Главная
страница 1страница 2страница 3




ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ДИСЦИПЛИНЫ:

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ И КАРТОГРАФИЯ,

СФРАГИСТИКА, ГЕРАЛЬДИКА,

ГЕНЕАЛОГИЯ
Учебное пособие
УДК (075.8) [913:528.9+929.6/.7]

Печатается по решению учебно-методической комиссии

исторического факультета

Казанского государственного университета

Составители:

д.и.н., проф. А.Л.Литвин, д.и.н., член-корр. С.М.Каштанов,

д.и.н., проф. С.Ю.Малышева, д.и.н., проф. А.А.Сальникова,

к.и.н., доц. В.В.Астафьев, к.и.н., доц. Д.М.Галиуллина,

к.и.н., асс. Г.Г.Амалиева

Рецензенты:

к.и.н., доц. Г.А.Двоеносова (КГЭУ)

к.и.н, доц. Н.А.Федорова (КГУ)


Научный редактор – доктор исторических наук А.Л.Литвин
ВСПОМОГАТЕЛЬНЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ДИСЦИПЛИНЫ В СИСТЕМЕ ИСТОРИЧЕСКОГО ЗНАНИЯ
Понятие «вспомогательные исторические дисциплины» интернационально. Исходным является немецкий термин «die historischen Hilfswissenschaften»1. Аналогичные определения существуют во французском, английском, польском и других языках («les sciences auxiliaires de l’histoire», «the auxiliary historical disciplines», «nauki pomocnicze historii» и т.п.). К классическим «вспомогательным историческим дисциплинам» относятся палеография, дипломатика, хронология, метрология, сфрагистика, геральдика, нумизматика, генеалогия. Особое место в системе исторических наук занимают эпиграфика и папирология. Сравнительно недавно выделились в качестве особых дисциплин филиграноведение, кодикология, берестология, бонистика, фалеристика, векселлология, эмблематика, филократия и др.

К числу «вспомогательных исторических дисциплин» не решаются относить источниковедение, археологию, этнографию, историографию, историческую географию, документоведение. Уместно ли применение к ним термина «специальные исторические дисциплины»? Этот термин, предложенный М.Н.Тихомировым, используется в нашей науке наряду с понятием «вспомогательные исторические дисциплины» – либо как заменитель последнего, либо как название, пригодное для «больших», «самостоятельных» исторических дисциплин. Что касается археографии, то неясно, к каким дисциплинам она принадлежит – к «вспомогательным» или «специальным».

Поборниками термина «вспомогательные исторические дисциплины» были С.Н.Валк и Е.И.Каменцева. В 1968 г. С.Н.Валк основал издание под этим названием. Оно продолжает выходить и в настоящее время. В нем печатаются ценные источниковедческие исследования. В 1990 г. Е.И.Каменцева писала: «Мы стесняемся названия «вспомогательные». Пора бы понять, что сложилось это в трагические и застойные времена, когда в определенной среде руководства наукой считалось пройденным этапом в развитии советской исторической школы работа в области вспомогательных исторических дисциплин. Пора перестать бояться устоявшегося названия, которым их называет весь мир»2.

Нам представляется, что всякая вспомогательная историческая дисциплина обладает достаточной долей самостоятельности, имея свою особую цель исследования, а также свои собственные специфические методы анализа и синтеза, и в этом смысле она не является только «вспомогательной» наукой. Но, конечно, разработки в области вспомогательных исторических дисциплин «помогают» развитию исторической науки в целом, давая ряд построений и выводов, без которых невозможны, во-первых, достоверная реконструкция фактов, во-вторых освещение отдельных сторон исторического процесса. В этом смысле вспомогательные исторические дисциплины являются «помощниками истории». Как, например, прочесть древний или средневековый текст, не зная палеографии? Как правильно определить дату исторического события, не зная правил перевода дат, не умея пользоваться хронологическими таблицами, и т.д.?

Необходимо подчеркнуть органичность связи вспомогательных исторических дисциплин с историей как наукой в целом. Не овладев вспомогательными историческими дисциплинами, историк не может быть настоящим профессионалом. Не случайно крупнейшие историки-медиевисты были одновременно источниковедами, дипломатистами и палеографами. Прогресс исторической науки зависит в значительной степени от прогресса в области вспомогательных исторических дисциплин. Это обстоятельство служит доказательством единства науки истории, в которой разделение на «главные», «специальные» и «вспомогательные» дисциплины в достаточной мере условно. Вместе с тем именно самостоятельные задачи каждой дисциплины обусловливают необходимость выделения ее в особую отрасль. Существование целого ряда наук исторического профиля, имеющих каждая свое особое назначение, оправдывает употребление по отношению к ним таких обобщающих понятий, как «вспомогательные исторические дисциплины» и «специальные исторические дисциплины». Понятие «вспомогательные исторические дисциплины» как собирательное служит цели не только интеграции, но и дифференциации наук.

В 1990 г. С.М.Каштанов предложил общую классификацию вспомогательных исторических дисциплин, разделив их на три типа: 1) дисциплины, имеющие определенный однородный объект исследования (источники одного рода, вида или разновидности); 2) дисциплины, изучающие отдельную сторону источников разных родов, видов и разновидностей; 3) дисциплины, изучающее не источники как таковые, а на базе источников разных видов какой-то круг вопросов, связанных единством предмета. К первому типу автором были отнесены для примера нумизматика, бонистика, фалеристика, векселлология, филокартия, ко второму – палеография, эмблематика, к третьему – хронология, метрология, генеалогия3.

Отметим промежуточное положение некоторых дисциплин в рамках этой схемы. Оно связано отчасти с имеющимися в литературе противоречиями в определении объекта и предмета той или иной дисциплины. Следует учитывать также, что старейшие из вспомогательных исторических дисциплин возникли не как часть общей науки истории, а как отдельные отрасли практического знания. Таковы, например, дипломатика, палеография, сфрагистика, геральдика, генеалогия и др. В период своего практического развития они не были составной частью источниковедения или исторической науки. Вхождение этих дисциплин в орбиту науки нового и новейшего времени повлекло за собой переосмысление их задач и сферы применения. Так, е источники как таковые, а на базе источников разных видов ону источников разных родов, видов и релив их на тр таких обобщающихдипломатика, первоначально занимавшаяся только вопросом о подлинности «дипломов» или грамот, превратилась в науку об особенностях внешней и внутренней формы актов, затем – и их содержания. Если считать дипломатику наукой об актах в целом, ее надо поместить в первую группу; если же рассматривать ее только как науку о формуляре, причем всех письменных источников вообще (В.В.Фарсобин), место дипломатики – во второй группе, рядом с палеографией.

Сфрагистика и геральдика принадлежат, казалось бы, целиком к первому типу. Но печати и гербы во многих случаях являются частью объектов-носителей, которыми ни сфрагистика, ни геральдика не занимаются. Значит, эти дисциплины относятся не только к первому, но и ко второму типу. Некоторые дисциплины второго типа можно подвергнуть более детальной классификации – по материалу, на котором написан источник. В составе общей палеографии выделяются как ее подразделы эпиграфика и берестология. Они сохраняют свою обособленность, ибо в предмет их ведения входит не только письмо, но и сам материал для письма. Уточнению функции палеографии как науки о письме и освобождению ее от дополнительных функций способствовало возникновение филиграноведения и кодикологии. Эти дисциплины относятся, вероятно, к первому типу. У каждой из них вполне определенный объект исследования: у филиграноведения – бумага, у кодикологии – рукописные сборники на пергамене и бумаге.

При характеристике специальных и вспомогательных исторических дисциплин следует иметь в виду, что не все они чисто исторические. Смешанный характер носят, например, этнография, историческая география и палеография. В литературе можно встретить определение палеографии как историко-филологической дисциплины.

Методика вспомогательных исторических дисциплин постоянно развивается и совершенствуется. Взаимодействие вспомогательных исторических дисциплин обогащает каждую из них новым опытом и создает предпосылки для источниковедческого и исторического синтеза.

Наука едина. Эта истина относится и к исторической науке, в которой специалисты выделяют её отдельные разделы. Исследователь, занимающийся изучением отдельной проблемы, неминуемо сталкивается с разными фактами одной эпохи, когда невозможно обойтись без источниковедческого или палеографического анализа. Все так называемые вспомогательные или специальные дисциплины объединяет изучаемое время. Каждый этап исторического исследования выдвигает необходимость развития в первую очередь какой-либо исторической дисциплины и делает ее из «вспомогательной» - основной. Так произошло в начале 1990-х гг., когда исследователи столкнулись со многими мифами и легендами партийно-советской эпохи, а возможность работать в более открытых, чем прежде архивохранилищах, представили источниковедение, вспомогательные и специальные дисциплины, как основные при изучении истории той поры.

Среди вновь открытых для исследователей документов, несомненный интерес представили следственные дела политических процессов советского времени. Их общая характеристика присутствует в ряде научных и публицистических изданий. Политические процессы 1930-х гг. в СССР В.М.Панеях как-то назвал сходными со средневековыми. Работы американских историков Р.Пайпса и Б.Розенберга показали преемственность в действиях карательных аппаратов царской и постреволюционной России. Исследования А.Г.Голиковой и Н.Н.Покровского подтвердили преемственность наказаний за политические преступления при Петре I и Сталине. Н.А.Троицкий показал сходство между процессами над народовольцами 1880-х гг. и политическими процессами, происшедшими в советской стране.

По своему происхождению все эти публикуемые документы исходят из одного ведомства, в 1920 — 1930-е годы – это ОГПУ и НКВД. Они естественно, отражали методы ведения следствия в этом учреждении, наверное, самом когда-то страшном и могущественном в СССР, и тех политических правителей страны, которые подобные методы инспирировали. Миллионы людей, осужденных тогда, ныне реабилитированы с формулировкой «из-за отсутствия состава преступления». В связи с этим, историки столкнулись с массовым фальсифицированным источником. Сразу же встал вопрос о необходимости публикации подобного рода документов. Мнения исследователей разделились, хотя для многих была очевидной важность издания этих документов, как свидетельства произвола тоталитарной эпохи.

Одновременно встал вопрос о методике анализа этих тенденциозных и фальсифицированных источников. В них каждая фраза и слово нуждаются в проверке. Протокол допроса может не отражать сам допрос. В Казани, в архиве бывшего КГБ, был обнаружен случай, когда следователь заполнил протокол за осужденного. Тот знать не знал о том, в чем его обвиняли. Внесудебная тройка, на которой не присутствовал обвиняемый, приговорила его к расстрелу. Следователя судили в 1940 г., он признался, что так поступал для ускоренного выполнения плана о числе расстрелянных. Планы (разнарядки) рассылались руководством НКВД с указанием, сколько граждан следует ликвидировать как «врагов народа», как «националистов», «троцкистов», «шпионов» и т.д. Даже собственноручная подпись обвиняемого в конце каждой страницы допроса не делало его достоверным, потому что обвиняемый, как правило, ставил свою подпись под физическим или психологическим принуждением.

Н.Н.Покровский предлагал для методики анализа таких документов использовать источниковедческое правило, предложенное питерским медиевистом Я.С.Лурье. А именно: в тенденциозном источнике наиболее достоверны сведения, противоречащие этой тенденции, наименее совпадающие с ней. Но в данном случае очень трудно придерживаться этого принципа. В протоколах допросов, как правило, отсутствуют сведения, хоть как-то противоречащие обвинительной тенденции следователя. Так, сфабрикованное ОГПУ «Академическое дело» не является достоверным источником для изучения исторических и общественно-политических взглядов репрессированных ученых. Следственные дела историков Н.Н.Ванага, В.И.Невского, С.А.Пионтковского, Н.Н.Эльвова и многих других арестованных и погибших узников ГУЛАГа, свидетельствуют об отсутствии интереса следствия к воззрениям и историческим трудам арестованных ученых. Все они обвинялись в попытках осуществить различные террористические акты… Ванаг после физического и психологического воздействия «признался», что в 1934 г. был на приеме у Сталина на совещании о создании учебника по истории, что тогда взял с собой пистолет для того, чтобы «убить вождя». Разумеется, эта версия была придумана следователем. Ни пистолета, ни даже мысли о покушении на Сталина у Ванага не было.

Следственные дела начинаются из заполненного от руки типографского бланка ордера. На нем указывались адрес и фамилия обвиняемого, сотрудник ОГПУ-НКВД, которому поручалось это сделать. Структурное строение протоколов допросов довольно простое. Большинство допрашиваемых сразу же после ареста пытались доказать свою невиновность и сообщали при этом достоверные сведения о своей предыдущей служебной деятельности, лояльности властям, но примерно через месяц начинали давать нужные следствию показания о своих «вредительских делах». Причем, абсурдность этих признаний никак не смущала следователей, которые сами способствовали выработке обвинительных заключений. Позже оставшиеся в живых и вернувшиеся из тюрем и лагерей бывшие политические заключенные рассказали в своих воспоминаниях и письмах, как создавалось «обвинение». М.П.Якубович, осужденный в 1931 г. за принадлежность к меньшевизму, в 1967 г. в письме на имя Генерального прокурора страны писал, что «впервые наше Союзное Бюро ЦК РСДРП (м) собралось в кабинете следователя, и мы у него обсуждали, что каждый из нас должен делать и разрабатывался сценарий, как будет вестись следствие, как будет вестись суд и т.д.». Таким образом следствие само «придумало» это несуществующее до того «Союзное Бюро» меньшевиков, арестовало тех, кто когда-то был меньшевиком, но уже давно отошел от всякой политической деятельности и организовало «показательный» политический процесс4.

Методику работы с массовым фальсифицированным источником невозможно выработать без использования палеографических, графических данных, без содержательного анализа каждого документа в отдельности. С.Н.Быковский писал в начале 1930-х гг., что «никаких прочных выводов нельзя строить на ненадежном материале, доброкачественность которого находится под сомнением»5. Материалы следственных дел, оставшиеся со времен советских политических процессов, являются «ненадежным материалом», они отвергнуты как фальсифицированные во время реабилитации бывших осужденных. Но они являются необходимым свидетельством мифов и легенд, произвола над правами людей в советское время. В этом смысле, они весьма «надежный материал».

В современных учебных пособиях по источниковедению6 «вспомогательные» исторические дисциплины даже не упоминаются, хотя без использования их методик исследования, объективный источниковедческий анализ трудно произвести. Без анализа качества бумаги, часто бывает трудно установить дату происхождения документа.


Предлагаемое методическое пособие для студентов касается тех курсов, которые преподаются сотрудниками кафедры историографии и источниковедения исторического факультета Казанского государственного университета. Это курс исторической географии и картографии. Цель курса не только научить студентов пользоваться географическими картами, но и пониманию значения окружающей среды, природы и пространства на жизнь людей, на историю государства, региона, в котором они проживают, например историю Республики Татарстан. Курс исторической географии и картографии необычайно важен для понимания студентами-историками роли географического фактора в развитии исторического процесса. Материалы подобных курсов широко использовали в своих лекциях, монографических изданиях С.М.Соловьев, В.О.Ключевский и друге выдающиеся историки. В советское время этот курс был отделен от исторической науки. В настоящее время он вновь стал её неразделимой частью. Программа курса, примерные контрольно-тестовые задания, обширный список литературы и иллюстрации помогают понять необходимость такого курса для студентов исторического факультета.

Курс сфрагистики и геральдики направлен на понимание студентами важности изучения печатей и гербов, не только как государственных символов, но и как источниках, несущих историческую информацию о времени их появления, происхождении и значении в делопроизводстве. Этот курс ориентирован на повышение навыков работы студентов над историческими источниками. Программа курса предусматривает знакомство студентов с современными государственными символами и геральдическими учреждениями России и Республики Татарстан. Иллюстрации, контрольные вопросы, обширный список литературы позволяют повысить знания студентов по изучаемому курсу.

Программа курса генеалогии ставит задачей ознакомить студентов с практикой составления родословной, изучению документов по установлению родства как исторического источника. Студенты знакомятся с теорией и методикой генеалогических исследований, особенностями европейских и восточных генеалогических систем. Генеалогия относится к вспомогательным историческим дисциплинам и вместе с тем является существенной частью исторической науки в целом. Иллюстрации, контрольные вопросы и список литературы позволят студентам лучше освоить преподаваемый курс и узнать много нового о своей родословной, своих знакомых и многих исторических деятелях.

Настоящее методическое исследование представляет интерес не только для студентов и преподавателей, но и для всех интересующихся этими важными направлениями исторической науки.


Над пособием работали:

Вступительная статья доктора исторических наук, члена-корреспондента РАН С.М.Каштанова и доктора исторических наук А.Л.Литвина

Глава I – Кандидат исторических наук Г.Г.Амалиева, кандидат исторических наук Д.М.Галиуллина, доктор исторических наук А.А.Сальникова

Глава II – доктор исторических наук С.Ю. Малышева

Глава III – кандидат исторических наук В.В.Астафьев

ИСТОРИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ И КАРТОГРАФИЯ
Историческая география занимает важное место в системе подготовки студентов-историков. Она характеризует исторический процесс в его пространственных пределах, прослеживает взаимоотношения человека и природы во временном континууме и, соотнеся, таким образом, пространство, события и время, открывает новые возможности для изучения и познания прошлого. Рассмотрение пространственных характеристик исторических процессов является неотъемлемой особенностью современной исторической науки. Историческая география по существу представляет собой новое направление в развитии исторических исследований, стоящее на стыке истории и географии и сочетающее теоретический и методологический инструментарий обоих.

Целью курса является ознакомление студентов с основными принципами и методами исторической географии как особой отрасли исторической науки и определение ее места в системе знаний о взаимодействии человека, природы и общества.

Историческая география – это наука, носящая междисциплинарный характер и основывающаяся на многообразных исторических источниках. Важное место среди них занимают исторические географические карты, представляющие собой пространственное отображение исторических явлений, процессов и событий, характеризующих определенный период истории, и отображающие географическую обстановку, современную этим событиям. Изучением исторических карт и атласов, разработкой методики их создания занимается историческая картография, которая представляет собой самостоятельную историческую дисциплину и одновременно отдел общей картографии.

Историк должен быть знаком с основными теоретическими и методическими принципами построения карты, он должен уметь читать особый «картографический» язык, а также иметь представления об истории картографии и о методике интерпретации и анализа старых карт – картографическом источниковедении. Предлагаемый студентам учебный курс включает в себя получение и такого рода знаний и навыков.

Задачи курса: на основе изучения физической, политической, экономической, социокультурной географии и географии населения России с древнейших времен до начала XXI века сформировать у студентов базовый понятийный аппарат этой дисциплины; показать роль географического фактора в развитии исторического процесса и его специфические особенности в условиях российской действительности; познакомить их с историей и основными разновидностями исторических карт и методами их источниковедческого изучения.

В результате изучения данного курса студенты должен получить представления о понятийном аппарате и основных методах исторической географии и умение применить их в собственных исследовательских и учебных практиках; познакомиться с особенностями физической, политической, экономической, социокультурной географии и географии населения России с древнейших времен до наших дней; овладеть навыками работы с картографическим материалом как историческим источником.

Знания студентов по курсу контролируются системой межсессионных заданий (тестовые и контрольные работы) и завершаются зачетом.
Программа курса
РАЗДЕЛ I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИСТОРИЧЕСКОЙ

ГЕОГРАФИИ
Предмет исторической географии

Содержание и задачи курса. Место исторической географии в системе исторических и географических дисциплин.

Понятие географической среды. Взаимодействие и взаимовлияние природы, человека и общества. Историческая география как наука о «территории человека».

Метод исторической географии

Понятие «историческое пространство».

Пространство географическое и пространство конкретно-историческое. Категории «время – пространство – событие» как системообразующие категории исторического процесса и его познания. Особенности пространственно-географического анализа в истории. Историческая геоинформатика и междисциплинарный синтез.

История складывания и развития исторической географии как нааучной дисциплины

Историко-географические представления в античности (Геродот) и раннем средневековье (скриптории «каролингского ренессанса», «Хронология древних народов» и «Памятники минувших поколений» аль-Бируни, «Ямато Моногатори» и др.). Эпоха Возрождения и зарождение исторической географии как науки. Метод «наложения на карту». Эпоха Просвещения. Историософские, эрудиционные и территориально-обзорные историко-географические сочинения. Проблемы исторической географии в сочинениях русских историков XVIII – начала XIX вв. (В.Н.Татищев, И.Н.Болтин, М.М.Щербатов). «Путешествия» и «топографии» Г.Ф.Миллера, П.И.Рычкова, В.В.Крестинина и др.

Историко-географические сочинения российских историков XIX – начала ХХ вв., их особенности (С.М.Соловьев, В.О.Ключевский и др.). Университетские курсы исторической географии (Н.П.Барсов, С.М.Середонин, М.К.Любавский).

Историко-географические исследования советского периода. В.К.Яцунский, М.Н.Тихомиров, А.И.Андреев, А.Н.Насонов, Л.В.Черепнин. Развитие картографического источниковедения.

Становление современной парадигмы историко-географического мышления. Проблема пространства в трудах Л.Февра, М.Блока, Ф.Броделя и др. Труды В.И.Вернадского, А.С.Лаппо-Данилевского. Евразийство и евразийцы. Л.Н.Гумилев. Изучение проблем исторической географии в советский период. Научно-педагогическая школа вспомогательных исторических дисциплин Московского историко-архивного института. Современные подходы в понимании и изучении исторической географии и картографии.

Источники, используемые при изучении исторической географии

Письменные источники как основная категория источников, используемых для реконструкции географии прошлого. Карты. Экономико-географические описания. Записки путешественников. Учетные и статистические источники.

Вещественные источники. Фольклор и этнографические источники. Данные языка и топонимики. Данные естественных наук.


следующая страница >>
Смотрите также:
Учебное пособие удк (075. 8) [913: 528. 9+929. 6/. 7] Печатается по решению учебно-методической комиссии исторического факультета
849.99kb.
3 стр.
Учебно-методический комплекс Печатается по решению методической комиссии исторического факультета кгу составители: А. А. Сальникова, Д. М. Галиуллина
419.64kb.
1 стр.
Учебно-методическое пособие Казань 2013 (072) ббк 81 Англ я 73 А64
655.57kb.
7 стр.
Практикум по курсам атомная и ядерная физика лабораторная работа опыт Резерфорда Зеленодольск 2007 Печатается по решению учебно-методической комиссии Зеленодольского филиала кгу
237.2kb.
1 стр.
Учебное пособие для студентов экономических специальностей Красноярск 2009 Рецензент Печатается по решению Методической комиссии фэф
2429.54kb.
24 стр.
Учебное пособие (075) Печатается
5189.84kb.
20 стр.
Методические указания и дидактические материалы для студентов заочной формы обучения Издательство Тюменского государственного университета
423.41kb.
2 стр.
Учебное пособие Казань 2009 удк ббк г печатается по рекомендации
305.45kb.
2 стр.
Учебное пособие по английскому языку краснодар 2012 Печатается по решению
1046.37kb.
9 стр.
Учебное пособие по английскому языку 3 семестр краснодар 2012 Печатается по решению
950.43kb.
8 стр.
Учебное пособие по английскому языку Краснодар 2007 81. 2 Англ. У. 91 Печатается по решению
1048.92kb.
9 стр.
Учебное пособие по английскому языку для курсантов 1 курса. 81. 2 Анг. Печатается по решению
1747.46kb.
16 стр.