Главная
страница 1

Оптическое стекло для русской артиллерии. 1914-1917 гг. / В. В. Поликарпов


К началу первой мировой войны оптическое стекло для биноклей, стереотруб, перископов, прицелов, прожекторов "целиком получалось из Германии, так как в России заводов, изготовлявших такое стекло, не было"1. Стеклозаводчики причину того, что производство оптического стекла в России "совершенно не существует", видели в "полной невозможности конкурировать" с иностранными заводами, особенно германским Шотта (Schott) в Иене, "обставленным научными лабораториями и обслуживаемым прекрасно подготовленными химиками-специалистами"2.

Морское министерство по крайней мере с 1908 г. проявляло заинтересованность в постановке собственного производства и "освобождении от иностранной зависимости в этом деле". 9 февраля 1909 г. состоялось совещание, на котором рассматривалось предложение морского Обуховского завода о проведении в полузаводской, полулабораторной обстановке систематических научно поставленных опытов, но практических последствий принятое совещанием решение не имело3. Заведовавшие оптико-механической мастерской на Обуховском заводе Я. Н. Перепелкин и А. Л. Гершун по поручению директора А. П. Меллера побывали у военного министра А. Ф. Редигера и доложили ему, что ввиду чрезвычайной технологической сложности дела желательно "опыты, а затем и выделку стекла... установить на хрустальном заводе Министерства двора. По этому поводу, - вспоминал Редигер, - я написал барону Фредериксу (министру императорского двора. - В. П.), который согласился на предлагаемые опыты при условии, чтобы это не вызывало расхода для Министерства двора". Редигер полагал, что поставленное условие можно будет выполнить, если направить ассигнование по сметам Военного и Морского министерств. "Мне, однако, не пришлось довести это дело до конца" из-за последовавшей вскоре отставки4.

В начале августа 1914 г. Артиллерийский комитет воззвал "к большим частным стекольным заводам... Некоторые из этих заводов откликнулись с большой охотой, и опыты начались одновременно в разных местах", - свидетельствовал в 1915 г. профессор Г. Ю. Жуковский. Однако это производство "столь специально, - писал он, - и требует таких исключительных условий, которые не встречаются при выработке даже самых тонких сортов [обычного] стекла". Российские заводы "оказались бессильными самостоятельно решить поставленную задачу" - они "не обладали соответствующими научными силами, которые могли бы поставить систематические опыты и разъяснить [техникам] основные требования производства, а также разыскать причины неудач"; сказывалась и "малая личная заинтересованность работающих лиц"5.

Тогда же состоялось совещание специально созданной комиссии. Состав ее свидетельствовал о том, что к организации производства оптического стекла привлечены "лучшие научные силы страны" - Н. Н. Качалов, профессора В. Е. Тищенко, А. Л. Гершун и др. Комиссия высказалась за проведение опытов на Императорском фарфоровом и стекольном заводе6.

В литературе встречаются указания на то, что "дореволюционные "инновационные менеджеры"... сделали фактически чудо": в военных условиях они сумели ""с нуля" создать производство высококачественного оптического стекла" на Фарфоровом заводе; в этой области "русские достигли сравнимых с германскими, британскими и французскими чудес в производстве"7. К сожалению, происхождение сведений относительно такого успеха не раскрыто и они противоречат источникам.

По заданию артиллерийского ведомства Жуковский обследовал частные заводы во Владимирской, Воронежской, Пензенской, Саратовской, Харьковской и Екатеринославской губерниях. Единственным предприятием, подававшим надежды, оказались, по его заключению, Мальцовские хрустальные заводы (завод) в Гусе Хрустальном Владимирской губернии, "ныне принадлежащие графу Игнатьеву".

П. Н. Игнатьев (министр народного просвещения в 1915 - 1916 гг.) унаследовал завод от Ю. С. Нечаева-Мальцева, которому приходился внучатым племянником. Не имея склонности к предпринимательству, он не уделял большого внимания управлению доставшимися ему заводами. Предприятие в финансовом отношении пришло в "катастрофическое" состояние8. Тем не менее владелец завода соглашался сделать попытку и потратить на оборудование до 500 тыс. руб., "не требуя никаких предварительных субсидий, но ставил условие, чтобы заботы по техническому оборудованию и постановке этого производства приняло на себя артиллерийское ведомство" и чтобы в случае успеха ему были возмещены понесенные им расходы. Жуковский считал, что существующий завод "хорошо оборудован", но "низший технический персонал, привыкший к кустарному способу ведения дела, трудно приспособляется к новому производству и противится всяким усовершенствованиям"9.

На русских заводах хватало опытных мастеров, владевших приемами изготовления "простейших изделий, как-то: бутылок, банок", но ощущался "громадный недостаток" их уже в чуть более сложном производстве обычного листового стекла. Как отмечалось в докладе П. С. Философова съезду стеклозаводчиков в апреле 1915 г., непосредственно выработкой стекла руководили "практики, вышедшие или из наиболее толковых мастеров, или же из приказчиков, - лица, обыкновенно, без всякого технического образования и с незначительной общей подготовкой. На Западе для подготовки таких техников существуют... специальные профессиональные школы, у нас же в этом отношении не сделано до сих пор еще ничего"10.

В таком же положении находился Фарфоровый завод. Здесь, как вспоминал его технический руководитель Качалов, наблюдалось даже "систематическое снижение общего уровня технической культуры". Производством заведовали лица, в большинстве "попавшие на свои места по фамильным связям и не соответствовавшие своему назначению". В их среде "авторитет науки и ее роль на производстве... стояли не очень высоко". Заводская лаборатория представляла собой "темное полуподвальное помещение, оборудованное самым жалким образом" ". Столь неприглядное положение Качалов объяснял позднее влиятельностью при дворе немецкого сообщества, что подтверждается и его собственным опытом. На Фарфоровый завод он попал в 1911 г. в качестве внештатного лаборанта, породнившись с семейством авторитетного горного инженера И. А. Тиме (Thieme) с его связями при дворе. Чистка администрации завода в 1914 г. от лиц с "немецкими" фамилиями способствовала его восхождению до роли технического директора Фарфорового завода12.

С 25 августа там начались опыты под руководством профессора Петербургского университета Тищенко, пытавшегося ориентироваться в новом деле по скупым сведениям о технологии, собранным из печатных источников. Первая плавка состоялась 4 сентября, но усилия были тщетными: оказалось, что использованный фарфорообжигательный горн, дававший необходимую высокую температуру, не был пригоден, так как не обеспечивал равномерного ее распределения в расплавленной массе13. За конструирование специальной печи взялся профессор Политехнического института В. Е. Грум-Гржимайло. Зима "прошла безрезультатно", но удалось добиться "сильного увеличения ассигнований", была модернизирована лаборатория14. С мая 1915 г. для опытных работ на Фарфоровый завод был приглашен профессор Варшавского политехнического института Жуковский. Помимо негодности печей, "обнаружилось несовершенство плавильных горшков", для них нужно было выработать состав глиняной массы; предстояло определить температуру и время плавки, химический состав стеклянной массы, условия ее остывания и отжига15. За лето 1915 г. были проведены "более систематические и разносторонние опыты", появилась надежда16.

Но все же изготовленное во второй половине 1915 г. стекло не имело "оптического качества", было не "вполне отвечающим своему назначению" (позднее выяснилось,' что достигнуть этого нельзя, если пользоваться, как это делали на Фарфоровом заводе, горшками слишком малой емкости)17. Его "нельзя считать пригодным для оптических целей, - писал в августе 1915 г. Жуковский, - так как, во-первых, оно содержит камни, во-вторых, пузыри, в-третьих, свили 18, в-четвертых, оно обладает желтовато-зеленым цветом". В этом деле "нам неизвестны основные задания, - признавал Жуковский, - они могут быть выработаны только при широком участии научных сил" - физиков, химиков, техников; при заводе должна быть лаборатория с "научным отделением, производящим систематические опыты". Не добьется успеха "завод, не произведший почти никаких собственных исследований", ограничивающийся "приобретением патента у иностранной сравнительно несовершенной фирмы", "простым копированием приемов иностранной техники". Жуковский доложил ГАУ о том, что дальнейшие опыты следует поставить "на иных основаниях и в более широком масштабе". ГАУ отозвалось ассигнованием 40 тыс. руб. на продолжение изысканий и обещанием "привлечь к этому делу опытных специалистов"19.

В октябре 1915 г. Качалов сформировал коллегию консультантов (комиссию), в которую вошли заведующий производством И. В. Гребенщиков, академик Н. С. Курнаков, профессора-химики Н. А. Пущин, В. Е. Тищенко и физик профессор Д. С. Рождественский. Наконец показалось, что "достигнут небольшой, но существенный успех". 10 ноября Рождественский доложил коллегам о результатах исследования призмы, изготовленной заводом: она как будто "вполне" удовлетворила требованиям ГАУ. Призма была "не лучше среднего стекла, изготовлявшегося до того времени", но Рождественский все же считал возможным в условиях военного времени удовлетвориться и этим. Собранный с использованием этой призмы опытный экземпляр бинокля "несмотря на наличие большого числа свилей... был вполне годен для эксплуатации"20. Такая непритязательность была обычным явлением: "Вследствие недостатка стекла во всех странах на стекло перестали быть разборчивыми: брали в инструменты стекло и со свилями, лишь бы были инструменты, хотя бы второкачественные", - писал Рождественский. И добавлял, что, по-видимому, то же наблюдалось даже у немцев: "В их биноклях, попадавших в наши руки, было подчас плохое, второкачественное стекло"21.

Дворцовое ведомство постаралось придать достижению завода преувеличенное значение: "Получен сорт стекла такого качества, что изготовленная из него призма была найдена Главным артиллерийским управлением безукоризненной"; "в настоящее время Императорский стеклянный завод становится четвертым в мире заводом по изготовлению оптического стекла"22. Несмотря на ограниченность успеха, Кабинет объявил, что приступит "немедленно к оборудованию устройств для валового производства" оптического стекла "всех необходимых сортов" и доведет выпуск до 720 пудов в год23. Комиссия, в сущности, не блефовала: "Имея самую авторитетную коллегию, которую можно было создать в стране по вопросам стекловарения, и 200 тыс. руб. на эксперименты, Фарфоровый завод чувствовал себя уверенно, - вспоминал Качалов, - и полагал, что производство оптического стекла будет налажено в кратчайшие сроки". Демонстрация же успеха, по выражению Рождественского, "прельщала взор начальства, дававшего деньги на опыты"24. Однако "шли месяцы. Ученая коллегия участила свои заседания, ее члены проводили многочисленные консультации в цехах и лабораториях, мы с Гребенщиковым сутками высиживали у опытных печей, но все труды продолжали пропадать даром, и ничто не свидетельствовало о приближении успеха"; "работа кипела... день и ночь... непрерывно поступали образцы полученных разными способами стекол. Они подвергались всесторонним испытаниям... и в Физическом институте университета, и в ГАУ, однако неизменно качество их оказывалось никуда не годным"25.

На опыты, проведенные под руководством Жуковского, Качалова и Гребенщикова, Кабинет потратил 120 тыс. рублей. В ноябре 1915 г. "должно быть окончено сооружение печей для изготовления стекла по новейшему способу", отчитывался Кабинет, и тогда завод "обеспечит потребность в оптическом стекле военного и морского ведомств"26. Но на практике для подготовки перехода к валовому производству все же понадобилось дооборудование завода еще на 113 тыс. руб. (пришлось строить новые печи для более вместительных горшков, от чего зависело качество стекла); санкция хозяина завода, Николая II, была получена 27 ноября 1915 года27.

На протяжении 1915 года попытки овладеть секретами технологии "не привели ни к каким результатам"28. Она оставалось монополией лишь трех фирм в Англии, Франции и Германии. ГАУ пользовалось запасами стекла, которые оставались в Риге на секвестрованных заводах Цейсса и Герца. По сведениям к 1 января 1916 г., имевшимся в ГАУ, английская фирма Чанс, или Ченс (Chance Brothers, Birmingham), лишь на 10% удовлетворяла потребности самой Англии в оптическом стекле, а остальные 90% Англия закупала во Франции. От заказов для России фирма "совершенно отказалась" и работала "исключительно для выполнения заказов своего правительства". Поскольку от англичан ничего ожидать не приходилось, французский "завод Парра-Мантуа [Parra-Mantois et Cie] во время войны оказался единственным в мире поставщиком сырого оптического стекла в союзных и нейтральных государствах"29.

Время уходило, и "наконец всем стало ясно, что разрешить поставленную задачу в те короткие сроки, которые диктовала война, невозможно, и единственным выходом оставалась попытка получить секреты производства оптического стекла от союзников". В Петрограде стеклозаводчики на своем заседании 5 сентября 1915 г. признали, что "организация производства оптического стекла в России возможна только в настоящее время, если же время будет упущено, то по окончании войны дело может заглохнуть". Переговоры с фирмой Парра-Мантуа об уступке технологии вел Пушин, но владелец фирмы "категорически отказал". Вся надежда была на президента Р. Пуанкаре. Он, "учитывая критическое положение под Верденом" и рассчитывая на помощь с Восточного фронта, "счел нужным оказать... содействие". Командированный им адъютант попытался повлиять на заводчика, но тот "пришел в ярость и, в ответ на призыв к патриотическим чувствам, заявил, что покончил с патриотизмом, что сын его, единственный его помощник в варке стекла, убит под Верденом и если его, старика, будут продолжать волновать такими разговорами, то он вообще будет не в состоянии варить оптическое стекло. "Так и передайте президенту", - отрезал он на прощанье и попросил гостей о выходе"30.

Пришлось обратиться к англичанам; на фирму Чанс было произведено "сильное давление" со стороны английского правительства. Выяснилось, что на переоборудование Фарфорового завода "потребуется крупная затрата, хотя и раскладываемая на несколько ближайших лет, но в общем достигающая суммы свыше 500 тыс. рублей". Согласие английской фирмы оказать техническое содействие обошлось заводу еще в 600 тыс. руб. золотом31. Качалову и инженерам Гребенщикову и Б. Ф. Тарнке было разрешено "в деталях" ознакомиться с постановкой производства в Бирмингеме. Вместе с ними в мае и летом 1916 г. на английском заводе побывали трое рабочих Фарфорового завода - стекловар, горшечник и мастер разрезки стекла; Качалову передали "все чертежи печей и установок вплоть до мельчайших деталей, описание всего производства", и он приступил к проектированию цеха "по типу завода братьев Чанс". Этим "производство оптического стекла было гарантировано в России", - писал Рождественский32.

Прежде чем снова запросить согласие Николая II на отпуск денег, управляющий Кабинетом Свиты Е. В. генерал-лейтенант Е. Н. Волков 15 декабря 1915 г. обратился к военному министру А. А. Поливанову по вопросу о гарантии дальнейших заказов. "Ввиду важного государственного значения означенного дела, - писал он, - Кабинет Е. В., конечно, не остановился [бы] перед означенной затратой, но, не будучи уверен в том, что Императорские заводы и после окончания войны будут получать заказы от военного и морского ведомств, затрудняется испросить Высочайшее соизволение на расходование столь крупной суммы". Кабинет, представлявший основной источник личных доходов императора, желал иметь письменное обязательство, "будет ли военное ведомство и после окончания войны в течение хотя бы 10 лет давать заказы на оптическое стекло Императорским заводам в количестве до 720 пудов в год. При этом цена за стекло должна определяться по себестоимости с наложением до окончания войны прибыли в 5%, а после войны - 10%33. Себестоимость... не превысит 300 руб. за пуд". В случае согласия военного ведомства, сообщал Волков, "Императорские заводы немедленно приступят к оборудованию устройств, необходимых для валового производства, и я убежден, что в конце апреля 1916 г. уже явится возможность поставлять стекло в потребном количестве"34. Между тем стекло приходилось варить в глиняных горшках, изготовление которых требовало длительной сушки (малые горшки - не менее двух месяцев, 100-литровый горшок - около года) по очень строгому режиму35. "Необходимо дать гарантии", - распорядился Поливанов.

В то же время Фарфоровый завод отклонил предложение поставлять стекло для аппаратов оптического телеграфирования. По разъяснению Кабинета от 14 января 1916 г., такое стекло "по исследовании оказалось обыкновенным зеркальным, которое императорским стеклянным заводом не изготовляется. Вследствие этого заказ... дан быть не может"36. Учитывалось, очевидно, что оборудование завода соответствующими бельгийскими печами-машинами потребовало бы больших средств на приобретение патента37.

16 января Поливанов сообщил Волкову, что "определить точно потребность... на 10 лет не представляется возможным. В настоящее время для состоящих в ведении ГАУ оптических заводов требуется ежемесячно 35 пудов.., то есть 420 пудов в год" (эту цифру указал генерал Н. И. Петровский телефонограммой из ГАУ 19 декабря) - 4200 пудов на 10 лет. "Следует полагать, что эта потребность не уменьшится в течение предстоящих 10 лет, а увеличится, но в какой мере - это зависит от причин, которые нельзя теперь предусмотреть". Морское ведомство потребляло 250 пудов в год. Таким образом, совокупная потребность армии и флота достигала 670 пудов в год38.

5 февраля 1916 г. Совет министров постановил дать Фарфоровому заводу "гарантии в обеспечении казенными заказами"39. На этом заседании Совета министров Поливанов указал ежегодную гарантированную для Фарфорового завода потребность военного ведомства в оптическом стекле 420 пудов.

Тем временем в артиллерийском ведомстве взвешивали сравнительные преимущества создания еще одного, частного либо казенного, завода оптического стекла. Выяснилась возможность быстро построить свой завод, воспользовавшись пустующим винным складом с прилегающей городской территорией в г. Изюме Харьковской губернии. В таком случае ГАУ "явится полным хозяином предприятия, чего не будет при выдаче субсидии частному заводу, и будет иметь возможность устанавливать производство любого сорта нужного стекла и нормировать цену продукта" при закупках у частных поставщиков. "Опыт войны ясно показал, - утверждал начальник ГАУ генерал А. А. Маниковский, - что только казенные заводы могли быстро смобилизоваться и своевременно начать поставки". Близость к Харькову создавала возможность пользоваться научным содействием местной профессуры и технических специалистов, лабораториями высших учебных заведений, не ожидая окончания собственной лаборатории, а если бы потребовалось, то ГАУ с таким же успехом, как и Кабинет, могло получить содействие фирмы Чанс. Принималось во внимание также наличие местных материалов: угля, глины и песка.

19 февраля 1916 г. Маниковский доложил Поливанову, что нужно строить собственный завод ведомства, так как мощности Фарфорового завода, "даже при полной успешности работы", не хватит. "При существующем оборудовании Фарфоровый завод, по имеющимся сведениям, мог бы выплавить около 38 пудов годного стекла в месяц", но "потребность только одних секвестрованных заводов Герца и Цейсса составляет 35 пудов", всего же артиллерийскому ведомству требуется ПО пудов; на исполнение морских заказов - еще 21 пуд; всего в месяц, таким образом, - 131 пуд; если Фарфоровый завод и даст 38, то "93 пуда оптического стекла в месяц все-таки нужно получать из-за границы"40. К этому добавлялось изготовление зеркального стекла, от которого отказался Кабинет. В настоящее время, докладывал Маниковский, "по почину артиллерийского ведомства производятся уже попытки к установлению шлифовки прожекторных зеркал у нас; в случае успеха "явится новая потребность в зеркальном стекле... около 100 пудов в месяц".

"Постройка казенного завода... является желательной", - поддержал ГАУ начальник Канцелярии Военного министерства генерал А. С. Лукомский. Иначе отозвался министр, предчувствовавший скорую опалу и встревоженный угрозой столкновения с Кабинетом. "Мы только что заявили, что потребность в количестве стекла вполне определить нельзя, - гласила резолюция Поливанова от 20 февраля, - и потому показали таковую для Фарфорового завода в очень скромной цифре, а теперь становимся на путь постройки своего завода. Я не сторонник казенного хозяйства в тех его отраслях, которые могут изготовляться частной промышленностью, а потому предпочитаю обосноваться на Фарфоровом заводе и на предложении Мальцовских заводов"41.

Лукомский должен был признать, что Поливанов правильно указывает на "непонятную разницу в расчетах ГАУ", которое "на протяжении незначительного времени" заявило сначала 35 пудов (в декабре), а затем 110 пудов (в феврале). Неудивительно, что военному министру было "более чем неудобно" выставлять подобное обоснование постройки нового завода, тем более - оспариваемое Кабинетом. Фарфоровый завод, если б ГАУ сразу назвало большую потребность, в большем размере устраивал бы свое производство. Маниковскому 23 февраля было предписано "срочно выяснить точную потребность" и объяснить расхождение цифр, узнать, может ли Фарфоровый завод развиться насколько требуется, и, получше разобравшись с условиями завода графа Игнатьева в Гусе Хрустальном, сделать доклад заново42. ГАУ, оправдываясь, представило справку: в делах имеется "бумага из Кабинета Е. И. В., что завод может варить в месяц до 400 пудов стеклянной массы, из которой может получиться годного стекла, по примеру заграничных заводов, около 10%, то есть 40 пудов". Переделанный доклад Маниковского Поливанов снабдил резолюцией "Согласен"43.

С конца марта 1916 г. на Фарфоровом заводе действовали нефтяные "печи проф. Грума"; в конечном счете именно в этих печах, а не в английских газовых, главным образом производились плавки, даже по технологии фирмы Чанс44. (Тем временем в Артиллерийском комитете заканчивалось составление проекта собственного завода ГАУ45.) Кабинет рассчитывал, что в апреле-июне выплавка годного стекла постепенно дойдет до 50 - 60 пудов в месяц, а "с пуском мастерских, сооружаемых по плану фирмы Чанс, достигнет, начиная с октября с.г., 130 - 160 пудов" (около 1800 пудов в год) - если "в течение постройки печей не будет задержек в материалах и в железных частях конструкции в смысле их приобретения и доставки"46.

4 апреля Волков, раздосадованный скептическими оценками перспектив Фарфорового завода, встретился с Маниковским и высказал недовольство, а на следующий день прислал и письмо с указанием на то, что сообщенные Маниковским в докладе Военному совету сведения о неспособности завода выплавлять более 38 пудов годного стекла в месяц, а также о недостатке свободного места для дальнейшего расширения производства "противоречат действительному положению дела". "Выплавка годного оптического стекла в апреле, мае и июне с.г. будет постепенно возрастать, - писал Волков, - ...В июле, августе и сентябре будет получаться около 50 - 60 пудов в месяц, а начиная с октября и далее - около 130 - 160 пудов в месяц". Ничто не помешает и дальнейшему расширению, тем более что прилегающие земли принадлежат также Кабинету47.

Маниковский ответил Волкову 14 апреля примирительным письмом, призывая к сотрудничеству ведомств. Работы по артиллерийским заказам много, заверял он, ее "как для Фарфорового, так и для Изюмских заводов будет более чем достаточно, не говоря уже о применении оптического стекла в частной промышленности, а также и о необходимости изготовления зеркал для прожекторов". Но возможность расширения Фарфорового завода Маниковский вновь оспорил, имея в виду "необеспеченность Петрограда в стратегическом отношении" и сославшись на общий запрет на расширение промышленности в столице, объявленный 26 февраля 1916 г.48 (постановления в этом смысле Николай II утвердил еще 8 декабря 1915 года).

В мае 1916 г. на Фарфоровом заводе состоялся "первый выпуск русского оптического стекла"49. Но "чуда" не произошло. Вопреки ожиданиям, вместо ежемесячных 50 пудов завод дал 25 фунтов стекла ("то есть почти в 100 раз меньше предположенной выше подачи до 2400 фунтов в 1 месяц"), и ГАУ жаловалось, что "из-за недостатка оптического стекла начинает уже задерживаться выход биноклей и стереотруб с нашего завода" (бывш. Цейсса и Герца)50. В июне выпуск достиг 14,4 пуда (в начале 1917 г. 30 пудов), но Рождественский называл и другой показатель - 8,8 пуда за восемь плавок в июне 1916 года. Он и такой результат расценивал как "фантастический" и пояснял, что еще "вопрос в том, какое стекло считать годным". В этом вопросе отчетные данные Фарфорового завода основывались на "принципиальной неправильности в постановке отбора годного стекла". При строгой оценке "вряд ли из 8,8 пуда "годного" стекла оказался бы 1 фунт действительно годного". Но по сравнению с тем, что поступало в Россию из США (в биноклях) оно все же было "несравненно лучше". Оптико-механические мастерские Обуховского завода и бывш. Цейсе-Герц не браковали лишь четверть "годного" стекла, но, по мнению Рождественского, мера их придирчивости зависела от того, сколько они сами успевали приготовить металлических частей для сборки инструмента51.

Видя затруднения кабинетского завода, ГАУ 15 апреля представило в Военный совет доклад о постройке собственного завода производительностью до 1000 пудов стекла в год. При годовой потребности военного ведомства в 1300 пудов ожидалось, что 420 пудов даст Фарфоровый завод. Доклад ГАУ был утвержден Военным советом 21 апреля, причем ГАУ должно было немедленно по образовании хозяйственно-строительной комиссии приступить к сооружению, и это постановление получило санкцию царя 8 мая 1916 года52.

24 мая дело о соответствующем ассигновании рассматривалось в Совете министров, где Волков добивался преимущественных заказов Фарфоровому заводу, указывая на то, что его "производительность... не ограничивается теми 420 пудами, которыми бывший военный министр определил в заседании Совета министров 5 февраля 1916 г. ежегодную потребность". Когда понадобится больше, то мощность Фарфорового завода можно "легко", "с самым ограниченным добавочным оборудованием" развить до 1200 пудов ежегодно, "причем не исключена, конечно, возможность дальнейшего усиления производства - во всем объеме заявленной военным ведомством потребности", пусть только укажут, какова же она. Настойчивость Кабинета повлияла на принятое Советом министров решение: считать преждевременной дальнейшую разработку "вопроса о постройке нового казенного стеклянного завода"; Военное министерство должно "предварительно войти в ближайшее с Министерством Императорского двора сношение на предмет выяснения возможности удовлетворения последним всей испытываемой военным ведомством в оптических стеклах потребности"53.

Военный министр Д. С. Шуваев на заседании не возражал против такого пересмотра дела, внесенного опальным предшественником, и решение Совета министров оставалось только оформить по всем правилам в виде журнала. 11 июня Канцелярия Военного министерства указала ГАУ, что "впредь до особого со стороны Канцелярии уведомления надлежит воздержаться от какого-либо расходования отпущенной на эту надобность из военного фонда суммы в 100 тыс. рублей"54. Но в процесс подготовки официального текста журнала Совета министров энергично вмешался Маниковский. Он представил на проект журнала такие "замечания", которые в действительности сводились к отмене принятого постановления, - как выразился управляющий делами Совета министров И. Н. Лодыженский, "возражения, затрагивающие самое существо состоявшегося в заседании 24 мая решения"55. В представленной Маниковским в июне записке56 ГАУ настаивало на создании собственного завода наряду с существующим кабинетским Фарфоровым.

Помимо недопустимости в производстве боевых материалов "базироваться на одном лишь этом [кабинетском] заводе", который может пострадать от диверсии, пожара, воздушной бомбардировки, перерыва подвоза, забастовок, ГАУ ссылалось еще и на его окраинное местоположение, неудобное в смысле "снабжения его всем необходимым": завод работает на всем привозном (песок, глина, топливо). Перемещение же такого завода на новое место равносильно постройке его заново. Расширять его нельзя из-за запрета на "дальнейшее во время войны развитие фабрично-заводской промышленности" в Петрограде. "Необходимо, - писал Маниковский, - чтобы заводов было не менее двух и в значительно удаленных районах".

ГАУ желало иметь "в одних руках" производство стекла и оптических приборов, то есть, по сути, два завода, поскольку беспрепятственное усовершенствование оптических приборов связано с "непроизводительными расходами и постоянной огромной лабораторной работой", явно невыгодной постороннему производителю. "Такая именно связь стекловаренного и оптического заводов намечена артиллерийским ведомством в г. Изюме, где оба завода предположено расположить на одной территории. У Фарфорового завода подобной связи с нашим оптическим заводом не имеется, и едва ли можно рассчитывать на столь необходимую, но безусловно очень недешево стоящую отзывчивость Фарфорового завода к новым потребностям артиллерии"57.

Как заявлял начальник ГАУ, ссылаясь и на свою переписку с Волковым в апреле 1916 г., "оптическое стекло должны изготовлять и Фарфоровый и Изюмский заводы"; "совместная работа этих заводов на почве благородной конкуренции была бы очень полезна для государства. Монополии тут быть не должно"58.

Подобная постановка вопроса не отвечала коммерческим интересам Кабинета; на их защиту встал уже и сам министр двора. Б. В. Фредерикс запросил Шуваева, будет ли Фарфоровому заводу дана десятилетняя гарантия прибыльных заказов на оптическое стекло; в противном случае "встречается сомнение в целесообразности затрат еще до 1 млн. руб. на установку валового производства стекла на Императорских заводах"59.

Для сомнений имелись и другие основания. Стеклозаводчикам было известно, что низший заводской персонал - стекловары, гончары, каменщики - состоит из "людей, имеющих самые фантастические представления о предметах, явлениях и процессах, над которыми... они работают. При всем желании они не могут вполне добросовестно исполнять требования, им совершенно непонятные, кажущиеся им... капризами, "мудрствованием"; от них нельзя добиться точных показаний, сведений... Приложение к практике теоретических знаний почти невозможно при таких условиях, но еще труднее вести систематические наблюдения, производить опыты"60. В 1916 г. при содействии министра народного просвещения Игнатьева было учреждено Техническое училище по керамико-стекольному делу, но организационный период училища затянулся по меньшей мере до осени 1917 года.

На Фарфоровом заводе постройка нового цеха закончилась к осени 1916 г. и к зиме удалось поставить "выпуск этого продукта в небольших количествах", - вспоминал Качалов. Качество стекла, "несмотря на малый выход, было низкое"6'. Но некоторых результатов завод все же достиг62.

На июнь 1916 г. общая потребность в оптическом стекле составляла около 35 пудов в месяц для казенного оптического завода (бывш. Герца-Цейсса) плюс около 75 пудов для частных - "исполняющих или могущих исполнять заказы" ГАУ63 (в разряд частных предприятий чиновники ГАУ иногда зачисляли и "чужой" - морской - Обуховский завод). Ввоз оптического стекла за 1914 г. достиг 16 т, в 1915 г. - 25 тонн64. Летом 1916 г. продолжались сделки с поставщиками стекла во Франции. Петровский (ГАУ) просил военного агента в Париже "дать дополнительный заказ" заводу Хенне, несмотря на то, что "данными уже заказами на стекло заводам Парра-Мантуа [и] Чанс наш казенный завод обеспечен вполне". Завод Парра-Мантуа отличался "крайне медленной сдачей стекла", между тем Хенне давал стекло "удовлетворительных качеств"65.

8 июля 1916 г., вновь рассмотрев доклад Военного министерства о казенном заводе оптического стекла, Совет министров разрешил строить завод "в полной исчисленной по представлению сумме" (1,2 млн. руб.). При обсуждении морской министр предложил "на новом заводе соединить с производством оптических стекол также и выделку некоторых оптических приборов", и Совет министров поручил военному ведомству "войти в ближайшее соображение" этого вопроса. 26 октября Совет министров отпустил еще 4,8 млн. руб. на сооружение оптико-механического завода66.

В дальнейшем стоимость строительства обоих оптических заводов в Изюме возросла вдвое67. Первоначально ожидалось, что постройка и оборудование завода, оптического стекла (на 1000 пудов в год) займет строительный сезон 1917 года68.

В итоге наладить отечественное производство оптического стекла в промышленном масштабе в то время не удалось69. По заключению ГАУ, в 1917 г. Фарфоровый завод давал стекло "таких сортов и качества и в таком количестве, что увеличить более или менее ощутительно производство биноклей за счет этого стекла... не представляется возможным"70. В конце 1917 г. постройка в Изюме остановилась, но в 1923 г. была возобновлена71. В Петрограде оптический цех Фарфорового завода был остановлен на консервацию в 1920 году. К тому времени английский метод "был более или менее освоен", но выпускалось лишь небольшое количество стекла, да и "качество продукции было невысокое". До февраля 1918 г. было проведено 585 плавок; хотя трудоемкие подготовительные операции выполнялись вручную или с помощью примитивных устройств, было получено 3 т годного стекла, то есть около половины обещанного годового производства в 420 пудов (6,7 тонны)72. С 1926 г. Рождественский изменил метод перемешивания расплавленной массы, отказавшись от английской технологии, и разработал "совершенно новый процесс ускоренных варок", основанный на идее физика Дж. Морея (G.W. Morey), после чего и производительность и качество продукции ЛенЗОС и ИЗОС существенно повысились73.

Примечательно, что в своих воспоминаниях ученые-энтузиасты, приложившие огромные усилия для насаждения сложнейшего и ответственного производства, с сознанием исполненного долга описывая реальные обстоятельства, не считали для себя достойным скрывать трудности, встретившиеся на этом пути.

В Англии и США утверждение производства оптического стекла в годы войны происходило при действенной государственной поддержке. С фирмой Чанс английское правительство заключило выгодный для нее в финансовом отношении контракт и фактически предприятие стало наполовину государственным, получая от правительства также и научно-техническое содействие. К 1918 г. Великобритания располагала собственным производством оптического стекла, зависимость от Франции была преодолена. В США перед войной основной производитель оптического стекла представлял собой, по сути, филиал Шотта-Цейсса. Правительство приняло деятельное участие в создании новой отрасли, поставив ее под жесткий контроль; рациональное государственное административное и научно-техническое руководство создаваемыми новыми предприятиями позволило с успехом решить проблему74.

Русская частная промышленность в этой области не сказала своего слова - если не считать обращения к власти, как обычно, с ходатайством об избавлении "от иностранной конкуренции", которая ставит русские заводы "в ненормальные условия деятельности" вследствие недостаточно высокого таможенного барьера75. Полугодовое же состязание между артиллерийским ведомством и принадлежавшим царю привилегированным псевдокоммерческим предприятием, претендовавшим на монопольное положение, замедлило принятие решений. В итоге ни Кабинету, ни собственно казенной промышленности, этим двум разнородным по своему внутреннему строю, но одинаково архаическим структурам, не по силам оказалась сложная научная и техническая задача. Были выпущены "первые небольшие партии оптического стекла, далеко не совершенного по качеству", но новое производство "не могло считаться установившимся", что особенно проявилось в 1925 - 1926 годах. По словам Рождественского, Фарфоровый завод в 1917 г. "еще находился в героическом периоде своей деятельности", до 1920 г. шло строительство больших печей, а "настоящая плавка еще не начиналась"76. Отдаленная возможность овладеть монопольной технологией, принадлежавшей зарубежной фирме, открылась лишь благодаря условиям мировой войны, диктовавшим Великобритании заинтересованность в поддержании боеспособности царской армии.

Примечания:



1. Российский государственный военно-исторический архив (РГВИА), ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 1об. Доклад ГАУ военному министру "О необходимости постройки специального казенного завода для приготовления оптического стекла", 19.II.1916; Военная промышленность России в начале XX века (ВПР). Т. 1. М. 2004, с. 624.
2. Материалы по истории и современному состоянию стекольной промышленности в России. Вып. 1. Пг. 1915, с. 10. Доклад инженера П. С. Философова - управляющего делами Съездов стеклозаводчиков. Апрель 1915 года.
3. БАХРАХ А. м. Из истории оптического приборостроения. Т. 1. М. 1951, с. 177 - 179. Хотя К. Ф. Шацилло упоминал о выплавке стекла на Обуховском заводе, в действительности речь должна была идти о производстве оптических приборов, а не о стекле (ШАЦИЛЛО К. Ф. Государство и монополии в военной промышленности России. М. 1992, с. 83. См. также: ИВАНОВ Н. И. Александр Львович Гершун. 1868 - 1915. Л. 1976, с. 67).
4. РЕДИГЕР А. История моей жизни. Т. 2. М. 1999, с. 269.
5. ЖУКОВСКИЙ Г. Ю. Производство оптических стекол. Ч. 1. Пг. 1918, с. I-II, 37.
6. БАХРАХ А. М. Ук. соч., с. 179 - 180; ЦЕЙТЛИН М. А. Очерки по истории развития стекольной промышленности России. М. -Л. 1939, с. 123. Стекольный и фарфоровый заводы, принадлежавшие Кабинету и существовавшие раздельно, в начале XX в. были объединены.
7. САПРЫКИН Д. Л. Образовательный потенциал Российской империи. М. 2009, с. 46 - 47; МАЛИНИНА Т. А. Императорский стеклянный завод. СПб. 2009, с. 348.
8. МАКУШЕВ А. А. Предпринимательская деятельность Мальцовых во второй половине XVIII - начале XX в. Саранск. 2006, с. 101 - 102.
9. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 3об. -4.
10. Материалы по истории. Вып. 1, с. 9.
11. КАЧАЛОВ Н. Н. Стекло. М. 1959, с. 269 - 271.
13. СТОЖАРОВ А. И. Наука об оптическом стекле в ГОИ за 50 лет. В кн.: 50 лет Государственного оптического института им. СИ. Вавилова. Л. 1968, с. 449 - 450; ОСИНОВСКИЙ А. Н., КОНОНКОВ А. Ф. Д. С. Рождественский. М. 1974, с. 37.
14. КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 447.
15. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 2.
16. ЖУКОВСКИЙ Г. Ю. Ук. соч., с. II. С сентября 1914 по сентябрь 1915 г. состоялось до 12 плавок стеклянной массы - "насколько это допускалось незначительным масштабом и механическим оборудованием" кабинетского завода (Стеклозаводчик, 1915, N 23, с. 8).
17. Стеклозаводчик, 1915, N 23, с. 8. Доклад Жуковского на заседании бюро съездов стеклозаводчиков 5 сентября 1915 г.; СТОЖАРОВ А. И. Наука об оптическом стекле, с. 450.
18. Свили - волнистые прослойки, разграничивающие слои стекла разной плотности и разного коэффициента преломления. Присутствие свили в оптическом стекле, даже безупречном во всех остальных отношениях, делает его совершенно непригодным (Стеклозаводчик, 1915, N 12, с. 3 - 4).
19. Там же, N 23, с. 8; ЖУКОВСКИЙ Г. Ю. Ук. соч., с. 32, 126, 125.
20. БАХРАХ А. М. Ук. соч., с. 192.
21. РОЖДЕСТВЕНСКИЙ Д. С. Записка об оптическом стекле. 1922 г. В кн.: Академик Д. С. Рождественский. Собрание трудов. М. -Л. 1949, с. 591.
22. Обзор деятельности Кабинета Его Императорского Величества за 1906 - 1915 годы. Пг. 1916, с. 99, 100.
23. Там же, с. 99; РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 2; ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 1, 1об. Е. Н. Волков -А. А. Поливанову, 15.XII.1915.
24. КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 448; РОЖДЕСТВЕНСКИЙ Д. С. Записка, с. 594.
25. КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 448.
26. Обзор деятельности Кабинета, с. 100.
27. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 1об.
28. Технология стекла. Специальный курс. Т. 2. М. -Л. 1939, с. 373.
29. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 70; ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 1об.
30. КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 448; Стеклозаводчик, 1915, N 23, с. 8.
31. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 2, 14; РОЖДЕСТВЕНСКИЙ Д. С. Записка, с. 594; ЦЕЙТЛИН М. А. Ук. соч., с. 124; DAVIES R.W. (ed.). From Tsarism to the New Economic Policy. Lnd. 1990, p. 196.
32. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 2; РОЖДЕСТВЕНСКИЙ Д. С. Записка, с. 594; СТОЖАРОВ А. И. Наука об оптическом стекле, с. 450; КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 448.
33. Выдвинутые пожелания - в духе британских деловых традиций работы на русском "рынке" казенных военных заказов, они напоминают условия концессии Виккерса на пушечный завод в Царицыне и на пороховой завод под Владимиром. Царь был воспитан "в сознании своих обязанностей по отношению к России", - свидетельствовал вел. кн. Александр Михайлович. Из года в год "Самодержец Всероссийский испытывал материальные затруднения", ему не хватало обычных 200 тыс. руб. "на личные нужды". При этом Фредериксу "было строжайше запрещено" вкладывать деньги в какие бы то ни было частные предприятия, "чтобы не дать пищи разговорам о том, что Государь Император заинтересован в той или иной отрасли промышленности" (Великий князь Александр Михайлович. Книга воспоминаний. М. 1991, с. 131).
34. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 1об. -2. В "Обзоре деятельности Кабинета" указано, что заводу уже "гарантированы заказы... на оптическое стекло в течение 10 лет, всего на 750 пудов в год" (с. 100).
35. ЖУКОВСКИЙ Г. Ю. Ук. соч., с. 37; СТОЖАРОВ А. И. Начало производства оптического стекла в СССР. - Оптико-механическая промышленность, 1957, N 5, с. 65.
36. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 10, 11, 15.
37. Материалы по истории. Вып. 1, с. 7.
38. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 3, 9; ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 6 - 7.
39. ПОЛИВАНОВ А. А. Девять месяцев во главе Военного министерства. - Вопросы истории, 1994, N 10, с. 155.
40. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 2об., 4 - 6.
41. Там же, л. 1, 3об. -боб.
42. Там же, л. 6 - 7об.
43. Там же, д. 792, л. 8, 8об. 22 февраля 1916 г. Волков уведомил ГАУ, что Фарфоровый завод будет давать около 40 пудов в месяц, причем это стекло будет поровну предоставлено ГАУ и морскому ведомству, "и только при дальнейшем оборудовании", "в будущем" мог бы "удовлетворить потребность обоих ведомств" (там же, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 65).
44. СТОЖАРОВ А. И. Наука об оптическом стекле, с. 450.
45. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 792, л. 8об. "Ожидается, что к варке стекла можно будет приступить через 3 - 4 месяца, максимум через 6 месяцев со дня отпуска средств", - говорилось в справке, представленной из ГАУ 29 марта 1916 года.
46. Там же, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 65 - 66.
47. Там же, л. 21, 21об. В журнале стеклозаводчиков 1 июня 1916 г. появилось победное сообщение: производство оптического стекла "до того развилось на Императорской фарфоровой фабрике", что возникла необходимость в постройке специального завода "в Екатеринбурге, на территории местной гранильной фабрики". В действительности проектировалось создание оптико-механического завода (для выпуска биноклей, фотообъективов, проекционных аппаратов) в помещении Петергофской гранильной фабрики, тоже принадлежавшей Кабинету (ОСИНОВСКИЙ А. Н., КОНОНКОВ А. Ф. Ук. соч., с. 42; Очерки по истории советской науки и культуры. М. 1968, с. 122).
48. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 792, л. 24 - 25об.
49. Технология стекла. Т. 2, с. 372 - 373.
50. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 66.
51. РОЖДЕСТВЕНСКИЙ Д. С. Записка, с. 596 - 597.
52. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 11 - 12; ф. 2011, оп. 1, д. 16, л. 222, 222об.
53. Там же, ф. 2011, оп. 1, д. 16, л. 222об. Особый журнал Совета министров (ОЖСМ) 24 мая и 8 июля 1916 г. "О постройке казенного завода для выделки оптического стекла"; ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 71, 71об. Проект ОЖСМ 24 мая 1916 года.
54. Там же, ф. 29, оп. 3, д. 786, л. 11, 11об. Председатель хозяйственно-строительной комиссии не посчитался с таким запретом и все же пригласил для проектирования заводских зданий инженера, уплатив за эту работу 1850 руб. из своих средств, которые в дальнейшем ему были возмещены.
55. Там же, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 63.
56. Там же, л. 65 - 70. Замечания начальника ГАУ на проект ОЖСМ 24 мая 1916 года.
57. На необходимость соединить стекольное и механическое производства указывал положительный опыт предприятия Шотта-Цейсса в Иене (ЖУКОВСКИЙ Г. Ю. Ук. соч., с. 124- 125), а равно и отрицательный - Фарфорового завода.
58. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 65.
59. Там же, л. 64, 64об.
60. Материалы по истории. Вып. 2. Пг. 1917, с. 36. Цит. доклад С. Л. Гуревича на съезде стеклозаводчиков.
61. КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 449; СТОЖАРОВ А. И. Начало производства, с. 65; Технология стекла. Т. 2, с. 386; БАХРАХ А. М. Ук. соч., с. 196.
62. БАХРАХ А. М. Ук. соч., с. 198; СТОЖАРОВ А. И. Начало производства, с. 65; ЕГО ЖЕ. Наука об оптическом стекле, с. 450.
63. РГВИА, ф. 369, оп. 1, д. 122, л. 65.
64. СТОЖАРОВ А. И. Наука об оптическом стекле, с. 450.
65. РГВИА, ф. 2000, оп. 1, д. 829, л. 72, 72об. В переписке упомянута также фирма Грайо (Graillot). За годы войны к выпуску оптического стекла были привлечены 7 заводов в США, по 4 завода в Англии и Франции, 3 - в Германии, 1 в Японии (БУЖИНСКИЙ И. М. Производство оптических стекол в СССР. В кн.: Сквозь призму стекла и времени. М. 2004, с. 11).
66. РГВИА, ф. 2011, оп. 1, д. 16, л. 222 - 223; ф. 504, оп. 10, д. 87, л. 195 - 196. ОЖСМ 24 мая и 8 июля 1916 г., утв. царем 12 августа; ОЖСМ 26 октября 1916 г., не требовавший царского утверждения.
67. К весне 1918 г. завод считался построенным на две трети (Российский государственный военный архив, ф. 20, оп. 2, д. 482, л. 30. Протокол заседания Совета ГАУ, 4.IV.1918).
68. ВПР. Т. I, с. 624 - 625.
69. ИВАНОВ Н. И. Ук. соч., с. 69.
70. РГВИА, ф. 29, оп. 3, д. 1010, л. 125об.
71. МИХАЙЛОВ В. С. Очерки по истории военной промышленности. В кн.: Генерал В. С. Михайлов. 1875 - 1929. М. 2007, с. 271.
72. Указывая, что за 1916 - 1917 гг. завод дал около 7 т годного стекла, Осиновский и Кононков, видимо, приняли за факт именно этот проектированный показатель (ОСИНОВСКИЙ А. Н., КОНОНКОВ А. Ф. Ук. соч., с. 39).
73. КАЧАЛОВ Н. Н. Ук. соч., с. 451; СТОЖАРОВ А. И. Д. С. Рождественский. В кн.: Воспоминания об академике Д. С. Рождественском. Л. 1976, с. 97; MOREY G.W. An improved method of optical glass manufacture. - Journal of American ceramic society, 1919, N 2; Технология стекла. Т. 2, с. 374.
74. SAMBROOK St. No gunnery without glass. - http://www.europa.com/~telescope/binotele.htm.
75. Журнал заседания XI общего съезда стеклозаводчиков 19 марта 1917 г. (Стеклозаводчик, 1917, N 4 - 5, с. 2).
76. КОНОНКОВ А. Ф., ОСИНОВСКИЙ А. Н. Создание советской оптики и деятельность Д. С. Рождественского. В кн.: Очерки по истории советской науки и культуры, с. 122; РОЖДЕСТВЕНСКИЙ Д. С. Записка, с. 597.
Вопросы истории,  № 6, Июнь  2011, C. 98-110 

Поликарпов Владимир Васильевич - кандидат ист


Смотрите также:
Оптическое стекло для русской артиллерии. 1914-1917 гг. / В. В. Поликарпов
260.34kb.
1 стр.
«История русской артиллерии»
151.45kb.
1 стр.
Звегинцов В. В. Русская армия 1914 г. Подробная дислокация. Формирования 1914-1917 гг. Регалии и отличия
1585.52kb.
12 стр.
Современное оптическое производство и некоторые тенденции его развития
85.21kb.
1 стр.
Учебно-методический комплекс учебной дисциплины история русской литературы ХХ начала XXI века (после 1917 года) для специальности
541.31kb.
4 стр.
Химическая теория растворов
13.89kb.
1 стр.
О 1914 годе можно ли это откладывать до 1914?
161.82kb.
1 стр.
История Русской Православной Церкви после 1917 года. Русская Православная Церковь при Временном правительстве
220.24kb.
1 стр.
Художественно-философское осмысление первой мировой войны в русской поэзии 1914 1918 гг. В историко-культурном контексте эпохи
589.8kb.
4 стр.
Варианты ответов на задания Интернет гейма. Группа а для ответа опирается на главу «По Волге в 1914 году»
23.73kb.
1 стр.
Жизнедеятельность православного прихода в русской провинции в 1881-1917 гг.
454kb.
3 стр.
Курс лекций по русской истории Петроград. 5 Августа 1917 г. Печатный источник: С. Ф. Платонов. Полный курс лекций по русской истории. Издание 10-е ocr, Spellcheck: Максим Пономарёв
11932.66kb.
86 стр.