Главная
страница 1
УДК 929.52
КАК ИЗУЧАЛАСЬ БИОГРАФИЯ Н.И. ЛОБАЧЕВСКОГО
(К 150-летию со дня смерти Н.И. Лобачевского)
Г.М. Полотовский 1

Нигде так не трудно собирать сведения о действователях во времена прошедшие, как в России. Лица, отличавшиеся полезною, часто громадною деятельностью, почти никогда не оставляют после себя записок или иных материалов для жизнеописания…

Современники не заботятся собирать сведения о знаменитых и замечательных личностях своего времени, а потомкам остается только жалеть о равнодушии и беспечности предков. Так гибнут у нас и деяния и самые имена людей, вполне стоящие того, чтобы не остаться в неизвестности.

А.В. Висковатов (1804–1858),

русский историк (написано в 1856 г.)

Биографии великих русских ученых не изучаются или, по крайней мере, пока не изучались с той тщательностью, которая была внесена в последние десятилетия в биографии большинства русских великих писателей. <…> Я думаю, что некоторые из этих биографий столь же поучительны.

А.А. Андронов (1901–1952),

из письма И.А. Андроникову от 18.05.1948

24 февраля (по новому стилю) 2006 г. исполнилось 150 лет со дня смерти выдающегося русского ученого Николая Ивановича Лобачевского. Этой дате был посвящен ряд мемориальных мероприятий. Так, 22 февраля в Казани были возложены цветы к надгробию Н.И. Лобачевского на Арском кладбище и к памятнику ученому напротив главного корпуса университета, затем состоялось специальное расширенное заседание Совета Казанского университета; 26 февраля в музее науки «Нижегородская радиолаборатория» Нижегородского университета имени Н.И. Лобачевского прошли чтения памяти Лобачевского, организованные музеем и Нижегородским математическим обществом; 18 мая памяти Н.И. Лобачевского было посвящено специальное заседание «Колмогоровских чтений – IV» в Ярославле; 14 июля в Суздале на Международной конференции «Дифференциальные уравнения и динамические системы» была прочитана лекция об изучении биографии Н.И. Лобачевского; 10 октября в Минске заседанием, посвященным Н.И. Лобачевскому, открылась Пятая международная конференция «Бояи-Гаусс-Лобачевский. Неевклидова геометрия в современной физике». Наконец, 14 декабря 150-летию со дня кончины Н.И. Лобачевского было посвящено заседание секции математики Центрального Дома Ученых РАН. Однако все перечисленное – “инициативные” мероприятия научного сообщества. Насколько известно автору, РАН “не заметила” эту дату, не было ни одной публикации в центральных СМИ. Похожая ситуация была и в 1992 году, в год 200-летия со дня рождения Н.И. Лобачевского. Такая “традиция” представляется, мягко говоря, совершенно неестественной: не так много в мире ученых, чьи труды изменили научное мировоззрение; не следует забывать и о выдающемся вкладе Н.И. Лобачевского в становление российской высшего образования. Не украшает нас и многолетнее переписывание из одной публикации в другую недостоверных или даже ошибочных сведений, касающихся биографии Н.И. Лобачевского.

Цель настоящей статьи – напомнить о некоторых1) замечательных математиках, физиках, историках, литературоведах, трудами которых были раскрыты некоторые загадки биографии Н.И. Лобачевского, а также еще раз обратить внимание на ряд ошибок и мифов, которыми до сих пор изобилуют публикации о Н.И. Лобачевском.


Как изучалась биография Н.И. Лобачевского

Николай Иванович Лобачевский родился в Нижнем Новгороде 1 декабря (по новому стилю) 1792 года. Обычно с фразы такого типа начинается любой биографический текст. Однако в случае биографии Н.И. Лобачевского как установление этих исходных, так и многих других фактов потребовало весьма значительных усилий. Кроме общей причины, отмеченной в эпиграфе, здесь есть ряд специфических обстоятельств. Прежде всего, это то, что открытие Лобачевского было признано в России (в отличие от западноевропейских стран) лишь почти через пятьдесят лет после его смерти. Кроме этого, казанский пожар 1842 года уничтожил, как полагают, многие документы, касающиеся Лобачевского. Но главной причиной являются, скорее всего, жизненные обстоятельства, побуждавшие Н.И. Лобачевского не афишировать некоторые сведения из своей биографии.

Первым, кто внес выдающийся вклад в пропаганду открытия Н.И. Лобачевского и восстановление памяти о нем, был математик Александр Васильевич Васильев (1853–1929), сын известного китаеведа академика В.А. Васильева (1818–1900) и внук (по линии матери) члена-корреспондента Петербургской академии наук астронома И.М. Симонова (1794–1855), сменившего в 1846 г. Н.И. Лобачевского на посту ректора Казанского университета. После окончания в 1874 г. Петербургского университета А.В. Васильев в 1879 г. был направлен для подготовки диссертации за границу, где он слушал лекции К. Вейерштрасса и Л. Кронекера в Берлине, Ш. Эрмита в Париже, познакомился с другими известными европейскими математиками. С 1887 г. А.В. Васильев – профессор Казанского университета, с 1907 г. – профессор различных институтов в Петербурге, с 1923 г. он жил в Москве.

А.В. Васильев был инициатором и главным организатором празднования в Казани в 1893 г. (!) столетия со дня рождения Н.И. Лобачевского. По этому случаю Казанский университет получил приветствия от Академии наук, от многих российских институтов, от Ф. Клейна, С. Ли, А.А. Маркова, Д.И. Менделеева, Н.Г. Столетова, Ж. Таннери, П.Л. Чебышева. В приветствии профессоров Сорбонны, которое подписали П.Аппель, В.Буссинеск, Вольф, Г.Дарбу, Э.Пикар, А.Пуанкаре, Ф.Тиссеран и Ш.Эрмит, говорится: “Лобачевский оставил в геометрии славный неизгладимый след. Мы все присоединяемся к торжественному празднованию его юбилея. Примите по этому случаю наши самые сердечные пожелания Казанскому университету и русской науке”.

А.В. Васильев предложил создать «Библиотеку Лобачевского» («Bibliotheka Lobachevskiana»), издать полное собрание трудов Лобачевского, учредить премию имени Лобачевского. По его инициативе для реализации этих целей по подписке был создан капитал «Фонда Лобачевского». Из процентов на этот капитал и выплачивалась «Премия имени Н.И. Лобачевского Казанского физико-математического общества». Вот список лауреатов этой премии:2) C. Ли (1897), В. Киллинг3) (1900), Д. Гильберт (1904), Л. Шлезингер (1909), Ф. Шур4) (1912), Г. Вейль (1927), Э. Картан и В.В. Вагнер5) (1937). B 1895 г. была учреждена медаль «Памяти Н.И. Лобачевского», которая вручалась рецензентам работ, поступивших на соискание премии. Первым эту медаль получил Ф. Клейн за отзыв на работу С.Ли. После перерыва, вызванного Второй мировой войной, премия имени Н.И. Лобачевского перешла в ведение Академии наук. Лауреатами академической премии стали Н.В. Ефимов(1951), А.Д. Александров(1951), А.В. Погорелов(1959), Л.С. Понтрягин(1966), Х. Хопф(1969), П.С. Александров(1972), Б.Н. Делоне(1977), С.П. Новиков(1980), А.Н. Колмогоров(1986), Ф. Хирцебрух(1989), В.И. Арнольд (1992), Ю.Г. Решетняк (1999).

В 1906 году, в год 50-летия со дня смерти Н.И. Лобачевского, по инициативе А.В. Васильева перед зданием Казанского университета, ректором которого в течение 19 лет был Н.И. Лобачевский, был установлен памятник выдающемуся ученому (скульптор М.Л. Диллон). На памятнике дата рождения не указана (как не была она указана и на надгробии Н.И. Лобачевского на Арском кладбище в Казани). Очевидно, причина состоит в том, что эта дата не была никому известна. О начальном этапе биографии Н.И. Лобачевского не были осведомлены даже современники – например, у А.Ф. Попова [1] написано “Н.И. Лобачевский родился в Нижнем Новгороде” (без указания даты), а у Е.П. Янишевского в [2] – “Н.И. Лобачевский родился в Макарьевском уезде Нижегородской губернии в 1793 году”; оба утверждения – без ссылок на какие-либо документы.

Наконец, А.В. Васильев многие годы собирал данные по биографии Лобачевского и в 1927 г. завершил большой труд «Жизнь и научное дело Н.И. Лобачевского». Однако эту замечательную книгу читатель смог увидеть только в 1992 году: отпечатанный тираж лежал на складе Госиздата, в продажу не поступал и после смерти А.В. Васильева был полностью уничтожен. Эту книгу [3] восстановили и подготовили к печати по случайно сохранившемуся оттиску верстки казанские профессора В.А. Бажанов и А.П. Широков (1926–1998).

А.В. Васильев тоже не знал дату рождения Н.И. Лобачевского: столетие со дня рождения Лобачевского отмечалось 22 октября 1893 г., а книга [3] начинается словами «Николай Иванович Лобачевский родился 22 октября 1792 г. в Нижнем Новгороде». По инициативе А.В. Васильева в 1929 г. академик В.И. Вернадский, председатель комиссии по истории знаний, пишет запрос в Нижегородское краевое архивное бюро: нет ли в архиве документов, “касающихся знаменитого математика Н.И. Лобачевского?” Поиском занялся старший архивариус Иван Иванович Вишневский6) (1862 1943) , и летом 1929 г. ему удалось обнаружить такие документы, в том числе запись в метрической книге Алексеевской церкви Нижнего Новгорода за 1783-1802 гг.7):

В 1792 году родилось.

В ноябре.

5. Рож[дение] 20, кре[щение] 25. Нижегородскаго наместническаго правления у регистратора Ивана Максимова сын Николай…”

Эту запись Вишневский сразу идентифицировал как метрику Н.И. Лобачевского, хотя фамилия “Лобачевский” в документе не фигурирует. Впервые сведения о находке И.И. Вишневского были опубликованы в газетной заметке [4].

Деятельность А.В. Васильева по изучению биографии Н.И. Лобачевского и по пропаганде его математических результатов продолжил Вениамин Федорович Каган (1869–1953), известный геометр, профессор Московского университета. В.Ф. Каган увлекся геометрией Лобачевского еще в 1888 г., когда он учился на втором курсе физико-математического факультета Новороссийского университета в Одессе. В 1900 г. он публикует свою первую книгу – «Очерк геометрической системы Лобачевского». В сороковые годы XX века В.Ф. Каган публикует несколько книг о Н.И. Лобачевском. В книге [5] 1943 г. в качестве дня рождения Н.И. Лобачевского он указывает общепринятую тогда дату 22 октября 1793 г., а местом рождения называет Макарьев. Но уже в следующем году в [6] В.Ф. Каган пишет, что Н.И. Лобачевский родился 20 ноября (по старому стилю) 1792 года в Нижнем Новгороде, ссылаясь на приведенную выше запись в книге исповедных росписей как на метрическую и отмечая при этом, что самой фамилии “Лобачевский” в этой записи нет. Дело в том, что В.Ф. Каган еще в 1943 г. был знаком с копиями материалов, обнаруженных И.И. Вишневским, но по условиям военного времени не мог проверить их подлинность8). После опубликования книги [5] В.Ф. Каган при содействии Академии наук получил из Горьковского краевого архива копии документов, найденных И.И. Вишневским, а также еще нескольких документов, косвенно подтверждавших данные, которые В.Ф. Каган и опубликовал в [6].

Новые данные о дате и месте рождения Н.И. Лобачевского были восприняты настороженно. Например, член-корреспондент АН СССР (впоследствии – академик) П.С. Александров в своей в целом положительной рецензии [8] на книгу [6] писал: “Из того, что 20 ноября 1792 г. у регистратора Ивана Максимова в Нижнем Новгороде родился сын Николай, еще не следует, что у землемера Ивана Максимовича Лобачевского 22 октября 1793 г. сын Николай не родился где-то в Макарьевском уезде Нижегородской губернии”. С другой стороны, в предисловии к [9] по поводу книги [6] написано: “Последней и наиболее полной и достоверной биографией Лобачевского является книга проф. В.Ф. Кагана «Лобачевский»”.

Книга [9] требует особого отступления. Ее автор, ленинградский литературовед и архивист Лев Борисович Модзалевский (1902–1948), сын известного пушкиниста члена-корреспондента АН Б.Л. Модзалевского (1874–1928), начал собирать материалы для биографии Лобачевского по инициативе Комиссии по истории АН (КИАН) в 1942 г. в Казани, куда в годы войны была эвакуирована значительная часть АН СССР. В результате его многолетней работы появился фундаментальный труд [9]: на 827 страницах большого формата опубликованы 622 документа, различные воспоминания о Лобачевском, богатый справочный материал. Однако к нижегородскому периоду биографии Лобачевского в [9] относятся только два документа, открывающие книгу, причем первый из них – тот самый фрагмент метрической книги Алексеевской церкви, которой был приведен выше. Тем самым Л.Б. Модзалевский показал, что он признает эту запись как метрическую запись о рождении Н.И. Лобачевского.

Итак, мнения разделились. Нужны были новые аргументы, новые доказательства. По просьбе В.Ф. Кагана президент АН СССР С.И. Вавилов 12 февраля 1948 г. обращается в Горьковский краевой архив. Однако еще до обращения С.И. Вавилова поиск в Горьком новых документов, связанных с Н.И. Лобачевским, начала группа академика А.А. Андронова. По-видимому, внимание А.А. Андронова к проблемам, связанным с научной биографией Н.И. Лобачевского, привлекло письмо В.Ф. Кагана от 27 июля 1943 г., полный текст которого приводится ниже.9)

“Глубокоуважаемый Александр Александрович!

В связи с предстоящим юбилеем Н.И. Лобачевского я имею от Академии Наук поручение составить монографию о жизни и творчестве Лобачевского. Работая над этим, я встретил серьезное затруднение в деле установления места и даты рождения Лобачевского. Нужно сказать, что уже раньше коллегия, занимавшаяся подготовкой к изданию полного собрания сочинений Лобачевского, была извещена о том, что Нижегородский Архив располагает существенными сведениями по этому вопросу. Профессор А.П. Котельников по поручению коллегии посетил г. Горький и привез следующие материалы.

1. Выписи из метрической книги Нижегородской Алексеевской церкви.

2. Выписи из исповедальной книги той же церкви и

3. Копию заявления старшего архивариуса Нижкрайархбюро к председателю Нижкрайсовета тов. Пахомову.

Копии перечисленных документов я при сем Вам препровождаю. Посылаю также копии двух писем, позже написанных т. Вишневским профессору А.П. Котельникову. Согласно указанию, привезенному А.П. Котельниковым, мы познакомились здесь со статьей С. Богодина, помещенной в газете «Нижегородская Коммуна» от 26 сентября 1929 г. (№222). Из этой статьи нужно заключить, что 22 октября 1793 г. отнюдь не является действительной датой рождения Лобачевского. Напротив, такой датой является 20 ноября 1792 г. Так оно действительно следует из метрической записи, о которой была речь выше. Кроме того, становится очень вероятным, что Н.И. Лобачевский фактически был сыном С.С. Шебаршина.

Крайне затрудняясь по состоянию здоровья лично прибыть в Горький для проверки всех фактов, я обращаюсь к Вам с настоятельной просьбой оказать мне в этом деле содействие, то есть лично или при посредстве других вполне надежных лиц проверить все эти данные. Важнее всего установить, сохранились ли метрические и исповедальные книги, о которых идет речь, точны ли копии записей. Было бы очень хорошо, если бы к этому Вы могли присоединить и дополнительные сведения, собранные на месте.

Вам и тем лицам, которые приняли бы участие в этом исследовании, я заранее приношу самую глубокую благодарность.

27/VII-43. Искренне уважающий Вас профессор Вен. Каган.

Москва, Большая Полянка, дом 44, кв. 4.

П.С. В дополнение к метрической записи, имеется еще такая заметка:

Первая страница письма В.Ф. Кагана А.А. Андронову.


“1792 запись такая же как и за 1793, но зачеркнуто; надо думать, что уезжали они в Макарьев или село Лысково, желательно потребовать просмотреть по метрическим и исповедальным книгам.”

В конце письма имеется пометка другими чернилами и другим почерком: “документы высылаю заказной бандеролью”. Возможно, это пометка Андронова.

Александр Александрович Андронов (1901–1952), физик по образованию, имел чрезвычайно широкий круг интересов, в который входила и история науки.10) По-видимому, условия военного времени не позволили А.А. Андронову сразу заняться биографией Лобачевского, но в конце 1947 года он организовал исследовательскую группу, в которую вошли11) сотрудники областного архива Н.И. Привалова, М.П. Третьякова, Г.М. Вострякова, А.Н. Коновалова, Я.М. Каган, архитектор Н.В. Ушаков, историк И. Кирьянов. А.А. Андронов не был только формальным руководителем – он с большим энтузиазмом лично участвовал в поисках и исследованиях документов (см. воспоминания в [10], [11]; имя А.А. Андронова сохранилось в Нижегородском областном архиве на сопроводительных листах архивных документов, с которыми он работал), вел большую переписку. В частности, А.А. Андронов надеялся привлечь к поискам И.Л. Андроникова.12)

Первая публикация выводов андроновской группы – заметка А.А. Андронова [12] в газете «Горьковская коммуна». Статья [13] с развернутым изложением истории вопроса, публикацией архивных документов и их анализом, опубликована уже после смерти А.А. Андронова (эта статья была подготовлена к печати Н.И. Приваловой). Вот заключительные слова из [13]: “…на основании всей совокупности как ранее известных документов, так и документов, найденных И.И. Вишневским в 1929 г., и, наконец, новых документов, найденных работниками Горьковского областного архива в 1947–1948 гг., на основании их изучения и сопоставления необходимо придти к выводу, что величайший русский математик Николай Иванович Лобачевский родился в Нижнем Новгороде 20 ноября 1792 г. (по старому стилю)”.

Уже после смерти А.А. Андронова была завершена работа по определению точного местонахождения дома, где Н.И. Лобачевский родился и провел детские годы: в статье [14] архивиста-палеографа Надежды Ивановны Приваловой13) (1900–1987) доказано, что этот дом находился на углу улиц Алексеевской и Вознесенской (сейчас – Октябрьская).

Позже ленинградский историк Борис Варфоломеевич Федоренко14) придерживался в [15] другой версии. Эта версия и контраргументы к ней подробно изложены в книге [16], о которой речь пойдет ниже. Не затрагивая эту тему, о самой книге [15] надо сказать, что она представляет итог многолетних изысканий Б.В. Федоренко, построенный по аналогии с книгой Л.Б. Модзалевского [9] (не случайно названия этих книг похожи). Книга содержит публикации 477 документов, из которых уже 49 относятся к нижегородскому периоду, комментарии, справочный материал. О двух очень интересных исследованиях Б.В. Федоренко мы подробно напомним в следующем разделе.

Результаты группы Андронова постепенно получают признание. Так, уже в издании [7] 1948 г. В.Ф. Каган, ссылаясь на газетную статью А.А. Андронова [11], пишет, что дату рождения 20 ноября (по старому стилю) 1792 года в Нижнем Новгороде «нужно … считать точно установленной». После публикаций [13], [14] 1956 г. эти данные становятся общепризнанными. Однако загадки в биографии Н.И. Лобачевского остаются. Прежде всего – это вопросы, касающиеся его родословной: какова девичья фамилия его матери Прасковьи Александровны и, как это ни странно звучит, кто был его отцом. Эти вопросы затрагиваются в книгах [16] и [17], опубликованных издательством Нижегородского университета в 1992 г. к 200-летию со дня рождения Н.И. Лобачевского.

В книге [17] нижегородских историков Тамары Ивановны Ковалевой15) и профессора Николая Филипповича Филатова (1938–2004) в главе о нижегородском окружении Лобачевских обсуждается гипотеза, согласно которой Прасковья Александровна Лобачевская – дочь петербургского офицера А.И. Вышеславцева. Эта гипотеза не имеет достаточного документального подтверждения, но если она верна, то вполне объясняет, почему П.А. Лобачевская тщательно скрывала свое происхождение: 7 ноября 1786 года в Петербурге “Вышеславцев, ехавши в карете с женой и с какой-то благородною девицей, вынул нож и стал их и себя самого резать. Слава Богу, их легко поранил, а себя смертельно” – рассказывал за обедом в своем доме сын екатерининского вельможи А.В. Орлов.16)

Книга [16] Дмитрия Андреевича Гудкова17) (1918–1992) посвящена не менее интригующему вопросу о фактическом отце Н.И. Лобачевского. Еще в письме к В.Д. Бонч-Бруевичу от 12 декабря 1929 г. И.И. Вишневский, первым изучавший происхождение Н.И. Лобачевского по исповедным и метрическим церковным записям, писал:18) ”…нахожу запись 1799 г. матери Лобачевского и всех ее сыновей как «воспитанников» землемера Шебаршина. По закону 1744 года слово «воспитанник» равнялось незаконнорожденному, что и было мной твердо установлено дальнейшими записями в исповедных росписях и метриках…“ Таким образом, И.И. Вишневский первым высказал предположение, что отцом Н.И. Лобачевского и его братьев Александра и Алексея был землемер Сергей Степанович Шебаршин, а не губернский регистратор Иван Максимович Лобачевский. Это предположение было опубликовано в заметке [4] без ссылки на И.И. Вишневского, однако А.А. Андронов отстаивал его авторство (см. [16], стр. 19) и, по словам Д.А. Гудкова, разделял его точку зрения, хотя нигде об этом не писал.

Ясно, что такая экстраординарная версия требует чрезвычайно скрупулезного обоснования. Для этого Д.А. Гудков привлекает в [16] 13 выписок из законов Российской империи XVIII века и 81 архивный документ, из которых 21 новые, т.е. выявлены Д.А. Гудковым, и еще около 30 выявлены группой Андронова, но публикуются впервые; исправлены также ошибки в предыдущих публикациях ряда документов. Кроме этого, в [16] впервые опубликованы написанные 1898-1899 гг. обширные (75 страниц печатного текста) воспоминания Николая Николаевича Лобачевского, сына Н.И. Лобачевского, о своем отце.19)

Свои выводы Д.А. Гудков формулирует в предисловии к книге [16]: ”… на основе анализа большого архивного материала и литературных источников, по моему мнению, убедительно устанавливаются следующие факты биографии Н.И. Лобачевского: <…>

3. Доказано, что Николай Иванович Лобачевский и два его брата – Александр и Алексей – были сыновьями макарьевского землемера и капитана С.С. Шебаршина и П.А. Лобачевской. Это обстоятельство определило многие, казалось бы, загадочные поступки П.А. Лобачевской, а также самого Н.И. Лобачевского в течение всей его жизни”.

Хотелось бы надеяться, что эта тщательно обоснованная Д.А. Гудковым версия постепенно станет общепринятой, как это случилось ранее с выводами А.А. Андронова о дате и месте рождения Н.И. Лобачевского и с выводами Н.И. Приваловой о доме, где прошло его детство. Однако, к сожалению, здесь следует воздержаться от чрезмерного оптимизма, поскольку вплоть до настоящего времени практически все публикации о Н.И. Лобачевском повторяют старые мифы и ошибки, на некоторые из которых мы сейчас еще раз обратим внимание.

Некоторые мифы и ошибки в публикациях о Н.И. Лобачевском

1. Изучал ли К.Ф. Гаусс русский язык специально для того, чтобы читать труды Н.И. Лобачевского по-русски? Какой бы текст, касающийся жизнеописания Н.И. Лобачевского или К.Ф. Гаусса, вы не взяли, почти наверняка в нем найдется утверждение, дающее положительный ответ на вопрос, вынесенный в заголовок этого пункта. Например, В.К. Бюлер, американский биограф Гаусса немецкого происхождения, пишет (см. [19], стр. 155): "Именно в связи с работой Лобачевского Гаусс начал учить русский язык". Однако этот чрезвычайно распространенный миф был развенчан еще А.В. Васильевым (см. стр.156-157 в [3]): "Учился ли Гаусс русскому языку для того, чтобы читать в подлиннике русские сочинения Н.И. Лобачевского, - вопрос, на который, к сожалению, приходится дать отрицательный ответ". И далее А.В. Васильев, цитируя переписку Гаусса с астрономом Г. Шумахером за 1839-1846 гг., дает подробное обоснование этого ответа. Так, Васильев приводит слова Гаусса из его письма от 18 августа 1839 г.: “В начале прошлой зимы я начал заниматься русским языком, так как думаю, что приобретение какой-нибудь новой способности есть нечто вроде омоложения” и отмечает, что в письме от 8 августа 1840 г. Гаусс пишет, что он имеет три тома поэтических сочинений Пушкина, но хотел бы читать прозу. Затем Васильев указывает, что Гаусс не имел русской работы Лобачевского до августа 1840 г. и что во всей его переписке с Шумахером имя Лобачевского не упоминается до 1846 г.

Конечно, В.К. Бюлер, опубликовавший английский оригинал книги [19] в 1981 г., не мог читать книгу [3], увидевшую свет в 1992 г.20), но, к сожалению, и после 1992 г. миф об истоках интереса Гаусса к русскому языку многократно повторяется.



2. О “дне рождения” геометрии Лобачевского. Как и в случае с ”русским языком Гаусса”, почти в любой публикации о геометрии Лобачевского написано: “Днем рождения новой геометрии следует считать 11 февраля 1826 года” и далее разъясняется (с разной степенью неточности в названиях), что в этот день на заседании физико-математического отделения философского факультета Казанского университета Н.И. Лобачевский прочитал доклад «Краткое изложение принципов геометрии со строгим доказательством теоремы о параллельных». Вот несколько свежих примеров: “Научное сообщение об открытии новой геометрии было сделано Н.И. Лобачевским в Казанском университете в 1826 году...” ([21], стр. 228); “открытию неевклидовой геометрии исполняется 180 лет” (газета «Казанский университет», февраль 2006 г.); “В этом году ... 180 лет геометрии Лобачевского... : в 1826 г. он первый раз сделал в Казанском университете доклад об аксиоме параллельных Евклида” (газета «Нижегородский университет», февраль 2006 г.)

Безоговорочный выбор 11 февраля 1826 в качестве даты открытия неевклидовой геометрии представляется, по меньшей мере, необоснованным. Еще в 1992 году казанский геометр Г.Е. Изотов (1917-2006) писал в [22]: “широко распространенное утверждение, что 11 февраля 1826 года Лобачевский сделал доклад или прочитал сочинение, по крайней мере, сомнительно”. Действительно, известно лишь представление Н.И. Лобачевского от 6 февраля 1826 г. в Совет физико-математического отделения, сопровождающее рукопись его сочинения «Краткое изложение...» на французском языке, а в протоколе заседания отделения от 11 февраля записано, что “слушано было представление г. орд. проф. Лобачевского от 6 февраля сего года с приложением ... сочинения на французском языке ... о котором он желает знать мнение членов отделения”. Далее в протоколе написано, что Совет поручил рассмотреть указанное сочинение профессорам Симонову, Купферу и адъюнкту Брашману и сообщить свое мнение отделению. Имеется также документ от 27 марта 1827 года, в котором отмечается “недоставление от г.г. Симонова, Купфера и Брашмана мнения о сочинении”; само «Дело о представлении г. проф. Лобачевского о разсмотрении его сочинения» в 1834 году было сдано в архив.

Очевидно, текст “слушано было представление г. орд. проф. Лобачевского от 6 февраля” означает, что 11-го февраля 1826 г. рассматривалось только сопроводительное письмо Н.И. Лобачевского. Таким образом, о докладе или о публичном чтении сочинения в документах нет ни слова.

Общепринято датой какого-либо открытия считать дату его первой публикации или дату поступления рукописи в редакцию. Конечно, публичный доклад тоже следует считать публикацией. Однако в данном случае никаких свидетельств о том, что доклад имел место, нет; сама же рукопись «Краткое изложение принципов геометрии...» утрачена.21) В этой ситуации более естественно отметить 180-летие создания геометрии Лобачевского в 2009 г.: как известно, первая работа Н.И. Лобачевского по неевклидовой геометрии опубликована в «Казанском вестнике» в 1829-1830 гг.

В следующих двух пунктах я хочу напомнить о двух открытиях Б.В. Федоренко из его книги [6] 1988 г., тоже зачастую выпадающих из поля зрения авторов более поздних публикаций о Н.И. Лобачевском.

4. О портретах Н.И. Лобачевского. Живописных изображений Н.И. Лобачевского, к сожалению, известно очень мало. Наиболее часто публикации о Н.И. Лобачевском сопровождаются или портретом кисти В.А. Щеголькова (1811–1857), см. рис.1, или портретом работы известного казанского художника Л.Д. Крюкова (1783–1843), см. рис.2. Согласно статье [23], оригинал первого портрета принадлежал Геометрическому кабинету Казанского университета, а оригинал второго с 1928 г. принадлежал музею Л.Н. Толстого в Москве и висел (по крайней мере, в 1948 г.) в кабинете Президента АН СССР; в настоящее время копии этого портрета украшают кабинеты ректоров Казанского и Нижегородского университетов. Б.В. Федоренко доказывает (стр. 350-354 книги [6]), что на портрете работы Щеголькова изображен вовсе не Н.И. Лобачевский! Вот аргументы Б.В. Федоренко:

1) На обратной стороне портрета имеется текст: “Писал с натуры Щегольков”.


Сопоставляя это с датой рождения художника и с временем, когда он мог видеть
Н.И. Лобачевского, получаем, что Щегольков написал портрет в возрасте 12 лет!

  1. Рассматриваемый портрет является единственной известной живописной работой Щеголькова и имеются документы 1833-1835 гг., согласно которым этот портрет – квалификационная работа на соискание должности учителя рисования, выполненная в присутствии Педагогического совета Нижегородской гимназии.

  2. Имеется документ 1834 г. Правления Казанского университета, где этот портрет назван картиной, “представляющей человека в сюртуке, пред которым лежит барельеф”. Много лет спустя в списке имущества рисовального класса, составленном профессором Н.Н. Буличем в 1865 г., в перечне картин маслом упомянута картина “Человек, опирающийся на пьедестал” – по-видимому, имеется в виду портрет работы Щеголькова. Очевидно, портрет Лобачевского не мог сопровождаться такими описаниями.

  3. У человека, изображенного на портрете работы Щеголькова, глаза карие, тогда как, согласно различным воспоминаниям современников, у Н.И. Лобачевского были серые глаза.

  4. Наконец, сравнение портретов криминалистическими методами, выполненное по просьбе Б.В. Федоренко, завершается выводом: “на портрете работы Щеголькова В.А., вероятнее всего, изображен не математик Лобачевский Н.И., а какое-то иное лицо”.

Несмотря на эти вполне убедительные аргументы, до сих пор в ряде публикаций, в том числе в Интернете, изображенный на портрете В.Л. Щеголькова человек выдается за Н.И. Лобачевского. Портрет кисти Л.Д. Крюкова, без всякого сомнения, “настоящий”, однако нельзя, к сожалению, считать, что мы знаем внешний облик Н.И. Лобачевского – известны весьма скептическое отзывы самого Николая Ивановича, его сына Николая Николаевича и ряд других о сходстве портрета с оригиналом. Единственное документальное изображение Н.И. Лобачевского – это портрет с дагерротипа, сделанного в 1855 г, т.е. за год до смерти ученого, к тому же сильно ретушированный.

4. Кто скрывался под псевдонимом “С.С.”? Хорошо известно, что в №41 (1834 г.) журнала «Сын Отечества и Северный архив» был напечатан весьма грубый и невежественный отзыв «О началах геометрии, соч. г. Лобачевского», подписанный “С.С.” Долгое время не удавалось установить автора этого отзыва – в частности, подозрение падало на М.В. Остроградского, который в 1832 г. дал устный отрицательный отзыв на работу Н.И. Лобачевского. Загадка псевдонима “С.С.” раскрыта на страницах 340-349 книги Б.В. Федоренко [6].

Сначала Б.В. Федоренко на основании аккуратного прочтения архивных протоколов Академии наук за 1832 г. показывает, что их публикация в книге Л.Б. Модзалевского [8] не вполне корректна и что известные документы никак не подтверждают распространенное мнение о том, что отзыв в «Сыне Отечества» был написан или инспирирован М.В. Остроградским.

Затем Б.В. Федоренко сообщает еще об одном отзыве – «Замечания на геометрическую программу, сочиненную г. Лобачевским», опубликованном 21 марта 1834 г. в «Северной Пчеле» и опять с загадочной подписью “С.С.”. Однако на сей раз речь идет об однофамильце Н.И. Лобачевского – Иване Васильевиче Лобачевском (ум. в 1858 г.), адъюнкт-профессоре математики и физики медико-хирургической академии, который был одержим задачей о квадратуре круга и опубликовал в 1833 г. «Геометрическую программу, содержащую ключ к квадратуре неравных луночек...», а затем, чтобы привлечь внимание к этой «Программе», – объявление о ней в «Северной Пчеле» за 10 марта 1834 г. Упомянутые отзывы имеют стилевое и идейное сходство, содержат однотипные высказывания и общие особенности словоупотребления и слога, что позволяет предположить, что они написаны одним автором.

Чтобы “вычислить” этого автора, Б.В. Федоренко показывает, что должны выполняться следующие “необходимые начальные условия: 1) автор пользовался доверием и приязнью в Министерстве просвещения; 2) жил в Петербурге; 3) был математиком, но с довольно ограниченным запасом знаний; 4) являлся знакомым издателей «Северной Пчелы» и «Сына Отечества» и прежде всего Н.И. Греча, который не склонен был портить с ним отношения.”

Наконец, Б.В. Федоренко доказывает, что всем этим условиям удовлетворяет Федор Иванович Буссе (1798–1859), “адъюнкт математики и ординарный профессор педагогии” Главного педагогического института. Хотя все образование этого профессора составляли Санкт-Петербургская губернская гимназия, которую он окончил в 1814 г., и около полутора студенческих лет (январь 1815 г. – август 1816 г.) в Петербургском педагогическом институте, это не помешало ему составлять и публиковать “по поручению начальства” руководства по изучению и преподаванию арифметики, геометрии, сокращенные логарифмические таблицы и т.п. и дослужиться до действительного статского советника. Объяснение этому обстоятельству весьма простое: Ф.И. Буссе пользовался покровительством министра народного просвещения С.С. Уварова и всегда верно следовал его идее “православия, самодержавия и народности”.

Что касается псевдонима “С.С.”, то это просто две буквы “с” из фамилии Буссе. Б.В. Федоренко приводит примеры аналогичных псевдонимов того времени, а также указывает, что Буссе пользовался еще одним псевдонимом, основанным на той же идее: его единственная статья для «Энциклопедического лексикона» (СПб, Т.1, 1835, с.XV), не имеющая, кстати, отношения к математике, была подписана псевдонимом “14.2”, означающим, что четырнадцатая по порядку согласная буква славянской азбуки – буква “с” – встречается в фамилии два раза.

* * *


В статье [12] А.А. Андронов указывал на ”позорное для историков русской и мировой науки незнание основных фактов биографии Н.И. Лобачевского” как на обстоятельство “в частности, до сих пор не позволившее поставить памятник или мемориальную доску вблизи его места рождения”. А.А. Андронов настойчиво добивался увековечения памяти Н.И. Лобачевского в Нижнем Новгороде, писал по этому поводу министру высшего образования СССР С.В. Кафтанову, его заместителю А.М. Самарину и в другие инстанции. В письме А.А. Андронова (январь 1948 г.) председателю Совмина РСФСР М.И. Родионову, в частности, говорится: “постановка памятника или мемориальной доски вблизи места рождения Н.И. Лобачевского является тем знаком уважения, который является необходимым по отношению к величайшему русскому геометру”. Однако дело продвигалось медленно, и более трех лет спустя, 12 ноября 1951 года, А.А. Андронов писал С.И. Богодину: “Я разговаривал в Москве об увековечении памяти Н.И. Лобачевского в городе, где он родился. В общем мнение таково – до 1956 года – (столетие со дня смерти Н.И. Лобачевского) вряд ли следует рассчитывать на что-либо фундаментальное, требующее значительных ассигнований. Мне советуют уже сейчас во всех докладных записках по этому поводу упоминать об этой приближающейся дате”. По инициативе А.А. Андронова уже после его смерти Указом Президиума Верховного Совета СССР от 20 марта 1956 г. Нижегородскому университету было присвоено имя Н.И. Лобачевского. Однако памятника Лобачевскому в Нижнем Новгороде нет до сих пор. В 2005 году Нижегородский университет выступил с инициативой об установке такого памятника на углу улиц Алексеевской и Вознесенской, где стоял дом22), в котором родился Н.И. Лобачевский. В настоящее время имеется архитектурно-планировочное задание и разрешение городских властей на установку памятника, так что будем надеяться, что памятник выдающемуся ученому на его родине будет установлен.

ЛИТЕРАТУРА

1. Попов А.Ф. Воспоминания о службе и трудах профессора Казанского университета Н.И.Лобачевского.// Ученые записки казанского университета, 1857, том IV.

2. Янишевский Е.П. Историческая записка о жизни и деятельности Н.И. Лобачевского. Казань, 1868.

3. Васильев А.В. Николай Иванович Лобачевский. 1792–1856. – М.: Наука, 1992, 229 с.

4. Богодин С.И. Где и когда родился математик Лобачевский (по материалам Ниже-городского краевого архивного бюро).// Газета «Нижегородская коммуна», 26 сентября 1929 г.

5. Каган В.Ф. Великий ученый Н.И. Лобачевский и его место в мировой науке. – Изд. АН СССР, М – Л., 1943, 56 с.

6. Каган В.Ф. Лобачевский. – Изд. АН СССР, М – Л., 1944, 348 с.

7. Каган В.Ф. Лобачевский, изд.2. – Изд. АН СССР, М – Л., 1948, 508 с.

8. Александров П.С. //Вестник АН СССР, 1945, №4, С. 148.

9. Модзалевский Л.Б. Материалы для биографии Н.И. Лобачевского. – Изд. АН СССР, М –Л., 1948, 827 с.

10. Бойко Е.С. Александр Александрович Андронов. – М.: Наука, 1991, 254 с.

11. Личность в науке. А.А. Андронов. Документы жизни. – Н.Новгород: Изд-во ННГУ, 2001, 287 с.

12. Андронов А.А. Где и когда родился Н.И. Лобачевский.//Газета «Горьковская коммуна», 1948, № 109, С.2.

13. Андронов А.А. Где и когда родился Н.И. Лобачевский (Записка о месте и дате рождения Н.И. Лобачевского).//Историко-математические исследования, 1956, вып. IX, С.9-48.

14. Привалова Н.И. Дом, в котором родился Н.И. Лобачевский.//Историко-математи-ческие исследования, 1956, вып. IX, С.9-64.

15. Федоренко Б.В. Новые материалы к биографии Н.И. Лобачевского. – Л.: Наука, 1988, 384 с.

16. Гудков Д.А. Н.И.Лобачевский. Загадки биографии. – Н.Новгород: Изд-во ННГУ, 1992, 241 с.

17. Ковалева Т.И., Филатов Н.Ф. Н.И. Лобачевский и Нижегородский край на рубеже XVII- XIX столетий. – Н.Новгород: Изд-во ННГУ, 1992, 139 с.

18. Полотовский Г.М. Кто был отцом Николая Ивановича Лобачевского? (По книге Д.А. Гудкова «Н.И. Лобачевский. Загадки биографии»). // Вопросы истории естествознания и техники, 1992, №4, С.30-36.

19. Бюлер В.К. Гаусс. Биографическое исследование. – М.: Наука, 1989, 207с.

20. Ф. Клейн. Лекции о развитии математики в XIX столетии. Том 1. М., «Наука», 1989.

21. А.Г. Попов. Псевдосферические поверхности и некоторые проблемы математичес-кой физики.//Фундаментальная и прикладная математика, 2005. Том 11, №1. С. 227-239.

22. Изотов Г.Е. К истории опубликований Н.И. Лобачевским сочинений по “воображае-мой” геометрии.//Вопросы истории естествознания и техники, 1992, №4, С.36-43.



23. П.М. Дульский. Строитель Казанского университета великий русский математик Н.И. Лобачевский и его иконография. В книге: В.Ф. Каган. Лобачевский. Москва-Ленинград, изд-во АН СССР, 1948. С.473-487.


1 Историко-математические исследования, 2007 г. (в печати).

1) К сожалению, в рамках этой статьи невозможно упомянуть всех, кто внес вклад в изучение биографии Н.И. Лобачевского и в пропаганду его идей. В частности, не будет сказано о касающихся этих вопросов работах Б.Л. Лаптева (1905–1989), П.А. Широкова (1895–1944) и других.

2) К сожалению, точность данных, касающихся премий, здесь и ниже не гарантируется – например, в разных источниках указаны разные даты присуждения премий. В биографии академика В.А. Фока указано, что в 1937 г. ему присуждена премия имени Н.И. Лобачевского.

3) По жребию с А.Уайтхедом: по положению о премии, если рецензенты признавали достойными несколько работ, то лауреат определялся жеребьевкой.

4) По жребию с Дж. Кулиджем.

5) В этот раз были вручены две равнозначные премии.

6) Биографическая справка об И.И. Вишневском доступна по адресу www.opentextnn.ru/history/historiografy/ historians/ros/nn/?id=1320

7) Документ цитируется по [16].


8 ) См. ниже письмо В.Ф. Кагана А.А. Андронову.

9 ) Насколько известно автору, это письмо не публиковалось.

10 ) О жизни и трудах А.А. Андронова имеется обширная литература. Многочисленные воспоминания об А.А. Андронове свидетельствуют о его исключительных человеческих качествах – см., например, [10], [11] (в [10] имеется список публикаций об А.А. Андронове).

11 ) Возможно, список ниже неполон – так, в [10] сказано о “нескольких группах историков и архивистов”.

12 ) См. второй эпиграф к настоящей статье; полностью это письмо опубликовано в [16].


13) Подробный и очень интересный биографический очерк о Н.И. Приваловой доступен по адресу www.unn.ru/rus/f3/h_priv.htm .

14 ) Б.Ф. Федоренко – организатор и первый директор музея Ф.М. Достоевского в Санкт-Петербурге.


15 ) Т.И. Ковалева – директор музея Нижегородского университета.

16 ) Цитируется по [17], стр. 31.

17 ) Профессор Д.А. Гудков – известный математик, решивший в 1969 г. задачу о расположении овалов неособых кривых степени 6, поставленную Д.Гильбертом в первой части его знаменитой 16-ой проблемы, и на этой основе выдвинувший в качестве гипотезы сравнение по модулю 8, которому удовлетворяет некоторая топологическая характеристика неособой кривой любой четной степени.

18 ) Цитируется по [16], стр. 17.


19 ) Более подробно о содержании книги Д.А.Гудкова можно прочитать в [18].


20 ) Однако и в «Лекциях о развитии математики в XIX столетии» Ф.Клейна указано: “Лобачевский <…> попал в поле зрения Гаусса примерно в 1841 г.” (см. [20], стр. 74).



21 ) Н.И. Лобачевский упоминает эту рукопись в своей первой опубликованной работе по неевклидовой геометрии (1829 г.), однако эта ссылка не дает возможности для достоверных суждений о содержании рукописи.


22) До 2005 года на этом месте находился вещевой рынок, территория была архитектурно неблагоустроенна. В настоящее время рынок ликвидирован, на его месте развернуто строительство делового центра, но площадка перед будущим зданием – в точности то место, где располагалось домовладение Лобачевской-Шебаршина – зарезервирована для памятного знака.






Смотрите также:
Биография н. И. Лобачевского (К 150-летию со дня смерти Н. И. Лобачевского) Г. М. Полотовский
255.67kb.
1 стр.
Научная библиотека имени Н. И. Лобачевского
586.5kb.
4 стр.
Н. И. Лобачевского И. В. Киреева, М. А. Толстунова Профессиональная этика журналиста Практикум
140.25kb.
1 стр.
Образовательно-научный центр ннгу им. Н. И. Лобачевского шаг в новое измерение
218.32kb.
1 стр.
Доклад на заседании Коллегии Рособрагентства
184.72kb.
1 стр.
ИМ. Н. И. Лобачевского
437.38kb.
2 стр.
М. И. Михайлов основы эстетики нижний Новгород 2011 ббк 87. 8 М 69
1985.58kb.
9 стр.
Н. И. Лобачевского Крылова Е. В., Таламанова М. Н
1581.26kb.
7 стр.
Вопросы краевой краеведческой викторины «Ломоносов ХХ века», посвященной 150-летию со дня рождения В. И. Вернадского
47.31kb.
1 стр.
Бюллетень научных студенческих обществ нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского
3010.87kb.
16 стр.
Аналитические институты разведывательного сообщества сша: концептуальные основы, механизмы и технологии деятельности в условиях глобализации
722.62kb.
4 стр.
Сказка по мотивам Л. Филатова «Про Федота библиотекаря»
112.62kb.
1 стр.