общего с мексиканским времен господства PRI. Российские исследователи уже обращали внимание на этот факт, Татьяна Ворожейкина делала это в статьях «Авторитарные режимы 20 века и современная Россия: сходства и отличия», «Государство и общество в России и Латинской Америке», Владимир Гельман в статье «Перспективы доминирующей партии в России». Авторы указывают на то что российский режим похож на мексиканский по очень многим параметрам, и может быть сравним. Но данные статьи были написаны уже довольно давно, так например Владимир Гельман в своей статье 2006 года указывает на то что на момент написания статьи власть в России стояла перед выбором того какой авторитарный режим строить: однопартийный или персоналистский? Сегодня можно констатировать что был выбран проект персоналистского режима, в то время как Мексика на протяжении всех 72 лет оставалась прежде всего однопартийным режимом, но при этом в Мексике всегда была сильная президентская власть, в то время как в России по прежнему существует сильная партия власти.

В этой связи представляется актуальным провести сравнительное исследование политических режимов сегодняшней России и Мексики времен господства PRI. На основе его анализа выявить общие тенденции и закономерности развития, а так же то, как опыт перехода от электорального авторитаризма к демократии в Мексике может быть использован для анализа современной российской политики.

Исследовательский вопрос.

Как опыт перехода от электорального авторитаризма к демократии в Мексике, может быть использован для анализа современной российской политики?

Цель.


На основе сравнительного анализа политических режимов Мексики и России выявить, как опыт перехода от электорального авторитаризма к демократии в Мексике может быть использован для анализа современной российской политики.

Задачи.


  1. Изучить научно-исследовательскую литературу по вопросам политических режимов и их транзиту.

  2. Описать критерии для сравнения политических режимов Мексики и России.

  3. Проанализировать особенности электорального авторитаризма в Мексике и России

  4. Выявить то, как опыт перехода от электорального авторитаризма к демократии в Мексике может быть использован для анализа современной российской политики.

Предмет.

Переход от электорального авторитаризма к демократии.


Объект.

Гибридные политические режимы Мексики и России.

Методология.

Работа представляет собой качественное исследование. Используется историко-компаративистский метод, проводится бинарное сравнительное исследование случаев Мексики и России.


Глава 1 Теоретические аспекты исследования

1.1 Операционализация понятия демократия.

Прежде всего, необходимо определиться с основными понятиями. Далее будет рассмотрено, что будет пониматься в данном исследовании под демократией, авторитаризмом и его типами.

Демократия.

Первое с чем следует определиться это что такое демократия, и то что под ней будет пониматься в данной работе. Сделать это сложно ввиду того что существует очень много определений и трактовок термина демократия. «…В последнее время политологи снова все чаще признают, что демократия – это понятие, которое и в современности, несмотря на массу исследований, решительно не поддается четкому научному определению»1. Таким образом, дать универсальное определение не представляется возможным. В связи с чем имеет смысл представить несколько наиболее полно характеризующих это понятие. Так Адам Пшеворский считает что «Демократия – это система разрешения противоречий, в которой результаты зависят от того, что предпринимают стороны, но ни одна сила не контролирует происходящее».2 Эта система по выражению автора предполагает «неопределенность результатов при определенности процедур».3 В реальности последняя цитата автора претворяется в том что «демократия – это система, при которой партии проигрывают выборы».4 Эта особенность представляется одним из важнейших условий существования демократии. «В демократическом обществе всегда должна сохраняться возможность для оппозиционных политических сил победить на следующих выборах. Если такой гипотетической возможности нет, то политическая система не является демократической».5

Если выбирать наиболее полные определения демократии, то большинство из них будут сводится к нескольким критериям задающих рамки того что можно считать демократией. Так Стивен Левитский и Люкан Вэй выдвигают 4 минимально необходимых критерия для того чтобы считать режим демократичным. Это «1. Исполнительная и законодательная власть выбирается на открытых, свободных и честных выборах. 2. Все совершеннолетние граждане имеют право голоса. 3. Защита политических и гражданских прав граждан, включающая свободу прессы, свободу собраний, свободу критиковать правительство не опасаясь репрессий. 4. Избранные политики обладают реальной властью и не находятся под покровительством военных или других групп»6.

Сегодня наиболее популярное и распространенное определение понятия демократии принадлежит Роберту Далю. Необходимо уточнить, что саму демократию ученый считает полезной утопией, а те свободные и конкурентные режимы которые мы имеем в реальности называет полиархиями. Термин полиархия можно перевести с латыни как власть многих. Даль называл семь основных условий необходимых для существования современной полиархии: «1. Выборные власти 2. Свободные и справедливые выборы 3. Включающее избирательное право 4. Право претендовать на избрание 5. Свобода выражения своего мнения. 6. Альтернативная информация. 7 Организационная самодеятельность»7. Особо стоит отметить что «эти утверждения характеризуют действительные, а не просто номинальные права, институты и процессы»8. Таким образом, самое популярное описание демократии сводится к заданию условий - рамок за которыми она кончается. Но даже этих условий недостаточно «Т. Л. Карл и Ф. Шмиттер добавляют еще два. 8. Избранные народом официальные лица должны иметь возможность осуществлять свои конституционные полномочия, не подвергаясь противодействию (даже неформальному) со стороны невыборных официальных лиц… 9. Государство должно быть суверенным и действовать независимо от политических систем более высокого уровня»9. Кроме того, необходимо помнить о то что «…демократия постоянно эволюционирует; более того, мы не найдем в мире двух абсолютно одинаковых демократий, поскольку конкретные демократические практики во многом зависят от национально-исторической специфики общества».10 Роберт Даль и вместе с ним Терри Карл и Филипп Шмиттер описывая демократию не дают точного определения, но очерчивают относительно универсальные рамки в границах которых политический режим можно считать демократическим. Даль называет полирахию процессом, своего рода вечным движением к утопии демократии. Некоторые политические режимы если рассматривать их с этой позиции продвинулись дальше других, некоторые меньше. Тем не менее условия описанные исследователями носят универсальный характер, и режим соответствующий этим условиям можно называть демократией.

Поскольку целью данной работы не значится описание и сравнение всех существующих моделей демократии, далее в тексте работы под понятием демократии будет пониматься режим соответствующий вышеперечисленным условиям.
1.2 Типологизация авторитарных политических режимов

Авторитаризм.

Операционализировав понятие демократии необходимо обратится к режимам являющимися антагонистами по отношению к ней. Их можно объединить в одну большую категорию недемократических политических режимов. В нее входят тоталитарные, авторитарные и гибридные политические режимы. Исследование первых не входит в задачи данной работы. Напротив типологизировать и операционализировать понятия авторитарного и гибридного политического режима, а так же выявить их различия представляется важным.

Сам термин авторитаризм в политической науке появился относительно недавно. Произошло это после второй мировой войны. «Политологи обнаружили что некоторые режимы не могут быть описаны как неуспешные тоталитарные режимы, многие, если не все их основатели не разделяли идеи тоталитарного общества и государства; они функционировали совсем не так как Нацистский или Сталинистский режимы, но при этом правители, особенно в странах третьего мира, не собирались подготавливать нации к демократии, они правили автократично»11. На основе исследований режимов стран Латинской Америки, а так же режима Франко в Испании Хуан Линц выдвинул термин «авторитарный политический режим». «…Мы сформулировали концепт авторитарного режима, отличающегося и от демократии и от тоталитаризма»12.

Авторитарные политические режимы представляют собой уникальный объект для исследований. Они отличаются тем, что очень дифференцированы как по отношению друг к другу, так и в сравнении с демократией. Так одна ведущих исследователей авторитарных режимов Барбара Геддес считает что «авторитарные режимы отличаются друг от друга не меньше, чем они отличаются от демократии»13. Для понимания того как функционируют авторитарные режимы необходимо привести их типологизацию.

В данной работе будет использоваться типология авторитарных режимов этого Барбары Геддес, для дополнения и уточнения будут использованы труды Беатрис Магелони и Хуана Линца.

Геддес выделяет три основных типа авторитарных режимов по принципу определения главного действующего актора. Это военные, персоналисткие и однопартийные авторитарные политические режимы14. Необходимо отметить что некоторые исследователи, в частности Беатрис Магалони, разделяют однопартийный авторитаризм на два отдельных типа. Собственно однопартийный и режим с доминирующей партией15. Последний отличается от первого тем, что в нем могут быть представлены другие политические партии, которые могут обладать, в зависимости от режима различной степенью оппозиционности, но в силу создания определённых обстоятельств о которых речь пойдет ниже, не имеют шансов на победу на выборах.

Необходимо помнить о том, что авторитарные режимы могут сильно отличаться друг от друга, поэтому дать точное определение этому широкому понятию очень сложно. Хуан Линц в своей классической работе пишет о том что проще сказать чем эти режимы точно не являются. «…Для того чтобы очертить рамки того что мы называем авторитарными режимами мы должны сказать чем они не являются»16. Получается ситуация с определением авторитарного режима симметрична ситуации с определением демократии – проще очертить рамки понятия чем дать его определение. Более того любая типологизация авторитарных режимов будет носить условный характер, поскольку реальный политический режим всегда содержит в себе смесь различных характеристик приближающих режим к тому или иному типу17.



Военные авторитарные режимы.

Военные режимы характеризуются прежде всего тем что «обычно представляют собой коллективное руководство в форме военной хунты, в которую входит высшее руководство различных родов войск, причем каждый член хунты опирается на поддержку своих войск и обладает определенной автономией и потенциалом к свержению режима. Часто создаются политические партии, однако это не меняет сущности режима, который остается военным: власть распределяется через армию, а не через партию»18.

К власти военные режимы приходят как правило через переворот объясняя его наведением порядка и для «…защиты национальных интересов, спасения государства от гражданских политиков (коррумпированных, идеологически отличных от интересов армии) или другой реальной или потенциальной угрозы»19. Находясь у власти лидеры таких режимов копируют систему управления армией для управления всем государством. Для любой армии характерна четкая вертикальная иерархическая структура подчинения и ответственности. «Военные режимы имеют жесткую иерархию, лидер выбирается военной хунтой, а решения принимаются коллективно. Власть лидера ограничена военной хунтой, сплоченной в своих интересах и предпочтениях, поэтому лидерам для сохранения своей власти и исключения риска переворота необходимо следовать этим интересам»20. Отсюда вытекает другая ключевая особенность военных режимов и любой армии в целом. «Высшей ценностью для военных являются сохранение единства армии и ее эффективность»21. Для таких режимов характерна высокая консолидация элиты. Военные предпочитают в любых обстоятельствах сохранять единство и не разделяться на фракции. «Большинство военных не согласятся на дезинтеграцию армии на соревнующиеся фракции… (они) больше всего ценят сохранение и эффективность армии»22.

Поскольку военные режимы, как правило, приходят к власти нелегитимными способами, и в дальнейшем не стремятся себя легитимировать, ограничивая или отказываясь от электоральных практик, то и сменяют друг друга они чаще других авторитарных режимов. «Перевороты в военных режимах – обычные смены лидерства, аналогичные вотумам недоверия».23 Зачастую один военный режим сменяется другим, так Барбара Геддес в своих исследованиях называет средне время правления 10-11 лет.24 Не менее редки случаи когда военные добровольно передают власть гражданским поскольку либо считают цели нахождения у власти выполненными, либо из опасений нарушения единства в армии.



Персоналисткие авторитарные режимы.

В той или иной степени персонализм характерен для любого авторитарного режима. Почти всегда, в любом типе режима, будь то милитаристский, однопартийный или режим с доминирующий партией или многопартийный существует лидер обладающий той или иной степенью влияния на политическую систему. В последнем и заключается разница между персоналистскими и другими типами режимов. Если лидер обладает всей полнотой власти над различными сферами общества, может менять политические институты в выгодном для себя направлении, то такой режим можно считать персоналистским. Такие режимы в крайнем своем проявлении может характеризовать «реальное отсутствие представительной политической системы и одновременно ее полная имитация. Это были по преимуществу режимы личной, не опосредованной институционально власти диктатора и его ближайших родственников, опиравшейся на узкий круг приближенных и преторианские репрессивные структуры – национальную гвардию, полицию, и лично контролируемые диктатором полувоенные формирования».25 Так же этот тип режимов и его ключевое отличие от других типов можно описать следующими словами. «В персоналистских режимах несмотря на военную форму лидера и наличие правящей партии принятие решений и рекрутирование в политическую сферу зависит исключительно от воли лидера, обычно харизматического типа, и ни один другой актор не может ограничить его власть».26

Лидеры в персоналистских режимах при осуществлении своей политики, как правило руководствуются принципом «разделяй и властвуй». Выборочно перераспределяя блага определенным группам и проводя репрессии против других, они не дают оппозиции объединиться и набрать достаточно сил для свержения власти. «Для правителя логика стратегии разделяй и властвуй заключается в том, чтобы подкупить основные политические группы продолжать придерживаться точки эквилибриума, гарантируя при этом что он может справиться со всеми проблемами».27 Особенностью таких персоналистских режимов становится то, что группы которые сегодня получают блага, завтра могут подвергнуться репрессиям и наоборот в этом состоит особенность стратегии разделяй и властвуй. Таким образом подобного рода политические режимы используют хрупкость социального сотрудничества и проблему коллективного действия, ключевые группы не могут договариваться между собой опасаясь репрессий и ожидая перераспределения благ.28

Негативная особенность таких режимов заключается в том что лидер, опасаясь переворота окружает себя прежде всего верными сторонниками, а не профессионалами которые могут составлять конкуренцию и нести угрозу лично власти. «Неэффективность является следствием некомпетентности как результата негативной кадровой политики обмена лояльности на компетентность».29 Исследователи Егоров и Сонин посветили этому явлению отдельную статью «…лучшие диктаторы теряли наиболее компетентных своих советников по мере приобретения все большей власти».30

Барбара Геддес в своих исследованиях оценивает длительность существования таких режимов в 10-15 лет, если при этом используются институциональные элементы однопартийного и военного режимов31

Однопартийные режимы и режимы с доминирующей партией.

Главной особенностью однопартийных режимов является партия гегемон, она выступает главным политическим актором в государстве и определяет его политику. Даже президент в таких режимах не имеет полноты власти над партией, его как правило выдвигает высший совет партии и он является лишь их представителем и может быть смещен в случае если он перестает устраивать партийную элиту. Но подобные отношения характерны только «для чистых типов однопартийных режимов без элементов персонификации власти… Однопартийные режимы, в отличие от персонифицированных однопартийных, не только ограничивают власть лидера, но и легко решают проблемы преемственности власти»32.

Барбара Геддес выделяет только одну большую категорию однопартийных авторитарных режимов, относя к ней режимы в которых партия стабильно набирает больше 2/3 голосов на выборах и является бессменным лидером во всех легислатурах.33 Это определение включает в себя собственно реально однопартийные режимы, каким был например режим в СССР, и режимы с доминирующей партией. Последние как уже было отмечено выше некоторые исследователи, в частности Б. Магалони выделяет в отдельную категорию. В режимах с доминирующей партией помимо правящей партии существует еще некоторое количество партий, но все они не имеют сравнимого влияния, часть из них или даже все могут быть созданы лишь в качестве спойлера, для отвлечения протестного электората. Более того власть может проводить политику «разделяй и властвуй» по отношению к оппозиции, маргинализируя и ослабляя ее.

Не смотря на кажущиеся очевидным различая однопартийные режимы и режимы с доминирующей партией во многом похожи друг на друга. «В однопартийных режимах и режимах с доминирующей партией лидер ответственен перед партией, и там и там схожи логика выживания и модели поведения акторов»34. Помимо технической роли лидера в таких режимах, такие режимы консолидируют элиту. Каждая относительно сильная политическая группа встает перед выбором, либо быть вместе с остальной элитой во власти и получать перераспределенные блага несмотря на возможные противоречия, либо присоединится к оппозиции и испытать на себе политику «разделяй и властвуй» итогом которой станет маргинализация. «…Ни одна из фракций не будет в выигрыше в одиночку и ни одна добровольно не откажется от власти, правящие партии стремятся к кооптации потенциальной оппозиции и включению ее в политический процесс. …На первом месте стоят ценности сохранения стабильности, удержания власти и обеспечения единства внутри элиты»35. Барбара Геддес считает что «в однопартийных режимах нет других стимулов, кроме стимулов к сотрудничеству»36. Это можно дополнить словами Беатрис Магелони «во-первых, им нужно создать имидж целостности партии для предотвращения расколов, и во-вторых, для контроля над процессом конституционных изменений»37. Таким образом, создается статус-кво когда элите не нужны перемены и потрясения, она сама заинтересована в стабильности режима и его сохранении. Для поддержания своей власти таким режимам необходима постоянная демонстрация того что их поддерживает население. Достигается это с помощью проведения регулярных выборов, на которых могут широко применяться фальсификации результатов и другие методы увеличения доли голосов. Но «трагическое великолепие этой системы заключается в том, что, несмотря на коррупцию, неэффективность политики и даже отсутствие экономического роста, население может активно способствовать ее сохранению… Свободный выбор рационального избирателя, ограниченного серией стратегических дилемм, вынуждает его сохранить лояльность режиму»38. Оппозиция в таких государствах всегда слаба и измотана, не имея существенных возможностей для коммуникации она не может убедительно донести свои взгляды до избирателей. Подконтрольные государству СМИ формируют у большинства населения устойчивый негативный образ оппозиции как некомпетентной, слабой или финансируемой из-за рубежа, в каждом отдельном случае используется своя комбинация навязанных ассоциаций. Это приводит к тому что рациональный избиратель задается вопросом «а кто если не правящая партия?» и, не видя альтернативы, голосует за сохранение статус-кво.

Благодаря сложению этих факторов однопартийные режимы и режимы с доминирующей партией, являются самыми стабильными долгоживущими. В исследованиях Барбары Геддес среднее время нахождения у власти таких режимов 25 лет и 23-30 лет для режимов комбинирующих другие типы авторитаризма военный и персоналистский39. Два своеобразных рекорда нахождения у власти авторитарного режима установили однопартийный СССР – 75 лет, и Мексика – 72 года правления режима с доминирующей партией.

1.3 Гибридные политические режимы. Электоральный авторитаризм.

Категория гибридный политический режим появилась в политической науке относительно недавно. Серьезные исследования написаны по этой теме в конце 90-х годов прошлого века и в 2000-х годах века нынешнего. Ключевые работы были написаны Стивеном Левитски, Люканом Вэем, Андреасом Шедлером, Ричардом Снайдером и Гильмеро Одонелом. Основной причиной появления данной категории стала проблема классификации политических режимов. С одной стороны про многие государства можно с точностью сказать что они не удовлетворяют критериям по которым их можно было бы назвать демократиями, но с другой стороны нельзя их назвать и чисто авторитарными. Так некоторые исследователи считают что «подлинный» авторитаризм, не нуждается в выборах как плебисцитной санкции своей легитимности»40. В гибридных режимах, наоборот выборы проводятся, но нельзя считать гибридным любой режим где проводятся выборы. Классические однопартийные режимы, такие каким был СССР, или персоналисткие диктатуры в которых выборы проводятся несправедливо и несвободно, а зачастую безальтернативно и только тогда, когда этого хочет сам диктатор, так же нельзя считать гибридными режимами.

Особенность гибридных режимов заключается в том, что они все они в определенной степени и либеральны и демократичны, но благодаря этому не могут быть отнесены ни к демократии, ни к авторитаризму. Хотя ближе они все же к последнему, и относятся к одной большой категории недемократических политических режимов.

Исследователи выделяют несколько типов гибридных режимов, главным различием в которых выступает степень демократизации и либерализации. При этом комплексных работ по типологизации гибридных режимов нет, но есть описание отдельных случаев отдельными учеными. Можно заключить, что эта тема в будущем будет актуальна для дальнейших исследований.

Рассмотрим некоторые из гибридных режимов, подробно остановившись на режимах соревновательного авторитаризма и электорального авторитаризма, поскольку эти режимы близки между собой, и представляют собой часть предмета исследования данной работы.

Эксклюзивная республика.

Филипп Роедер в своем исследовании типов авторитаризма на постсоветском пространстве описывает этот гибридный режим. Его особенность заключается в том что «…часть взрослого населения исключается из участия выборах»41. Это напоминает ранние демократии в которых часть населения не могли принимать участие в голосовании, например, запрет на голосование для женщин и представителей отдельных наций. При этом во всем остальном режим будет соответствовать критериям демократии. На территории бывшего СССР такими режимами стали Эстония и Литва, в этих странах значительная часть населения является не является гражданами в силу определенных причин, их гражданские права значительно притесняются42. Полностью либеральны и демократичны они только для части населения, это с точки зрения Роедера позволяет отнести их в категорию гибридных политических режимов.



Опекаемая демократия.

Стивен Левитски и Люкан Вэй упоминают еще один тип гибридного режима, он, так же как и описанный выше, близок к демократии, но отличается от нее одним важным моментом. «Опекаемая демократия – соревновательный режим в котором недемократические акторы такие как армия или церковь обладают правом вета»43. В таком режиме всегда существует один или несколько акторов способных существенно влиять на политические процессы. Акторами могут быть не только армия и церковь, но и различные олигархические, бюрократические и другие влиятельные группы. Режим в котором одна или несколько групп могут не просто влиять на избранную власть а приказывать ей или отменять определенные ее решения, так же нельзя назвать демократическим и следует отнести в категорию гибридных.



Делегативная демократия

Делегативная демократия это еще один тип гибридного режима. Впервые она была описана Гильмеро Одоннелом в одноименной статье. Автор говорит что такой тип режимов еще слабо изучен и нуждается в дальнейших исследованиях, тем не менее он выделяет его в отдельный тип. «Делегативная демократия основывается на том, что кто бы не победил на выборах президента, он или она тем самым имеет право управлять государством так как считает нужным, ограничиваясь лишь текущей конфигурацией властных отношений и определенным конституцией сроком пребывания у власти»44. Президент в таких режимах является главным действующим лицом в политике. Он возвышается над любыми другими акторами и может действовать по своему усмотрению. Избранный президент получает своего рода карт-бланш для проведения той политики которая по его мнению необходима. «… В странах делегативной демократии кандидат в президенты заверяет, что он выше политических партий и групповых интересов… С этих позиций другие институты - суды и законодательная власть - лишь помеха, нагрузка к преимуществам, которые статус демократически избранного президента дает на внутренней и международной арене»45. В этом заключается отличие делегативной демократии от представительной, она менее либеральна и в ней слабые институты. «Представительство влечет за собой подотчетность: так или иначе представителей рассматривают как несущих ответственность за деятельность, которую они осуществляют от имени других»46. Причем подотчетность не только перед избирателями в виде выполнения обещаний, но и перед другими ветвями власти. Так формируется система сдержек и противовесов которая существенно ограничивает власть президента. В делегативной демократии эта система развита плохо. В этом заключается и сила и слабость таких режимов. В кризисных ситуациях, когда необходимо действовать быстро, всевластие президента может помочь эффективнее справится проблемами, но в обычных условиях это может привести к ошибкам и не до конца продуманным решениям, что в итоге ведет к накоплению проблем.

«Делегативная демократия не чужда демократической традиции. Она более демократична, но менее либеральна по сравнению с представительной демократией. ДД носит резко выраженный мажоритарный характер. Это заключается в том, что путем справедливых выборов она формирует большинство, которое позволяет кому-либо на несколько лет стать единственным воплощением и толкователем высших интересов нации».47

В то же время «делегативные демократии, несомненно, более подвержены свертыванию и падению демократии по сравнению с представительными демократиями в силу их институциональной слабости и хаотической политики».48 При этом автор отмечает что такое происходит редко, объясняя это текущей ситуацией в мировой политике, когда ведущие мировые державы являются представительными демократиями и предпринимают усилия по распространению этой формы правления.

Поскольку в таких режимах действует конституция, проводятся справедливые выборы, то и в определении названия этого режима, это именно демократия с приставкой, а не авторитаризм. Переход к представительной демократии возможет при укреплении других, не президентских, властных институтов и либерализации.

Соревновательный и электоральный авторитаризм.

Понять как функционируют следующие два типа режимов важно в контексте данного исследования. Соревновательный и электоральный авторитаризм похожи между собой, но при внешнем сходстве это разные типы режимов. Обе эти категории являются новыми. Важнейшие работы по ним были написаны лишь в двухтысячных годах. Так в 2002 году была опубликована статья Стивена Левитски и Люкана Вэя которая называлась «Подъем соревновательного авторитаризма» и описывала одноименный тип гибридного политического режима. В 2006 году был издан труд Андреаса Шендлера «Электоральный авторитаризм: динамика несвободной конкуренции», конечно помимо этих работ были написаны и другие, но именно эти две работы считаются классическими. На основе этих и некоторых других исследований будет построено дальнейшее повествование. Кроме того, необходимо уточнить, что в зависимости от взглядов на перевод слова «competitive» в исследованиях встречается два названия конкурентный и соревновательный авторитаризм, следует понимать под этими терминами один тип гибридного режима.

Соревновательный авторитаризм

Соревновательный авторитаризм характеризуется тем что в нем существуют формальные демократические институты и оппозиция, но при этом институты работают плохо, правила игры часто меняются в пользу правящей группы, которая обладает существенными ресурсами при этом ограничивая доступ к ним оппозиции, а победа на выборах последней не рассматривается как уверенное ожидание. «В условиях конкурентного авторитаризма функционируют базовые демократические институты, однако злоупотребления власти относительно оппозиции приводят к тому, что нормативные функции этих институтов искажаются».49 Вот как описывают соревновательный авторитаризм Стивен Левистки и Люкан Вэй. В таких режимах «…выборы проводятся регулярно и в целом они свободны от массовых фальсификаций, но при этом инкумбенты как правило злоупотребляют административным ресурсом, ограничивают доступ оппозиции к СМИ и в отдельных случаях могут манипулировать итогами выборов. За журналистами, оппозиционными политиками и людьми критикующими правительство может вестись слежка, им могут угрожать, запугивать или даже арестовывать. Членов оппозиции могут посадить в тюрьму, они могут быть сосланы или, гораздо реже, подвержены нападениям или убиты».50 Исходя из этого описания можно с уверенностью заключить что такой политический режим не является демократией. В тоже время не обходимо отметить, что элементы чистого авторитаризма за исключением ограничения доступа к СМИ, применяются в таких режимах редко и избирательно, как правило, только при условии реальной угрозы для действующей власти.

У оппозиции в таких режимах не смотря на притеснения остаются реальные возможности влияния на власть. «Благодаря сохранению значимых демократических институтов, в режимах соревновательного авторитаризма существуют сферы в которых оппозиционные силы могут периодически бросить вызов, ослабить, а иногда даже победить авторитарных инкумбентов».51 В последнем случае произойдет переход к демократии. Стивен Левитски и Люкан Вэй выделяют 4 сферы в которых оппозиция может соперничать или соревноваться с властью: 1. Электоральная 2. Законодательная 2. Судебная 4. Медийная.

Рассмотрим подробнее возможности для влияния в каждой сфере.

Электоральная сфера, безусловно, является важнейшей, поскольку именно по результатам борьбы в ней определяется дальнейшая судьба режима и страны. Выборы в странах соревновательного авторитаризма носят не справедливый характер в силу использования административного ресурса властью, давления и угроз на лидеров оппозиции, а так же ограничения доступа последний к СМИ. Тем не менее «…Выборы проводятся регулярно, они соревновательны(в них обычно участвуют оппозиционные партии и кандидаты) и в целом свободны от массовых фальсификаций. Во многом этому способствует присутствие международных наблюдателей и осуществление параллельного подсчета голосов, такие процедуры ограничивают возможности инкумбентов участвовать в масштабных фальсификациях. В результате исход выборов в значительной степени не предопределен, поэтому авторитарные инкумбенты должны принимать их всерьез».52 Таким образом, оппозиция, конечно, находится в трудном положении, но, тем не менее, имеет возможности для борьбы и влияния на власть, и даже может победить на выборах.

Законодательная сфера.

В отличие от чистых авторитарных режимов, где законодательная ветвь власти полностью подчинена исполнительной и контролируется ей, «в режимах соревновательного авторитаризма она, хоть и относительна слаба, но иногда может стать координационным центром оппозиционной деятельности. Это особенно вероятно в случаях когда инкумбентам недостает сильных доминирующих партий».53 Выражаться оппозиционная активность может, например, в бойкотировании голосования или, в случае обладания достаточной долей голосов, коллективное голосования против властных инициатив и предотвращение принятия противоречивых законов. «…оппозиция может использовать легислатуры как место встреч для организации своей деятельности, а так же использовать как публичную платформу для борьбы с режимом».54 Таким образом, чем слабее действующая авторитарная власть представлена в легислатурах, тем больше проблем может ей создать оппозиция.

Судебная сфера.

В этой сфере так же возможна борьба с оппозиции с авторитарным режимом, но возможностей для этого не так много поскольку на судей можно оказывать давление и наказывать за «неправильное» решение. «В режимах соревновательного авторитаризма власть может иногда наказывать судей за решения против нее».55 В тоже время каждый такой случай наказания может служить дополнительным источником проблем для режима «…действия против формально независимых судей могут привести к серьезным издержкам с точки зрения внутренней и внешней легитимации режима».56 Таким образом, в этой сфере может быть не так много возможностей влиять на власть, но они существуют.

Медийная сфера.

В странах чистого авторитаризма свобода СМИ отсутствует полностью. Там все телеканалы, радио и пресса принадлежат государству или подконтрольным ему компаниям м людям, подвержены строгой цензуре и не могут нести всю полноту информации до людей. Напротив, в странах соревновательного авторитаризма «независимые средства массовой информации являются не только законными, но зачастую и влиятельными, а журналисты, не смотря на частные угрозы и покушения, могут стать важными оппозиционными фигурами».57 Наличие свободных СМИ в стране, пусть даже они и притесняются государством, существенно расширяет возможности для оппозиции.

Рассмотрев сферы, в которых оппозиция может противостоять власти, можно заключить, что в режимах соревновательного авторитаризма у оппозиции остаются в целом неплохие, если сравнивать с чисто авторитарными государствами, возможности влияния на власть. Главным преимуществом для оппозиции является то, что выборы хоть и несправедливые, в силу использования административного ресурса властью, но при этом относительно свободны, поскольку уровень фальсификаций в них незначителен. Это позволяет оппозиции при накоплении недовольства властью в обществе, рассчитывать на победу на выборах.



Электоральный авторитаризм

Данный тип гибридного политического режима является ключевым с точки зрения написания данной работы. В целом он очень похож на режим соревновательного авторитаризма, но Стивен Левитски и Люкан Вэй относят его уже не к гибридным режимам, но к категории чистого авторитаризма.58 В тоже время другие исследователи, такие как Анедреас Шедлер59, под редакцией которого вышла коллективная монография посвященная изучению данной темы, его соавторы, Джоаким Экман60, в своих работах не определяют его как чистый авторитаризм.

Сложность классификации заключается в том, что политические режимы не создаются с заранее оговоренными рамками, и в зависимости от страны и от лидера могут быть различны по степени авторитарности или наоборот демократичности. «…Баланс сил и идеологий во время перехода зависит от уже пройденного пути до появления режима»61. В следствии чего переход может быть как сторону демократизации так и в сторону авторитаризации62. Отсюда следует что режимы зачастую имеют зыбкие рамки и находятся как правило в состоянии перманентного перехода в ту или иную сторону. Поэтому наиболее полно описать тип гибридного режима можно с помощью задания примерных рамок, в которых находится режим. Так электоральный авторитаризм находится на шаг ближе к чистому авторитаризму, чем соревновательный авторитаризм. Рассмотрим эту категорию подробнее.

Вот как характеризует такие режимы Андреас Шедлер «Режимы электорального авторитаризма проводят регулярные выборы высшей исполнительной и законодательной власти. Но они существенно и систематически нарушают либерально-демократические принципы свободы и справедливости их проведения, с целью использования выборов как инструмента авторитарного правления, а не «инструмента демократии».63 В жизни это означает широкое использование фальсификаций во время проведения выборов, в дополнение к уже заведомо несправедливому их характеру в силу неравного распределения ресурсов и проведения выборочных репрессий против оппозиции. Делается это для получения достижения полной и бескомпромиссной победы на выборах правящей группы. В этом заключается принципиальное отличие электорального авторитаризма от соревновательного, в последнем хоть и принимаются попытки фальсификации результатов голосования, но они не имеют широкого и повсеместного распространения. Выборы в режимах электорального авторитаризма проводятся при всеобщем избирательном праве, причем режим пытается достичь максимальной явки с целью повышения легитимации, они характеризуются тем, что хоть и в минимальной степени, но плюралистичны, соревновательны и открыты.64 В этом они так же схожи с соревновательным авторитаризмом. Как и в нем, оппозиция допущена к выборам, и хоть и не имеет шансов на победу, но может занимать определенное количество мест в органах власти, кроме того против нее не проводятся массовые репрессии, но от выборочных она не застрахована. Необходимо отметить, что при этом уровень давления на оппозицию в режимах электорального авторитаризма все же выше.

Можно привести еще одно определение Андреаса Шедлера данное им в другой своей работе. Электоральный авторитаризм это «…режим, который не является демократией, но в то же время не использует открытые репрессии регулярно. Организуя периодические выборы, такие режимы пытаются получить хотя бы подобие демократической легитимности, надеясь удовлетворить как внешних, так и внутренних акторов. В то же время, размещая выборы в рамки жесткого авторитарного управления, власть не допускает своего смещения избирательным путем. Элита мечтает пожинать плоды электоральной легитимности, избегая риска демократической неопределенности. Балансируя между электоральным контролем и электоральным доверием, такие режимы располагаются в туманной зоне структурной амбивалентности».65 В силу того что ведущие мировые державы сегодня являются электоральными демократиями, многим авторитарным правителям приходится делать шаги в сторону последней и вводить электоральные практики и соблюдать права человека из опасений оказаться в международной изоляции или введении экономических санкций. Легитимация режима путем проведения выборов, пусть даже не свободных и не справедливых является важным условием внутренней стабильности режима и необходимым инструментом с помощью которого можно увеличить время нахождения у власти правящей авторитарной группы. Вот как это объясняет Барбара Геддес. «Диктаторы проводят регулярные выборы поскольку они снижают риски и непредсказуемость… Выборы являются относительно мирной, рутинной и упорядоченной демонстрацией поддержки народом текущего режима и его лидера. Так же как и уличные демонстрации они выполняют важную функцию сдерживания, в том смысле что они влияют на восприятие потенциальных оппонентов о том как трудно будет привлечь достаточное количество народной поддержки чтобы свергнуть диктатора. …Режим может планировать их в течение долго времени, манипулировать экономикой для увеличения благосостояния избирателей в течение нескольких месяцев перед голосованием, вкладывать значительные средства в развлекательные мероприятия и подарки, а так же принять законы делающие голосование обязательным для увеличения явки».66

Дополнить описание режима можно словами Джоаима Экмана «электоральные режимы характеризуются частыми нарушениями прав человека, неуважением к гражданским свободам, и часто страдают от широко распространённой коррупции».67 С середины двухтысячных годов исследователи так же отмечают, что такие режимы стали прибегать к противодействию и осуждению международного продвижения демократии в лице спонсирования НКО и поддержки общественных организаций.68 «Они начали противодействовать и выдавливать западные НКО, а так же запретили местным группа принимать помощь от западных фондов или начали наказывать их за это».69 НКО являются структурами гражданского общества и активно отстаивают свои права и права своих клиентов, в случае если это правозащитная организация, в ходе своей деятельности, а так же способствуют общему распространению запроса на демократизацию в обществе. Поэтому данные организации, желая или не желая того, могут быть катализаторами гражданских протестов, которые могут привезти к масштабным волнениям или «цветной» революции. Поэтому с точки зрения любого авторитарного режима планирующего оставаться у власти максимально долго, являются угрозой с которой необходимо бороться.

Электоральный авторитаризм является своего рода идеальным авторитарным режимом так как собрал в себя качества для поддержания стабильности как от демократии так и от авторитаризма, но в отличии от первой власть не сменяется, может в течение долго времени не сменятся ни демократически путем, поскольку выборы контролируются, ни насильственно на другой авторитарный режим, поскольку элита консолидирована, а противники устраняются. При умелом манипулировании экономикой, избирательной кампанией, применения тактики «разделяй и властвуй» в отношении оппозиции, захвате основных СМИ подконтрольными государству структурами, проведению выборочных репрессий в отношении противников режима, а так же дополнительным факторам обеспечивающим консолидацию элиты, таким как перераспределение ренты, и факторам обеспечивающим консолидацию граждан, таким как создание образов врага, как внутри страны, так и за ее пределами, режим может достичь впечатляющих результатов стабильности и долголетия. Но зачастую, как и всякий неконкурентный режим, электоральный авторитаризм подвержен старению элиты, ошибкам в управлении экономикой в силу потери наиболее компетентных сторонников из опасений конкуренции с их стороны, и как следствие усталости граждан от режима. В итоге все это может привести к потере власти через несколько возможных сценариев таких как: революция, «опрокидывающие выборы»70, проведение либерализации под давлением общества и как следствие переход от электорального к соревновательному авторитаризму и, в дальнейшем, к демократии.

1.4 Основные модели перехода от авторитаризма к демократии

Прежде чем перейти к сравнению случаев Мексики и России, необходимо сделать краткий обзор основных моделей перехода от авторитаризма к демократии.

Дэнкварт Растоу является одним из первых, кто предложил динамическую модель перехода к демократии. Его модель требует одного предварительного условия – национального единства. Под этим понимается то что, «значительное большинство граждан потенциальной демократии не должно иметь сомнений или делать мысленных оговорок относительно того, к какому политическому сообществу они принадлежат»71.

Сам переход осуществляется через три фазы. Первая фаза – подготовительная, вот как описывает его сам автор, «динамический процесс демократизации … запускается посредством длительной и безрезультатной политической борьбы … ее основные участники должны представлять прочно укоренившиеся в обществе силы…, а спорные вопросы, вокруг которых она ведется, должны иметь для сторон первостепенное значение. Подобная борьба чаще всего начинается вследствие появления новой элиты, поднимающей угнетенные и лишенные ранее руководства социальные группы на согласованное действие»72. Таким образом, процесс демократизации, по мнению Растоу, начинается с конфликта между старой и консервативной элитой и новой нацеленной на отстаивание интересов ранее не представленных в политике групп.

Вторая фаза – принятия решения. Автор определяет переход от первой фазы ко второй следующим образом: «подготовительная фаза завершается лишь тогда, когда часть политических лидеров страны принимает сознательное решение признать наличие многообразия в единстве и институционализировать с этой целью некоторые основополагающие механизмы демократии».73 В принятии решения о институализации пусть даже и лишь некоторых механизмов демократии, и претворении этого решения в жизнь, заключается вторая фаза перехода к демократии.

Последняя, третья фаза привыкания. Описывая эту фазу автор говорит о том что «в ходе самого функционирования демократии идет дарвинистский отбор убежденных демократов, причем по двум направлениям – во-первых, среди партий, участвующих во всеобщих выборах, и во-вторых, среди политиков, борющихся за лидерство в каждой из этих партий».74 Постепенно политики которые изначально относятся к демократии как к вынужденному компромиссу, сменяются на политиков искренне верящих в превосходство этого режима над остальными. Граждане в свою очередь, привыкают участвовать в демократических процедурах. В итоге демократия закрепляется в обществе.

Можно выделить еще двух классиков Гильмеро Одоннела и Филиппа Шмиттера которые выдвинули свою модель перехода от авторитаризма к демократии.75 Она, так же как и модель Растоу, включает в себя три стадии перехода. Это либерализация, демократизация, социализация. Под либерализацией понимается процесс, при котором правящая группа осуществляет некоторые реформы направленные на предоставление некоторых гражданских свобод, но это никак не затрагивает существующие властные отношения и систему управления государством. «Либерализация — это контролируемое открытие политического пространства, в результате которого возникает лишь так называемая "опекунская демократия" (tutelary democracy), т.е. режим с конкурентными, формально демократическими институтами, находящимися под опекой аппарата».76 Причем цель реформ заключается, как правило, не в конечном переходе к демократии, а в удержании власти в момент реформ и в будущем.

Следом за либерализацией идет демократизация. «…Это период институционализации неопределенности, когда власть группы людей заменяется властью набора политических норм и правил. Подобная трансформация может осуществиться при выполнении двух условий: а) демонтажа прежнего авторитарного режима и б) сознательного выбора новыми политическими силами демократических институтов и процедур, в рамках которых им предстоит в дальнейшем соревноваться».77 Исследователи отмечают что в отличие от стадии либерализации, которая может проводиться без относительно к мнению граждан, то успешная демократизация может быть проведена только при условии поддержки значительной части населения.

Последняя стадия перехода это социализация нового режима. Граждане страны должны привыкнуть к новым правилам игры, осознать что теперь они реально влияют на происходящие политические процессы. Социализация, или поставторитарная ресоциализация проходит через «усвоение ими новых норм и ценностей, постепенное врастание в новую систему отношений в ходе демократического политического процесса, а также в результате организации специального ресоциализирующего обучения».78 Зачастую переход к демократии сопровождается экономическими реформами которые приводят к уменьшению благосостояния граждан, что ведет к недовольству режимом и демократией как идей. Вследствие чего эта стадия чревата откатом к авторитаризму или различным вариациям гибридных режимов через победу на следующих, после «учредительных», выборах реакционных сил.

Вот как описывает одну из моделей Мельвиль. Зачастую переход от авторитаризма к демократии начинался с раскола в правящей элите на консерваторов противников реформ и условных либералов сторонников перемен. Последние для проведения реформ обращались за поддержкой к оппозиции и гражданскому обществу, тем самым институализируя их.79 «В большинстве случаев успешных демократических переходов, выход бывал найден не в результате победы одной из противоборствующих сил над другой, а в форме своего рода соглашения, пакта между участвующими в конфликте сторонами, итогом которого становилось определенное соглашение о «правилах игры» в условиях последующих этапов демократизации и гарантиях для проигравших. За этим следовали первые свободные так называемые «учредительные» выборы, которые, как правило, приводили к власти не центристское крыло реформаторов, начинавших реформы, а лидеров и представителей радикальной оппозиции»80. Но победа на выборах означала необходимость проведения экономических реформ, зачастую болезненных для населения, в следствии чего на следующих «выборах разочарования» побеждали уже представители старого правящего режима. Но «…они, как подлинные термидорианцы, посредством лишь некоторого отката назад, фактически стабилизировали и балансировали новую политическую систему»81. Но это еще не было гарантией успешной консолидации демократического режима в будущем. Многие режимы останавливаются на промежуточной стадии между автократией и демократией и становятся гибридными политическими режимами.

Рассмотрев некоторые модели перехода от авторитаризма к демократии можно сделать вывод что, переход, как правило, начинается с конфликта внутри правящей элиты который в итоге приводит к некоторой либерализации режима, предоставлении определенных гражданских свобод. Это провоцирует в обществе демократически настроенные силы на требования дальнейших реформ, что в итоге приводит к демократизации и первым «учредительным выборам», после чего наступает этап социализации демократии и привыкания к ней. На последнем этапе возможен откат к авторитаризму или гибридному режиму вследствие победы на выборах реакционных сил в силу недовольства граждан возможным ухудшением материального положения или в других причин.


следующая страница >>
Смотрите также:
Федеральное государственное автономное образовательное
1087.26kb.
6 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
151.8kb.
1 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
1928.27kb.
15 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
559.42kb.
4 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
905.97kb.
13 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
1989.51kb.
11 стр.
Минобрнауки россии федеральное государственное автономное образовательное
897.42kb.
5 стр.
Минобрнауки россии федеральное государственное автономное образовательное
900.4kb.
5 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
1045.23kb.
5 стр.
Федеральное государственное автономное образовательное
1009.7kb.
11 стр.
Минобрнауки россии федеральное государственное автономное образовательное
776.8kb.
6 стр.
Минобрнауки россии федеральное государственное автономное образовательное
457.34kb.
3 стр.