Главная
страница 1

Реализация военным судом полномочий по избранию и применению мер пресечения в отношении военнослужащих


И.М. Романова, преподаватель кафедры уголовного процесса Военного университета
В настоящее время тенденции в развитии отечественного законодательства позволяют нам говорить о постепенном переходе России к международно-правовым стандартам обеспечения прав лиц, подвергающимся уголовному преследованию. Одним из важнейших показателей такового перехода является расширение компетенции суда при ограничении прав подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений на досудебной стадии производства по уголовным делам — при избрании и применении мер процессуального принуждения.

Концепции деятельности военных судов также коснулась указанная динамика. Принятие в 1999 году Федерального конституционного закона «О военных судах Российской Федерации» принципиально изменило задачи и функциональные приоритеты военных судов. Во главу угла поставлены обеспечение и защита нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов человека и гражданина, юридических лиц и их объединений (ст. 4 Закона). В соответствии с этой основной задачей, военные суды рассматривают и разрешают, в соответствии с определенной законом подсудностью гражданские и административные дела о защите нарушенных и (или) оспариваемых прав, свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов, граждан, проходящих военные сборы, от действий (бездействия) органов военного управления, воинских должностных лиц и принятых ими решений; дела о преступлениях, в совершении которых обвиняются военнослужащие, граждане, проходящие военные сборы, а также граждане, уволенные с военной службы, граждане, прошедшие военные сборы, при условии, что преступления совершены ими в период прохождения военной службы, военных сборов; дела об административных правонарушениях, совершенных военнослужащими, гражданами, проходящими военные сборы.

Фактически, законом определено, что военные суды — единственные органы, в компетенцию которых входит защита прав и законных интересов военнослужащих. В связи с этим важнейшей задачей для кодификации военного права является четкое определение механизма реализации полномочий военных судов во всех отраслях, где есть потребность защиты указанных прав и интересов, а в особенности — в уголовном процессе.

Причины, которые обусловливают высокую значимость именно уголовно-процессуальных гарантий соблюдения прав военнослужащих, коренятся в самой природе уголовного процесса, в исключительной императивности законодательных установлений в этой отрасли. И роль военного суда заключается не только в обеспечении высокоэффективного контроля над законностью на различных стадиях уголовного процесса, но и в принятии на себя ряда самостоятельных полномочий, связанных собственно с применением уголовно-процессуальных норм.

«Кардинальное преобразование всех концептуальных основ уголовно-процессуального законодательства нашло наиболее полное выражение в реконструкции правовой характеристики суда как центрального звена всей системы уголовного судопроизводства, его системных взаимосвязей, целеполагания в осуществлении правосудия как основной формы судебной деятельности, ее особенностей на различных этапах производства по уголовному делу»1.

Так, с введением в действие УПК РФ только суд правомочен принимать решения об ограничении свободы обвиняемого в досудебном судопроизводстве: об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста; о продлении пребывания обвиняемого под стражей; о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для производства, соответственно, судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы. Также, например, рассмотрение ходатайства дознавателя, следователя, прокурора об избрании лицу меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста происходит в судебном заседании с участием заинтересованных сторон, что приближает эту процедуру к правосудию и в чем заключается отличие единоличного решения судьи от аналогичного решения прокурора, имевшего место ранее.

Механизм реализации судом своих полномочий различен применимо к каждому случаю, что с одной стороны имеет положительные стороны, поскольку не затрудняет и не усложняет собственно процедуры следствия, проведения следственных мероприятий, способствует оперативности и своевременности при принятии решений о применении мер процессуального принуждения. С другой стороны представляется необходимой некоторая систематизация собственно мер, которые принимаются судом для реализации установленных законом полномочий и гарантируют военнослужащим обеспечение их прав и законных интересов.

Конечно, наиболее значимым прорывом в развитии отечественного законодательства стало приведение в соответствие с Конституцией РФ и международно-правовыми нормами норм УПК о заключении под стражу, как наиболее строгой меры процессуального принуждения, применение которой требует от суда наиболее полного и всестороннего исследования (на основании ч.1 ст.125 УПК) не только обоснованности и достоверности подозрения в отношении лица в причастности к конкретному преступлению, но и «достоверности юридической квалификации деяния, указанной в соответствующих постановлениях органов предварительного расследования и инкриминируемой данному лицу на момент представления материалов уголовного дела в суд»2. Суд реализует свои полномочия по избранию меры пресечения в виде заключения под стражу, устанавливая законность и обоснованность постановления о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица, наличие обоснованного подозрения в совершении преступного деяния, устанавливая обстоятельства, позволяющие предполагать намерения лица скрыться, воспрепятствовать расследованию, уничтожить доказательства своей или чьей-либо виновности в совершении деяния или продолжить преступную деятельность, устанавливая обстоятельств, предусмотренных ч.1, 2 ст. 108 УПК. Только последовательное совершение судом всех этих действий обусловливает принятие судом законного и обоснованного решения о необходимости заключения обвиняемого под стражу.

Также не менее важной обязанностью суда на стадии разрешения вопроса о применении меры пресечения является обеспечение одного из базовых принципов современного уголовного процесса — равноправия и состязательности сторон. Так, деятельность суда, непосредственно связанная с избранием и применением мер пресечения, направлена на то, чтобы равнозначно оценить доводы обвинения и защиты и сделать самостоятельный вывод о наличии необходимости избрать в отношении обвиняемого ту или иную меру пресечения.

Говоря о реализации военным судом полномочий по избранию и применению мер пресечения в отношении военнослужащих, необходимо отметить, что военный суд в рамках своей компетенции не обладает особыми полномочиями ввиду того, что субъектом уголовного преследования является специальный субъект — военнослужащий. Действующий УПК (ст. 98) предусматривает только одну специальную меру пресечения в отношении военнослужащих — наблюдение командования воинской части. Формулировка ст. 104 УПК не уточняет, применяется ли данная мера пресечения следователем или военным прокурором, но и не исключает того, что данная мера может быть избрана в отношении военнослужащего и военным судом.

УПК РФ в первоначальной редакции содержал положение о том, что мера пресечения, избранная на основании судебного решения может быть отменена и изменена только судом. На основании Федерального закона от 4 июля 2003 года, часть 4 ст. 110 УПК РФ, содержавшая данное положение, утратила силу. Такое решение законодателя представляется обоснованным, поскольку суд, реализуя свои полномочия по избранию мер пресечения в отношении обвиняемых и подозреваемых, обеспечивает максимальную степень защиты прав лиц, подвергающихся уголовному преследованию. Поэтому закон обязывает органы, осуществляющие предварительное расследование, обращаться в суд для избрания наиболее строгих мер принуждения, в то время как, например, изменение более строгой меры принуждения на более мягкую само по себе нарушения прав подозреваемого или обвиняемого содержать не может, а следовательно — для этого и не требуется вмешательства суда.

Наиболее четко механизм реализации судом полномочий по избранию и применению мер пресечения прослеживается на примере избрания и применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Так, подсудность рассмотрения вопроса о первичном заключении под стражу является исключительной компетенцией судьи районного суда или гарнизонного военного суда. К их же компетенции относятся продление срока содержания под стражей (сверх общего 2-месячного) на срок до 6 месяцев, а при особой сложности дел о тяжких и особо тяжких преступлениях — до 12 месяцев.

Дальнейшее продление к компетенции судей указанных уровней не относится (п.3 ст.109 УПК), равно как и рассмотрение вопроса о продлении срока ознакомления с материалами дела (пп.7 и 8 ст.109 УПК).

Основанием для судебного рассмотрения вопроса о заключении под стражу является постановление о возбуждении ходатайства, вынесенное следователем или дознавателем, которое принимается судьей лишь при наличии материалов, подтверждающих обоснованность ходатайства, так как на рассмотрение ходатайства отводится лишь 8 часов.

В постановлении судьи об избрании меры пресечения или об отказе в удовлетворении ходатайства главным является изложение обоснования принимаемого судебного решения. Оно должно содержать оценку доводов (мотивов) ходатайства и вытекающие из этой оценки аргументы (доводы, мотивы) судебного решения, равно как и материальную основу принятия решения в строгом соответствии с ч. 1-2 ст. 108 УПК.3

Представляется, что данный механизм в одинаковой степени должен распространяться и иные меры пресечения, избрание и применение которых осуществляется на основании судебного решения. Тем не менее, к избранию и применению остальных мер пресечения законодатель подобного требования не предъявляет. Так, для принятия судом решения об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста не требуется присутствия в судебном заседании лиц, участвующих в деле, если они надлежаще извещены о времени и месте рассмотрения ходатайства. Отсутствие подобного требования в законе представляется несколько нелогичным, поскольку домашний арест также представляет собой меру пресечения, связанную с ограничением свободы подозреваемого или обвиняемого.



Учитывая сказанное, следует указать, что существенное расширение полномочий суда при избрании и применении мер пресечения является важной гарантией прав обвиняемых и подозреваемых. Однако на наш взгляд механизм реализации этих полномочий требует более тщательной регламентации. Это утверждение в равной степени относится и к военным судам, рассматривающим дела о преступлениях, совершенных военнослужащими. Учитывая то, что подозреваемым и/или обвиняемым является специальный субъект, следует также законодательно разрешить вопрос о необходимости установления каких-либо специальных полномочий военного суда на стадии избрания и применения в отношении военнослужащих мер пресечения.


1 Кашепов В.П. О преобразовании статуса суда в уголовном судопроизводстве // Журнал российского права — 2002. — № 12

2 Воронин В. Порядок действий судьи при решении вопроса о заключении под стражу // Российская юстиция — 2002. — № 12 — С. 45

3 Подробнее см.: Горобец В. Принятие судебных решений о заключении под стражу // Российская юстиция — 2002. — № 6 — стр. 16


Смотрите также:
Реализация военным судом полномочий по избранию и применению мер пресечения в отношении военнослужащих
76.14kb.
1 стр.
Анализ судебной практики рассмотрения Спасск-Дальним гарнизонным военным судом уголовных дел, связанных с уклонением от прохождения военной службы, за первое полугод
72.42kb.
1 стр.
Справка по результатам изучения практики применения мер наказания по уголовным делам, рассмотренным Майским районным судом кбр в 2010 году
93.32kb.
1 стр.
Справка по результатам обобщения судебной практики применения судами области в отношении обвиняемых (подозреваемых) мер пресечения в виде заключения под стражу и залога
330.4kb.
1 стр.
Статья 314. Основания для осуществления мер пресечения
139.03kb.
1 стр.
Залог и домашний арест как мера пресечения
166.73kb.
1 стр.
Анализ судебной практики рассмотрения Спасск-Дальним гарнизонным военным судом уголовных дел, связанных с уклонением от прохождения военной службы, за 2011 год
74.68kb.
1 стр.
Права граждан при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении срока содержания под стражей
63.32kb.
1 стр.
Справка по результатам обобщения судебной практики Бежаницкого районного суда по рассмотрению ходатайств органов следствия об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу за первый квартал 2011 года
76.53kb.
1 стр.
Закон о гарантиях осуществления полномочий депутата, выборного
102.04kb.
1 стр.
Проблемы избрания и применения мер уголовно-процессуального пресечения, не связанных с лишением или ограничением свободы
404.17kb.
1 стр.
19 уголовных дел, в отношении 38 лиц. С вынесением приговоров рассмотрено 17
376.95kb.
1 стр.