Главная
страница 1
«Нефть и капитал».-2010.-№4.-С.10-12.
Непристойное предложение?

«Газпром» не готов идти на уступки по «Южному потоку»


Алексей Макаркин

первый вице-президент

Центра политических технологий
В середине марта глава итальянской Eni Паоло Скарони высказался за объединение участков пересечения двух евро­пейских газопроводов — «Южный поток» и Nabucco. Официальная реакция России на это предложение имела резко негативный характер. Можно говорить о первых серьезных противоречиях между российской стороной и ее историче­ским партнером из Италии.
До самого последнего времени ничего не предвещало возник­новения проблем между Россией и Eni. При этом в информа­ционном простран­стве было немало позитивных ново­стей в отношении «Южного потока». Так, в феврале «Газпром» пригласил в «Южный поток» румынского опера­тора газопроводов Transgaz, предло­жив создать в Румынии подземное хранилище газа. Ранее, напомним, Transgaz согласился стать партнером Nabucco. В марте было объявлено о том, что к проекту присоединилась Хорватия. Ее премьер-министр Ядранка Косор сообщила, что согла­шение о строительстве и эксплуата­ции газопровода на территории Хорватии открывает возможность создания совместной компании с участием 50% на 50% для реализации проекта. Также в марте российский министр энергетики Сергей Шматко объявил о том, что Россия и Болгария планируют в ближайшее время создать проектную компанию для строительства «Южного потока». Последнее сообщение является тем более важным, что нынешнее право­центристское болгарское правитель­ство Бойко Борисова проявляет зна­чительно меньше энтузиазма в отно­шении российско-болгарского энергетического сотрудничества, чем предыдущий кабинет Сергея Станишева, при котором Болгария присо­единилась к «Южному потоку».
Фактор Скарони
В то же время напряжение между акционерами операционной компа­нии South Stream AG появилось еще в конце прошлого года, когда в проект, с благословления самого Путина, собралась войти Electricite de France (EdF). Это, в принципе, было очеред­ной победой инициаторов проекта, поскольку изначально EdF, одна из крупнейших электроэнергетиче­ских компаний мира, планировала участвовать в газопроводе Nabucco. Но договориться об алгоритме вхо­ждения третьего акционера не уда­лось. В Москве полагали, что EdF получит долю за счет снижения доли Eni, однако итальянская компания добивается, чтобы «Газпром» также отдал французам пропорциональную долю акций оператора проекта, что позволит Eni остаться равно­правным партнером в «Южном потоке». Для «Газпрома», однако, 50-процентное участие в «Южном потоке» является принципиальным — компания считает, что паритет надо выстраивать не между всеми участниками, а между поставщиками и потребителями (понятно, что к последним относятся как Eni, так и EdF). Именно по такой схеме, кстати, пополняется акционерами «Север­ный поток».

После этого анонимный, но близкий к проекту источник заявил Интерфаксу, что «пока Скарони не уйдет, ситуация вряд ли изменится. У итальянцев позиция неконструктив­ная». Контракт Скарони истекает в 2011 году.

И вот теперь еще одна проблема. Скарони предложил объединить Nabucco с «Южным потоком». Согласно его плану, несколько веток должны снабжать газом одну основ­ную артерию, идущую в Европу. «Если партнеры договорятся объе­динить трубопроводы на определен­ном участке маршрута, мы снизим уровень требуемых инвестиций и расходы по эксплуатации, зато повысим общий доход», — заявил Скарони.

В отрыве от геополитики и гео­экономики тезис Скарони безупре­чен. Пусть на сегодняшних официальных картах маршруты газо­проводов почти не пересекаются, в Европе они, по сути, дублируют друг друга, и создавать параллельные системы нет никакого смысла. Про­блема в том, что вне геополитиче­ского контекста подобные проекты уже давно не рассматриваются, по крайней мере в России, где инициа­тиву Скарони, как и следовало ожи­дать, отвергли категорически.

«Мы сильнее, потому что у нас есть газ, и все решения, которые необходимы для начала строитель­ства газопровода «Южный поток», уже приняты», — заявил российский министр энергетики Сергей Шмат­ко. И добавил: «Мы ждем с нетерпе­нием, когда проект Nabucco может формально начать с нами соревно­ваться». Окончательный выбор в пользу «Южного потока», по мнению Шматко, потребители сделают после того, как Еврокомиссия придаст ему статус приоритетного европейского проекта, который позволит ему получить доступ к финансированию ЕС (впрочем, это выглядит крайне сомнительным с учетом политиче­ских интересов европейцев — под­робнее см. ниже). Пресс-секретарь Владимира Путина Дмитрий Песков заявил газете «Коммерсантъ», что Россия исходит из того, что «Южный поток» — это самостоятельный и самоокупаемый проект». А собесед­ник «Русского Newsweek» в «Газпро­ме» и вовсе назвал поступок Скарони предательством.

Как правило, анонимные источ­ники бывают значительно откровен­нее, чем официальные лица, и в дан­ном случае это наверняка так. В самом деле, идея Скарони близка к озвученным некоторое время назад идеям пригласить «Газпром» к уча­стию в Nabucco, поскольку, если бы «Газпром» вошел в этот проект, на карте юга Европы было бы ровно вдвое меньше проектируемых маги­стральных газопроводов. Когда подобные инициативы исходят из конкурирующего лагеря (к тому же объективно испытывающего труд­ности с обеспечением загрузки буду­щей трубы) — это нормально. Когда же такое приходит в голову партне­ру, согласимся, что повод для резких оценок его поведения определенно появляется.


Деньги и политика
Нынешняя позиция Eni, на наш взгляд, в первую очередь опреде­ляется дороговизной «Южного потока». Скарони специально под­черкнул, что объединение двух проектов поможет сократить операционные расходы и увеличить коэф­фициент полезного действия. В период экономического кризиса эта тема становится еще более актуаль­ной, чем ранее.

В 2008 году глава Eni оценивал «Южный поток» в сумму более чем $10 млрд. Алексей Миллер назвал похожую цифру — €8,6 млрд. В нача­ле прошлого года Скарони уже назвал сумму в два раза большую — $20 млрд. (в том числе $10 млрд. — инвестиции в создание подводного участка). Примерно тогда же Влади­мир Путин обозначил другую цифру — €10 млрд, «а может быть, и мень­ше, с учетом падения цен на строй­материалы». В декабре 2009 года Скарони «повышает ставки» — до €20 млрд. — в своем выступлении на торжественной церемонии, посвя­щенной 40-летию заключения пер­вого советско-итальянского кон­тракта по поставкам газа. Похоже, что это заявление итальянского топ-менеджера изрядно испортило праздничное настроение делегации «Газпрома». Участвовавший в торже­ствах заместитель председателя правления «Газпрома» Александр Медведев заявил, что рано пока озвучивать «даже прогнозную сто­имость»: «Мы находимся в стадии технико-экономического обоснования, и прогнозную стоимость проек­та можно будет назвать только после того, как эта работа будет завершена. Видимо, господин Скарони провел внутреннюю работу со своими экспертами. Мы пока цифру озвучить не готовы». И это притом, что и Путин, и Миллер уже высказывались по этому поводу.

Второй важный фактор — поли­тический. «Южный поток» вызывает негативные чувства у многих евро­пейских деятелей: представители ЕС полагают, что этот проект повысит энергетическую зависимость Старо­го Света от России. Именно поэтому Евросоюз активно продвигает Nabucco. Итальянцы в этой ситуации оказались в противоречивом поло­жении. С одной стороны, они уча­ствуют в «Южном потоке», с другой — им не хочется выглядеть наруши­телями европейской солидарности, отсюда и стремление «усидеть на двух стульях». Во время декабрьского визита Дмитрия Медведева в Италию премьер Сильвио Берлускони, неод­нократно поддерживавший россий­ско-итальянский проект, особо под­черкнул, что «Южный поток» никак не противоречит Nabucco и гаран­тирует «надежное, долгосрочное обеспечение граждан Италии и Европы газом».

ХОТЯ ИНИЦИАТИВА СКАРОНИ ОБЪЕДИНИТЬ NABUCCO И «ЮЖНЫЙ ПОТОК» И ПРИВЛЕКАТЕЛЬНА ЭКОНОМИЧЕСКИ, С ТОЧКИ ЗРЕНИЯ ГЕОПОЛИТИКИ ДЛЯ РОССИИ ОНА СОВЕРШЕННО НЕПРИЕМЛЕМА
Судьба конкурентов
Примечательно, что голос в под­держку предложения главы Eni про­звучал и в России. Вице-спикер Гос­думы, президент Российского газо­вого общества Валерий Язев, извест­ный как один из наиболее влиятель­ных лоббистов «Газпрома», назвал идею Скарони «разумной». Он пояснил: «В районе Болгарии South Stream начинает разветвляться на юг и запад Европы, Nabucco приходит туда же — это пересечение может добавить к нашему газопроводу ветку, которая позволит увеличить зону охвата потребителей». По его словам, реализовать российский проект стало бы значительно проще, «если бы участники Nabucco — немецкая RWE, Gaz de France и австрийская OMV — пришли в South Stream».

Позиция Язева, на первый взгляд, кажется странной: Дума в России в последнее десятилетие стара­ется не противоречить правитель­ству. Однако возникает вопрос — не является ли заявление Язева осто­рожным зондажом, демонстрацией того, что Россия готова и в новых условиях обсуждать со Скарони про­блему «Южного потока», в том числе в контексте снижения расходов?



Показательно, что и судьба Nabucco остается под вопросом, несмотря на его включение в число приоритетов ЕС. Болгарский пре­мьер Борисов заявил в марте, что Евросоюз и США поддерживают Nabucco лишь на словах и мало делают для его осуществления: «США и ЕС должны объяснить, почему проект все еще не сдвинулся с мерт­вой точки». Финансирование Nabuc­co, стоимость которого пока оцени­вается в €7,9 млрд (причем далеко не факт, что эта цифра не увеличится, как это произошло с «Южным пото­ком»), остается крупнейшей пробле­мой. Кроме того, на сегодняшний момент не подписано ни одного договора с поставщиками газа.

Есть и еще одна проблема. Побе­да Виктора Януковича на украин­ских президентских выборах приве­ла к возрождению идеи создания консорциума по управлению газо­транспортной системой страны с целью ее модернизации. В украин­ское законодательство предполага­ется внести изменения, предусматривающие возможности сдачи ГТС в концессию. При этом Украина рас­сматривает свою инициативу как альтернативу «Южному потоку». Понятно, что на ее пути есть множе­ство проблем — как «завязанность» России на «Южном потоке», так и неустойчивость внешнеполитиче­ской линии Киева в долгосрочной перспективе: представитель «Газпро­ма» неофициально отметил, что «господин Янукович будет у власти не так долго, как должны работать газопроводы». Существует и вопрос о формате будущего консорциума: Украина видит в числе его участни­ков себя, Россию и Европу — в этом случае российской стороне будет трудно рассчитывать на пакет, близ­кий к контрольному. Однако все эти проблемы не выглядят фатальными, особенно в условиях, когда востре­бованность новых амбициозных и дорогих газопроводных проектов может снизиться.


Смотрите также:
«Нефть и капитал». 2010.№4. С. 10-12. Непристойное предложение?
67.22kb.
1 стр.
«Нефть и капитал». 2011.№4(177). С. 20-22. Каспийский прилив Азербайджан теснит Россию на нефтяном рынке Украины и Белоруссии
82.03kb.
1 стр.
О состоянии мирового рынка товаров. Нефть
173.48kb.
1 стр.
Отчета ОАО «Газпром нефть»
34.21kb.
1 стр.
Социальный капитал, индекс доверия, радиус недоверия, социологические опросы, открытый социальный капитал, закрытый социальный капитал, гражданская культура
128.54kb.
1 стр.
Материнский капитал: ежегодно увеличивается сам капитал, расширяются возможности его применения
15.77kb.
1 стр.
Апрель Июнь 13 14 Апреля 2010
33.07kb.
1 стр.
Кодекс (Федеральный закон от 31. 07. 1998 г. N 145-фз)
42.78kb.
1 стр.
Пакетное предложение Новогодний Будапешт "3 ночи" 30. 12. 2010-02. 01. 2011
65.46kb.
1 стр.
Магистерская диссертация
921.76kb.
12 стр.
Пояснительная записка к бухгалтерскому балансу 2008г. Уставной капитал Общества 500,0 тыс руб. За 2008год уставной капитал сформирован полностью
118.74kb.
1 стр.
В отрасли «Нефть и газ»: Решили присудить 3 место
58.88kb.
1 стр.